Решение № 12-363/2019 от 15 июля 2019 г. по делу № 12-363/2019

№ 12-363/2019


РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

16 июля 2019 года г. Белгород

Судья Октябрьского районного суда г. Белгорода Подзолков Ю.И. (Белгород, ул. Сумская, д.76 «а», зал 209),

с участием инспектора ИДПС ОМВД РФ по Корочанскому району ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу инспектора ИДПС ОМВД РФ по Корочанскому району ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 7 Западного округа г. Белгорода от 21.05.2019 г., в отношении ФИО2 ФИО4 по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ),

установил:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 7 Западного округа г. Белгорода от 21.05.2019 года прекращено производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в отношении ФИО2 ФИО5 на основании п.2 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи с отсутствием состава административного правонарушения

Не согласившись с вынесенным постановлением мирового суда, инспектором ИДПС ОМВД РФ по Корочанскому району ФИО1 подана жалоба, в которой он просит отменить состоявшееся постановление и возвратить дело на новое рассмотрение.

Изучив материалы дела об административном правонарушении, доводы жалобы, прихожу к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния, - влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагает не только наличие законных оснований для применения административного наказания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности (ст. 1.6 КоАП РФ).

Положениями ст. 26.2 КоАП РФ предусмотрено, что доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

Не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, если указанные доказательства получены с нарушением закона (ч. 3 ст. 28.2 КоАП РФ).

Как правильно установлено мировым судом, при оформлении материалов были существенно нарушены процессуальные права ФИО2, что является недопустимым в целях законности принятого решения по делу.

В соответствии с ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, а в отношении водителя транспортного средства Вооруженных Сил Российской Федерации, войск национальной гвардии Российской Федерации, спасательных воинских формирований федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на решение задач в области гражданской обороны, - также должностными лицами военной автомобильной инспекции в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи. Протокол о задержании транспортного средства в соответствии с ч. 8 ст. 27.13 КоАП РФ также составляется в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи.

Указанные выше процессуальные действия выполнены в отношении ФИО2 в отсутствие понятых.

В материалах дела имеется оптический диск с видеозаписью, при исследовании которой выяснено, что объектив камеры, при помощи которой осуществлялась видеозапись, был направлен не внутрь салона патрульного автомобиля, где проводились процессуальные действия, а наружу. В результате на видео засняты не процессуальные действия, а окружающая обстановка: здания, забор, дорога, автомобиль, прохожие и пр.

Как следует из показаний инспектора ДПС ОМВД России по Корочанскому району ФИО1, а также его рапорта от 16 декабря 2018 года, видеозапись осуществлялась при помощи видеорегистратора, расположенного в патрульном автомобиле, который имеет функции видеозаписи одновременно камерами, направленными внутрь салона автомобиля и наружу.

Во время выполнения процессуальных действий индикатор видеозаписи сигнализировал о том, что производится видеозапись, однако впоследствии выяснилось, что видеозапись выполнена только наружной видеокамерой. Видеозапись внутренней камерой видеорегистратора по техническим причинам не выполнена.

При исследовании видеозаписи судом установлено, что аудиоряд видеозаписи содержит запись звуков, которыми сопровождалось применение мер обеспечения производства по делу.

В связи с этим, мировой суд правомерно признал, что видеоряд представленной видеозаписи не отражает проводившихся процессуальных действий, визуальная информация о процессуальных действиях не записана.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что положения ч. 2 ст. 27.12 и ч. 8 ст. 27.13 КоАП РФ об осуществлении отстранения от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и составления протокола о задержании транспортного средства в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи при осуществлении соответствующих мер обеспечения производства по делу в отношении ФИО2, должностным лицом административного органа не соблюдены.

Согласно части 3 статьи 26.2 названного Кодекса не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, полученных с нарушением закона.

Допущенные по настоящему делу нарушения требований Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях являются существенными, а составленные процессуальные документы не могут быть признаны допустимыми.

Согласно статье 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина, и считается невиновным, пока его вина не будет доказана в порядке, предусмотренном Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, и установлена вступившим в законную силу постановлением судьи, органа, должностного лица, рассмотревших дело.

Лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, за исключением случаев, предусмотренных примечанием к названной статье. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Такое разрешение дела не отвечает установленным статьей 24.1 КоАП РФ задачам производства по делам об административных правонарушениях.

При таких обстоятельствах, прихожу выводу, что вывод мирового суда о том, что протокол об отстранении от управления транспортным средством № от 22 октября 2018 года, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения № от 22 октября 2018 года, протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения 31 БЕ № 247318 от 22 октября 2018 года, протокол о задержании транспортного средства № от 22 октября 2018 года в отношении ФИО2 не могут быть использованы в качестве доказательств по делу об административном правонарушении, как полученные с нарушением требований закона (ч. 3 ст. 26.2 КоАП РФ), является правильным.

Таким образом, в ходе производства по делу об административном правонарушении не были созданы необходимые условия для обеспечения процессуальных гарантий прав ФИО2 как лица, привлекаемого к административной ответственности, предусмотренных ч. 2 ст. 25.1 КоАП РФ, что повлекло нарушение его прав на защиту.

В связи с тем, что вышеуказанные процессуальные документы были оформлены с нарушением закона, мировой суд правомерно прекратил производство по делу, в связи с отсутствием состава административного правонарушения по п. 2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ

В связи с этим, доводы жалоба инспектора ИДПС ОМВД РФ по Корочанскому району ФИО1 о строгом соблюдении процессуального законодательства при оформлении административного материала в отношении ФИО2, нахожу несостоятельными.

Руководствуясь ст.ст. 30.6, 30.7 КоАП РФ, судья

решил:

постановление мирового судьи судебного участка № 7 Западного округа г. Белгорода от 21.05.2019 г., в отношении ФИО2 по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ по жалобе инспектора ИДПС ОМВД РФ по Корочанскому району ФИО1, - оставить без изменения, а жалобу инспектора ИДПС ОМВД РФ по Корочанскому району ФИО1,- без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано или опротестовано прокурором в порядке надзора.

Судья Ю.И. Подзолков