Решение № 2-3161/2025 2-3161/2025~М-2496/2025 М-2496/2025 от 8 декабря 2025 г. по делу № 2-2471/2025

86RS0004-01-2025-006609-73

№2-3161/2025


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 ноября 2025 года Ачинский городской суд Красноярского края

в составе председательствующего судьи Ирбеткиной Е.А.,

с участием прокурора Занько Н.В.,

при секретаре Смолевой Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ФИО4 о возмещении вреда, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 в рамках возбужденного уголовного дела обратился с гражданским иском к ФИО4 о возмещении вреда, причиненного преступлением, мотивируя свои требования тем, что 30.04.2020 СЧ СУ МВД России по ХМАО-Югре было возбуждено уголовное дело по ч.2 ст. 172.2 УК РФ в отношении неустановленного лица, которое было соединено с другим уголовным делом, возбужденным 16.07.2020 по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ в отношении также неустановленного лица. В ходе следствия установлено, что ФИО4 в период с 24.04.2018 по 18.11.2020 по адресу: <адрес>, пом.6, а также в дополнительных офисах по адресу: ХМАО-Югра, <адрес> организовал деятельность КПК «Югра» по привлечению денежных средств физических лиц в особо крупном размере в общей сумме 134 844 790,39 руб., при которой выплата дохода лицам, чьи денежные средства привлечены ранее, осуществлялась за счет привлеченных денежных средств иных физических лиц при отсутствии инвестиционной и иной законной предпринимательской или иной деятельности, связанной с использованием привлеченных денежных средств в объеме, сопоставимом с объемом привлеченных денежных средств. В последующем ФИО4, умышленно, из корыстных побуждений, путем обмана физических лиц похитил привлеченные денежные средства 148 граждан на общую сумму 114 803 871,50 руб., которыми распорядился по своему усмотрению. В этой связи, ссылаясь на положения ст. 1064 ГК РФ, ФИО5 просил взыскать с виновного лица в его пользу 500 000 руб. (л.д. 5).

Приговором Сургутского городского суда ХМАО-Югры от 03.10.2024 ФИО4 оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 172.2 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 3 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления, в тоже время ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. При этом вопрос о размере возмещения по гражданским искам, в том числе потерпевшего ФИО5 в размере 500 000 руб., при рассмотрении уголовного дела не разрешен и передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства (л.д. 65-78).

Определениями суда от 08.08.2025, 08.09.2025 суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные исковые требования, привлечены КПК «Югра», НКО «Межрегиональное потребительское общество взаимного страхования» (л.д. 87-92).

Определением суда от 28.10.2025 произведена замена умершего истца ФИО5 на правопреемников ФИО1, ФИО2, ФИО3 (л.д. 148).

В судебное заседание истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3, надлежащим образом уведомленные о дате, месте и времени рассмотрения дела (л.д. 150, 182, 183), не явились. В представленных заявлениях истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3 дело просили рассмотреть в их отсутствие в связи с удаленностью проживания, исковые требования к ФИО4 поддержали (л.д. 187,188).

Ответчик ФИО4 надлежащим образом извещенный о рассмотрении дела судебным уведомлением (л.д. 150), а также с его согласия смс-сообщением по указанному им номеру телефона (л.д. 84, 186), в зал суда не явился.

В ранее представленном отзыве ответчик ФИО4 дело просил рассмотреть в его отсутствие, по исковым требованиям возражал, указав, что в 2018 г. он был введен в заблуждение мошенниками, которые предложили ему стать председателем КПК «Югра». Однако фактически деятельностью по управлению кооперативом он не занимался, какие-либо денежные средства от истцов не получал и ими не распоряжался, данный факт доказан не был, тогда как при проведении предварительного расследования действительные организаторы кооператива установлены не были. Ответчик считал, что размещая деньги в КПК «Югра» и в последующем не принимая участия в управлении кооперативом, пайщики также проявили неосмотрительность. Кроме того, ФИО4 полагал, что члены кооператива несут «субсидиарно-солидарную ответственность» за его деятельность и не лишены права обращения в страховое общество для получения страхового возмещения (л.д. 82-83).

Представители третьих лиц КПК «Югра», НКО «Межрегиональное потребительское общество взаимного страхования», надлежащим образом уведомленные о дате, месте и времени рассмотрения дела судебным сообщением (л.д. 150), в зал суда не явились.

Представитель НКО Межрегиональное потребительское общество взаимного страхования» ФИО6, действующий на основании доверенности от 09.01.2025 (л.д. 96-оборот), представил письменный отзыв, в котором указал, что НКО «МОВС» в соответствии с Федеральным законом от 29.11.2007 г. № 286-ФЗ «О взаимном страховании» осуществляет страхование имущественных интересов только членов общества взаимного страхования. С КПК «Югра» обществом были заключены договоры страхования гражданской ответственности кредитного потребительского кооператива за нарушение договоров, на основании которых привлекаются денежные средства членов КПК: №ГО КПК_00281 от 18.09.2018 на срок с 00:00 часов 19 сентября 2018 г. до 24:00 часов 18 марта 2019 г. включительно, договор окончен истечением срока его действия; №ГО КПК_00368 от 03.04.2019 на срок с 00:00 часов 04 апреля 2019 г. до 24:00 03 октября 2019 г. включительно, договор окончен по истечении срока действия. Иных договоров КПК «Югора» не заключалось и 25.02.2020 кооператив добровольно вышел из членов общества. Страховым случаем по договорам страхования (п.3.1.) является возникновение гражданской ответственности кооператива, вызванное причинением ущерба пайщикам в связи с нарушением кооперативом обязательств по возврату денежных средств, переданных пайщиками кооператива на основании договоров займа и договоров передачи личных сбережений, вследствие несостоятельности (банкротства) кооператива, не связанной с умышленными действиями контролирующих лиц кооператива. Одновременно с этим, в соответствии с п.3.2 договора страхования, страховой случай считается наступившим со дня вступления в законную силу решения арбитражного суда о признании кредитного кооператива банкротом и открытии в отношении него конкурсного производства. Исходя из информации, доступной на официальном сайте системы арбитражных судов РФ, в рамках срока действия договора страхования в отношении кооператива не имелось вступившего в законную силу решения арбитражного суда о признании кооператива банкротом и об открытии в отношении него конкурсного производства. Тем самым, договор страхования прекратил свое действие, а событие, которое может быть признано страховым случаем не произошло. Представитель считал, что исходя из положений договора страхования и правил страхования, страховой случай, в отношении которого истец признавался бы выгодоприобретателем, не наступил, как следствие, оснований для выплаты страхового возмещения истцу не имеется. Дополнительно представитель общества отразил, что истец ФИО5 членом общества не являлся, договоры страхования между ними и страховщиком не заключались (л.д. 93-95).

Исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшей исковые требования удовлетворить, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению в следующем размере по следующим основаниям.

В соответствии с положениями ч.1 и 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По правилам ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

На основании ст. 1082 ГК РФ удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Как следует из материалов дела, приговором Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 03.10.2024 ФИО4 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 3 ст. 302 УПК РФ был оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 172.2 УК РФ, в связи с отсутствием состава преступления и признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, с назначением ему наказания в виде в виде 05 лет 06 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Вопрос о размере возмещения по гражданскому иску потерпевшего ФИО5 при рассмотрении уголовного дела не разрешен и передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства (л.д. 65-78).

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам суда ХМАО-Югры от 13.03.2025 приговор в части отказа в удовлетворении гражданских исков о взыскании с ФИО4 в пользу ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 компенсации морального вреда отменен, уголовное дело передано в указанной части на новое судебное рассмотрение в тот же суд первой инстанции в порядке гражданского судопроизводства, в остальной части приговор оставлен без изменения (л.д.55-63).

В соответствии с п. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Названный приговор суда от 03.10.2024 в силу требований ст. 61 ГПК РФ для рассмотрения настоящего спора имеет преюдициальное значение в части выводов об установлении обстоятельств совершенного ФИО4 преступления, а установленные им обстоятельства повторному доказыванию не подлежат.

В частности, приговором Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 03.10.2024 установлено, что в неустановленное в ходе следствия время, но не позднее апреля 2018 года, у ФИО4 возник умысел на хищение чужого имущества путем обмана неопределенного круга лиц. Хищение денежных средств должно было осуществляться путем обмана согласно разработанной схеме за счет привлечения принадлежащих физическим лицам денежных средств в кредитно-потребительский кооператив в суммах от 10 000 рублей на срок от 1 до 36 месяцев путем заключения договоров о передаче личных сбережений (займе) на условиях получения ежемесячной прибыли в размере от 7% до 13,95 % годовых от суммы сбережений. Указанную преступную деятельность ФИО4 решил осуществлять на территории Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, а также в г. Екатеринбурге Свердловской области, то есть на территории крупных городов с развитой инфраструктурой, рекламным бизнесом с целью получения максимальной выгоды, а также из личной корыстной заинтересованности.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО4 в неустановленное в ходе следствия время, но не позднее 24 апреля 2018 года, в неустановленном ходе следствия месте на территории г.Красноярска без намерения осуществлять предпринимательскую деятельность от деятельности которой получать прибыль, предложил ФИО11, неосведомленному о преступных намерениях ФИО4, организовать деятельность КПК «Югра» на территории Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, и быть его руководителем, возложив на него обязанности по регистрации КПК «Югра» в налоговом органе. ФИО11, не имеющий постоянного источника дохода, согласился на предложение ФИО4

В продолжение своего преступного умысла, 10 июля 2018 года ФИО4 изготовил протокол № 2 внеочередного собрания пайщиков КПК «Югра», согласно которому был избран новым председателем правления указанного КПК, и предоставил его в Инспекцию Федеральной налоговой службы по Сургутскому району Ханты-Мансийского автономного округа-Югры, где 19 июля 2018 года указанные изменения внесены в единый государственный реестр юридических лиц.

В дальнейшем ФИО4 в неустановленное следствием время, но не позднее 25 июля 2018 года, арендовал офисное помещение, расположенное по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, а также организовал рекламу КПК «Югра».

Кроме того, разработал и изготовил документацию КПК «Югра»: бланки заявлений о вступлении в кооператив, бланки кассовых ордеров, бланки договоров о передаче личных сбережений физических лиц, рекламные материалы и иные документы, необходимые в деятельности кооператива; приобрел оборудование (системные блоки, мониторы, принтеры и т.п.), которыми были оснащены рабочие места сотрудников в арендуемом помещении. После чего, организовав стабильное функционирование вновь созданного кооператива, ФИО4 единолично принимал решение о распоряжении денежными средствами.

В целях нормального функционирования кооператива, осуществления непрерывного привлечения граждан и заключения договоров, ФИО4 в период времени с 03 мая 2018 года по 01 августа 2020 года принял на работу лиц, неосведомленных о его преступной деятельности, распределив между ними обязанности по оформлению договоров с гражданами и приему денежных средств, порядку направления вырученных денежных средств, которые в последующем, заблуждаясь в истинных намерениях ФИО4, вели переговоры с потенциальными клиентами, убеждая последних в выгоде внесения денежных средств в КПК «Югра», в финансовой стабильности кооператива, привлекали новых вкладчиков, убеждали в дополнительных инвестициях, сообщая им ложные сведения о страховании вкладов в НКО «МОВС», об уплате налогов, принимали наличные денежные средства, составляли и распечатывали договоры, подписывая от своего имени по доверенности КПК «Югра», оформляли приходные и расходные кассовые ордера, выплачивали проценты по вкладам.

В дальнейшем, ФИО4 не позднее 10 августа 2019 года арендовал офисное помещение, расположенное по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, приобрел оборудование (системные блоки, мониторы, принтеры и т.п.), которыми были оснащены рабочие места сотрудников в арендуемом помещении. После чего ФИО4 в соответствии с ранее разработанной схемой, в нарушение ч.3.2 ст.7 Федерального закона от 18 июля 2009 года №190-ФЗ «О кредитной кооперации», открыл дополнительный офис КПК «Югра» в г. Нефтеюганске ХМАО-Югры, то есть на территории муниципального образования, не граничащего территориально с г. Сургутом и принял на работу сотрудников с целью продолжения осуществления намеченной деятельности.

Создав КПК «Югра» и привлекая вкладчиков, ФИО4 заведомо знал об отсутствии реальной финансовой возможности исполнить обязательства перед вкладчиками по выплате им процентов от инвестиций в полном объеме и по возврату сумм вкладов, тем самым, он не намеревался исполнять свои обязательства по заключаемым договорам, то есть обманывал вкладчиков.

Приговором установлено, что ФИО4 контролировал поступавшие в КПК «Югра» денежные средства, осуществлял их расходование, то есть похищал их, распоряжаясь ими по своему усмотрению, расходуя денежные средства в личных целях и в интересах других лиц. В целях недопущения обнаружения своей преступной деятельности, ФИО4 выплачивал незначительную от общего потока инвестиций часть денег вкладчикам в виде прибыли по заключенным договорам.

Кроме того, часть от полученных преступным путем денежных средств, тратились ФИО4 на поддержание имиджа КПК «Югра» на достаточно высоком уровне (аренда офисного помещения, приобретение оргтехники, реклама и т.д.), в целях вовлечения в кооператив большего количества граждан и соответственно получения денежных средств путем убеждения их в законности деятельности и «процветании» кооператива, а, следовательно – в выгодности вложений в него. При этом ФИО4 достоверно знал, что доход и прибыль КПК «Югра» формировалась исключительно за счет денежных средств, поступающих от новых членов, что модель функционирования данного кооператива есть не что иное как «финансовая пирамида», деятельность которой не создает благоприятных условий финансового благополучия всего общества в целом и не направлена на повышение уровня социальной защищенности граждан.

Из изложенного выше следует, что ФИО4, действуя умышленно, из корыстной заинтересованности, имея преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества путем обмана, создал КПК «Югра» с целью осуществления его деятельности по принципу «финансовой пирамиды» и совершения хищения денежных средств граждан (вкладчиков), используя следующую схему (механизм) совершения мошенничества: 1) убеждение граждан в выгоде внесения займов в КПК «Югра» путем рекламы в средствах массовой информации и личного общения; 2) непосредственное получение наличных денежных средств и оформление документов с отражением факта денежного взноса гражданина; 3) частичная выплата гражданам процентов от займов, частичная выплата небольших сумм займов, в целях завуалирования преступной деятельности; 4) привлечение новых вкладчиков, убеждение уже имеющихся вкладчиков в дополнительных инвестициях и, как следствие, увеличение денежного потока в КПК «Югра»; 5) удержание денежных средств вкладчиков путем перезаключения договоров на большие суммы (с учетом процентов по займам); 6) использование полученных денежных средств в личных целях или в интересах других лиц.

Таким образом, в период с 03 мая 2018 года по 18 ноября 2020 года ФИО4 умышленно, из корыстной заинтересованности, путем обмана совершил хищение денежных средств у 158 граждан путем заключения договоров о передаче личных сбережений (займа) в КПК «Югра» на общую сумму 118 952 386 рублей 18 копеек, то есть в особо крупном размере.

28.12.2018 в дневное время в дополнительном офисе, расположенном по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, между КПК «Югра» и ФИО5 был заключен договор о передаче личных сбережений №НЕ281218/011 сроком на 3 месяца под 12,5% годовых в соответствии с условием которого последним внесены в кассу кооператива денежные средства в размере 150 000 рублей, паевый взнос в размере 50 рублей и вступительный взнос в размере 100 рублей (л.д.7, 11-16).

Далее в соответствии с дополнительным соглашением №1 к указанному договору 29.12.2018 в дневное время ФИО5, находясь в офисе по указанному адресу, внес в кассу кооператива денежные средства в размере 120 000 рублей (л.д. 7,35-36).

В соответствии с дополнительным соглашением б/н к указанному договору 15.01.2019 ФИО5 внес в кассу кооператива денежные средства в размере 80 000 рублей (л.д.8,37).

В соответствии с дополнительным соглашением б/н к договору 04.03.2019 ФИО5 внес в кассу кооператива денежные средства в размере 50 000 рублей (л.д.8,38).

28.03.2019 договор №НЕ281218/011 между КПК «Югра» и ФИО5 был расторгнут, после чего 28.03.2019 между КПК «Югра» и ФИО5 был заключен договор о передаче личных сбережений №НЕ280319/005 сроком на 3 месяца под 12,5% годовых в соответствии с условием которого последним внесены в кассу кооператива денежные средства в размере 500 000 рублей, полученные после расторжения предыдущего договора (л.д.7,10, 23-28,39,48).

В соответствии с дополнительным соглашением б/н к вышеуказанному договору 15.04.2019 ФИО5 внес в кассу кооператива денежные средства в размере 100 000 рублей (л.д.7,40).

28.06.2019 договор №НЕ280319/005 между КПК «Югра» и ФИО5 был расторгнут, после чего 28.06.2019 между КПК «Югра» и ФИО5 был заключен договор о передаче личных сбережений №НЕ280619/005 сроком на 3 месяца под 12% годовых в соответствии с условием которого последним внесены в кассу кооператива денежные средства в размере 500 000 рублей, полученные после расторжения предыдущего договора (л.д.8, 17-22,41-42,49).

28.09.2019 договор №НЕ280619/005 между КПК «Югра» и ФИО5 был расторгнут, после чего 28.09.2019 между КПК «Югра» и ФИО5 был заключен договор о передаче личных сбережений №НЕ280919/005 сроком на 3 месяца под 11% годовых в соответствии с условием которого последним внесены в кассу кооператива денежные средства в размере 500 000 рублей, полученные после расторжения предыдущего договора (л.д.7, 29-34,43-44,47).

Приговором суда было установлено, что всего ФИО5 в КПК «Югра» внесены денежные средства в размере 2 000 150 рублей, из которых 1 500 150 рублей возвращены, а денежные средства в размере 500 000 рублей путем обмана похищены, чем ФИО5 причинен материальный ущерб (л.д. 11-50).

ФИО5 признан потерпевшими по данному уголовному делу, приговором суда его гражданский иск оставлен без рассмотрения и передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Истец ФИО5 умер ДД.ММ.ГГГГ после предъявления 17.03.2022 рассматриваемого иска.

После смерти ФИО5 открыто наследственное дело №, с заявлениями о принятии наследства ФИО5 обратились супруга ФИО1, сын ФИО2, дочь ФИО3

Пункт 1 ч. 1 ст. 387 ГК РФ предусматривает, что права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона в результате универсального правопреемства в правах кредитора.

В силу ч. 1 ст. 1110 ГК РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

Таким образом, ФИО1, ФИО2, ФИО3 как наследникам истца ФИО5 по закону в порядке универсального правопреемства перешло право требования в отношении денежных средств, внесенных в КПК «Югра» по договорам о передаче личных сбережений

С учетом установленных приговором суда обстоятельств, подтверждающих незаконное присвоение ответчиком ФИО4 денежных средств ФИО5 при установленных приговором суда обстоятельствах в пользу истцов ФИО1, ФИО2, ФИО3 подлежат взысканию денежные средства в сумме 500 000 руб., т.е. по 166 666,66 руб. в пользу каждого.

Доводы ответчика ФИО4, изложенные им в отзыве на исковое заявление, об отсутствии его вины в присвоении денежных средств и наличии их ответственности за переданные в КПК «Югра» денежные средства были предметом проверки при рассмотрении уголовного дела и постановленным судом приговором установлена вина ответчика при описанных в приговоре обстоятельствах и его умышленные действия, результатом которых явилось присвоение принадлежащих ФИО5 денежных средств, в связи с чем оснований для их иной оценки суд, рассматривающий дело о гражданского-правовых последствиях таких действий, не имеет.

Возражения ответчика ФИО4 относительно возможности получения возмещения за счет страхового общества суд во внимание также не принимает, поскольку они не являются обоснованными на основании следующего.

Так, между КПК «Югра» и НКО «МОВС» были заключены договоры страхования:

- №ГО КПК_00281 от 18.09.2018 на срок с 00:00 часов 19.09.2018 до 24:00 часов 18.03.2019 включительно (л.д.97-оборот-99);

- №ГО КПК_00368 от 03.04.2019 на срок с 00:00 часов 04.04.2019 до 24:00 часов 03.10.2019 включительно (л.д.99-оборот-101).

Иных договоров страхования между указанными юридическими лицами не заключалось.

На основании п.3 ст.3 Закона РФ от 27.11.1992 №4015-1 «Об организации страхового дела в российской Федерации» добровольное страхование осуществлялось на основании договоров страхования и правил страхования, определяющих общие условия и порядок его осуществления.

В соответствии с п.3.1 договоров страхования страховым случаем является возникновение гражданской ответственности кооператива, вызванное причинением ущерба пайщикам в связи с нарушением кооперативом обязательств по возврату денежных средств, переданных пайщиками кооператив на основании договоров займа и договоров передачи личных сбережений, вследствие несостоятельности (банкротства) кооператива, не связанной с умышленными действиями контролирующих лиц кооператива.

По правилам п.3.2 договоров страхования страховой случай считается наступившим со дня вступления в законную силу решения арбитражного суда о признании кредитного кооператива (страхователя) банкротом и открытием в его отношении конкурсного производства.

При этом в п.3.3 Правил страхования указано, что несостоятельностью (банкротством) кооператива понимается состояние юридического лица, определенное в соответствии с федеральным законом №127-ФЗ от 26.10.2002г. «О несостоятельности (банкротстве), то есть признанная арбитражным судом неспособность кооператива в полном объеме удовлетворить требования кредитов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязательств по уплате платежей (л.д.167-175).

Протоколом № РН ЮЛ 0072/В заседания Правления Некоммерческой кооперативной организации «Межрегиональное потребительское общество взаимного страхования» от 25.02.2020 по заявлению председателя ФИО4 от 22.01.2020 принято решение об одобрении добровольного выхода КПК «Югра» и прекращении членства кооператива (л.д. 175а-177).

Согласно абз. 2 ст. 2 Федерального закона N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", банкротство - это неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданским обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, признанная арбитражным судом.

КПК «Югра» арбитражным судом банкротом не признавался и ввиду выхода КПК «Югра» из членов страхового общества основании ч.3 ст.8 Федерального закона от 29.11.2007 N 286-ФЗ «О взаимном страховании» статус члена общества прекращен на пятнадцатый день после дня прекращения действия последнего (единственного) договора страхования.

С учетом того, что ущерб истцу был причинен в результате совершенного ФИО4 преступления, а также исходя из изложенных условий и правил добровольного страхования деятельности КПК «Югра» доводы ответчика о наличии у истцов права на получение страхового возмещения являются не основанными на установленных судом обстоятельствах, а также требованиях действующего законодательства.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу пп. 4. п. 1 ст. 333.36 НК РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями, освобождаются истцы - по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку исковые требования удовлетворены, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 15 000 руб. исходя из взысканной суммы 500 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО4 (паспорт серии №), в пользу ФИО1 (СНИЛС №), ФИО2 (СНИЛС №), ФИО3 (паспорт серии №) денежные средства в сумме 500 000 руб. по 166 666,66 руб. в пользу каждого.

Взыскать с ФИО4 в бюджет муниципального образования г. Ачинск государственную пошлину в сумме 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ачинский городской суд.

Судья Е.А. Ирбеткина

Мотивированное решение изготовлено 09 декабря 2025 г.