Апелляционное определение № 33-442/2026 от 16 февраля 2026 г.

УИД 57RS0023-01-2025-000548-29

Судья Флоря Д.В. № 33-442/2026

№ 2-1042/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 февраля 2026 года г. Орёл

Судебная коллегия по гражданским делам Орловского областного суда в составе:

председательствующего судьи Корневой М.А.,

судей Золотухина А.П., Ноздриной О.О.,

при секретаре Волковой А.А.,

в открытом судебном заседании рассмотрела гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Фрау Клиник и К» о защите прав потребителя,

по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «Фрау Клиник и К» на решение Советского районного суда <адрес> от <дата>, которым постановлено:

«исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Фрау Клиник и К» о защите прав потребителя удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Фрау Клиник и К» (ОГРН №) в пользу ФИО1 (паспорт №) уплаченные по договору возмездного оказания медицинских услуг от <дата>, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Фрау Клиник и К» и ФИО1, денежные средства в размере <...> руб., компенсацию морального вреда в размере <...> руб., штраф в размере <...> руб., а также транспортные расходы в размере <...> руб., расходы, понесенные в связи с обращением в медицинские организации, в размере <...> руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Фрау Клиник и К» (ОГРН №) в доход муниципального образования «<адрес>» государственную пошлину в размере <...> руб.».

Заслушав доклад судьи Золотухина А.П., выслушав объяснения представителя общества с ограниченной ответственностью «Фрау Клиник и К» ФИО2, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя ФИО1 – ФИО3, полагавшего решение суда законным и обоснованным, обсудив доводы апелляционной жалобы, изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Фрау Клиник и К» (далее – ООО «Фрау Клиник и К», Клиника) о защите прав потребителя.

В обоснование указано, что <дата> между истцом и ответчиком заключен договор возмездного оказания медицинских услуг, по условиям которого хирург ФИО13 должен был провести операцию по удалению у истца доброкачественных новообразований. Стоимость услуг составила <...> руб., размер транспортных расходов, понесенных в связи с необходимостью проведения операции составил <...> руб. Выписным эпикризом зафиксировано, что ей проведено плановое амбулаторное обследование, по результатам которого поставлен диагноз – <...>. <дата> проведена операция по удалению <...>, послеоперационный период протекал без особенностей. <дата> она выписана с улучшением, в удовлетворительном состоянии под амбулаторное наблюдение хирурга.

По истечении времени ввиду неудовлетворительного состояния, вызванного болевыми ощущениями в левом бедре, истец <дата> обратилась в медицинский центр «Сакара» для проведения магнитно-резонансной томографии мягких тканей. По результатам обследования в нижней трети бедра на уровне диафиза и метадиафиза бедренной кости выявлено жиросодержащее образование с четкими контурами, общими прежними примерными размерами 8,2х5,6х14,5 см. Данные обследования свидетельствуют о том, что хирургом ФИО13 операция по удалению новообразования, расположенного в нижней трети бедра, произведена не была, а выписной эпикриз содержит заведомо ложные сведения.

В целях восстановления здоровья ФИО1 обратилась в Медицинский радиологический научный центр им. ФИО5 ФБГУ «НМИЦ Радиологии» Минздрава России. <дата> проведено хирургическое удаление опухоли мягких тканей н/2 левого бедра с резекцией промежуточной головки четырехглавой мышцы бедра с реконструктивно-пластическим компонентом и микрохирургической пластикой. ФИО1 выписана <дата> со сниженной трудоспособностью. При подготовке к проведению указанной операции, а также в послеоперационный период ФИО1 была вынуждена проходить обследования и сдавать анализы. Общая стоимость расходов на проведение данных процедур составила <...> руб.

Ссылаясь на то, что на претензии от <дата> и <дата> о добровольном урегулировании возникшей ситуации ответа не последовало, истец, с учетом уточнения заявленных требований, просит суд взыскать с ООО «Фрау Клиник и К» денежные средства в размере <...> руб., из которых <...> руб. – денежные средства, оплаченные по договору возмездного оказания услуг от <дата>, <...> руб. – сумма понесенных расходов, из которых <...> – транспортные расходы и <...> руб. – расходы, понесенные в связи с прохождением медицинских обследований после обращения в ООО «Фрау Клиник и К», <...> руб. – компенсация морального вреда, <...> руб. – штраф за несоблюдение требований потребителя в добровольном порядке.

Судом постановлено вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе ООО «Фрау Клиник и К» ставит вопрос об отмене решения суда как незаконного и необоснованного.

В обоснование доводов жалобы указывает на то, что в соответствии с условиями заключенного с истцом договора объем медицинского вмешательства определяет клиника с учетом своих возможностей по проведению хирургических операций. Цель проведенной истцу операции была достигнута в соответствии с возможностями клиники. Ссылается на то, что при проведении судебной экспертизы не исследовался вопрос о причинении вреда здоровью истца. Считает, что экспертиза проведена лицом, не являющимся субъектом судебно-экспертной деятельности в области проведения судебно-медицинских экспертиз, поскольку проводить такого рода экспертизы вправе только организации (юридические лица), а индивидуальный предприниматель таковым не является. При этом, эксперт нарушил требования ст. 80 ГПК РФ в части подписки о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Полагает, что оснований для взыскания с ответчика штрафа не имелось, в связи с отсутствием вины. Указывает, что суд необоснованно отклонил ходатайство ответчика о назначении по делу дополнительной судебной экспертизы без удаления в совещательную комнату.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия не находит оснований для его отмены либо изменения.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ, здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Медицинская услуга - это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (пункт 4 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В силу статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В силу пункта 21 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

При оказании платных медицинских услуг должны соблюдаться порядки оказания медицинской помощи (часть 3 статьи 84 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В соответствии с пунктом 35 Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 11 мая 2023 г. № 736, исполнитель предоставляет платные медицинские услуги, качество которых должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии в договоре условий об их качестве - требованиям, предъявляемым к таким услугам.

К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (часть 8 статьи 84 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Как следует из преамбулы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», этот закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Согласно пункту 1 статьи 29 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать, среди прочего, безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги); соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги); безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работы.

Потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

В пункте 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что убытки, причиненные потребителю в связи с нарушением изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) его прав, подлежат возмещению в полном объеме, кроме случаев, когда законом установлен ограниченный размер ответственности. При этом следует иметь в виду, что убытки возмещаются сверх неустойки (пени), установленной законом или договором, а также что уплата неустойки и возмещение убытков не освобождают лицо, нарушившее право потребителя, от выполнения в натуре возложенных на него обязательств перед потребителем (пункты 2, 3 статьи 13 Закона).

Под убытками в соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации следует понимать расходы, которые потребитель, чье право нарушено, произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые потребитель получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право потребителя, получило вследствие этого доходы, потребитель вправе требовать возмещения, наряду с другими убытками, упущенной выгоды в размере, не меньшем, чем такие доходы.

Согласно статье 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

В пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем, размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации».

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом, на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности, отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

Как установлено судом и следует из материалов дела, <дата> ФИО1 (заказчик) заключила с ООО «Фрау Клиник и К» (исполнитель) договор возмездного оказания медицинских услуг, предметом которого (п. 1.2) являлось оказание платной хирургической услуги по профилю пластическая хирургия - госпитализация пациента в стационар для проведения хирургической операции: «<...>». Оперирующий хирург ФИО6 Дата госпитализации <дата>

Стоимость медицинской услуги составила <...> руб. и была оплачена истцом в день заключения договора – <дата>

Согласно предоперационному эпикризу ФИО1 была осмотрена врачом клиники ФИО13, который указал, что противопоказаний к операции не имеется. Пациентке проведено плановое амбулаторное обследование – лаб.данные, ЭКГ, рентгенография органов грудной клетки – без существенной патологии. Госпитализирован для планового оперативного вмешательства. Консультирован терапевтом. Диагноз: <...>. Учитывая пожелания пациентки, в эстетических целях планируется удаление <...>.

Из протокола операции от <дата> 412-2024 следует, что под в/в анестезии, после двукратной обработки операционного поля раствором антисептика произведен разрез кожи в проекции <...> – удалены новообразования <...> размерами 4х5х4, 10х6х2, 2х2, 1х1, 1х1 см. Далее Гемостаз. Раны ушиты послойно. Швы на кожу. Асептическая повязка. Удаленный материал отправлен на гистологическое исследование.

Согласно выписному эпикризу от <дата> ФИО1 проведена операция: удаление <...>. Выполнено удаление новообразования, состояние после операции: гладкий послеоперационный период, послеоперационный период протекал без особенностей, пациентка выписывается с улучшением в удовлетворительном состоянии под амбулаторное наблюдение хирурга. Даны рекомендации, в том числе: наблюдение хирурга, перевязки амбулаторно, контроль температуры, гистологическое исследование макропрепарата (<...>), контроль через 3 и 6 месяцев.

<дата> ФИО1 направила в адрес ответчика претензию о возмещении стоимости услуги, транспортных расходов, стоимости проведенных анализов, компенсации морального вреда, денежных средств, необходимых для восстановления организма и исправлений последствий проведенной операции, указывая, что в ходе прохождения дополнительного обследования <дата> в нижней трети бедра выявлена <...> общими прежними примерными размерами 8,2х5,6х14,5 см, что свидетельствует о том, что хирургом ФИО13 операция по удалению новообразования, расположенного в нижней трети бедра (<...>), произведена не была, а выписной эпикриз, подписанный ФИО13 и ФИО7, содержит заведомо ложные сведения.

На указанную претензию ответ истцом не получен.

Также установлено, что согласно представленной в материалы дела медицинской документации, после произведенной <дата> ООО «Фрау Клиник и К» операции ФИО1 была вынуждена пройти дополнительное обследование, вызванное болевыми ощущениями в левом бедре.

Так, согласно результатам магнитно-резонансной томографии мягких тканей ООО Медицинский центр «Сакара» от <дата> в нижней трети левого бедра истца на уровне диафиза и метадиафиза бедренной кости, муфтообразно ее охватывая с трех сторон (больше по передней поверхности) визуализируется жиросодержащее образование с четкими контурами, без инфильтративных изменений окружающих тканей, минимально негомогенного МРС за счет сосудистого компонента, общими размерами 8,2х5,6х14,5 см. В сравнении с магнитно-резонансной томографией от <дата> – размеры, положение образования прежние, состояние после операции (предыдущее обследование истца в ООО Медицинский центр «Сакара» проводилось <дата>).

<дата> ФИО1 консультирована врачом-онкологом Медицинского радиологического научного центра им. ФИО5 ФБГУ «НМИЦ Радиологии» Минздрава России (<адрес>), которым ей установлен диагноз: <...>.

Из протокола обследования компьютерной томографии, проведенной ФИО1 <дата> ООО «Протон» (<адрес>), следует, что в нижних отделах левого бедра, циркулярно охватывая среднюю и нижнюю треть тела, а также дистальный метафиз бедренной кости, определяется гиподенсное образование с четкими контурами, размерами до 90х58х160 мм, плотностью в нативную фазу сканирования – 108 ед.Н (плотность жировой ткани), неоднородной структуры в передне-медиальных отделах за счет изоденсных (мышечной ткани) включений с нечеткостью контуров. По итогам компьютерной томографии врачом-рентгенологом ООО «Протон» ФИО8 сделано заключение: «<...>».

<дата> ФИО1 была госпитализирована в Медицинский радиологический научный центр им. ФИО5 ФБГУ «НМИЦ Радиологии» Минздрава России с диагнозом: <...>, цель госпитализации – хирургическое лечение.

Из выписного эпикриза Медицинского радиологического научного центра им. ФИО5 ФБГУ «НМИЦ Радиологии» Минздрава России от <дата> следует, что при поступлении в стационар у ФИО1 имелись жалобы на образование мягких тканей н/2 левого бедра. <дата> ФИО1 проведено удаление опухоли мягких тканей н/2 левого бедра с резекцией промежуточной головки четырехглавой мышцы бедра, с реконструктивно-пластическим компонентом и микрохирургической пластикой. Выписана в удовлетворительном состоянии.

Обращаясь в суд, ФИО1 ссылалась на оказание ей ответчиком медицинских услуг ненадлежащего качества, а также на необходимость нести дополнительные расходы, связанные с последующим лечением.

По ходатайству ответчика по делу была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено ИП ФИО11 с привлечением в качестве экспертов врача-<...> БУЗ <адрес> «<...>» ФИО9 и врача-хирурга БУЗ <адрес> «<...>» ФИО10

В соответствии с заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы от <дата> № на момент обращения за медицинской помощью в ООО «Фрау Клиник и К» <дата> ФИО1 страдала <...>. Кроме того, y ФИО1 O.B. имелись новообразования в области шеи, правого бедра и левой голени. На момент проведения экспертизы достоверно определить, являлись ли эти новообразования злокачественными или доброкачественными, не представляется возможным, так как в представленных на экспертизу документах отсутствуют результаты гистологических исследований удаленных новообразований.

При обращении за медицинской помощью в ООО «Фрау Клиник и К» ФИО1 O.B. по результатам объективного клинического обследования, выполненного <дата> в клинике, было диагностировано новообразование в области нижней трети бедер, нижней трети левой голени, шеи. Данный диагноз нуждался в уточнении характера опухоли (доброкачественная опухоль или злокачественная), в связи с чем требовалось проведение обследования врачом-онкологом для исключения (или подтверждения) злокачественного новообразования. Таким образом, обследование ФИО1 O.B. в ООО «Фрау Клиник и К» было проведено не в полном объеме. Обследование ограничилось исключительно объективным клиническим исследованием. При этом визуализационные (УЗИ, КТ, МРТ) и гистологические методы исследования опухолевидных образований ФИО1 O.B. не применялись.

ФИО1 O.B. <дата> была проведена хирургическая операция по удалению новообразований в нижней трети правого бедра по передней поверхности, на передней поверхности шеи, нижней трети правой голени. При pевизии новообразования локализованного в нижней трети передней поверхности левого бедра было установлено, что новообразование находится под четырёхглавой мышцей бедра. В связи с такой локализацией новообразование признано неоперабельным в условиях данной клиники и послеоперационная рана была ушита без удаления новообразования.

Объем лечебно-диагностических мероприятий, проведенных ФИО1 в ООО «Фрау Клиник и К» являлся неполным. В ходе оказания медицинской помощи в указанном лечебном учреждении были допущены недостатки в оказании медицинской помощи.

Анализ предоставленных для исследования медицинских документов и материалов дела свидетельствует о том, что при оказании медицинской помощи ФИО1 O.B. в ООО «Фрау Клиник и К» были допущены нарушения норм Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 19 февраля 2021 года №116н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при онкологических заболеваниях».

При установлении предварительного диагноза - <...> не назначено обследование врача-онколога для верификации установленного диагноза. Не проведено достаточное количество исследований (визуализационное, гистологическое) для верификации опухолевидного образования. Имело место нарушение Клинических рекомендаций - <...> - 2022<дата> (<дата>), утвержденных Минздравом Российской Федерации, в части непроведения лабораторно-инструментальных исследований для верификации опухолевидного образования.

Отсутствие необходимых диагностических исследований привело к неверной тактике хирургического лечения опухолевидных образований ФИО1

Не выполнено при оказании медицинской помощи ФИО1 O.B. в ООО «Фрау Клиник и К» положение пункта 3.1 Клинических рекомендаций - <...> - <дата> (<дата>), утвержденных Минздравом Российской Федерации, по причине неполного объема выполненных до операции диагностических мероприятий, что не позволило до оперативного вмешательства установить правильный диагноз ФИО1 O.B.

Экспертами также отмечено, что кроме указанных лечебно-диагностических недостатков оказания медицинской помощи имели место недостатки ведения медицинской документации.

Так, на титульном листе медицинской карты № стационарного больного, составленной в ООО «Фрау Клиник и К», указан заключительный клинический диагноз - <...>, а в выписном эпикризе № от <дата> указан клинический диагноз и диагноз при выписке - <...>. Описание оперативного вмешательства от <дата>, изложенное в протоколе операции, выполнено кратко, не отражает нюансов проведения операции, не соответствует данным протокола заседания врачебной комиссии от <дата> №, составленного в ООО «Фрау Клиник и К».

B частности, в протоколе врачебной комиссии указано, что опухолевидное образование нижней трети передней поверхности левого бедра не удалялось, поскольку находилось под четырехглавой мышцей бедра, а в протоколе операции отмечено, что удалены все новообразования.

B протоколе операции также указано, что удаленный материал отправлен на гистологическое исследование. Однако в предоставленной на экспертизу карте стационарного больного отсутствуют результаты проведенного гистологического исследования тканей, удаленных в ходе оперативного вмешательства <дата>.

В медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях (без номера), составленной в ООО «Фрау Клиник и К», отмечено, что ФИО1 O.B. обращалась за медицинской помощью в ООО «Фрау Клиник и К» после стационарного лечения два раза <дата> и <дата>. Как следует из протокола заседания врачебной комиссии от <дата>, ФИО1 O.B. обращалась <дата> в связи c расхождением участка шва и выделением экссудата. Такие данные в амбулаторной карте не зафиксированы, что свидетельствует о недостатках ведения медицинской документации.

Необходимость последующего лечения ФИО1 O.B. в медицинском радиологическом научном центре имени ФИО18 была обусловлена наличием у нее заболевания — <...>. Прямой причинно-следственной связи между недостатками, допущенными при оказании медицинской помощи ФИО1 в ООО «Фрау Клиник и К», и необходимостью последующего лечения ФИО1 B. в медицинском радиологическом научном центре имени ФИО19, не имеется. Однако следует отметить, что допущенные в ООО «Фрау Клиник и К» недостатки при оказании медицинской помощи ФИО1 O.B. привели к запоздалой и несвоевременной диагностике злокачественного новообразования у ФИО1 и к запоздалому лечению имевшегося злокачественного новообразования.

В связи с допущенными нарушениями Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 19 февраля 2021 года № 116н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при онкологических заболеваниях» и Клинических рекомендаций - <...> - <дата> (<дата>), утвержденных Минздравом Российской Федерации, ФИО1 обратилась за медицинской помощью в ООО «Фрау Клиник и К» <дата>, а лечение <...> процесса у нее началось <дата>.

Допрошенный в суде первой инстанции эксперт ФИО11 выводы заключения поддержал в полном объеме и дополнительно пояснил, что прохождение ФИО1 всех медицинских обследований, сведения о которых имеются в материалах дела, были необходимы.

Разрешая спор и исходя из того, что совокупностью представленных в материалы дела доказательств, в том числе заключением судебно-медицинской экспертизы от <дата> № ИП ФИО11, нашел свое подтверждение факт оказания истцу медицинских услуг, указанных в заключенном между сторонами договоре от <дата>, не отвечающих требованиям качества, поскольку при установлении ответчиком предварительного диагноза истцу не было назначено обследование врача-онколога для верификации установленного диагноза, а также не проведено достаточное количество исследований (визуализационное, гистологическое) для верификации опухолевидного образования, в ходе проведения оперативного вмешательства по удалению новообразований в нижней трети бедер, нижней трети левой голени и шеи, опухолевидное образование нижней трети левого бедра удалено не было, о чем ФИО1 не была поставлена в известность, в карте стационарного больного отсутствуют результаты проведенного гистологического исследования удаленных в ходе операции тканей, доказательств обратного ответчиком не представлено, как и не представлено доказательств оказания ООО «Фрау Клиник и К» ФИО1 медицинских услуг надлежащего качества, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых основания для взыскания с ответчика в пользу истца стоимости уплаченной по договору оказания платных медицинских услуг от <дата> денежной суммы в размере <...> руб.

Установив, что исполнителем нарушены права истца как потребителя, с учетом фактических обстоятельств дела, объема и характера причиненных истцу нравственных страданий, связанных с несвоевременной диагностикой и запоздалым лечением злокачественного образования, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере <...> рублей.

Руководствуясь положениями статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 13, 29 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», суд первой инстанции, пришел к выводу о взыскании с ООО «Фрау Клиник и К» в пользу истца убытков, состоящих из транспортных расходов в сумме <...> руб., а также понесенных истцом расходов, связанных с обращением в медицинские организации, прохождением медицинских обследований после проведенного лечения в ООО «Фрау Клиник и К» в размере <...> руб.

Также судом первой инстанции в соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» с ответчика в пользу истца взыскан штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере <...> рублей.

Судебная коллегия находит указанные выводы суда правильными, основанными на совокупной оценке собранных по делу доказательств и требованиях норм материального права, регулирующих возникшие спорные правоотношения.

Принимая решение, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что с учетом характера спора бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, возлагалось на ответчика, как на исполнителя по договору об оказании платных медицинских услуг.

Доводы жалобы о том, что в соответствии с условиями заключенного с истцом договора цель проведенной истцу операции была достигнута в соответствии с возможностями клиники являются несостоятельными, поскольку суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что истцу были оказаны медицинские услуги ненадлежащего качества. При этом, обстоятельства проведенной операции – предметом которой, в соответствии с условиями договора являлось удаление доброкачественных новообразований (<...>), в полном объеме до истца доведены не были, тот факт, что новообразование нижней трети левого бедра удалено не было в связи с отсутствием такой возможности у клиники, истцу не сообщался. Напротив, выписной эпикриз от <дата> содержит сведения о полном удалении <...> в ходе проведенной операции.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ИП ФИО11 не вправе был проводить судебно-медицинскую экспертизу и, при этом, он нарушил требования ст. 80 ГПК РФ в части подписки о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, по существу сводятся к несогласию с выводами судебной экспертизы и оценкой судом экспертного заключения, однако правильности таких выводов и оценки не опровергают, в связи с чем, не могут быть приняты во внимание судебной коллегией.

Судебная коллегия не усматривает оснований для переоценки выводов суда по доводам апелляционной жалобы, которые основаны на субъективной позиции ответчика. При решении вопроса о назначении судебной экспертизы представителем ответчика отвод эксперту по доводам, изложенным в апелляционной жалобе не заявлялся.

Кроме того, в соответствии с п. 2 Порядка проведения судебно-медицинской экспертизы, утвержденного приказом Минздрава России от 25.09.2023 № 491н, судебно-медицинская экспертиза проводится медицинскими организациями и иными организациями, осуществляющими медицинскую деятельность, имеющими лицензию на осуществление медицинской деятельности по работе (услуге) судебно-медицинской экспертизе.

В пункте 11 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» приводится определение медицинской организации - это юридическое лицо независимо от организационно-правовой формы, осуществляющее в качестве основного (уставного) вида деятельности медицинскую деятельность на основании лицензии, предоставленной в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о лицензировании отдельных видов деятельности.

При этом, согласно содержанию указанного пункта, в целях настоящего Федерального закона к медицинским организациям приравниваются индивидуальные предприниматели, осуществляющие медицинскую деятельность.

Согласно представленным в материалы дела документам, ФИО11 с <дата> зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя (ОГРНИП №), основной вид деятельности – 86.90.2 деятельность организаций судебно-медицинской экспертизы, имеет действующую лицензию от <дата> на медицинскую деятельность – организация и выполнение судебно-медицинской экспертизы.

В соответствии с п. 2 ст. 80 ГПК РФ в определении суда о назначении экспертизы также указывается, что за дачу заведомо ложного заключения эксперт предупреждается судом или руководителем судебно-экспертного учреждения, если экспертиза проводится специалистом этого учреждения, об ответственности, предусмотренной Уголовным кодексом Российской Федерации.

В определении районного суда о назначении экспертизы по делу от <дата> указано на разъяснение экспертам прав и обязанностей, предусмотренных ст. 85 ГПК РФ, а также на то, что эксперты предупреждаются об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УПК РФ за дачу заведомо ложного заключения (т. 3, л.д. 48).

На странице 2 экспертного заключения (т. 3 л.д. 65) имеются подписи как эксперта ФИО11, так и привлеченных к проведению судебной экспертизы экспертов ФИО9 и ФИО10, подтверждающие, что права и обязанности, предусмотренные ст. 85 ГПК РФ им разъяснены, об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УПК РФ они предупреждены.

Доводы жалобы заявителя о необоснованном взыскании штрафа, также не являются основанием для отмены судебного решения, поскольку выводы суда соответствуют действующему законодательству, а позиция ответчика основана на неверном толковании соответствующих правовых норм.

Согласно пункту 6 статьи 13 Закона Российской. Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» следует, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона Российской. Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей»).

В соответствии с пунктом 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» если после принятия иска к производству суда требования потребителя удовлетворены ответчиком по делу (продавцом, исполнителем, изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) добровольно, то при отказе истца от иска суд прекращает производство по делу в соответствии со статьей 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В этом случае штраф, предусмотренный пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, с ответчика не взыскивается.

Таким образом, законом не предусмотрена возможность освобождения ответчика от уплаты предусмотренного пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» штрафа, если им в добровольном порядке не удовлетворены требования истца.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 15 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите прав потребителей, связанным с реализацией товаров и услуг (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 октября 2018 г.), штраф за неисполнение в добровольном порядке требований потребителя не взыскивается судом только в случае, если после удовлетворения требований ответчиком истец отказался от иска. Поскольку истец по данному делу не отказывался от исковых требований, производство по делу в связи с отказом истца от части требований не прекращалось, суд первой инстанции пришел к верному выводу о взыскании с ответчика в пользу истца штрафа.

Довод жалобы о том, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении по делу дополнительной судебной экспертизы без удаления в совещательную комнату подлежит отклонению судебной коллегией как несостоятельный, поскольку в соответствии со ст. 224 ГПК РФ при разрешении несложных вопросов суд или судья может выносить определения, не удаляясь в совещательную комнату, с занесением таких определений в протокол судебного заседания.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене решения суда, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, а также к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем являются несостоятельными.

При таких обстоятельствах, решение суда является законным и обоснованным, оснований к его изменению не имеется.

Оснований, предусмотренных частью 4 статьи 330 ГПК РФ для перехода к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Советского районного суда <адрес> от <дата> оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Фрау Клиник и К» - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено <дата>.

Председательствующий

Судьи