Решение № 2-1102/2025 2-1102/2025~М-589/2025 М-589/2025 от 19 июня 2025 г. по делу № 2-1102/2025

Дело № 2-1102/2025

(УИД 42RS0013-01-2025-001012-27)


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Междуреченский городской суд

Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Чирцовой Е.А.,

при секретаре Малоедовой И.В.

с участием прокурора Сотниковой Н.Ю.

рассмотрев в открытом судебном заседании 04 июня 2025 года в г. Междуреченске гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Распадская-Коксовая», Публичному акционерному обществу «Распадская», Обществу с ограниченной ответственностью «Ольжерасское шахтопроходческое управление» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Распадская-Коксовая» (далее АО «Распадская Коксовая»), Публичному акционерному обществу «Распадская» ( далее ПАО «Распадская»), Обществу с ограниченной ответственностью «Ольжерасское шахтопроходческое управление» ( далее ООО «ОШПУ») о компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что в период работы на предприятии Ответчиков у истца развились два профессиональных заболевания в виде:

<данные изъяты>, о чем составлен акт о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ.

Заключением МСЭ впервые с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ ему была установлена утрата профессиональной трудоспособности по заболеванию <данные изъяты>

Заключением МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности увеличилась до <данные изъяты>.

Степень вины Ответчиков по заболеванию <данные изъяты> в соответствии с заключением врачебной экспертной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ, составляет:

- ООО «ОШПУ»: <данные изъяты>%;

- ПАО «Распадская»: <данные изъяты>%;

- АО «Распадская-Коксовая: <данные изъяты>%.

ОАО «Томское строительное управление» ДД.ММ.ГГГГ прекратило деятельность юридического лица в связи с ликвидацией на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства.

Оставшаяся степень вины <данные изъяты>) принадлежит предприятию ПАО «Южный Кузбасс».

<данные изъяты>, о чем составлен акт о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ.

Заключением МСЭ впервые с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ ему была установлена утрата профессиональной трудоспособности по заболеванию <данные изъяты>

Заключением МСЭ с 14.07.2023г. утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>.

Степень вины Ответчиков по заболеванию <данные изъяты> в соответствии с заключением врачебной экспертной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ, составляет:

- ООО «ОШПУ»: <данные изъяты>;

- ПАО «Распадская»: <данные изъяты>

- АО «Распадская-Коксовая»: <данные изъяты>

Оставшаяся степень вины <данные изъяты> принадлежит предприятию ПАО «Южный Кузбасс».

Стаж работы <данные изъяты>.) в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевания, <данные изъяты> (п 3.3. Санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника № от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно п. 33 ПРП продолжение выполнения профессиональной деятельности было возможно лишь при уменьшении объема (тяжести) работ и при изменении условий труда. ДД.ММ.ГГГГ он был переведен на более легкий труд на должность дежурного слесаря по ремонту оборудования. ДД.ММ.ГГГГ был уволен с должности подземного электрослесаря 4 разряда по собственному желанию в связи с выходом на пенсию (п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ).

В связи с профессиональным заболеванием <данные изъяты> не слышит обращенную к нему речь, приходится переспрашивать, что вызывает раздражение у собеседника и у него. В быту испытывает значительные ограничения, так как не слышит телефон, приходится перезванивать, из-за сниженного слуха, он делает на всю громкость телевизор, что вызывает недовольство домочадцев и соседей. Ранее он часто ходил в гости к друзьям и близким, но из-за сниженного слуха перестал это делать, так как всем некомфортно от постоянных его переспросов. Ранее он любил вести активный образ жизни: бывать на природе с родными или друзьями, в настоящее время в связи с заболеванием не может себе позволить такой образ жизни, так как у него появился страх от того, что он не может услышать обращенной к нему речи или попасть в ситуацию угрожающую его жизни и здоровью. На улице он вынужден постоянно оглядываться, не едет ли автомобиль по внутриквартальной зоне, так как он не слышит работу двигателя автомобиля, а порой и его сигналы. В настоящий момент состояние не улучшилось: профессиональное заболевание <данные изъяты>

Полагает, что сумма компенсации морального вреда, с учетом причиненных ему нравственных и физических страданий, утраты профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>

В связи с профессиональным заболеванием <данные изъяты> он испытывает болевые ощущения верхних конечностей: онемение и боли в кистях и предплечьях, иногда чувствует судороги в мышцах предплечий и плеч, при поднятии рук вверх боль усиливается. В руках постоянная слабость и онемение, не может выполнять даже несложную работу по дому и на дачном участке, просит близких о помощи в таких случаях. Даже при небольшой физической нагрузке у него наступает быстрая утомляемость в руках, из-за боли движения в руках ограничены. Из-за нарушения кровотока кончики пальцев белеют и руки мерзнут даже летом. Постоянно приходится растирать руки, чтобы прошли болевые ощущения, по этой причине не может ездить на дальние расстояния за рулем. В руках снижена чувствительность, иногда не чувствует горячие предметы. Напряжение и боль воротниковой зоны шейного отдела позвоночника. Он испытывает болевые ощущения в шейном отделе позвоночника, иногда даже в состоянии покоя, из-за чего сон нарушился. Профессиональное заболевание кардинально поменяло его образ жизни. Ранее, любил отдых на природе (походы, рыбалка), однако профессиональное заболевание вынуждает меня отказаться от активного досуга: тяжести противопоказано носить и поднимать, в условиях влажности и холода возникает скованность движений, а боли становятся интенсивнее и продолжительнее. Круг общения в связи с последствиями профзаболеваний резко сузился. Ограничения физических нагрузок в связи с заболеванием, и, как следствие, ограничение в решении бытовых повседневных проблем угнетает его, заставляет переживать, у него изменился характер, он стал нервным и раздражительным, в результате испытывает нравственные страдания. В соответствии с программой реабилитации пострадавшего ему показаны лекарственные препараты в количестве <данные изъяты>

Полагает, что сумма компенсации морального вреда, с учетом причиненных ему нравственных и физических страданий, утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием полинейропатия верхних конечностей в размере <данные изъяты>,

В соответствии с программой реабилитации пострадавшего ему показаны лекарственные препараты в количестве <данные изъяты>

В ходе рассмотрения дела им понесены расходы на оплату услуг представителя <данные изъяты> руб.

На основании изложенного, с учетом приведенного расчета, просит взыскать с ООО «ОШПУ» моральный вред: в связи с установленным профессиональным заболеванием <данные изъяты>

В судебном заседании истец на удовлетворении исковых требований настаивал, поддержав основания, изложенные в исковом заявлении. Суду дополнительно пояснил, что считает, что выплаты, произведенные в добровольном порядке не в полной мере компенсируют физические и нравственны страдания, так как из-за заболевания нейросенсорная тугоухость двусторонняя испытывает шум, звон в ушах, головные боли, вынужден использовать слуховой аппарат, от которого боли и шумы усиливаются. Не слышит обращенную к нему речь, не слышит телефон. Есть автомобиль, но из-за плохого слуха не управляет им <данные изъяты> года. В связи с заболеванием полинейропатия верхних конечностей он испытывает болевые ощущения в суставах рук, онемение и боли в кистях и предплечьях, иногда чувствует судороги в мышцах предплечий и плеч, при поднятии рук вверх боль усиливается. В руках постоянная слабость и онемение, не может выполнять даже несложную работу по дому и на дачном участке, просит близких о помощи в таких случаях. Постоянно пролечивается по ПРП: таблеток, уколов, санаторно-курортного лечения, однако улучшений не наступает.

Представитель истца ФИО4, допущенный к участию в деле на основании ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований, поддержав доводы истца.

Представитель ответчиков АО «Распадская-Коксовая», ПАО «Распадская», ООО «ОШПУ» ФИО5, действующая на основании доверенностей, возражала относительно заявленных исковых требований на основании доводов возражений представленных в письменном виде, которые сводятся к тому, что с учетом ФОС и коллективных договоров истцу была начислена и выплачена единовременная компенсация в счет возмещения морального вреда с учетом степени вины ответчиков в развитии у истца профзаболеваний. Размер компенсации морального вреда в полной мере компенсирован, истец не возражал в отношении размера указанных сумм, подписал соглашения о компенсации морального вреда, тем самым согласился с возмещением морального вреда, что влечет прекращение данного обязательства. Полагают, что выплата произведенные АО «Распадская-Коксовая», ПАО «Распадская», ООО «ОШПУ», в полной мере компенсируют нравственные и физические страдания истца, размер компенсации морального вреда требуемые истцом ко взысканию не соответствует требованиям разумности и справедливости. Полагала, что заявленные судебные расходы на оплату услуг представителя завышенными.

В судебное заседание не явился представитель третьего лица ПАО «Южный Кузбасс», о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, заявлений, ходатайств не представлено.

На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, с учётом заключения помощника прокурора <адрес> ФИО3, полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению с учётом степени вины ответчиков и сумм, выплаченных в добровольном порядке, а также принципа разумности и справедливости, приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации.

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, в период работы истца на предприятиях ответчиков истцу было установлено два профессиональных заболевания: <данные изъяты> что подтверждается Актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с п.17 акта о случае профессионального заболевания профессиональное заболевание <данные изъяты> возникло при обстоятельствах и условиях отсутствия безопасных режимов труда и отдыха, несовершенства технологии, механизмов, оборудования, рабочего инструментария.

В соответствии с п.18 акта о случае профессионального заболевания причиной профессионального заболевания <данные изъяты> послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов: шум выше ПДУ.

В соответствии с п.19 акта о случае профессионального заболевания вины истца в развитии профессионального заболевания <данные изъяты> (первой) степени не установлено.

Общий стаж работы ФИО8 месяца, стаж работы в профессии электрослесаря подземного 4 разряда с полным рабочим днем под землей <данные изъяты>, стаж в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов – <данные изъяты>.

В соответствии с п.17 акта о случае профессионального заболевания профессиональное заболевание <данные изъяты> при обстоятельствах и условиях: отсутствия безопасных режимов труда и отдыха, несовершенства технологии, механизмов, оборудования, рабочего инструментария.

В соответствии с п.18 акта о случае профессионального заболевания причиной профессионального заболевания <данные изъяты> послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов: тяжесть трудового процесса, усугубляющее действие охлаждающего микроклимата в подземных условиях.

В соответствии с п.19 акта о случае профессионального заболевания вины истца в развитии профессионального заболевания <данные изъяты> не установлено.

Общий стаж работы <данные изъяты> месяца, стаж работы в профессии электрослесаря подземного 4 разряда с полным рабочим днем под землей <данные изъяты>, стаж в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов – <данные изъяты>.

Заключением МСЭ впервые с ДД.ММ.ГГГГ истцу в связи с профессиональным заболеванием <данные изъяты>

Заключением МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием <данные изъяты>

Заключением МСЭ истцу впервые с ДД.ММ.ГГГГ была установлена утрата профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием <данные изъяты>

Заключением МСЭ истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием <данные изъяты>

В соответствии с заключением врачебной экспертной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ вина ответчиков в причинении вреда здоровью профессиональным заболеванием <данные изъяты>

- ООО «ОШПУ»: <данные изъяты>%;

- ПАО «Распадская»: <данные изъяты>%;

- АО «Распадская-Коксовая: <данные изъяты>%.

ОАО «Томское строительное управление» ДД.ММ.ГГГГ прекратило деятельность юридического лица в связи с ликвидацией на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

Степень вины (0,9%) принадлежит предприятию ПАО «Южный Кузбасс».

В соответствии с заключением врачебной экспертной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ вина ответчиков в причинении вреда здоровью профессиональным заболеванием <данные изъяты> составила:

- ООО «ОШПУ»: <данные изъяты>%;

- ПАО «Распадская»: <данные изъяты>%;

- АО «Распадская-Коксовая»: <данные изъяты>%.

Степень вины (<данные изъяты>) принадлежит предприятию ПАО «Южный Кузбасс».

На основании соглашений ООО «ОШПУ» от ДД.ММ.ГГГГ истцу в связи с установлением профессионального заболевания <данные изъяты> руб. и соглашением от ДД.ММ.ГГГГ в связи с установление профессионального заболевания <данные изъяты>

Соглашением АО «Распадская –Коксовая» от ДД.ММ.ГГГГ истцу в связи с установлением профессионального заболевания <данные изъяты> и соглашением от ДД.ММ.ГГГГ в связи с установление профессионального заболевания <данные изъяты>

Соглашением ПАО «Распадская» от ДД.ММ.ГГГГ истцу в связи с установлением профессионального заболевания <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

На основании представленных медицинских документов, в том числе выписки из амбулаторной карты на имя истца, копии амбулаторной карты на имя истца, программ реабилитации пострадавшего, медицинских заключений, судом установлено, что истец обращается за медицинской помощью, получает дважды в год медикаментозное лечение, в том числе в виде инъекций, в том числе и в связи с профессиональными заболеваниями, проходит амбулаторное лечение в виде инъекций, обезболивающих препаратов, один раз в год санаторно-курортное лечение.

Истец не согласен с выплаченными суммами компенсации морального вреда, которые, по мнению истца, не компенсирует в полной мере нравственные и физические страдания, на которые истец ссылается в иске, указывая, что в связи с повреждением здоровья до настоящего времени он переносит физические и нравственные страдания, болезненные ощущения и-за профзаболеваний, вынужден периодически обращаться к врачам, проходить лечение, он, в силу ограничения физического здоровья в результате установленных профессиональных заболеваний, не имеет возможности полноценно вести привычный образ жизни.

Из показаний свидетеля ФИО6, супруги истца, следует, что в связи с тугоухостью истец плохо слышит, жалуется на постоянный шум и звон в ушах, головные боли при использовании слухового аппарата. Дома громко слушает телевизор, не слышит телефон и обращенную к нему речь. Ранее водил автомобиль, но с 2021 года автомобиль стоит в гараже. Из-за заболевания полинейропатия испытывает боли в суставах рук, боли бывают столь сильные, по ночам беспокоят судороги ру, приходится использовать натирания. Ему сложно поднять руки наверх, не может переносить тяжести, при малейших нагрузках боль в руках, усиливается. Имеют дачу, только работать на ней он не может, так как не может удерживать руками инструменты. Проходит лечение по ПРП, но улучшения временные. Ранее любил вести активный образ жизни: увлекался рыбалкой в настоящее время в связи с заболеваниями он не может себе позволить такой образ жизни. Также дополнительно приобретают мази и обезболивающие препараты, так как их недостаточно по ПРП.

По смыслу действующего законодательства для наступления гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда истцу необходимо доказать наличие следующих (обязательных) условий: совершение противоправных действий конкретным лицом, то есть установить лицо, совершившее действие (бездействие), факт нарушения личных неимущественных прав (нематериальных благ) истца, наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившим моральным вредом.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (абз. 2 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Судом установлено, что истцу установлены профессиональные заболевания: <данные изъяты>, возникшие в результате отсутствия безопасных режимов труда и отдыха; нарушения правил производственной санитарии, неэффективности работы средств индивидуальной защиты, несовершенство технологии, механизмов, оборудования, рабочего инструментария, а причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека производственных факторов. Тяжесть трудового процесса, то есть вследствие ненадлежащего обеспечения работодателями безопасных условий труда, что установлено актами о случае профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристикой условий труда, экспертным заключением; истцом частично утрачена профессиональная трудоспособность <данные изъяты>, то есть перспектив на выздоровление нет, в связи, с чем суд приходит к выводу о наличии оснований применения к ответчикам мер гражданско-правовой ответственности в виде возложения обязанности по компенсации причиненного морального вреда.

Доводы представителя ответчиков АО «Распадская-Коксовая», ПАО «Распадская», ООО «ОШПУ» в возражениях об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку истцу произведены выплаты в счет компенсации морального вреда, в связи с профессиональными заболеваниями, с размером которой истец согласился, а также ссылка на положения Трудового кодекса Российской Федерации и нормы Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации, коллективных договоров и соглашений ответчиков, в соответствии с которыми, по мнению ответчиков, выплаченные суммы компенсации морального вреда соразмерны понесенным истцом физическим и нравственным страданиям, отвечают требования разумности и справедливости, в связи, с чем основания для довзыскания компенсации морального вреда не имеется, судом отклоняются, как несостоятельные.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления (абзацы первый и второй части 1 статьи 5).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу названной нормы в коллективных договорах, соглашениях между работниками и работодателями и в локальных актах могут быть определены порядок и условия регулирования тех или иных трудовых отношений сторон трудового договора при наступлении конкретных обстоятельств, в том числе и предоставление выплат в связи с гибелью работника, получением им увечья, травмы или профессионального заболевания, с определением правовой природы этих выплат, в том числе выплаты компенсации морального вреда при наступлении неблагоприятных для работника обстоятельств.

Как установлено судом, компенсация морального вреда, выплаченная работодателями АО «Распадская-Коксовая», ПАО «Распадская», ООО «ОШПУ» истцу в добровольном порядке в соответствии с условиями заключенного сторонами трудового договора соглашениями, тем самым истцом реализовано его право на компенсацию морального вреда, предусмотренное частью 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации, а работодателем выполнена обязанность по компенсации морального вреда работнику, установленная статьёй 22 Трудового кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, в абзаце 3 пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Таким образом, в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, истец ссылается на положения статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывая на наличие спора о размере компенсации морального вреда, выплаченного работодателями, поскольку указанные суммы не компенсирует ему в полной мере нравственные и физические страдания, причиненные в результате профессиональных заболеваний и утраты профессиональной трудоспособности, о чём истец также пояснил суду в судебном заседании.

Исходя из фактических обстоятельств дела, характера и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, выразившихся в длительном по настоящее время претерпевании физических болей в результате профессиональных заболеваний, нравственных страданий в виде переживания, расстройства, испытании чувства угнетения и неполноценности в результате ограничения здоровья в связи с наличием профессиональных заболеваний, с учётом степени вины ответчиков, а также принимая во внимание длительность периода работы истца в отсутствие надлежащего обеспечения работодателем условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, в результате чего истец длительное время подвергался воздействию вредных производственных факторов, учитывая, что здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, защита которых должна быть приоритетной, суд полагает, что размер компенсации морального вреда, выплаченный ответчиками в соответствии с положениями Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации, коллективного договора и соглашений нельзя признать достаточным для возмещения причиненного вреда здоровью истца, исходя из того, что заболевания имеют прогредиентное течение, то есть имело место нарастание тяжести профзаболеваний, что подтверждено выпиской из медицинской карты стационарного больного и установленных обстоятельств по делу.

Пунктами 25,26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

При этом законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, с учетом установленного факта причинения вреда здоровью истца, исходя из того, что здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, защита которых должна быть приоритетной, принимает во внимание обстоятельства причинённого ответчиками вреда: ненадлежащего обеспечения работодателем безопасных условий труда, степень тяжести диагноза, установленного истцу, и процент утраты профессиональной трудоспособности, степень и характер физических страданий истца: длительное время беспокоят шум, в ушах, головные боли, боли в суставах рук, ограничение движения руками, судороги, онемение рук, необходимости применения постоянного лечения с помощью инъекций, обезболивающих препаратов, что подтверждено медицинскими документами, пояснениями свидетеля, а также судом учитываются нравственные страдания истца, относящиеся к его душевному неблагополучию, выразившихся в чувстве беспомощности, разочарования, стыда и неловкости, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений в результате повреждения здоровья профессиональными заболеваниями, а также в переживании и чувстве расстройства из-за невозможности по состоянию здоровья в связи с профессиональными заболеваниями оказать полноценную помощь своей семье, ограничен в способности к физической и трудовой деятельности, ограничен в общении, и нуждается в реабилитации; а также учитывая испытание истцом чувства неполноценности в связи ограничением здоровья и невозможностью вести прежний образ жизни, принимая во внимание продолжительность физических и нравственных страданий, значимости для истца нарушенного права на надлежащие условия труда, принимая во внимание индивидуальные особенности потерпевшего возраст, ведение образа жизни до получения профессиональных заболеваний, и, учитывая требования разумности и справедливости, а также значимость компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, суд считает необходимым определить компенсацию морального вреда: <данные изъяты>

С учетом степени вины ответчика ООО «ОШПУ» и сумм, выплаченных в добровольном порядке суд полагает необходимым довзыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда: за профессиональное заболевание <данные изъяты>

В удовлетворении требований истца по взысканию морального вреда с ООО «ОШПУ» за профессиональное заболевание <данные изъяты>

С учетом степени вины ответчика АО «Распадская-Коксовая» и сумм, выплаченных в добровольном порядке, суд полагает необходимым довзыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда за профессиональное заболевание: <данные изъяты>

С учетом степени вины ответчика ПАО «Распадская» и сумм, выплаченных в добровольном порядке, суд полагает необходимым довзыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда за профессиональное заболевание:

<данные изъяты>

Суд полагает, что указанный размер компенсации морального вреда соразмерен последствиям нарушенного права в результате причинения вреда здоровью профессиональными заболеваниями и утратой профессиональной трудоспособности, и позволяет сгладить остроту перенесенных потерпевшем в связи с этим физических и нравственных страданий.

В соответствии со статьёй 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии со статьёй 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом заявлены требования о взыскании с ответчиков судебных расходов по оплате услуг представителя в размере <данные изъяты> рублей в соответствии с договором на оказание юридических услуг, квитанцией.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 11, 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с неё расходов.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесённые лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объём заявленных требований, цена иска, сложность дела, объём оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Суд, установив, что истцом понесены расходы на оплату услуг представителя в размере <данные изъяты> рублей, принимая во внимание объект судебной защиты и объем защищаемого права, категорию спора и уровень его сложности, а также объем проделанной представителем работы: составление искового заявления (учитывая его объём и правое обоснование), количество судебных заседаний, количество составленных процессуальных документов, оценив на предмет разумности и обоснованности предъявленную к взысканию сумму судебных расходов, с учётом принципа разумности, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, суд считает необходимым определить судебные расходы по оплате услуг представителя в общем размере <данные изъяты> руб., и взыскать: с ООО «ОШПУ» расходы по оказанию юридических услуг <данные изъяты>; с АО «Распадская-Коксовая» расходы по оказанию юридических услуг <данные изъяты> рублей; ПАО «Распадская» расходы по оказанию юридических услуг <данные изъяты> рублей, исходя из того, что исковые требования истца удовлетворены к каждому ответчику.

Поскольку при подаче искового заявления истец в силу статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины был освобождён, в связи, с чем в соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит взысканию с ответчиков ПАО «Распадская» и АО «Распадская-Коксовая» в сумме по <данные изъяты> рублей с каждого, и с ответчика ООО «ОШПУ» в сумме <данные изъяты> руб. в доход местного бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Распадская-Коксовая», Публичному акционерному обществу «Распадская», Обществу с ограниченной ответственностью «Ольжерасское шахтопроходческое управление» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Ольжерасское шахтопроходческое управление» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за профессиональное заболевание <данные изъяты>

Взыскать с Акционерного общества «Распадская-Коксовая» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда: за профессиональное заболевание <данные изъяты>

Взыскать с Публичного акционерного общества «Распадская» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда: за профессиональное заболевание <данные изъяты>

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Распадская» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме <данные изъяты> рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Распадская-Коксовая» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме <данные изъяты> рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Ольжерасское шахтопроходческое управление» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме <данные изъяты> рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения, путём подачи апелляционной жалобы через Междуреченский городской суд Кемеровской области.

Мотивированное решение изготовлено 20 июня 2025 года.

Судья Е.А. Чирцова

Копия верна

Судья Е. А. Чирцова

Подлинник подшит в материалы дела № 2-1102/2025 в Междуреченском городском суде Кемеровской области.