Решение № 2-81/2020 2-81/2020~М-65/2020 М-65/2020 от 9 июля 2020 г. по делу № 2-81/2020

Гражданское дело № 2-81/2020


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 июля 2020 г. г. Реутов

Реутовский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – судьи Кошкорёва А.В., при помощнике судьи Андрияновой Н.С., с участием представителя командира войсковой части № лейтенанта юстиции ФИО1, ответчика ФИО2, в открытом судебном заседании, в помещении военного суда рассмотрев гражданское дело по иску войсковой части № к бывшим военнослужащим этой же воинской части полковнику ФИО3 и майору ФИО2 о взыскании материального ущерба,

установил:

войсковая часть № обратилась в суд с иском, из которого следует, что ответчик Кирпий в период с 1 июня 2010 г. по 5 мая 2017 г. проходил военную службу по контракту в войсковой части №, в том числе, на должности начальника водопроводно-канализационной группы – инженера производственно-технической части.

При этом в период с 28 октября 2013 г. по 27 мая 2017 г. ответчик ФИО3 проходил военную службу на должности командира войсковой части №.

В 2005 году на территории войсковой части № введены в эксплуатацию водомерные узлы № 1, № 3, № 4. Ввиду того, что часть конструктивных элементов приборов учета на указанных водомерных узлах пришла в негодность, а также частых поломок и ремонтов, в адрес войсковой части № поступили обращения ресурсоснабжающей организации – Муниципальное унитарное предприятие <данные изъяты> о необходимости замены приборов учета холодного водоснабжения на водомерных узлах № 1, № 3, № 4. В связи с чем в воинской части была организована работа по приведению указанных водомерных узлов в рабочее состояние и соответствие руководящим документам, которую осуществлял ответчик Кирпий.

В апреле 2015 г., на основании заявок ответчика Кирпия, командиром войсковой части № были заключены договоры на поставку расходомеров РУС-1(М) и комплектующих к ним для последующей их установки на водомерные узлы № 1, №3, № 4.

27 августа 2015 г. командиром войсковой части № был заключен государственный контракт на выполнение работ по ремонту водомерных узлов № 1, № 3, № 4 на территории войсковой части № на общую сумму253 158,40 руб.

Однако, в виду того, что при проведении ремонтных работ водомерных узлов № 1, № 3, № 4 командиром войсковой части № не были соблюдены требования разделов V и VI Правил организации коммерческого учета воды, сточных вод, утвержденных постановлением Правительства РФ от 4 сентября 2013 г. № 776 (далее Правила), «<данные изъяты>» было отказано в принятии на коммерческий учет приборов учета холодного водоснабжения типа РУС-1(М).

В последующем, после получения технических условий от «<данные изъяты>», в сентябре 2017 г. командиром войсковой части № вновь был заключен государственный контракт на выполнение работ по текущему ремонту наружной системы водоснабжения узлов № 1, № 3, № 4 войсковой части № и приведению к коммерческому учету на сумму 1 432 798,16 руб. После проведения работ по указанному контракту, водомерные узлы № 1, № 3, № 4 были введены в эксплуатацию, а вновь установленные на них приборы учета холодного водоснабжения приняты на коммерческий учет.

На основании изложенного истец полагал, что действиями ответчиков, выраженными в заключении государственного контракта от 27 августа 2015 г. и проведении работ по установке приборов учета водопотребления без получения технических условий от «<данные изъяты>» и проектирования водомерных узлов № 1, № 3, № 4, воинской части был причинен материальный ущерб на сумму 253 158,40 руб.

С учетом степени вины ответчиков, истец полагал, что каждым из них воинской части причинен ущерб на сумму 126 579,2 руб. В связи с чем, на основании ч. 1 ст. 4 Федерального закона от 12 июля 1999 г. № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (далее Закон) просил суд привлечь ответчиков к ограниченной материальной ответственности, взыскав в пользу войсковой части № с ответчика Кирпия – 51 526,25 руб., с ответчика ФИО3 59 226,70 руб.

В суде представитель истца требования иска подержал и просил суд удовлетворить их в полном объеме.

Ответчик Кирпий требования иска не признал и просил суд отказать в их удовлетворении. В обоснование чего в своем отзыве и в суде пояснил, что п.п. «д» п. 8 Правил не предусматривает требования о получении технических условий при ремонте, замене приборов учета.

Полагал, что при проведении работ по ремонту водомерных узлов № 1, № 3, № 4 не требовалось проектирование узлов учета. В связи с чем полагал, что <данные изъяты>» необоснованно отказал в принятии на коммерческий учет, установленных по государственному контракту от 27 августа 2015 г., приборов учета холодного водоснабжения.

Ответчик ФИО3, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в суд не прибыл.

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с абз. 4 и 6 ст. 2 Закона прямым действительным ущербом является утрата или уменьшение наличного имущества. При этом к имуществу воинской части относятся, в том числе, денежные средства (деньги).

Согласно ч. 1 ст. 3 Закона военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине ущерб.

Таким образом, основанием для привлечения военнослужащего к материальной ответственности являются его виновные действия (бездействие) в результате которых военному ведомству был причинен прямой действительный ущерб.

Согласно абз. 1 и 3 ч. 1 и ч. 3 ст. 4 Закона за ущерб, причиненный по неосторожности при исполнении обязанностей военной службы, военнослужащие несут материальную ответственность в следующих размерах: военнослужащие, проходящие военную службу по контракту, - в размере причиненного ими ущерба, но не более одного оклада месячного денежного содержания и одной ежемесячной надбавки за выслугу лет.

Командиры (начальники), нарушившие своими приказами (распоряжениями) установленный порядок учета, хранения, использования, расходования, перевозки имущества или не принявшие необходимых мер к предотвращению его хищения, уничтожения, повреждения, порчи, утраты, излишних денежных выплат, что повлекло причинение ущерба, либо не принявшие необходимых мер к возмещению виновными лицами причиненного воинской части ущерба, несут материальную ответственность в размере причиненного ущерба, но не более одного оклада месячного денежного содержания и одной ежемесячной надбавки за выслугу лет.

Из изложенного следует, что основанием для привлечения военнослужащего к ограниченной материальной ответственности являются его виновные действия (бездействие), в результате которых по неосторожности воинской части был причинен прямой действительный ущерб, а также действия командира воинской части, совершенные в нарушение установленного порядка, расходования денежных средств.

В силу ч. 1 и 2 ст. 7 Закона командир (начальник) воинской части при обнаружении ущерба обязан назначить административное расследование для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц. Административное расследование должно быть закончено в месячный срок со дня обнаружения ущерба.

Административное расследование может не проводиться, если причины ущерба, его размер и виновные лица установлены судом, в ходе разбирательства по факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка либо в результате ревизии, проверки или предварительного расследования в порядке уголовного судопроизводства.

В суде установлено, что ответчик Кирпий в период с 1 июня 2010 г. по 5 мая 2017 г. проходил военную службу по контракту в войсковой части № в том числе, на должности начальника водопроводно-канализационной группы – инженера производственно-технической части, а ответчик ФИО3 в период с 28 октября 2013 г. по 27 мая 2017 г. являлся командиром войсковой части №

Из материалов дела следует, что основанием для обращения в суд с иском явились: акт аудиторской проверки от 21 марта 2019 г., проведенной в войсковой части № заключение административного расследования от 29 апреля 2019 г. по факту ненадлежащего выполнения должностными лицами войсковой части № мероприятий по замене водомерных узлов № 1, № 3, № 4.

Вышеназванными документами было установлено незаконное расходование денежных средств войсковой части № в сумме 253 158,40 руб. по оплате работ по установке приборов учета холодного водоснабжения на водомерных узлах № 1, № 3, № 4, предусмотренных государственным контрактом от 27 августа 2015 г., которое стало возможным ввиду действий ответчиков.

Согласно материалам дела в 2015 году в войсковой части № была организована работа по приведению водомерных узлов № 1, № 3, № 4 в рабочее состояние и в соответствие руководящим документам. Ответственным лицом за проведение указанной работы являлся ответчик Кирпий.

Из копий договоров № 21 и № 22 от 6 апреля 2015 г., заключенных ответчиком ФИО3, как командиром войсковой части №, с ООО «НПО «Наука»», а также иных материалов дела следует, что воинской частью были приобретены расходмеры Рус-1 (М) для дальнейшей их установки на водомерные узлы № 1, № 3, № 4. При этом основанием для заключения данных договоров явились рапорта ответчика Кирпия, поданные командиру войсковой части №, о выделении денежных средств для приобретения указанных расходмеров.

Согласно копии заявки на закупку, утвержденной командиром войсковой части № ФИО3, ответчик Кирпий определил начальную максимальную цену контракта в сумме 253 158,4 руб. на ремонт водомерных узлов № 1, № 3, № 4, находящихся на территории войсковой части №.

Из локального сметного расчета на ремонт водомерных узлов № 1, № 3, № 4 на сумму 253 158,4 руб. усматривается, что данный документ был согласован с ответчиком Кирпием и утвержден ответчиком ФИО3, как командиром войсковой части №.

Согласно копии технического задания на ремонт водомерных узлов № 1, № 3, № 4 на территории войсковой части № следует, что исполнитель по государственному контракту обязуется оказать войсковой части № услуги по ремонту указанных водомерных узлов, в целях приведения учета потребляемой воды, поставляемой войсковой части №, к требованиям Правил, а также замены изношенной арматуры на водомерных соединениях. При этом из указанного технического задания не усматривается, что к нему приложены технические условия от «<данные изъяты>» и проектная документация для выполнения работ. Также из этого задания не усматривается, что проведение работ должно проводиться в соответствии с техническими условиями и разработанной на их основании проектной документацией.

Копией государственного контракта от 27 августа 2015 г. № (далее государственный контракт от 27 августа 2015 г.) подтверждается, что ответчиком ФИО3, как командиром войсковой части № с ООО «Тесла-Профит» заключен контракт на выполнение работ по ремонту водомерных узлов № 1, № 3, № 4, находящихся на территории войсковой части №.

Пунктами 1.1, 2.1 и 3.3 государственного контракта от 27 августа 2015 г. предусмотрено, что подрядчик обязуется выполнить указанные работы в объеме, согласно локальной сметы. При этом цена контракта составляет 253 158,4 руб.

Оплата выполненных в соответствии с утвержденной локальной сметой и принятых государственным заказчиком работ, производятся на основании справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3) и акта приемки выполненных работ (форма КС-2).

Кроме того, согласно п. 4.1.4 государственного контракта войсковая часть № обязана произвести приемку и оплату работ, выполненных подрядчиком, в порядке, предусмотренном государственным контрактом.

Из копии справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3) от 21 сентября 2015 г. подписанной ответчиком ФИО3, как командиром войсковой части № и представителем ООО «Тесла-Профит» следует, что стоимость выполненных работ по государственному контракту составила 253 158,4 руб. Данные обстоятельства также подтверждаются счет-фактурой.

При этом факт приемки воинской частью выполненных работ по государственному контракту от 27 августа 2015 г. подтверждается соответствующим актом комиссии воинской части, утвержденным ответчиком ФИО3, как командиром войсковой части №

Из платежного поручения от 2 октября 2015 г. № следует, что войсковой частью № была произведена оплата по государственному контракту от 27 августа 2015 г. на сумму 253 158,4 руб. При этом факт произведенной войсковой частью № оплаты выполненных работ по государственному контракту от 27 августа 2015 г. и её размер сторонами не оспаривался.

Согласно письму войсковой части № от 18 сентября 2015 г., направленному в адрес директора «Балашихинского водоканала», командир воинской части оповестил названное должностное лицо о замене приборов учета водоснабжения.

Из копии акта обследования технического состояния водомерных узлов № 1, № 3, № 4 от 29 сентября 2015 г., проведенного представителями «<данные изъяты>» следует, что войсковой части № предписано произвести замену средств измерения холодного водоснабжения в соответствии требованиями, указанными в Правилах.

Из сообщения «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что командиру войсковой части № отказано в выдаче технических условий для приборного учета на водомерных узлах № 1, № 3, № 4.

Помимо этого из акта обследования технического состояния водомерных узлов № 1, № 3, № 4 от 10 декабря 2015 г., проведенного представителями «<данные изъяты>» следует, что вышеуказанные водомерные узлы в эксплуатацию не введены, поскольку ввод в эксплуатацию средств измерения холодного водоснабжения осуществляется в соответствии с требованиями Правил, в том числе, в связи с отсутствием технических условий на организацию приборного учета холодного водоснабжения, а также отсутствия проектов узлов учета холодного водоснабжения. Аналогичные выводы указаны в акте обследования от 29 ноября 2016 г.

При этом, как следует из вышеуказанных документов и иных материалов дела, отказ в вводе в эксплуатацию водомерных узлов № 1, № 3, № 4, а также установленных на них средств измерения был обусловлен, в том числе тем, что работы по замене приборов учета холодного водоснабжения по государственному контракту от 27 августа 2015 г. были проведены без предварительного получения от «<данные изъяты>» технических условий и проектирования установки новых приборов учета холодного водоснабжения на водомерных узлах.

Кроме этого отсутствие направления заявки командира войсковой части № для получения от «<данные изъяты>» технических условий на проектирование узлов учета и фактическое отсутствие технических условий, а также отсутствие проектирования узлов учета перед заключением государственного контракта от 27 августа 2015 г. и выполнения по нему работ, подтверждаются материалами дела, а также объяснениями представителя истца и ответчика Кирпия. При этом данные обстоятельства сторонами не оспаривались.

Согласно заявке командира войсковой части № от 15 декабря 2016 г. «<данные изъяты>» 26 декабря 2016 г. за исх. номером № выданы технические условия на организацию узлов учета холодного водоснабжения войсковой части №.

Как следует из материалов дела и государственного контракта от 10 сентября 2017 г. № в войсковой части № были проведены работы по текущему ремонту наружной системы водоснабжения с приведением водомерных узлов № 1, № 3, № 4 войсковой части № к коммерческому учету. При этом вышеуказанные работы проведены с учетом технических условий, выданных «<данные изъяты>» от 26 декабря 2016 г., и проектирования указанных водомерных узлов.

Также из материалов дела усматривается, что вышеуказанные работы фактически были выполнены и водомерные узлы № 1, № 3, № 4, вместе с вновь установленными на них приборами измерения холодного водоснабжения, введены в эксплуатацию и приняты на коммерческий учет.

В соответствии с п. 8 Правил, в редакции действовавшей до 1 января 2017 г., установка, эксплуатация, поверка, ремонт и замена узлов учета осуществляются в следующем порядке:

а) получение технических условий на проектирование узла учета;

б) проектирование узла учета и монтаж узла учета для вновь допускаемых к эксплуатации узлов учета, включая установку приборов учета;

в) допуск к эксплуатации узла учета;

г) эксплуатация узла учета, включая снятие показаний приборов учета о количестве поданной (полученной, транспортируемой) холодной воды, горячей воды, тепловой энергии в составе поданной (полученной, транспортируемой) горячей воды, о принятых (отведенных, транспортируемых) сточных водах и иных показаний, предусмотренных технической документацией, отображающихся приборами учета, в том числе с использованием систем дистанционного снятия показаний (телеметрические системы), а также ведение учета о количестве и продолжительности нештатных ситуаций, возникающих в работе приборов учета узла учета;

д) поверка, ремонт и замена (при необходимости) приборов учета.

Кроме того, в силу п. 28 и 29 Правил, в редакции действовавшей до 1 января 2017 г., проектирование узла учета осуществляется на основании технических условий. Результатом проектирования узла учета является проектная документация. Абонент или транзитная организация вправе привлечь к подготовке проектной документации юридические или физические лица.

Технические условия на проектирование узла учета выдаются организацией, осуществляющей водоснабжение и (или) водоотведение, в течение 10 рабочих дней со дня получения от абонента или транзитной организации заявки на выдачу технических условий, содержащей сведения, необходимые для выдачи технических условий (объем потребляемой воды, отводимых сточных вод, схема размещения объектов абонента, схема прокладки сетей).

Помимо этого, в силу п.п. «б» п. 39 и п. 40 Правил, в редакции действовавшей до 1 января 2017 г., при проведении допуска узла учета к эксплуатации подлежит проверке соответствие узла учета проектной и технической документации, в том числе комплектации и схеме монтажа приборов учета узла учета.

При выявлении организацией, осуществляющей водоснабжение и (или) водоотведение, в ходе проверки несоответствий сведений, требований и условий сведениям, требованиям и условиям, предусмотренным пунктом 39 настоящих Правил, узел учета не может быть допущен к эксплуатации.

Таким образом, вопреки мнению ответчика Кирпия, до заключения государственного контракта от 27 августа 2015 г. и выполнения по нему работ, командир войсковой части № должен был, на основании соответствующей заявки, получить технические условия от организации, осуществляющей водоснабжение и (или) водоотведение, и произвести проектирование узлов учета, чего им сделано не было. Данные обстоятельства в последующем повлекли необходимость заключения нового государственного контракта от 10 сентября 2017 г. и повторную оплату войсковой частью № работ по текущему ремонту наружной системы водоснабжения с приведением водомерных узлов № 1, № 3, № 4 к коммерческому учету.

При таких обстоятельствах оплата войсковой частью № государственного контракта от 27 августа 2015 г. на сумму 253 158,4 руб. является ущербом, причиненным названной воинской части.

Согласно п. 75 Устава внутренней службы Вооруженных Сил РФ, утвержденного Указом Президента РФ от 10 ноября 2007 г. № 1495, командир является единоначальником, в мирное и военное время отвечает, в том числе, за внутренний порядок, состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества; за материальное, техническое, финансовое, бытовое обеспечение и медицинское обслуживание.

Пункт 93 и 94 вышеуказанного Устава командир полка (корабля 1 ранга), являясь командиром основной тактической и административно-хозяйственной единицы Вооруженных Сил, содержащейся по установленному штату, в мирное и военное время отвечает: за постоянную боевую и мобилизационную готовность полка (корабля); за успешное выполнение полком (кораблем) боевых задач; за боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, правопорядок, морально-политическое и психологическое состояние подчиненного личного состава, безопасность военной службы; за внутренний порядок; за состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества полка (корабля); за материальное, техническое, финансовое, бытовое обеспечение и медицинское обслуживание полка (корабля). Он является прямым начальником всего личного состава полка (корабля).

Командир полка (корабля 1 ранга) обязан руководить финансовой и хозяйственной деятельностью полка (корабля), обеспечивая законное и экономное расходование материальных и денежных средств.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из материалов дела и установлено в суде ответчик Кирпий осуществлял подготовку заявок на выделение денежных средств для приобретения средств учета воды, осуществлял контроль за выполнением работ по государственному контракту от 27 августа 2015 г. и в составе комиссии принимал выполненные работы по названному контракту. При этом каких-либо действий, непосредственно повлекших к расходованию денежных средств воинской части по государственному контракту от 27 августа 2015 г., он не совершал.

Одновременно в суде установлено, что государственный контракт от 27 августа 2015 г. был заключен ответчиком ФИО3, как командиром войсковой части №. Кроме этого на основании подписанной этим же ответчиком справки формы КС-3, а также утверждённого им акта о приемке выполненных работ по ремонту водомерных узлов № 1, № 3, № 4, войсковой частью № произведена оплата по государственному контракту от 27 августа 2015 г. При этом, в силу вышеуказанных Правил, в полномочия командира войсковой части № входило направление соответствующей заявки на получение технических условий от организации, осуществляющей водоснабжение.

На основании изложенного следует прийти к выводу о том, истцом не представлено доказательств того, что действиями ответчика Кирпия воинской части был причинен ущерб, что препятствует привлечению его к материальной ответственности на основании ч. 1 ст. 4 Закона.

При таких обстоятельствах в удовлетворении иска командира войсковой части № о привлечении ответчика Кирпия к ограниченной материальной ответственности и взыскании с него денежных средств следует отказать.

Вместе с тем, установленные судом обстоятельства по делу свидетельствуют о наличии вины в действиях ответчика ФИО3 в причинении войсковой части № материального ущерба. В связи с чем, на основании ст. 4 Закона, суд приходит к выводу о возможности привлечении ответчика к ограниченной материальной ответственности в размере одного оклада месячного денежного содержания и одной ежемесячной надбавки за выслугу лет.

В соответствии с ч. 6 ст. 6 Закона при привлечении военнослужащего к материальной ответственности размер оклада месячного денежного содержания военнослужащего и размер ежемесячной надбавки за выслугу лет (размер оклада по воинской должности военнослужащего, проходящего военную службу по призыву, размер оклада по воинской должности, предусмотренной штатом воинской части, и оклада по воинскому званию гражданина, призванного на военные сборы) определяются на день издания приказа командира (начальника) воинской части или принятия судом решения о возмещении ущерба.

Как следует из справки от 10 июля 2020 г. № 24 размер одного оклада месячного денежного содержания и одной ежемесячной надбавки за выслугу лет ответчика ФИО3 составляет 59 226,7 руб. Таким образом с ФИО3 в пользу войсковой части № следует взыскать 59 226,7 руб.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

При этом положения ч. 2 ст. 61.1 и ч. 2 ст. 61.2 Бюджетного кодекса РФ устанавливают, что в бюджеты городских округов подлежат зачислению налоговые доходы от государственной пошлины (подлежащей зачислению по месту государственной регистрации, совершения юридически значимых действий или выдачи документов) по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, мировыми судьями (за исключением Верховного Суда Российской Федерации).

Поскольку истец был освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении в суд с настоящим иском, то на основании изложенного, с учетом п. 1 ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, государственная пошлина в размере 1977 руб. подлежит взысканию с ответчика ФИО3 в доход бюджета городского округа Реутов Московской области.

Руководствуясь ст. 194 – 198, 320, 321 ГПК РФ, суд

решил:

иск войсковой части № к ФИО3, и ФИО2 о взыскании материального ущерба – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3, в пользу войсковой части № – 59 226 (пятьдесят девять тысяч двести двадцать шесть) рублей 70 копеек.

Взыскать с ФИО3, в доход бюджета городского округа Реутов Московской области 1977 (одну тысячу девятьсот семьдесят семь) рублей в счет уплаты государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части требований иска – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба во 2-й Западный окружной военный суд через Реутовский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий по делу подпись А.В. Кошкорев