Решение № 2-1091/2018 2-49/2019 2-49/2019(2-1091/2018;)~М-1033/2018 М-1033/2018 от 29 января 2019 г. по делу № 2-1091/2018

Дело № 2-49/2019

УИД 29RS0001-01-2018-001349-59


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Вельск 30 января 2019 года

Вельский районный суд Архангельской области

в составе председательствующего Сидорак Н.В.,

при секретаре Боковиковой Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Русичъ» об изменении формулировки увольнения, взыскании средней заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Русичъ» (далее – ООО «ЧОО «Русичъ») об изменении формулировки увольнения, взыскании средней заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных исковых требований ФИО2 указал, что с 17 января 2017 года он был принят на работу в ООО «ЧОО «Русичъ» в качестве начальника отдела охраны. В июне 2018 года он обратился к работодателю с заявлением об увольнении по собственному желанию. С приказом об увольнении истец ознакомлен не был, трудовую книжку в день увольнения получить не смог. Трудовая книжка была выслана ему лишь 22 октября 2018 года ценным письмом по адресу регистрации и получена 07 ноября 2018 года. Только после получения трудовой книжки истцу стало известно о том, что он уволен 17 июля 2018 года по подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, а не на основании ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации. Уведомление с просьбой о выходе на работу ему не направлялось, объяснения по факту отсутствия на рабочем месте не истребовались, расчет при увольнении произведен не был. Считает увольнение по указанному выше основанию незаконным и просил изменить формулировку увольнения с подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации на увольнение на основании ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации, взыскать с ООО «ЧОО «Русичъ» заработную плату за время вынужденного прогула по день получения им трудовой книжки, компенсацию морального вреда в размере 18000 руб. 00 коп.

Истец ФИО2 и его представитель ФИО3 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. Также истец указал, что заявление об увольнении по собственному желанию с ДД.ММ.ГГГГ было передано им бухгалтеру общества Е.К.О примерно за две недели до дня увольнения. После 25 июня 2018 года он обращался к работодателю за получением трудовой книжки, но ему было отказано в связи с отсутствием на рабочем месте генерального директора. В июле 2018 года юрист ООО «ЧОО «Русичъ» Дидик Н.Г. предложил получить трудовую книжку. Поскольку в данное время он находился в г. Архангельске, получить трудовую книжку не мог, в случае необходимости просил выслать ее посредством почтовой связи. Требование о даче объяснений по факту отсутствия на рабочем месте в июле 2018 года он не получал. Представленное ответчиком почтовое уведомление подтверждает факт получения им документов по его запросу от 28 апреля 2018 года.

Представители ответчика ФИО4 и Дидик Н.Г. в судебном заседании заявленные исковые требования ФИО2 не признали, при этом пояснили, что заявление ФИО1 об увольнении по собственному желанию в июне 2018 года ответчику не поступало. Заявление об увольнении по собственному желанию было подано истцом в апреле 2018 года, но отозвано им в тот же день. 25, 26, 27 июня 2018 года ФИО2 отсутствовал на рабочем месте, на телефонные звонки не отвечал. Требование о необходимости дачи объяснений о причинах отсутствия на рабочем месте было направлено истцу заказным письмом и получено им 08 июля 2018 года. ФИО2 был уведомлен об увольнении по подп. «а» п. 1 ч. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации по телефону 17 июля 2018 года, ему было предложено получить трудовую книжку и ознакомиться с приказом. Согласия о направлении трудовой книжки по почте истец не давал. Порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения со стороны работодателя соблюден.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд.

Статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что трудовое законодательство основывается на принципе свободы труда, обеспечения права каждого работника на справедливые условия труда, обеспечения права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, в том числе в судебном порядке.

Прекращение трудовых правоотношений между работником и работодателем осуществляется только по основаниям и в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом Российской Федерации.

Согласно ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания, в том числе увольнение по соответствующим основаниям.

В соответствии с подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаяходнократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Статьей 193 Трудового кодекса установлено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 был принят на работу в ООО «ЧОО «Русичъ» в качестве начальника отдела охраны с 17 января 2017 года по совместительству на условиях сокращенной рабочей недели. Данные обстоятельства подтверждаются приказом о приеме работника на работу № 6/к от 17 января 2017 года, трудовым договором № 6 от 17 января 2017 года.

Факт работы в обществе по совместительству истцом не оспаривался и подтверждается копией его заявления о принятии на работу от 16 января 2017 года.

Работнику была установлена пятидневная рабочая неделя, время работы с 09 часов до 13 часов, выходные дни – суббота и воскресенье.

Рабочее место истца располагалось по адресу: <...>.

С 01 по 31 января 2018 года ФИО2 был переведен начальником отдела охраны ООО «ЧОО «Русичъ» на полную ставку.

На основании приказа ООО «ЧОО «Русичъ» № 0005 от 09 апреля 2018 года истцу был предоставлен отпуск без сохранения заработной платы с 10 по 13 апреля 2018 года.

Приказом ООО «ЧОО «Русичъ» № 0006 от 16 апреля 2018 года ФИО2 был предоставлен ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск с 16 апреля по 02 мая 2018 года.

С 03 по 17 мая 2018 года ФИО2 находился в отпуске без сохранения заработной платы на основании приказа общества № 0007 от 28 апреля 2018 года.

28 апреля 2018 года ФИО2 обратился к работодателю с заявлением об увольнении по собственному желанию с 17 мая 2018 года, но в этот же день отозвал указанное заявление.

В соответствии с приказом ООО «ЧОО «Русичъ» № 0008 от 28 апреля 2018 года истцу был предоставлен отпуск без сохранения заработной платы с 18 мая по 22 июня 2018 года на основании личного заявления работника от 28 апреля 2018 года.

После окончания отпуска без сохранения заработной платы ФИО2 должен был приступить к выполнению трудовых обязанностей 25 июня 2018 года.

В ходе судебного заседания установлено, что истец 25 июня 2018 года появился на рабочем месте в 08 часов 55 минут, а в 09 часов 00 минут покинул офис, после этого свои трудовые обязанности в ООО «ЧОО «Русичъ» истец не выполнял, на работу не являлся, на телефонные звонки от работодателя не отвечал.

25 июня 2018 года в 10 часов 36 минут начальником службы безопасности ООО «ЧОО «Русичъ» В.А.А на имя директора общества составлена докладная записка, согласно которой ФИО2 появился на рабочем месте в 08 часов 55 минут, в 09 часов 00 минут покинул его и по настоящее время не вернулся, на телефонный звонок не ответил.

25 июня 2018 года в 13 часов 10 минут работниками общества - заместителем директора С.А.В начальником службы безопасности В.А.А юристом Дидиком Н.Г. составлен акт, из которого следовало, что 25 июня 2018 года с 09 часов до 13 часов начальник отдела охраны ООО «ЧОО «Русичъ» ФИО2 отсутствовал на рабочем месте.

Согласно докладной записке юриста общества Дидика Н.Г. от 26 июня 2018 года в этот день ФИО2 в 09 часов на своем рабочем месте не появился, на телефонный звонок не ответил.

Из акта от 26 июня 2018 года, составленного заместителем директора С.А.В начальником службы безопасности В.А.А., юристом Дидиком Н.Г., следует, что 26 июня 2018 года с 09 часов до 13 часов начальник отдела охраны общества ФИО2 отсутствовал на рабочем месте.

В докладной записке от 27 июня 2018 года на имя директора общества Дидик Н.Г. сообщил об отсутствии ФИО1 27 июня 2018 года в 09 часов на рабочем месте, на телефонный звонок он не ответил.

27 июня 2018 года заместителем директора С.А.В начальником службы безопасности В.А.В., юристом Дидиком Н.Г составлен акт об отсутствии ФИО1 на рабочем месте 27 июня 2018 года с 09 до 13 часов.

Приказом генерального директора общества № 29 от 27 июня 2018 года создана комиссия для проведения служебного расследования для установления причин отсутствия на рабочем месте начальника отдела охраны ООО «ЧОО «Русичъ» ФИО1 в составе председателя комиссии – Дидика Н.Г., членов комиссии – заместителя директора С.А.В начальника службы безопасности В.А.А бухгалтера Е.К.О Комиссии установлен срок для проведения проверки до 25 июля 2018 года.

28 июня 2018 года в адрес ФИО1 заказным письмом направлено требование от 27 июня 2018 года о предоставлении в течение двух рабочих дней с момента получения настоящего требования письменного объяснения по факту отсутствия на рабочем месте с 25 по 27 июня 2018 года.

Указанное требование было получено истцом 08 июля 2018 года, что подтверждается уведомлением о вручении.

13 июля 2018 года работники ООО «ЧОО «Русичъ» - бухгалтер Е.К.О., начальник службы безопасности В.А.А., юрист Дидик Н.Г. составили акт об отказе ФИО1 предоставить письменные объяснения по факту отсутствия на рабочем месте.

13 июля 2018 года юристом общества на имя руководителя составлено представление о применении к начальнику отдела охраны ООО «ЧОО «Русичъ» ФИО2 дисциплинарного взыскания в виде увольнения по подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

17 июля 2018 года генеральным директором ООО «ЧОО «Русичъ» издан приказ № 30 об увольнении ФИО1 по инициативе работодателя на основании подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

На основании приказа генерального директора общества № 14 от 17 июля 2018 года действие трудового договора с ФИО1 прекращено 17 июля 2018 года на основании подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

17 июля 2018 года ФИО2 заказным письмом направлено уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой, а также разъяснено, что со дня направления данного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки. Указанное уведомление получено истцом 15 августа 2018 года, что подтверждается уведомлением о вручении.

Трудовая книжка была направлена истцу письмом с заказным уведомлением 22 октября 2018 года. Указанное обстоятельство подтверждается описью, почтовой квитанцией, а также уведомлением о вручении, из которого следует, что трудовая книжка была получена ФИО1 07 ноября 2018 года.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец оспаривает формулировку увольнения, указывая при этом, что в июне 2018 года он обратился к работодателю с заявлением об увольнении по собственному желанию с 25 июня 2018 года. ФИО2 полагал, что работодатель удовлетворил его заявление об увольнении с указанной даты, в связи с чем, на работу после отпуска без сохранения заработной платы он не вышел.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» обязанность доказать обоснованность привлечения работника к дисциплинарной ответственности в виде увольнения по указанному основанию возлагается на работодателя.

ООО «ЧОО «Русичъ» в качестве обоснования привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде увольнения представлены докладные записки, акты об отсутствии истца на рабочем месте без уважительных причин, требование о предоставлении письменного объяснения по факту отсутствия на рабочем месте, акт об отказе от дачи письменных объяснений и др.

В ходе судебного заседания представитель ответчика Дидик Н.Г. пояснил, что в ходе телефонного разговора в 17 июля 2018 года лично сообщил истцу об увольнении по подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, предложил ознакомиться с приказом об увольнении, явиться за трудовой книжкой, другими документами. Согласие на направление трудовой книжки почтой истец не давал. После указанного телефонного разговора ФИО2 было направлено уведомление о необходимости явиться в офис для получения документов, ответ на которое не поступил, в связи с чем, генеральным директором было принято решение о направлении трудовой книжки почтой по адресу регистрации истца. Также при личной встрече с ФИО1 в июле 2018 года на автомойке, расположенной рядом с офисом, он предлагал истцу явиться за получением трудовой книжки.

Из показаний свидетеля Е.К.О. следует, что она является бухгалтером общества, на момент увольнения истца также выполняла обязанности инспектора отдела кадров. Свидетель подтвердила, что в апреле 2018 года ФИО2 обращался с заявлением об увольнении по собственному желанию, которое в тот же день отозвал. В последующем, в том числе в июне 2018 года ФИО2 с заявлениями об увольнении не обращался, ей каких-либо документов не передавал. Истцу было известно о том, что он уволен по основанию, предусмотренному подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, ему неоднократно предлагалось явиться за получением трудовой книжки, ознакомлением с приказом.

Свидетель В.А.А показал, что работает в обществе в качестве начальника службы безопасности. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 пришел на рабочее место в 08 часов 55 минут и находился там в течение 5 минут до 09 часов, его интересовало на месте ли руководитель общества. После этого на работе ФИО2 не появлялся, на телефонные звонки не отвечал, в офис не приходил. В июле 2018 года на автомойке рядом с офисом он, С.А.В. и Дидик Н.Г. видели ФИО1 Дидик Н.Г. сообщил истцу о том, что он уволен за прогулы и ему необходимо явиться за трудовой книжкой.

При этом у суда не имеется оснований ставить под сомнение истинность фактов, сообщенных указанными свидетелями. Показания свидетелей получены с соблюдением установленного процессуального порядка. Показания свидетелей соответствуют и не противоречат обстоятельствам, сведения о которых содержатся в других собранных по делу доказательствах. Доказательств, опровергающих показания свидетелей, истцом не представлено.

Доводы представителя истца о том, что свидетель Е.К.О заинтересована в исходе дела, поскольку является супругой генерального директора общества, не свидетельствуют о недопустимости ее показаний, так как свидетель была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, дала последовательные, подробные показания, которые подтверждаются другими доказательствами по делу.

При этом, истцом не представлено доказательств, подтверждающих факт обращения к работодателю с заявлением об увольнении по собственному желанию, а также наличие уважительных причин, по которым он отсутствовал на рабочем месте, начиная с 25 июня 2018 года. Представители ответчика, допрошенные в ходе судебного заседания свидетели, отрицали факт обращения истца с заявлением об увольнении по собственному желанию в июне 2018 года.

К копии заявления об увольнении по собственному желанию с 25 июня 2018 года, представленной истцом, суд относится критически. Данная копия не подтверждает факт обращения ФИО1 к работодателю, входящий номер на копии заявления отсутствует.

Кроме того, ссылаясь на обращение к работодателю с заявлением об увольнении с 25 июня 2018 года, и полагая о своем увольнении с указанной даты, истец не вышел на работу в этот день, хотя день увольнения работника является последним днем работы.

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что до применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения у истца истребовалось объяснение о причинах отсутствия на рабочем месте в течение нескольких дней. Факт получения уведомления о необходимости дать объяснения подтвержден почтовым уведомлением о вручении.

В установленный законом срок объяснения от ФИО1 в адрес работодателя не поступили.

Ссылка истца и его представителя на то, что в качестве доказательства получения ФИО1 требования о предоставлении письменного объяснения по факту отсутствия на рабочем месте представлено уведомление о вручении документов по запросу истца от 28 апреля 2018 года судом отклоняется.

В ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО2 28 апреля 2018 года обратился в ООО «ЧОО «Русичъ» с запросом о предоставлении ряда документов, связанных с изменением состава участников общества. Данный запрос был получен обществом в начале мая 2018 года. Из объяснений Дидика Н.Г. следует, что он осуществлял подготовку документов по запросу ФИО1, ответ на запрос был направлен в адрес истца в течение двух недель с момента получения запроса обществом.

С учетом изложенного, наложение дисциплинарного взыскания соответствует тяжести совершенного проступка, обстоятельствам, при которых он был совершен.

Порядок применения дисциплинарного взыскания соблюден.

Доводы истца и его представителя об отсутствии резолюций руководителя общества на заявлениях ФИО1 не свидетельствуют о существенных нарушениях прав истца и не влияют на существо рассматриваемого спора.

Отсутствие в трудовой книжке ФИО1 записи о приеме на работу в ООО «ЧОО «Русичъ» по совместительству не имеет правового значения для дела. По желанию работника соответствующая запись может быть внесена в трудовую книжку. Факт трудовых отношений ФИО1 не оспаривается, подтверждается трудовым договором.

То обстоятельство, что докладные записки об отсутствии истца на рабочем месте составлены начальником службы безопасности, юристом общества, в акте об отказе от дачи письменных объяснений отсутствует подпись заместителя директора С.А.В не является основанием для признания данных доказательств недопустимыми.

В силу ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства во внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Ссылка представителя истца о том, что ФИО2 не мог быть уволен по основанию, предусмотренному подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку его рабочая смена не превышала 4 часов основана на ошибочном понимании норм действующего законодательства.

Так, в силу подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, в том числе в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства установлены обстоятельства, подтверждающие, совершение истцом виновных действий, которые давали работодателю основания для его увольнения по подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что основания для изменения формулировки увольнения ФИО1 отсутствуют.

Ссылку истца на то, что его увольнение по основанию, предусмотренному подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, обусловлено неприязненным отношением к нему со стороны генерального директора ООО «ЧОО «Русичъ», тем обстоятельством, что ФИО2 был восстановлен в числе участников общества, суд отклоняет, как не подтвержденную никакими доказательствами, обязанность представить которые в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лежала на истце.

Поскольку истцу отказано в удовлетворении исковых требований об изменении формулировки увольнения, производные требования о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула не подлежат удовлетворению.

В силу ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

На основании ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Судом установлено, что задолженность по заработной плате у ООО «ЧОО «Русичъ» перед ФИО1 отсутствует.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что компенсация за неиспользованный отпуск в размере 4856 руб. 00 коп. была выплачена ФИО2 22 января 2019 года. Указанное обстоятельство подтверждается платежным поручением № 8 от 22 января 2019 года. В этот же день ответчиком выплачены проценты (компенсация) за несвоевременную выплату компенсации за неиспользованный отпуск в размере 229 руб. 65 коп.

Ответчик не согласился с размером произведенной компенсации, указывая на то, что при ее расчете допущены ошибки в указании применяемой ключевой ставки Центрального Банка Российской Федерации.

Вместе с тем, учитывая, что представленные сторонами расчеты не являются верными, суд считает возможным самостоятельно произвести расчет компенсации.

За период с 17 июля по 16 сентября 2018 года размер компенсации составит 143 руб. 17 коп. (4856 х7,25% : 150 х 61).

За период с 17 сентября по 16 декабря 2018 года размер компенсации составит 220 руб. 95 коп. (4856 х7,50% : 150 х 91).

За период с 17 декабря 2018 года по 22 января 2019 года размер компенсации составит 92 руб. 83 коп. (4856 х7,75% : 150 х 37).

Итого, проценты за несвоевременно выплаченную компенсацию за неиспользованный отпуск составят 456 руб. 95 коп.

При этом, расчет, представленный истцом, не может быть взят за основу, поскольку произведен исходя из ключевой ставки Центрального Банка Российской Федерации в размере 7,75% годовых, без учета ее изменений за период с 18 июля 2018 года по 22 января 2019 года. Кроме того, расчет произведен ФИО1, начиная с 26 июня 2018 года, а следовало с 18 июля 2018 года, то есть со следующего дня после установленного срока выплаты.

Суд также не может согласиться с расчетом, представленным ответчиком, поскольку он произведен исходя из одной трехсотой действующей ключевой ставки, хотя в силу положений ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации расчет процентов производится в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации. Помимо этого, расчет произведен с 17 июля 2018 года, а следовало произвести с 18 июля 2018 года.

Учитывая, что ответчик произвел истцу выплату процентов в размере 229 руб. 65 коп., с учетом нарушенных прав истца, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца недовыплаченные проценты за несвоевременную выплату компенсации за неиспользованный отпуск в размере в размере 227 руб. 30 коп.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Нарушение сроков выплаты компенсации за неиспользованный отпуск свидетельствует о нарушении трудовых прав истца и в силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации является основанием для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

При этом суд учитывает, что ФИО1 не представлено доказательств, подтверждающих невозможность трудоустроиться в связи с отсутствием трудовой книжки до ноября 2018 года, а после этой даты в связи с основанием его увольнения из ООО «ЧОО «Русичъ».

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, руководствуясь положениями ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, степень вины ответчика, характер причиненных работнику нравственных страданий, выплату компенсации за неиспользованный отпуск и части процентов за ее задержку, а также учитывая требования разумности и справедливости, считает возможным удовлетворить требования истца, определив размер компенсации морального вреда в размере 1000 руб. 00 коп.

Статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 98, ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Вельский муниципальный район» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб. 00 коп.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

исковое заявление ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Русичъ» об изменении формулировки увольнения, взыскании средней заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Русичъ» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1000 руб. 00 коп., проценты за несвоевременную выплату компенсации за неиспользованный отпуск в размере 227 руб. 30 коп.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Русичъ» в доход муниципального образования «Вельский муниципальный район» государственную пошлину в размере 300 руб. 00 коп.

ФИО2 в удовлетворении заявленных требований к обществу с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Русичъ» об изменении формулировки увольнения, взыскании средней заработной платы за время вынужденного прогула отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Вельский районный суд Архангельской области.

Председательствующий Н.В. Сидорак