Решение № 2-839/2020 2-839/2020~М-755/2020 М-755/2020 от 15 октября 2020 г. по делу № 2-839/2020

Дело №


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 октября 2020 года <адрес>

Карабудахкентский районный суд Республики Дагестан в составе:

председательствующего - судьи Казаватова А.А., при секретаре ФИО4,

с участием представитель истца - ФИО7, ответчика ФИО2, её представителя ФИО8, представителей ответчика ФИО3 - ФИО5 и ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ГАУ РД «Государственная экспертиза проектов» к ФИО2, ФИО3 о признании договоров купли-продажи земельных участков недействительными,

установил:

ГАУ РД «Государственная экспертиза проектов» обратилось в суд с вышеназванным иском по тем основаниям, что между Государственным Автономным Учреждением Республики Дагестан «Государственная экспертиза проектов» (Продавец) и ФИО2 (Покупатель) в апреле 2018 г. был заключён договор купли-продажи земельного участка из категории земель - земли населенных пунктов, общей площадью 49025 м? с кадастровым номером 05:09:000023:6787, находящийся по адресу: <адрес>. В соответствии с п.1 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных законом, права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации. В соответствии с указанными требованиями осуществлена государственная регистрация перехода права собственности к ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером 03:09:000023:6787, что подтверждается записью от ДД.ММ.ГГГГг. в Едином государственном реестре недвижимости. Зарегистрированное право может быть оспорено только в судебном порядке. Лицо, указанное в государственном реестре в качестве правообладателя, признается таковым, пока в установленном законом порядке в реестр не внесена запись об ином (п. 6 ст. 8.1 ГК РФ). В настоящее время согласно сведениям из ЕГРН (прилагаются) собственником земельного участка является ФИО1, на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО2 Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества (пункт 2 статьи 218 Гражданского кодекса РФ). Согласно п. 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №, Пленума ВАС РФ от ДД.ММ.ГГГГ "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым является основанием для внесения записи в единый государственный реестр недвижимости. При этом Управлением Федеральной антимонопольной службы по <адрес> внесено предупреждение №П/2020 ГАУ РД "Государственная экспертиза проектов" о прекращении действий (бездействий), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, согласно которому указано о необходимости расторжения договора купли-продажи и возврата в республиканскую собственность земельного участка с кадастровым номером 05:09:000023:6787, расположенного по адресу: <адрес>. Основанием внесения предупреждения послужило нарушение требований, предусмотренных частью 1 статьи 15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №-Ф3 "О защите конкуренции" при реализации данного земельного участка. Таким образом, для возврата земельного участка с кадастровым номером 05:09:000023:6787 в республиканскую РД собственность и исполнения предупреждения Управления Федеральной антимонопольной службы по <адрес> 02-01-07П/2020, договоры купли-продажи земельного участка, являющиеся сделками, на основании которых был осуществлен переход права собственности к ФИО2 и в последующем к ФИО3, подлежат признанию недействительными с применением последствий недействительности сделок. Потому просит суд признать недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный с ФИО2, в отношении земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, общей площадью 49025 м? с кадастровым номером 05:09:000023:6787, с применением последствий недействительности сделки и возврата сторон в первоначальное положение; признать недействительным зарегистрированное право собственности ФИО2, о чем в Единый государственный реестр внесена запись; признать недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный ФИО2 с ФИО3, в отношении земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, общей площадью 49025 м? с кадастровым номером 05:09:000023:6787 с применением последствий недействительности сделки; признать недействительным зарегистрированное право собственности ФИО3, о чем в Единый государственный реестр внесена запись.

Представитель истца - ФИО7 в судебном заседании исковые требования ГАУ РД «Государственная экспертиза проектов» поддержала в полном объёме и просила их удовлетворить по изложенным в нем основаниям.

Ответчик ФИО2, ее представитель ФИО8 в судебном заседании иск ГАУ РД «Государственная экспертиза проектов» не признали и пояснили, что истец принял на баланс вышеуказанный земельный участок в ходе судебных тяжб и исполнения принудительного взыскания сумм задолженности с юридического лица, за выполненные работы. Нарушения норм ч. 1 ст. 15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №-Ф3 «О защите конкуренции», т.е. действия (бездействие), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции отсутствуют, так как публикация о реализации земельного участка размещалась на страницах официального сайта и издания «Квадратный метр в Дагестан, что указывает об отсутствии нарушений принципа конкуренции. Сделка по реализации земельного участка не являлась для истца крупной, в виду того, что сумма реализованного имущества не превысила 10% от балансовой стоимости активов истца по данным бухгалтерской отчетности на последнюю отчетную дату, в данном ситуации период реализации спорного земельного участка, что требуют нормы ст. 14 Федерального закона от 03 11.2006 № 174-ФЗ «Об автономных учреждениях», если уставом автономного учреждения не предусмотрен меньший размер крупной сделки. Уставом истца не предусмотрен меньший размер крупной сделки. Спорный земельный участок не являлся государственной собственностью, как недвижимое имущество, закрепленное или переданное в оперативное управление истцу. В связи, с чем на истца не накладывалось бремя уведомлять, согласовывать с учредителем реализацию данного земельного участка. В соответствии с п. 5.4. Устава ГАУ РД «Государственная экспертиза проектов», автономное учреждение без согласия учредителя не вправе распоряжаться недвижимым имуществом, закрепленным за ним учредителем или приобретенным автономным учреждением за счет средств, выделенных ему учредителем на приобретшие этого имущества Остальным имуществом, в том числе недвижимым имуществом, автономное учреждение вправе распоряжаться в соответствии с действующим законодательством, т.е. по своему усмотрению. При детальном анализе на лицо отсутствие нарушений норм ФЗ «О защите конкуренции», ФЗ «Об автономных учреждениях» и разделы устава ГАУ РД «Государственная экспертиза проектов», в связи с изложенным заявленные требования истцом не подлежат удовлетворению. При этом вырученные средства с реализации земельного участка позволило истцу осуществить погашение имеющихся задолженностей по налогам и заработной плате. Истцу следовало бы дать аналогичные разъяснения УФАС по РД, до направления искового заявления в судебный орган с указанными требованиями. ФИО2, как участник гражданских правоотношений, действует добросовестно, не злоупотребляя правом, не преследует цель причинения вреда третьим лицам. Своими действиями истец нарушает права ФИО2, как собственника недвижимого имущества и непосредственно данные факты влекут нарушение конституционных прав ФИО2 Потому просили суд отказать в удовлетворении заявленных исковых требований ГАУ РД «Государственная экспертиза проектов» в полном объеме.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, обеспечив явку своих представителей ФИО5 и ФИО6, которые иск ГАУ РД «Государственная экспертиза проектов» также не признали и пояснили, что земельный участок площадью 49025 м? с кадастровым номером 05:09:000023:6787, расположенный в <адрес> Республики Дагестан, был приобретен ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ у гражданки ФИО2 за сумму 2 млн. 800 тысяч рублей на основании нотариально удостоверенного договор купли-продажи №<адрес>0 (зарегистрирован в реестре под номере 05/126-н/05-2020-2-675). Договор прошел государственную регистрацию Управлении Росреестра по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ под номером 05:09:000023:6787-05/189/2020-13, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости (ЕГРН). В свою очередь ФИО2 приобрела участок у истца ДД.ММ.ГГГГ на основании договора купли-продажи. Управлением Росреестра по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ гражданкой ФИО2 было зарегистрировано право собственности на участок, что подтверждается выпиской из ЕГРН. Согласно выписке из ЕГРН в собственность истца участок был оформлен ДД.ММ.ГГГГ (номер государственной регистрации права 05:09:000023:6787-05/011/2018-7) на основании Постановления и Акта Управления Федеральной службы судебных приставов России по <адрес> о передаче нереализованного в принудительном порядке имущества должника взыскателю от ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с ч.1 ст.549 и ст.550 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество. Договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа. Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность. В силу статьи 550 Гражданского кодекса РФ ФИО3 и ФИО2 соблюдена форма договора, а именно договор заключен в письменной форме. Кроме того сделка носила возмездный характер. Считают, что совершенная ФИО3 сделка по купле-продаже участка полностью соответствует требованиям законодательства. Из искового заявления не усматривается, в чем именно выразилось нарушение действующего законодательства при совершении сделок, отсутствует указание на обстоятельства, являющиеся основанием для признания сделок недействительными. Потому просили суд отказать в удовлетворении заявленных требований истца в полном объеме.

Представитель третьего лица – Управления Росреестра по РД в суд не явился, хотя был своевременно извещен о рассмотрении иска. О причинах неявки суду не сообщил.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика ФИО3 и представителя Управления Росреестра по РД.

Выслушав доводы лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела и представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Как усматривается из материалов дела, у истца ГАУ РД «Государственная экспертиза проектов» на праве собственности находилось недвижимое имущество- земельный участок, площадью 49025 м? с кадастровым номером 05:09:000023:6787, находящийся по адресу: <адрес>. Основанием для регистрации права собственности на имущество явилось постановление и акт заместителя начальника МО СП по ОИП УФССП России по РД от ДД.ММ.ГГГГ о передаче нереализованного в принудительном порядке имущества должника ОАО «Авиаагрегат» взыскателю ГАУ РД «Государственная экспертиза проектов» (номер регистрационной записи 05:09:000023:6787-05/011/2018-7 от ДД.ММ.ГГГГ).

ДД.ММ.ГГГГ между ГАУ РД «Государственная экспертиза проектов» и ФИО2 заключён договор купли-продажи земельного участка, предметом которого явилось недвижимое имущество: земельный участок из категории земель - земли населенных пунктов, общей площадью 49025 м? с кадастровым номером 05:09:000023:6787, находящийся по адресу: <адрес>, стоимостью 2800000 руб. Управлением Росреестра по РД ДД.ММ.ГГГГ произведена государственная регистрация права собственности ФИО2 на указанный земельный участок (номер регистрационной записи №).

В последующем ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3 был заключён договор купли-продажи (купчая) о приобретении земельного участка за сумму 2800000 рублей. Договор прошел государственную регистрацию Управлении Росреестра по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ под номером 05:09:000023:6787-05/189/2020-13.

Заявляя исковые требования, истец ссылается на вынесенное Дагестанским УФАС России предупреждение от ДД.ММ.ГГГГ № в котором указывается, что в действиях ГАУ РД «Государственная экспертиза проектов» выразившиеся в предоставлении ФИО2 земельного участка в нарушении антимонопольного законодательства, предусмотренное ч.1 ст. 15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №-Ф3 «О защите конкуренции». При этом указывается на необходимость расторжения договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ заключённого с ФИО2 и возврата имущества в республиканскую собственность.

Разрешая заявленные требования, суд исходит из следующего.

Так, согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1). При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

Конституцией Российской Федерации гарантируются свобода экономической деятельности, право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, а также признание и защита собственности, ее охрана законом (статьи 8 и 35, части 1 и 2).

Названные права, как следует из статей 1, 2, 15 (часть 4), 17 (части 1 и 2) и 19 (части 1 и 2), 45 (часть 1) и 46 Конституции Российской Федерации, гарантируются в качестве основных и неотчуждаемых прав и свобод человека и гражданина и реализуются на основе общеправовых принципов юридического равенства, неприкосновенности собственности и свободы договора, предполагающих равенство, автономию воли и имущественную самостоятельность участников гражданско-правовых отношений, недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты, которые провозглашаются и в числе основных начал гражданского законодательства.

По смыслу статьи 35 (часть 2) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 8, 34, 45, 46 и 55 (часть 1), права владения, пользования и распоряжения имуществом обеспечиваются не только собственникам, но и иным участникам гражданского оборота. В тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь, возникшие на предусмотренных законом основаниях, имеют другие, помимо собственника, лица - владельцы и пользователи вещи, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав. К числу таких имущественных прав относятся и права добросовестных приобретателей.

Вместе с тем в силу статей 15 (часть 2), 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (части 1 и 3) Конституции Российской Федерации и исходя из общеправового принципа справедливости защита права собственности и иных вещных прав, а также прав и обязанностей сторон в договоре должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота - собственников, сторон в договоре, третьих лиц. При этом возможные ограничения федеральным законом прав владения, пользования и распоряжения имуществом, а также свободы предпринимательской деятельности и свободы договоров также должны отвечать требованиям справедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными, носить общий и абстрактный характер, не иметь обратной силы и не затрагивать существо данных конституционных прав, т.е. не ограничивать пределы и применение основного содержания соответствующих конституционных норм. Сама же возможность ограничений, как и их характер, должна обусловливаться необходимостью защиты конституционно значимых ценностей, а именно основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Данное положение корреспондирует Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в соответствии с которой право каждого физического и юридического лица на уважение принадлежащей ему собственности и ее защиту (и вытекающая из этого свобода пользования имуществом) не ущемляет право государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами (статья 1 Протокола № к Конвенции).

Конституционные принципы свободы экономической деятельности и свободного перемещения товаров, услуг и финансовых средств предполагают наличие надлежащих гарантий стабильности, предсказуемости и надежности гражданского оборота, которые не противоречили бы индивидуальным, коллективным и публичным правам и законным интересам его участников. Поэтому, осуществляя в соответствии со статьями 71 (пункты «в» и «о») и 76 Конституции Российской Федерации регулирование оснований возникновения и прекращения права собственности и других вещных прав, договорных и иных обязательств, оснований и последствий недействительности сделок, федеральный законодатель должен предусматривать такие способы и механизмы реализации имущественных прав, которые обеспечивали бы защиту не только собственникам, но и добросовестным приобретателям как участникам гражданского оборота.

В противном случае для широкого круга добросовестных приобретателей, проявляющих при заключении сделки добрую волю, разумную осмотрительность и осторожность, будет существовать риск неправомерной утраты имущества, которое может быть истребовано у них в порядке реституции. Подобная незащищенность вступает в противоречие с конституционными принципами свободы экономической деятельности и свободы договоров, дестабилизирует гражданский оборот, подрывает доверие его участников друг к другу, что несовместимо с основами конституционного строя Российской Федерации как правового государства, в котором человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защита - обязанность государства.

Гражданский кодекс Российской Федерации - в соответствии с вытекающими из Конституции Российской Федерации основными началами гражданского законодательства (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) - не ограничивает гражданина в выборе способа защиты нарушенного права и не ставит использование общих гражданско-правовых способов защиты в зависимость от наличия специальных, вещно-правовых, способов. Граждане и юридические лица в силу статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе осуществить этот выбор по своему усмотрению.

Согласно Гражданскому кодексу Российской Федерации лицо, полагающее, что его вещные права нарушены, имеет возможность обратиться в суд как с иском о признании соответствующей сделки недействительной (статьи 166-181), так и с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения (статьи 301-302).

Гражданским кодексом Российской Федерации предусмотрено, что собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения (статья 301). Согласно пункту 1 его статьи 302 если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

По смыслу данных законоположений, суд должен установить, что имущество выбыло из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, в силу указанных обстоятельств, а также что приобретатель приобрел имущество возмездно и что не знал и не мог знать о том, что имущество приобретено у лица, не имевшего права на его отчуждение; при этом приобретатель не может быть признан добросовестным, если к моменту совершения возмездной сделки в отношении спорного имущества имелись притязания третьих лиц, о которых ему было известно, и если такие притязания впоследствии признаны в установленном порядке правомерными.

В соответствии с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П «По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ФИО13» когда по возмездному договору имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться в суд в порядке статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации с иском об истребовании имущества из незаконного владения лица, приобретшего это имущество (виндикационный иск). Если же в такой ситуации собственником заявлен иск о признании сделки купли-продажи недействительной и о применении последствий ее недействительности в форме возврата переданного покупателю имущества, и при разрешении данного спора судом будет установлено, что покупатель является добросовестным приобретателем, в удовлетворении исковых требований в порядке статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации должно быть отказано.

При рассмотрении соответствующей категории дел необходимо учитывать также правовые позиции, содержащиеся в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О и п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № о том, что недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о выбытии этого имущества из владения передавшего его лица помимо его воли, а также правовые позиции, содержащиеся в решениях Европейского суда, и практику Европейского суда по конкретным делам во избежание любого нарушения Конвенции. Вмешательство в право на уважение собственности, следовательно, должно устанавливать «справедливое равновесие» между потребностями общества или общим интересом и требованиями защиты фундаментальных прав лица. Необходимость достижения этого равновесия отражена в структуре статьи 1 как таковой, которая должна применяться с учетом общего принципа, изложенного в ее первом предложении. В частности, должно быть достигнуто разумное соотношение пропорциональности между применяемыми средствами и целью, преследуемой мерой, которая лишает лица его имущества или контролирует его использование. В этой связи изъятие имущества без уплаты суммы, разумно связанной с его стоимостью, обычно составляет несоразмерное вмешательство, которое не может быть оправданным с точки зрения статьи 1 Протокола № к Конвенции (Постановление ЕСПЧ от ДД.ММ.ГГГГ по делу «Гладышева против Российской Федерации»).

Из материалов дело и судом достоверно установлено, что спорное недвижимое имущество выбыло из владения собственника (ОАО «Авиаагрегат», ГАУ РД «Государственная экспертиза проектов») с его согласия. При этом, как ФИО2, так и ФИО3, приобретая это имущество, не знали и не могли знать о каких-либо возможных нарушениях процедуры его отчуждения, о чем свидетельствует полученные ими в установленном законом порядке свидетельства о государственной регистрации права. Таким образом, как ФИО2, так и ФИО3 в силу указанных положений закона являются добросовестным приобретателем, в связи с чем суд принимает решение об отказе в удовлетворении исковых требований о признании недействительными договоров купли-продажи земельного участка, и применении последствий его недействительности в виде возврата сторон в первоначальное состояние.

Представитель истца доводы ФИО2 и ФИО3 о добросовестности приобретения ими спорного недвижимого имущества не оспаривала.

Иных оснований для признания договоров купли-продажи истцом не заявлено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации она считается недействительной с момента совершения и не порождает тех юридических последствий, ради которых заключалась, в том числе перехода титула собственника к приобретателю. При этом, по общему правилу, применение последствий недействительности сделки в форме двусторонней реституции не ставится в зависимость от добросовестности сторон.

Вместе с тем из статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой сделка, не соответствующая требованиям закона, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения, следует, что на сделку, совершенную с нарушением закона, не распространяются общие положения о последствиях недействительности сделки, если сам закон предусматривает «иные последствия» такого нарушения.

Поскольку добросовестное приобретение в смысле статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация).

Следовательно, права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные статьей 302 Гражданского кодекса Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя.

Иное истолкование положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации означало бы, что собственник имеет возможность прибегнуть к такому способу защиты, как признание всех совершенных сделок по отчуждению его имущества недействительными, т.е. требовать возврата полученного в натуре не только когда речь идет об одной (первой) сделке, совершенной с нарушением закона, но и когда спорное имущество было приобретено добросовестным приобретателем на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок. Тем самым нарушались бы вытекающие из Конституции Российской Федерации установленные законодателем гарантии защиты прав и законных интересов добросовестного приобретателя.

Таким образом, содержащиеся в пунктах 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации общие положения о последствиях недействительности сделки в части, касающейся обязанности каждой из сторон возвратить другой все полученное по сделке, - по их конституционно-правовому смыслу в нормативном единстве со статьями 166 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации - не могут распространяться на добросовестного приобретателя, если это непосредственно не оговорено законом.

В соответствии с вышеуказанным Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации названное правовое регулирование отвечает целям обеспечения стабильности гражданского оборота, прав и законных интересов всех его участников, а также защиты нравственных устоев общества, а потому не может рассматриваться как чрезмерное ограничение права собственника имущества, полученного добросовестным приобретателем, поскольку собственник обладает правом на его виндикацию у добросовестного приобретателя по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации. Кроме того, собственник, утративший имущество, обладает иными предусмотренными гражданским законодательством средствами защиты своих прав.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Исходя из смысла ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации, во всех случаях, когда в том или ином суде разрешается спор и есть стороны, они должны быть процессуально равны, иметь равные права и возможности отстаивать свои интересы.

Это конституционное положение и требование норм международного права содержится и в ст. 12 ГПК РФ, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Анализ указанных норм позволяет сделать вывод о том, что суд в процессе состязательности не является инициатором и лишь разрешает предусмотренные законом вопросы, которые ставят перед ним участники судопроизводства, которые в рамках своих процессуальных прав обосновывают и доказывают свою позицию в конкретном деле.

Законом на суд не возлагается обязанность по собиранию доказательств и по доказыванию действительных обстоятельств дела, так как возложение такой обязанности приведёт к тому, что он будет вынужден действовать в интересах какой-либо из сторон.

Оценив представленные доказательства с позиции ст. 67 ГПК РФ суд установил, что в нарушение ст. 56 ГПК РФ суду не представлено допустимых и бесспорных доказательств, при наличии которых суд мог бы прийти к выводу об удовлетворении заявленных истцом требований.

Учитывая установленные обстоятельства дела, тот факт, что передача имущества в собственность не оспорена, недействительной судом не признана, договоры купли-продажи исполнены сторонами, что подтверждается фактом государственной регистрации ответчиками права собственности на проданное им имущество, при этом вышеуказанное имущество передано во владение и пользование ответчиков по акту приема-передачи, стоимость имущества ответчиками оплачена в полном объёме, суд делает вывод о возможности иного способа защиты нарушенных прав путем возмещения убытков, который является одним из предусмотренных статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способов защиты нарушенных прав.

Статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

При этом, в соответствии с абзацем третьим пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» сделки унитарного предприятия, заключенные с нарушением абзаца первого пункта 2 статьи 295 Гражданского кодекса РФ, а также положений Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», в частности пунктов 2, 4, 5 статьи 18, статей 22 - 24 этого Закона, являются оспоримыми, поскольку могут быть признаны недействительными по иску самого предприятия или собственника имущества, а не любого заинтересованного лица.

Соответственно, ответчик вправе заявить об истечении срока исковой давности для признания такой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Пунктом 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», разъясняется, что в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, независимо от того, кто обратился за судебной защитой: само лицо, право которого нарушено, либо в его интересах другие лица в случаях, когда закон предоставляет им право на такое обращение.

Аналогичная правовая позиция впоследствии нашла отражение в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

Так, согласно разъяснению, содержащемуся в указанном выше пункте, при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 1 статьи 46 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 52 и части 1 и 2 статьи 53, статья 53.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

При таких обстоятельствах, поскольку представитель истца не отрицал, что о переходе права собственности стало известно с момента государственной регистрации, то именно с этого момента в данном случае подлежит исчислению одногодичный срок исковой давности для признания оспоримой сделки недействительной, который ко времени подачи иска по настоящему делу истек.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 167, 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ГАУ РД «Государственная экспертиза проектов» к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО2, в отношении земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, общей площадью 49025 м? с кадастровым номером 05:09:000023:6787, с применением последствий недействительности сделки и возврата сторон в первоначальное положение; признании недействительным зарегистрированного права собственности ФИО2, о чем в Единый государственный реестр внесена запись; о признании недействительным договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного ФИО2 с ФИО3, в отношении земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, общей площадью 49025 м? с кадастровым номером 05:09:000023:6787 с применением последствий недействительности сделки; о признании недействительным зарегистрированного права собственности ФИО3, о чем в Единый государственный реестр внесена запись, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан через Карабудахкентский районный суд Республики Дагестан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Председательствующий: А.А. Казаватов