Решение № 2-466/2017 2-466/2017~М-473/2017 М-473/2017 от 24 августа 2017 г. по делу № 2-466/2017

Дело № 2-466/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 августа 2017 года с. Павловск

Павловский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Коняевой З.А.,

при секретаре Пашининой В.К.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации (далее МВД РФ) в лице ИВС МО МВД России «Павловский» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания под стражей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству внутренних дел Российской Федерации в лице ИВС МО МВД России «Павловский» о возмещении морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в изоляторе временного содержания в с. Шелаболиха Шелаболихинского района Алтайского края.

В обоснование заявленных требований указал, что с 02.04.2010 года по 02.08.2010 года он периодически содержался в ИВС с. Шелаболиха Шелаболихинского района Алтайского края в условиях, которые унижали его человеческое достоинство, причиняли физические и нравственные страдания и не соответствовали требованиям, предъявляемым Федеральным законом № 103-ФЗ от 15.07.1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Полы камер в ИВС были бетонными, отчего в помещении всегда было холодно и сыро. Унитаз не был оборудован сливным бачком, отчего нечистоты скапливались в унитазе и в камере стоял неприятный запах. Санузел не был изолирован, находился в 15 см. от ближайшей кровати и в 50 см. от стола для приема пищи.

Количество содержащихся в камере лиц не соответствовало нормам по минимальной площади на одного человека, в двухместной камере содержались втроем. Кроме того, в период его нахождения в ИВС с. Шелаболиха он был несовершеннолетним, в одной с ним камере - № 3, № 4 и № 5 содержали совершеннолетних осужденных и обвиняемых.

С учетом позиции Европейского суда по правам человека, выраженной в постановлении «Худоёров против Российской Федерации» просит взыскать с Министерства внутренних дел РФ за счет казны денежную компенсацию причиненного морального вреда в размере 300000 рублей.

Истец ФИО1, который участвовал в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи с ИК № 3 УФСИН России по Алтайскому краю, где отбывает наказание, заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении. К указанному в иске добавил, что в 2010 году он содержался в ИВС с. Шелаболиха в камере №3. Вместе с ним в одной камере содержались взрослые лица – С. и Б., первый был заражен ВИЧ, второй болел туберкулезом. Кроме того, они курили, чем причиняли вред его здоровью. После этого он тоже закурил. Оба они обвинялись в совершении разбоя. В баню его водили нерегулярно, на помывку давали времени не более пяти минут. Матрацы в камере были пропитаны мочой, не стирались, бельё не выдавали, родственники передавали постельные принадлежности из дома.

Представитель ответчика МВД РФ в судебное заседание не явился, просит рассмотреть дело в его отсутствие. Направил суду письменные возражения, в которых не согласен с требованиями ФИО1, полагает, что истец пропустил трехмесячный срок, установленный для обжалования действий (бездействий) органа государственной власти и должностных лиц. Также ФИО1 не представил каких-либо доказательств в подтверждение своих доводов. Испытанные им в период содержания в ИВС нравственные страдания являются скорее следствием привлечения к уголовной ответственности, а не в связи с условиями его содержания. Обращение в суд с заявлением о взыскании компенсации морального вреда через семь лет вызывает сомнения в причинении ему страданий ненадлежащими условиями содержания в 2010 году. При этом истец не представил суду доказательств наличия препятствий, помешавших ему обратиться в суд своевременно.

Представитель МО МВД России «Павловский» ФИО2 в судебном заседании с требованиями истца не согласен в полном объеме, просит в иске отказать. Полагает, что истцом не представлено доказательств в подтверждение изложенных в исковом заявлении фактов ненадлежащего содержания в ИВС в 2010 году. Также пояснил, что ИВС в с. Шелаболиха был закрыт в 2011 году, отдел внутренних дел по Шелаболихинскому району был преобразован и объединен с МО МВД России «Павловский».

Представитель третьего лица Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю в судебное заседание не явился, просит рассмотреть дело в его отсутствие. В отзыве на исковое заявление указал, что доводы ФИО1 о ненадлежащих условиях его содержания в период нахождения в ИВС МО МВД России «Павловский», выразившиеся в несоответствии нормы площади камер на человека, отсутствии санузла с соблюдением требований приватности, надлежащего освещения, душа, вентиляции не подтверждены доказательствами и основаны на его субъективном мнении. Кроме того, ФИО1 содержался в ИВС в 2010 году, а обратился с иском только в 2017 году, что свидетельствует о низкой степени его возможных нравственных переживаний.

Суд рассмотрел дело в отсутствие не явившихся участников процесса по правилам ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав истца, представителя МО МВД России «Павловский», свидетеля, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина является обязанностью государства.

В соответствии со ст.ст. 17 и 53 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепринятым принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией. Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностными лицами.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ст. 1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса.

В силу ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 года, ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В период пребывания в местах содержания под стражей подозреваемые и обвиняемые лишаются или ограничиваются в возможности пользования определенными материальными благами, между тем, условия, в которых они содержатся, не должны причинять им излишних физических страданий или унижать их человеческое достоинство, отрицательно влиять на здоровье подозреваемых и обвиняемых.

Условия и порядок содержания в изоляторах временного содержания регулируются Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее Закон).

В соответствии со ст. 4 Закона содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В силу ст. 15 Закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Согласно ст. 23 Закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Требования к медико-санитарному обеспечению в местах содержания под стражей установлены в статье 24 Закона. На администрацию указанных мест возложена обязанность выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Правила внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденные приказом МВД РФ № 950 от 22.11.2005 (далее – Правила) регламентируют внутренний распорядок в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел.

Согласно п. 18 Правил, больные инфекционными заболеваниями или нуждающиеся в особом медицинском уходе и наблюдении размещаются отдельно от других подозреваемых и обвиняемых.

Подозреваемые и обвиняемые содержатся в общих или одиночных камерах ИВС, при этом раздельно: мужчины и женщины; несовершеннолетние и взрослые; подозреваемые и обвиняемые с осужденными, приговоры в отношении которых вступили в законную силу; подозреваемые и обвиняемые по одному уголовному делу; впервые привлекаемые к уголовной ответственности и лица, ранее содержавшиеся в местах лишения свободы (п.19).

Размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах ИВС производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих (п. 21).

В исключительных случаях в камерах с несовершеннолетними в соответствии со статьей 33 Федерального закона с согласия надзирающего прокурора могут содержаться положительно характеризующиеся взрослые, впервые привлекаемые к уголовной ответственности за преступления небольшой и средней тяжести (п. 22).

В соответствии с п. 42 Правил, подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом.

Согласно п. 45 Правил, камеры ИВС оборудуются:

индивидуальными нарами или кроватями;

столом и скамейками по лимиту мест в камере;

шкафом для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов;

санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности;

краном с водопроводной водой;

вешалкой для верхней одежды;

полкой для туалетных принадлежностей;

бачком для питьевой воды;

радиодинамиком для вещания общегосударственной программы;

кнопкой для вызова дежурного;

урной для мусора;

светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа;

приточной и/или вытяжной вентиляцией;

детскими кроватями в камерах, где содержатся женщины с детьми;

тазами для гигиенических целей и стирки одежды.

Не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе (п. 47).

В судебном заседании установлено, что ФИО1 содержался в ИВС ОВД по Шелаболихинскому району Алтайского края 02.04.2010 года, а также в период с 21.04.2010 года по 23.04.2010 года, с 30.04.2010 года по 01.05.2010 года, с 25.06.2010 года по 30.06.2010 года, с 09.07.2010 года по 16.07.2010 года, с 22.07.2010 года по 23.07.2010 года, с 23.08.2010 года по 27.08.2010 года, с 10.09.2010 года по 15.09.2010 года, с 27.09.2010 года по 01.10.2010 года, то есть 38 дней. Факт содержания истца в ИВС ОВД по Шелаболихинскому району в указанный период подтверждается ответом на запрос суда из СИЗО № 3 г. Барнаула об этапировании его в ИВС Шелаболихинского района и Шелаболихинский районный суд, а также книгой учета лиц, содержащихся в ИВС ОВД по Шелаболихинскому району от 14.01.2004 года.

Судом в качестве свидетеля допрошен К.., который пояснил, что с 2006 по 2011 год он занимал должность начальника ИВС ОВД по Шелаболихинскому району. ИВС в с. Шелаболиха был построен в 1992 году, занимал один этаж, его площадь составляла 48 кв.м., имелся прогулочный дворик площадью 22 кв.м. В 2010 году в ИВС было четыре камеры площадью 8 кв.м. каждая, рассчитаны на двух человек, все были оборудованы спальными местами, санузлами, раковинами. Пол в камерах был из ДСП, в камере № 5 пол частично был бетонный, в части – из ДСП. Санузел представлял собой отгороженную кирпичной перегородкой высотой от пола 1,5 метра территорию, на которой была установлена чаша унитаза с краном, водой из которого смывали нечистоты. Двери в санузел не было, вместо неё сами арестованные вешали простынь. Содержащимся в ИВС лицам своевременно выдавали постельное белье, индивидуальную посуду. Матрацы регулярно прожаривали в Шелаболихинской ЦРБ, постельное белье не стирали, каждый раз выдавали новое, использованное списывали. Содержащихся в ИВС покамерно выводили для принятия душа, который размещался в санпропускнике, журнал посещения душа не вели. Несовершеннолетних, как правило, содержали отдельно от взрослых. В исключительных случаях, если совершеннолетний обвиняемый или подозреваемый положительно характеризовался, с разрешения прокурора, с ним вместе разрешали содержать несовершеннолетнего. С кем содержался ФИО1, не помнит.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств того, что в период нахождения в ИВС ФИО1 содержался в камерах, не соответствующих норме санитарной площади на человека, установленной ст. 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», суд не установил, исследовав журнал учета лиц, содержащихся в ИВС в 2010 году.

Наличие в камерах сливных бачков Правилами внутреннего распорядка ИВС не предусмотрено, при этом, согласно показаниям свидетеля ФИО3 в каждом санузле имелся кран, водой из которого и производился смыв нечистот из унитаза.

Также Правилами не установлено, из какого материала должен быть изготовлен пол в камерах, в связи с чем нарушений действующего законодательства об условиях содержания подозреваемых и обвиняемых работниками ИВС ОВД по Шелаболихинскому району в указанной части допущено также не было. Свидетель К. пояснил, что частично бетонный пол был только в камере № 5, в которой истец, согласно Журналу учета лиц, содержащихся в ИВС, находился с 25 по 30 июня 2010 года, то есть пять дней.

Доводы ФИО1, пояснившего, что в период содержания в ИВС ему не меняли матрац и постельное белье, своего подтверждения в судебном заседании не нашли и опровергаются показаниями свидетеля ФИО3

Согласно журналу медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС, истец в период своего пребывания в нем жалоб на здоровье не предъявлял.

В то же время, содержание истца в ненадлежащих условиях в 2010 году в камерах, где отсутствовал приватный санузел, подтверждается как объяснениями самого истца, изложенными в исковом заявлении, так и показаниями свидетеля К.., пояснившего, что хотя санузлы в камерах и были огорожены кирпичной загородкой, однако в них отсутствовала дверь, проем занавешивали простыней лица, содержащиеся в камерах.

Кроме того, из журнала учета лиц, содержащихся в ИВС следует, что в период с 23.08.2010 года по 26.08.2010 года и с 10.09.2010 года по 19.09.2010 года ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, будучи в указанное время несовершеннолетним в возрасте 17 лет, содержался в одной камере с совершеннолетним Б., ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Доказательств того, что Баязит содержался с истцом с согласия надзирающего прокурора и положительно характеризовался, суду стороной ответчика не представлено. При этом, согласно записи в Журнале, Б. был судим, и таким образом, ранее привлекался к уголовной ответственности, в связи с чем мог негативно влиять на личность несовершеннолетнего истца.

Указанные выше нарушения условий содержания сами по себе являются достаточными для того, чтобы причинить страдания и переживания лицу, находящемуся под стражей, а поэтому имеются основания для частичного удовлетворения требований ФИО1 о компенсации ему морального вреда.

Согласно разъяснениям, указанным в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Учитывая срок содержания истца в ИВС в условиях, не соответствующих установленным законом требованиям, с учетом фактических обстоятельств по делу, длительного периода времени с момента содержания до обращения истца за защитой своих прав, отсутствия фактов его обращений в уполномоченные органы с жалобами на ненадлежащие условия в период его содержания в ИВС, отсутствие сведений об ухудшении состояния здоровья, степени страданий, которые претерпел истец в связи с нарушением его личных неимущественных прав содержанием в ИВС в ненадлежащих условиях, с учетом требований разумности и справедливости, суд полагает необходимым определить к взысканию в пользу истца с ответчика компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ, в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно п. 3 ст. 125 Бюджетного кодекса РФ, в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

Пунктом 3 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ предусмотрено, что главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

В силу подпункта 100 п. 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 21.12.2016 года № 699, Министерство внутренних дел Российской Федерации осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание МВД России и реализацию возложенных на него задач.

Согласно Указу Президента РФ от 21.12.2016 года № 699 «Об утверждении Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации и Типового положения о территориальном органе Министерства внутренних дел Российской Федерации по субъекту Российской Федерации», территориальными органами МВД России на региональном уровне являются министерства внутренних дел по республикам, главные управления, управления МВД России по иным субъектам Российской Федерации. Территориальные органы осуществляют свою деятельность непосредственно и (или) через подчиненные территориальные органы МВД России на районном уровне (далее - подчиненные органы), а также подразделения и организации, созданные для реализации задач и обеспечения деятельности территориальных органов (далее - подчиненные организации).

Таким образом, компенсация морального вреда в пользу ФИО1 подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

На основании изложенного, суд взыскивает в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 3000 руб. с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации. В остальной части иска суд истцу отказывает.

Руководствуясь ст.ст. 194-198, 320,321 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд путем подачи жалобы в Павловский районный суд Алтайского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме 30.08. 2017 года.

СУДЬЯ З.А. Коняева