Приговор № 1-360/2017 от 16 октября 2017 г. по делу № 1-360/2017

Приговор

именем Российской Федерации

<адрес> 17 октября 2017 г.

Куйбышевский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Тонконоговой А.П., при секретаре судебного заседания Кузьминой Д.В., с участием государственного обвинителя – помощника прокурора <адрес> Вараксина А.А., подсудимой ФИО1, защитника – адвоката Озарчук Н.В., представившей служебное удостоверение <номер> и ордер <номер>, потерпевшей <ФИО>14, представителей потерпевшей – адвокатов <ФИО>13, <ФИО>12, представивших служебные удостоверения №<номер>, 3240 и ордера №<номер>, 717 соответственно, рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело №1-360/2017 в отношении:

ФИО1, <дата> г.р., уроженки <адрес>, имеющей неполное среднее образование, зарегистрированной и проживающей по адресу: <адрес>, работающей <данные изъяты> имеющей двух несовершеннолетних детей (<дата>.р., <дата>.р.), ранее не судимой,

находящейся на мере пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

Установил:

ФИО1 совершила убийство, то есть умышленное причинение смерти другому лицу.

Преступление было совершено при следующих обстоятельствах.

В период времени с 20.00ч. 16.03.2017г. до 01.50ч. 17.03.2017г., более точное время не установлено, ФИО1 совместно со своим супругом <ФИО>1 и их малолетним ребенком <ФИО>2 находились по адресу: <адрес>, где распивали спиртные напитки. Между находившимися в состоянии алкогольного опьянения в указанном месте и в указанное время ФИО1 и <ФИО>1 возникла ссора, в ходе которой у ФИО1 на почве внезапно возникших и обострившихся в ходе общения личных неприязненных отношений, сформировался умысел, направленный на убийство <ФИО>1

Реализуя свой умысел, направленный на причинение смерти <ФИО>1 ФИО1, в период времени с 20.00ч. 16.03.2017г. до 01.50ч. 17.03.2017г., более точное время не установлено, находясь по вышеуказанному адресу, вооружилась ножом хозяйственно-бытового назначения, взятым на месте происшествия и, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения смерти потерпевшему и желая их наступления, то есть действуя умышленно, с целью причинения смерти <ФИО>1 осознавая, что в результате её действий может наступить смерть потерпевшего и, желая этого, со значительной силой нанесла вышеуказанным ножом удар в жизненно - важную часть тела человека - грудную клетку потерпевшего, причинив <ФИО>1 телесное повреждение в виде одиночной колото-резаной раны на задней поверхности груди слева, в 135 см от подошвенной поверхности левой стопы, в 15 см от средней линии тела, которое оценивается как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

В результате умышленных действий ФИО1, смерть <ФИО>1 наступила на месте происшествия и последовала от одиночного проникающего колото-резаного ранения груди слева с повреждением левого легкого, аорты, сопровождавшегося наружным и внутренним кровотечением и развитием острой массивной кровопотери, и состоит в причинно-следственной связи с действиями ФИО1

Будучи допрошенной в судебном заседании подсудимая ФИО1 признала вину частично, указывая, что не желала смерти мужу, однако признает, что его смерть наступила от ее действий. Когда она брала в руки нож, то не осознавала, что взяла именно его. Также она не поняла, что ударила им мужа. Только впоследствии обратила внимание на наличие ножа в своей руке со следами крови и кинула его в таз.

В виду отказа подсудимой от дачи показаний, в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, оглашались ее показания, данные в ходе предварительного следствия (л.д. 56-60, 67-71, 84-90, 103-107 т. 1).

Так, допрашиваясь в качестве подозреваемой 17.03.2017г. ФИО1 показала, что 16.03.2017г., находясь по месту их проживания: <адрес>, после совместного употребления спиртных напитков между ней и мужем возник конфликт. В ходе конфликта ее муж – <ФИО>1 – дважды ударил ее по щеке. После высказанных в ее адрес претензий со стороны мужа, он вытолкнула его за дверь на улицу (муж не сопротивлялся), и закрыла дверь. Сделала это, чтобы муж успокоился. Находясь на улице, муж стал употреблять нецензурные выражения в ее адрес, сказал, что зарубит ее и ребенка топором. Она испугалась его слов, поскольку он находился в состоянии алкогольного опьянения. Сын, услышав крики отца, прибежал на кухню, она сказала ему, что папа сейчас успокоится. Муж стал стучаться в стекло на кухне и говорить, что выбьет стекло. Затем ее муж затих, она решила открыть входную дверь, чтобы впустить его. Однако она до сих пор опасалась ранее высказанных им угроз. Она взяла в кухонном гарнитуре нож, с лезвием примерно 15 см, чтобы обезопасить себя на случай нападения мужа, хотела припугнуть мужа, но не убивать. Она открыла входную дверь, вышла в сени, муж резко прислонился к ней, она испугалась, подумала, что он накинулся на нее, в связи с чем воткнула куда-то в него нож. Помнит, что нож оказался у нее в руках. Затем она пошла на кухню, увидела на ноже кровь и ополоснула его. Затем она выглянула в сени, ее муж лежал там. Она запаниковала. Стала звонить в скорую помощь, у нее не получилось. Затем позвонила тете мужа – <ФИО>11, которой сказала, что ударила мужа, и он лежит в сенях. Все это время она не смотрела, находится ли муж в сенях или нет. Затем она пошла открывать дверь <ФИО>11, после услышала звук сирены полиции. При этом ее мужа на улице уже не было. Вместе с сотрудниками полиции она прошла в баню, где лежал труп ее мужа – <ФИО>1 (л.д. 56-60 т. 1).

Допрашиваясь в качестве обвиняемой 17.03.2017г. ФИО1 дала аналогичные показания, что и в качестве подозреваемой, в том числе ФИО1 указала, что воткнула нож в мужа от неожиданности, не видела, куда именно воткнула нож, поскольку в сенях не было света. Также не помнит, в какой момент она вынула нож из мужа. Ополаскивая нож в тазике, она поняла, что порезала мужа (л.д. 67-71 т. 1).

Давая показания в качестве обвиняемой 05.06.2017г. ФИО1 указала, что не помнит момент нанесения удара ножом, поскольку все произошло быстро. Она не желала причинять смерть мужу. Она помнит, что взяла нож только с целью защиты, в случае если муж будет нападать на нее. Когда открыла двери сеней, увидела неожиданно силуэт мужа перед собой и не поняла, как нанесла ему удар ножом, поскольку все произошло очень быстро. Ей показалось, что муж повалился на нее, она не успела подумать о тех последствиях, которые могут наступить. Куда она нанесла удар она не видела, и не поняла почему и как это сделала. Смерти мужу она не желала, как и причинять ему тяжкий вред здоровью, она просто испугалась. Она даже не знала лицом или спиной он к ней находится.

Опровергла показания свидетеля <ФИО>7, указав, что не говорила ей, что действовала в состоянии обороны, поскольку у ее мужа в руках ножа не было, он угрожал ей словесно, что зарубит ее и сына топором (л.д. 103-107 т. 1).

В ходе проверки показаний на месте от 13.04.2017г. подсудимая в целом дала те же показания, что и в качестве подозреваемой и обвиняемой 17.03.2017г. Также ФИО1 указала, что погибший стучал в дверь и окно на кухне, угрожая, что разобьет топором дверь, а также зарубит ее и ребенка. Они с ребенком пытались выскочить из дома в окно, у них не получилось. Все это время муж стучал в дверь и угрожал словесно топором. После она не знала, где находится ее муж. Просто автоматически она схватила синий нож, не выбирала его. Нож хватать не хотела, взяла то, что первое попалось. После поняла, что это нож. Она тихо открыла дверь в сени, хотела припугнуть мужа, убивать его не хотела. Она вышла, он стоял впереди. Было темно и ничего не видно. Ей показалось, что он на нее бежит. Она испугалась, что у него в руках топор, поскольку он им угрожал. Топора она не видела, она просто испугалась. Когда он начал на нее заваливаться, она руками его оттолкнула, забежала в дом и закрыла дверь. На кухне увидела у себя в руках нож, который был в крови. Она бросила нож в таз. Не помнит, как помыла его и убрала его на место. Затем попыталась вызвать скорую помощь и полицию, у нее не получилось это сделать. Она позвонила тете мужа. Позже услышала стук в калитку, открывала ее, не помнит, кто пришел. Затем обнаружили мужа в бане. Она до последнего не верила, что все это случилось, убивать преднамеренно мужа она не собиралась.

До этого никаких предметов в руках у мужа она не видела. Она не помнит момент удара ножом (л.д. 84-90 т. 1).

После оглашения показаний подсудимая в целом подтвердила показания, отметив, что не видела, какой предмет брала в руки, позже поняла, что это был нож. Момента удара ножом она не помнит.

При встрече мужа в сенях она почувствовала прикосновение, он повалился на нее, она испугалась, оттолкнула его, а что было потом, не помнит.

По сравнению с ней, ее муж был крупным мужчиной ростом 180 см, ее рост составляет 165см.

Муж ей угроз в сенях не высказывал, она у него там топора не видела, поскольку было темно.

Что муж ее мертв она поняла только в следственном комитете.

Помимо частичного признания подсудимой своей вины, ее вина в совершении преступления, изложенного в описательной части приговора, подтверждается показаниями свидетелей, потерпевшей, а также письменными доказательствами по делу.

Так, объективно вина подсудимой подтверждается протоколом осмотра места происшествия от 17.03.2017г., согласно которому объектом осмотра является участок местности, бани, расположенных на придомовой территории <адрес> по адресу: <адрес>, а также дом. В ходе осмотра бани в предбаннике, на полу в сторону входа в умывальную комнату обнаружены капли вещества бурого цвета. В умывальной комнате обнаружен труп мужчины, опознанный как <ФИО>1 который лежит на полу лицом вверх. На задней поверхности груди слева обнаружена зияющая рана. С места происшествия изъята одежда трупа.

В 2-х местах от входа в дом на тротуаре, непосредственно перед входом в дом обнаружены капли вещества бурого цвета. При открытии дверей в дом обнаружены сени, в которых имеется дверь в дом. На данной двери на расстоянии 20 см от верхней части и в 54 см от левого края обнаружена помарка вещества бурого цвета.

В ходе осмотра места происшествия – дома - с двух рюмок были изьяты по одному отпечатку, а также изъяты рюмка и бутылка, нож голубого цвета и телефон «Флай». Также в ходе осмотра места происшествия были изъяты смывы вещества бурого цвета, которые были найдены в ходе осмотра (л.д. 20-34 т. 1).

По заключению эксперта (экспертиза трупа) <номер> от 17.03.2017г.:

1. Смерть гр. <ФИО>1 наступила от одиночного проникающего колото-резаного ранения груди слева с повреждением левого легкого, аорты, сопровождавшегося наружным и внутренним кровотечением и развитием острой массивной кровопотери. Смерть наступила не более 1 суток ко времени исследования трупа в морге ИОБСМЭ.

2. При экспертизе трупа обнаружено повреждение:

- одиночная колото-резаная рана груди слева. Повреждение имеет характер и вид колото-резаного, о чем свидетельствуют веретенообразная форма, ровные края, наличие заостренного и «П»-образного концов раны, преобладание глубины над шириной. Указанная рана была причинена однократным воздействием плоского колюще-режущего предмета, чем мог быть нож или подобный ему предмет, который имел один острый край (лезвие), а другой - тупой (обушок). Повреждение было причинено прижизненно, незадолго до наступления смерти (минуты-десятки минут). При определении степени вреда здоровью, это повреждение относится к повлекшим тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

3. Смерть <ФИО>1 состоит в прямой причинной связи с полученным одиночным проникающим колото-резаным ранением груди слева.

4. Потерпевший <ФИО>1 после получения одиночного проникающего колото-резаного ранения груди слева мог совершать активные действия в течении минут-десятка минут, вплоть до наступления смерти.

5. При судебно-химическом исследовании крови от трупа <ФИО>1 обнаружен этиловый алкоголь в концентрации 2,1 ‰, что у живых людей соответствует средней степени алкогольного опьянения (л.д. 244-247 т. 1).

По заключению эксперта (экспертиза трупа, дополнительная) <номер> «А» от 19.05.2017г.:

1. Одиночная колото-резаная рана обнаружена на задней поверхности груди слева. Эксперт не дал ответы на вопросы о возможности причинения телесного повреждения способом, указанным ФИО1, в виду размытости противоречивых данных о причинении повреждения (л.д. 13-16 т. 2).

Указанные письменные доказательства по делу согласуются с показаниями потерпевшей <ФИО>14, которая показала в суде, что погибший был ее братом, охарактеризовала его с положительной стороны. Брат ее постоянно работал, его жена сидела дома.

От сестры <ФИО>5 узнала о том, что брата порезала его жена. <ФИО>5 об этом сообщил свидетель <ФИО>10 Он с женой услышали стук в окно. Его супруга выглянула в окно и увидела ее брата лежащим на земле. Они спросили у брата, пьян ли он, на что тот ответил, что у него нож в спине. <ФИО>10 вызвал скорую помощь и полицию.

Пояснила, что ее брат был высоким, статным мужчиной. При жизни ее брат ругался с женой, о драках между ними она ничего не знает. В основном, брат ругал жену за употребление ею спиртных напитков. В состоянии опьянения брат спокойный. Воспитанием сына занималась подсудимая.

Свидетель <ФИО>10 показал, что проживает в одном доме, где ранее жил погибший. Дом на двух хозяев. В последнее время он с погибшим не общался из-за произошедшего лет 8 назад между ними конфликта. Столько же времени он не общался с подсудимой. В ночь с 16 на 17 марта 2017г. он с супругой сидели и смотрели телевизор. Затем услышали глухой стук на улице, как будто кто-то упал либо постучался в окно. Его жена сказала, что на улице лежит мужчина. Они открыли окно полностью, поняли, что лежит <ФИО>1 спросили у того, что с ним, <ФИО>1 сказал, что у него в спине нож. После этого они вызвали полицию. Пока он вызывал полицию, дверь дома погибшего открылась, при открытой двери им двор был не виден.

Пояснил, что комната их квартиры, выходит на крыльцо квартиры погибшего и подсудимой. Слышимость в их доме хорошая. В тот день в квартире подсудимой он криков не слышал.

Охарактеризовал погибшего как человека со сложным характером, но отходчивого. Подсудимая не работала, занималась воспитанием детей. Подсудимая и погибший ругались примерно несколько раз в месяц, ругались по бытовым вопросам.

В тот день шумов со стороны улицы не слышал. Днем в тот день слышал, как подсудимая и погибший пришли с пакетами, ходили в баню, больше ничего не слышал.

Свидетель <ФИО>3 в целом дала аналогичные показания, что и свидетель <ФИО>10 указав, что слышала в ночь с 16 на 17 марта 2017г. глухой стук в окно комнаты ее дочери. Она подошла к окну и увидела мужчину, лежащего на крыльце. Муж, в данном мужчине узнал <ФИО>1 и спросил что с ним. <ФИО>1 сказал, что у него в спине нож. Затем они вызвали скорую помощь и полицию. После этого дверь в дом <ФИО>1 открылась, и они не видели, что происходит на улице.

По приезду машины скорой помощи слышала, как подсудимая говорила, что не хотела убивать мужа. Также подсудимая говорила, что не знает, где находится ее муж, поясняла, что он ушел.

Ссор и драк между подсудимой и ее мужем в тот день она не слышала. Слышимость в их доме хорошая. В квартире у подсудимой и погибшего в тот день была тишина.

Охарактеризовала погибшего как отходчивого, не конфликтного человека, который постоянно работал. Указала, что подсудимая употребляла спиртное, погибший также употреблял спиртное. Между ними были разговоры на повышенных тонах.

Свидетель <ФИО>11 в судебном заседании показала, что в ночь с 16 на 17 марта 2017г. около 02.00-03.00ч. ночи ей позвонила подсудимая и сказала, что, то ли <ФИО>1 хочет их убить, то ли она убила <ФИО>1 Сказала, что он гонял их с топором. Когда она с супругом пришли в дом к ФИО1, там была уже скорая помощь. В доме было чисто. Она у ФИО1 спрашивала, где ее муж, но та ничего внятного сообщить не могла. Врач сообщила, что <ФИО>1 мертв. Подсудимая заплакала, ее трясло.

Погибший постоянно работал, подсудимая следила за домом и за детьми.

Подсудимая несколько раз ей говорила до произошедшего, что муж ее бил. Дважды она видела на подсудимой синяки. Между ними она конфликтов не видела и не слышала. Знает о том, что подсудимая и погибший употребляли спиртное, но пьяными она их не видела. Охарактеризовала погибшего с положительной стороны. Воспитанием детей занималась подсудимая.

По телефону подсудимая ей говорила о том, что не знает где ее муж, они с сыном спрятались от него, а он их ищет.

Когда подсудимой сказали, что удар погибшему был нанесен со спины, то она этому удивилась.

Показания свидетеля <ФИО>11 согласуются с показаниями свидетеля <ФИО>9, который показал, что подсудимая позвонила им и сообщила его жене о том, что ФИО1 убила мужа или ранила его. Ссор между подсудимой и ее мужем он не видел. Телесных повреждений на подсудимой до произошедшего, он также не видел. Погибший работал, его жена сидела дома и занималась детьми. Никого из них он не видел в состоянии опьянения.

Из показаний свидетеля <ФИО>7 установлено, что она выезжала на вызов по проезду Мраморный в составе бригады скорой помощи. На месте их встретил брат погибшего, сказал, что погибший постучался в их окно. Затем им на встречу вышла подсудимая, которая сказала, что не знает где погибший, что он убежал, возможно, в баню. Они прошли в баню, там констатировали смерть мужчины, у которого имелось повреждение сзади – колото-резаная рана.

Подсудимая сказала, что между ними была ссора, во время которой она нанесла ножевое ранение. Подсудимая им говорила, что он хотел ударить их топором.

Телесных повреждений на подсудимой она не видела. Подсудимая находилась в не сильном алкогольном опьянении. Была взволнованной, плакала.

В судебном заседании, в порядке ст. 281 ч. 3 УПК РФ, оглашались показания свидетеля, данные в ходе предварительного следствия по делу, в которых свидетель указала, что ФИО1 ей сообщила о том, что с мужем они распивали спиртные напитки, между ними произошла ссора, после чего <ФИО>1 угрожал ей и ее ребенку ножом, а она в целях самообороны нанесла ему удар ножом (л.д. 166-169 т. 1).

После оглашения показаний свидетель подтвердила их.

Допрошенный свидетель <ФИО>8 показал, что выезжал вместе с <ФИО>7 на место происшествия. По обстоятельствам нахождения на месте происшествия дал аналогичные показания, что и свидетель <ФИО>7

Свидетель <ФИО>2 показал, что спал, когда услышал крики, мама и папа ругались в своей комнате, потом ушли на кухню. Что там происходило, он не слышал. Папа кричал, чтобы они с мамой уходили к бабушке. Затем он услышал звук хлопающейся двери, это папа вышел из дома. Затем слышал, как папа с улицы стал кричать на них, говорить, что вышибет дверь и их зарубит. Мама запретила ему заходить на кухню. Когда мама разрешила ему зайти, то он увидел, как она там стояла с ножом, который кинула затем в таз. Нож был в крови. Затем его мама стала плакать, он стал ее успокаивать.

Дверь перед этим была закрыта. Мама ее открыла и пошла на улицу посмотреть, где папа. Ее не было около 5 минут. Он не видел, как она вернулась, слышал только звук хлопающейся двери, а после этого видел у мамы нож в руках.

Он слышал, как папа стучался в окно к своему брату, потом все затихло.

Раньше папа на них с мамой не нападал с топором.

Они раньше были дружной семьей, потом папа с мамой стали ругаться.

Раньше он у мамы видел синяки на руках и ногах. Не знает, откуда они появлялись у мамы.

Мама не работала, занималась хозяйством. Папа не возражал по этому поводу.

Мама занимается его воспитанием.

По ходатайству потерпевшей стороны по делу были допрошены ряд свидетелей.

Так, свидетель <ФИО>4 показала, что являлась матерью погибшего, охарактеризовала его с положительной стороны. Конфликты у ее сына с подсудимой были из-за того, что подсудимая употребляла алкоголь. За домом, мужем и сыном подсудимая следила. Также она нормально относилась к ее сыну.

Ей сын рассказывал, что происходит в его семье. Ее сын с подсудимой прожили 12 лет, сын любил жену. Невестка ей нравилась до убийства сына.

Свидетель <ФИО>3 показала, что погибший это ее бывший муж. Они поддерживали с ним отношения. У них было двое общих детей. Погибший общался только с одним ребенком, второго ребенка он не признал, хотя записал на свое имя и помогал материально. Он помогал в воспитании старшего сына, покупал ему форму в школу. Также на воспитание детей давал ежемесячно 2 000 -3 000 рублей. Старший сын общался с отцом, ездил к нему в гости домой.

Охарактеризовала погибшего с положительной стороны, в состоянии опьянения он агрессивным не был.

С подсудимой общалась только по телефону, общалась по поводу детей, встречалась один раз. В ходе телефонных разговоров ей казалось, что подсудимая находилась каждый раз в состоянии опьянения.

Свидетель <ФИО>10 показал, что погибший был его отцом. Он общался с отцом до смерти, несколько раз в году бывал у него в гостях. Отец помогал ему материально, с младшим братом отец не общался, считал его не своим сыном.

В семье у отца отношения были нормальные, конфликтов у них не было. Подсудимая следила за домом и огородом. Его отец и брат были ухоженными, в доме было всегда чисто. Подсудимая занималась воспитанием его брата.

Ссоры у его отца в семье были из-за того, что подсудимая употребляла алкоголь, и его папа предъявлял ей из-за этого претензии.

Отец работал в несколько смен, подсудимая не работала, поскольку его отец запрещал ей работать.

По ходатайству стороны защиты был допрошен свидетель <ФИО>6 который показал, что подсудимая является его матерью, охарактеризовал ее с положительной стороны, как хорошую мать. Она занималась их воспитанием, отношения у них в семье были хорошими. Его мама занималась домом, не работала, поскольку отчим запрещал ей работать, ревновал ее. Его мама употребляла спиртное редко, только с отчимом вместе.

Помимо вышеуказанных показаний, допрошенных по делу потерпевшей и свидетелей, а также письменных доказательств вина подсудимой ФИО1 в совершении преступления, изложенного в описательной части приговора подтверждается также иными письменными доказательствами по делу:

- по протоколу выемки от 20.03.2017г. в кабинете ИОБСМЭ были изъяты образцы крови трупа <ФИО>1 (л.д. 190-194 т. 1);

- по протоколу выемки от 28.03.2017г. в ИОБСМЭ был изъят кожный лоскут с места ранения трупа <ФИО>1 (л.д. 197-201 т. 1);

Впоследствии, все, что было изъято в ходе осмотра места происшествия, а также в ходе выемок в ИОБСМЭ, было осмотрено, признано вещественными доказательствами и приобщено в качестве таковых к материалам уголовного дела. В ходе осмотра телефона, изъятого на месте происшествия, установлено, что с телефона последние звонки были как исходящий (в 01.45ч.), так и входящий (в 01.38ч.) на номер телефона +<номер> (телефон <ФИО>11) (л.д. 202-208, 209-210, 211-213, 214-216 т. 1).

- согласно карте вызова скорой помощи звонок был принят в 01.32ч. с номера телефона <номер> (номер телефона свидетеля <ФИО>10 по факту ранения <ФИО>1 После прибытия на место происшествия констатирована биологическая смерть. Со слов соседа, вызвавшего помощь, установлено, что погибший постучался к ним в окно и сказал, что жена нанесла ему ножевое ранение в спину. Со слов жены: была ссора, в ходе которой стал угрожать ей и ребенку ножом, в результате самообороны она нанесла мужу ножевое ранение (л.д. 218 т. 1);

- по заключению эксперта (экспертиза свидетельствуемого) <номер> от 20.03.2017г. у ФИО1, согласно данных ее осмотра, имелись телесные повреждения в виде:

а) Кровоподтека на лице справа, которое образовалось от воздействия твердого тупого предмета с ограниченной поверхностью, чем могла быть рука человека;

б) Кровоподтеков на левой верхней и нижних конечностях, которые образовались от воздействий твердых тупых предметов с ограниченной поверхностью, могли быть причинены пальцами при захвате и сдавлении руками другого человека;

в) участка осаднения в области правого коленного сустава, которое образовалось от воздействия твердого тупого предмета.

Все вышеизложенные повреждения имеют срок давности причинения в пределах 3-4 суток на момент освидетельствования, могли быть причинены в срок и при обстоятельствах, указанных свидетельствуемой (муж два раза ударил рукой, хватал за ноги), то есть в ночь с 16 на 17 марта 2017г. и оцениваются как не причинившие вреда здоровью (л.д.4-5 т. 2);

- по заключению эксперта (экспертиза вещественных доказательств) <номер>, согласно которому:

1. На задней поверхности кофты и на кожном лоскуте с задней поверхности грудной клетки слева от трупа <ФИО>1 имеется по одному повреждению.

2. Данные повреждения на объектах исследования по морфологическим признакам носят колото-резаный характер и образовались одномоментно в результате однократного воздействия односторонне острым плоским колюще-режущим предметом, имеющим острую режущую кромку (лезвие) и П-образной формы обух, шириной 1,5мм, с хорошо выраженными ребрами. Ширину клинка на уровне следообразования можно предположить в пределах 22-24мм.

3. На основании характера повреждений, конструктивных особенностей представленного ножа, результата экспериментально-сравнительного исследования не исключается возможность одномоментного причинения данных повреждений на кофте и на кожном лоскуте от трупа потерпевшего представленным ножом (л.д. 37-46 т. 2).

Подсудимая, частично оспаривая предъявленное ей обвинение, указывала, что не желала убивать мужа. После того как он, находясь на улице, угрожал ей и ребенку тем, что зарубит их топором, она решила выйти на улицу и посмотреть, где он находится. Перед этим взяла какой-то предмет на кухне, при этом первоначально даже не знала, что это нож, узнала об этом позже, когда уже причинила телесное повреждение мужу. Когда она вышла в сени, где было темно, увидела, что муж идет на нее. Он прикоснулся к ней, она испугалась, оттолкнула его и что было дальше, она не помнит.

Сторона защиты подсудимой полагала, что действия подсудимой следует переквалифицировать с ч. 1 ст. 105 на ч. 1 ст. 109 УК РФ, поскольку ФИО1 причинила смерть своему мужу по неосторожности.

Признавая несостоятельной как версию подсудимой о событиях, произошедших 17.03.2017г. в момент причинения телесного повреждения <ФИО>1 так и доводы защиты о необходимости переквалификации действий подсудимой на менее тяжкий состав преступления, суд полагает, что в действиях подсудимой имеет место состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Характер причинения телесного повреждения <ФИО>1., установленного в соответствии с исследованными в судебном заседании судебно-медицинскими экспертизами, свидетельствует о том, что подсудимая, беря нож в руки, знала о том, что это именно нож, а не иной предмет, поскольку данным предметом она причинила именно колото-резаное ранение. При этом подсудимая нанесла удар предметом именно тем способом, как его наносят ножом, а не так как наносят удар иными приборами (ложками, половниками и т.д.). Направление раневого канала – слева направо, сзади наперед, незначительно сверху вниз (горизонтально) и длина раневого канала – не менее 11,7 см, также подтверждает то, что подсудимая, причиняя телесное повреждение погибшему, знала, чем именно она это делает. Таким образом, до момента причинения телесного повреждения и в момент нанесения удара подсудимая была осведомлена о предмете, которым она наносит удар по телу погибшего.

Из показаний подсудимой, она понимала то, что погибший, до момента контакта с ней в сенях, стоит недалеко от нее, однако она не могла понять стоит ли ее муж к ней лицом или спиной, поскольку в сенях было темно. Из-за темноты она не видела ничего в руках у погибшего, при этом, в тот момент он ей угроз не высказывал. Вследствие того, что она испугалась возможного причинения ей вреда со стороны погибшего, поэтому как только он до нее прикоснулся, она оттолкнула его, и что было дальше, она не помнит. Затем она зашла домой, увидела в руках нож, бросила его в таз, после вымыла его и положила на место. Чуть позже видела, что муж лежит на полу в сенях, не подходила к нему, а через какое-то время заметила отсутствие мужа, решив, что он ушел. Подсудимая не искала мужа после этого, а позже вышла на улицу, чтобы открыть калитку врачам скорой помощи.

В своей совокупности последовательные действия подсудимой (с того момента как она взяла в руки нож и до приезда врачей), свидетельствуют о том, что после начала конфликта с мужем у подсудимой возник умысел на его убийство. Об этом свидетельствуют как характер причиненного телесного повреждения, которое привело к смерти погибшего, так и последующие действия подсудимой, знавшей о причинении ею телесного повреждения мужу, однако не оказавшей необходимой помощи ему.

Суд учитывает, что повреждения, установленные у подсудимой, относятся к не причинившим вреда здоровью. Из показаний подсудимой погибший в момент конфликта не причинял ей повреждения, которые относятся к повреждениям опасным для жизни или здоровья, не угрожал причинением данных повреждений ей или сыну.

Вследствие чего суд полагает, что не имеется оснований говорить о том, что подсудимая действовала в рамках необходимой обороны, либо при превышении ее пределов.

Судом принимается во внимание, что при необходимой обороне посягательство нападавшего должно быть сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Действия при превышении пределов необходимой обороны признаются таковыми, когда умышленные действия, явно не соответствуют характеру и опасности посягательства. Однако по установленным обстоятельствам дела со стороны потерпевшего какого-либо посягательства на жизнь, здоровье ФИО1 и ее сына установлено не было. Суд учитывает при этом, что каких-либо предметов в руках у <ФИО>1 либо рядом с ним в бане, а также в сенях, где произошел конфликт, либо по ходу его движения от дома к бане, в ходе осмотра места происшествия не обнаружено. Подсудимая не указывает, что в отношении нее со стороны погибшего применялись какие-либо предметы. Угроза применения топора, в то время как погибший находился на улице, а подсудимая с сыном при закрытых дверях в доме, на квалификацию содеянного повлиять не может, в виду того, что непосредственной угрозы жизни и здоровью людей не было. При этом суд учитывает то, что после того как погибший высказал на улице угрозу применения топора, по показаниям подсудимой и ее сына он успокоился на улице и после этого подсудимая решила выйти и посмотреть, что с ним. Указанное свидетельствует, что в момент причинения телесного повреждения погибшему, у подсудимой не было оснований для применения ножа, поскольку угроз в ее адрес либо в адрес ее сына, погибший, в тот момент, не высказывал, каких-либо действий, направленных на реализацию данной угрозы, не производил.

Суд принимает во внимание показания свидетелей о том, что физически погибший был сильнее подсудимой, однако учитывает, что в момент происшествия <ФИО>1 не имел какого-либо превосходства в физической силе, поскольку потерпевший находился в состоянии опьянения, которое не позволяло ему совершать достаточно активные действия по отношению к третьим лицам. Об отсутствии превосходства в физической силе свидетельствует то, что подсудимая чуть раньше смогла выставить мужа из дома, при этом затруднений это у нее не вызвало, о чем она указывала в судебном заседании.

Несостоятельны доводы защиты о том, что поскольку подсудимая любила мужа, поэтому не хотела его убивать. Суд при этом учитывает, что умысел у подсудимой на убийство мужа возник непосредственно во время конфликта, в силу сложившихся неприязненных отношений к мужу, из-за тех его действий по отношению к подсудимой, которые он совершил во время данного конфликта. Об этом свидетельствуют все действия подсудимой с того момента как она взяла нож в руки и до приезда врачей скорой помощи.

Доводы подсудимой о том, что ранее, до конфликта, погибший неоднократно причинял ей телесные повреждения, свидетельствуют только об имевшихся отношениях между подсудимой и ее мужем. Суд учитывает, что в момент рассматриваемого конфликта, погибший не применял каких-либо предметов в отношении подсудимой, о чем последняя указывала в своих показаниях и что подтверждается совокупностью иных доказательств по делу.

В силу чего, суд полагает, что реального посягательства на жизнь и здоровье подсудимой и ее ребенка со стороны погибшего не установлено, а все изложенное стороной защиты ФИО1 является реализацией права на защиту подсудимой и таковым признается судом.

Безусловно, возбужденное состояние подсудимой в момент происшествия и нахождение ее в состоянии опьянения не дало подсудимой ФИО1 возможности в определенной степени адекватно оценить сложившуюся ситуацию и правильно найти из нее выход, но, тем не менее, состояние подсудимой давало ей возможность в достаточной степени адекватно оценивать происходящее, а, следовательно, осознавать опасность своих действий, предвидеть наступления негативных последствий указанных действий, и, исходя из фактических действий подсудимой, желать наступления данных действий.

Анализируя доводы стороны защиты о том, что подсудимая не видела, куда наносила удар ножом, не видела локализацию нанесения данного удара, суд учитывает то, что подсудимая до момента нанесения удара понимала, что муж стоит перед ней, об этом она указывала в судебном заседании. Подсудимая в силу возраста, полученного образования и жизненного опыта также понимала, что в теле человека находятся органы, повреждения которых опасны для жизни человека. Поэтому нанесение удара ножом по телу погибшего, длина раневого канала, свидетельствующая о причинении колото-резаного ранения, говорит о том, что подсудимая понимала, куда и чем наносит удар. Доводы подсудимой о том, что она не осознавала и не понимала, что причинила телесное повреждение мужу, являются ее позицией по делу, ее правом на защиту, поскольку объективно они противоречат совокупности доказательств. После того как подсудимая увидела кровь на ноже, она не приняла мер по предотвращению последствий своих действий, что также подтверждает наличие у подсудимой умысла на убийство.

Мотивом для совершения указанных действий явилась, по мнению суда, внезапная ссора между подсудимой и потерпевшим, которые находились в состоянии алкогольного опьянения, в результате чего и возник конфликт. Наличие ссоры между подсудимой и погибшим в рассматриваемый промежуток времени, подтверждает и свидетель <ФИО>2 который указывал в своих показаниях на то, что его мать и отец ругались.

В ходе ссоры подсудимая ФИО1 нанесла <ФИО>1 удар ножом, причинив потерпевшему проникающее колото-резаное ранение на задней поверхности груди слева, от которого наступила смерть <ФИО>1

Между действиями подсудимой и наступившими последствиями в виде смерти <ФИО>1 установлена причинно-следственная связь.

При оценке показаний свидетелей <ФИО>10 и <ФИО>3 суд принимает во внимание то, что данные лица не слышали из своей квартиры звуков конфликта между подсудимой и погибшим, который происходил в соседней квартире. Однако судебно-медицинская экспертиза телесных повреждений подсудимой объективно свидетельствует о том, что такой конфликт был до причинения телесного повреждения <ФИО>1 Вследствие изложенного, принимая во внимание то, что объективно свидетели находились в другой квартире и могли просто не слышать произошедшего конфликта между подсудимой и погибшим, суд принимает в качестве достоверных показаний в этой части показания свидетеля <ФИО>2 и подсудимой, учитывая при этом, что о наличии конфликта как свидетель, так и подсудимая указывали сразу иным лицам, с которыми общались после произошедшего.

Объективных доказательств постоянного злоупотребления подсудимой алкогольных напитков, а также того, что она не занималась воспитанием своего малолетнего сына, суду не представлено. В силу того, что потерпевшая и свидетели-родственники погибшего <ФИО>1 в виду смерти последнего имеют определенную неприязнь к подсудимой, то характеристика личности подсудимой, данная этими лицами (по вопросам употребления алкоголя, а также не воспитания либо ненадлежащего воспитания ею своего сына), не может быть принята судом в качестве достоверных данных о личности подсудимой.

Не имеется совокупности доказательств, подтверждающих показания свидетеля <ФИО>7, данных ею в ходе предварительного следствия, когда свидетель указывала, что ФИО1 говорила ей о том, что она в целях самообороны нанесла удар по мужу ножом. Вследствие этого, принимая во внимание то, что свидетель <ФИО>7 в суде дала иные показания, которые согласуются в своей совокупности с другими исследованными доказательствами, то в части противоречий в показаниях свидетеля <ФИО>7 суд принимает в качестве достоверных доказательств ее показания, данные в ходе судебного заседания.

С учетом изложенного, оценивая показания свидетелей <ФИО>9, <ФИО>11, <ФИО>8, <ФИО>2 <ФИО>6, в остальной части показания потерпевшей <ФИО>14 и свидетелей <ФИО>10 <ФИО>3 <ФИО>7, <ФИО>4 <ФИО>3 <ФИО>10 а также письменные доказательства по делу, суд принимает их в качестве относимых, допустимых и достоверных доказательств, поскольку они получены в соответствии с требованиями закона, согласуются между собой и иными доказательствами по делу, не противоречат друг другу.

Показания подсудимой в остальной части, как данные на предварительном следствии по делу, так и в суде, также признаются относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку получены в соответствии с законом и не противоречат иным доказательствам по делу. Имеющиеся противоречия в показаниях подсудимой устранены в судебном заседании.

Совокупность доказательств суд находит достаточной для рассмотрения дела по существу.

Оценив доказательства, исследованные в ходе судебного разбирательства, суд находит вину ФИО1 в совершении убийства <ФИО>1 установленной и доказанной. Суд отвергает по вышеизложенным доводам версию подсудимой и ее защитника о наличии в ее действиях причинения смерти по неосторожности (ст. 109 ч. 1 УК РФ) либо умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего (ст. 111 ч. 4 УК РФ).

Об умысле ФИО1 на убийство <ФИО>1 свидетельствует также заключения судебно-медицинских экспертиз о причине смерти потерпевшего, характере причинённого ему телесного повреждения. Суд установил, что мотивом совершения преступления явилась внезапная личная неприязнь подсудимой к потерпевшему, вызванная употреблением алкогольных напитков до конфликта и тот факт, что данный конфликт начал потерпевший. На это указывает совокупность всех обстоятельств совершённого преступления, в том числе способ причинения телесного повреждения <ФИО>1 а также причинение повреждения ножом, характер полученного повреждения, явившегося причиной наступления смерти потерпевшего <ФИО>1 Все вышеуказанные обстоятельства дают суду основание сделать вывод о том, что ФИО1 предвидела возможность наступления смерти потерпевшего <ФИО>1

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов <номер> от <дата><данные изъяты>

<данные изъяты> (л.д. 24-30 т. 2).

Заключение комиссии экспертов принимается судом в качестве относимого, допустимого и достоверного доказательства по делу, поскольку дано квалифицированными специалистами, имеющими соответствующую квалификацию и большой стаж работы по специальности, не противоречит иным доказательствам по делу и получено в соответствии с требованиями закона.

С учетом вышеуказанного заключения комиссии экспертов, поведения подсудимой ФИО1 в судебном заседании, которое, по мнению суда, было адекватным и соответствовало судебно-следственной ситуации, а также отсутствием сведений о том, что подсудимая состоит на учете у психиатра, сомнений в психическом состоянии и вменяемости подсудимой у суда не возникло. В связи с чем, суд признает подсудимую ФИО1 вменяемой и подлежащей уголовной ответственности за содеянное.

При назначении наказания суд, руководствуясь положениями ст. 60 ч. 3 УК РФ, учитывает обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких, направленных против личности, личность подсудимой, ранее не судимой. На учете у нарколога и психиатра подсудимая не состоит. По последнему месту работы подсудимая характеризуется с положительной стороны (л.д. 234, 235 т. 1). По месту учебы сына подсудимая характеризуется также положительно, в соответствии с характеристикой подсудимая занимается воспитанием и обучением ребенка (л.д. 236 т. 1). По месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, жалоб на нее со стороны соседей не поступало, в злоупотреблении алкогольных напитков и употреблении наркотических средств замечена не была (л.д. 74 т. 2). Рядом свидетелей по делу подсудимая также характеризуется в целом с положительной стороны.

Судом, с учетом обстоятельств совершенного преступления и степени общественной опасности, не установлено обстоятельств, которые позволяли бы суду изменить категорию преступления на менее тяжкую, в соответствии с требованиями ч. 6 ст. 15 УК РФ.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, в соответствии со ст. 61 ч. 1 п.п. «г», «з», «и», «к» УК РФ, суд учитывает наличие малолетнего ребенка у виновной, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, активное способствование раскрытию и расследованию преступления (посредством дачи признательных показаний по делу), добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления (возмещение расходов на погребение <ФИО>1).

Судом учитываются иные обстоятельства, смягчающие наказание подсудимой ФИО1, согласно положениям ч. 2 ст. 61 УК РФ, которыми являются частичное признание подсудимой своей вины, раскаяние в содеянном, совершение преступления впервые, наличие несовершеннолетнего ребенка у виновной, состояние ее здоровья (наличие ряда хронических заболеваний).

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой, предусмотренных ст.63 УК РФ, судом не установлено.

С учетом вышеизложенного суд полагает возможным назначить наказание подсудимой в виде лишения свободы в минимальном размере, предусмотренном санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ. При назначении наказания, с учетом конкретных обстоятельств дела и личности подсудимой, суд также не усматривает оснований для назначения подсудимой дополнительного вида наказания в виде ограничения свободы.

При назначении наказания подсудимой в минимальном размере суд учитывает все смягчающие обстоятельства, установленные судом, в том числе наличие малолетнего и несовершеннолетнего детей у ФИО1, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, активное способствование раскрытию и расследованию преступления подсудимой (посредством дачи ею признательных показаний по делу), добровольное возмещение подсудимой имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, частичное признание подсудимой своей вины, ее раскаяние в содеянном, совершение преступления впервые и состояние ее здоровья (наличие ряда хронических заболеваний). В виду наличия данных смягчающих обстоятельств, а также принимая во внимание все обстоятельства по делу и личность подсудимой суд пришел к выводу о необходимости назначения минимального наказания подсудимой, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Поскольку в действиях ФИО1 имеют место смягчающие наказание обстоятельства, предусмотренные п.п. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд при назначении наказания учитывает требования ст. 62 ч. 1 УК РФ.

При назначении наказания подсудимой суд также учитывает мнение потерпевшей <ФИО>14, настаивавшей на суровом наказании в отношении подсудимой.

Назначая наказание в виде лишения свободы, судом не установлено обстоятельств, позволяющих применить к подсудимой положения ст. 64 УК РФ, т.е. нет оснований говорить об исключительности ряда обстоятельств по делу для назначения наказания ниже санкции статьи 105 части 1 УК РФ либо для назначения более мягкого вида наказания, чем предусмотрено ст. 105 ч. 1 УК РФ, и также не установлено оснований для назначения наказания условно, в порядке ст.73 УК РФ.

Суд не находит правовых оснований для назначения ФИО1 отсрочки реального отбывания наказания, в соответствии с положениями ст. 82 ч. 1 УК РФ. Суд учитывает то, что подсудимая является хорошей матерью своему малолетнему ребенку – <ФИО>2 занимается его воспитанием, связи между матерью и ребенком не нарушены. Однако также суд принимает во внимание то, что подсудимая совершила особо тяжкое преступление против личности и наказание ей назначается судом свыше 5 лет лишения свободы, в силу чего оснований для применения ч. 1 ст. 82 УК РФ суд не усматривает.

В соответствии со ст. 58 ч. 1 п. «б» УК РФ суд назначает отбывание наказания подсудимой ФИО1 в исправительной колонии общего режима.

Решая вопрос о мере пресечения до вступления в законную силу приговора, суд, с учетом мнения сторон по делу, считает необходимым меру пресечения подсудимой ФИО1 до вступления в силу приговора изменить на заключение под стражу. При этом судом учитывается, что ФИО1, находясь на свободе, под тяжестью преступления и назначенного ей наказания может скрыться от суда. Поэтому суд считает необходимым изменить меру пресечения подсудимой в целях надлежащего исполнения приговора.

Гражданский иск по делу не заявлялся.

Судьбу вещественных доказательств по делу следует определить, в соответствии с требованиями ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.307-309 УПК РФ, суд

Приговорил:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначить ей наказание в виде 6 (шести) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания исчислять с 17.10.2017г.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу изменить с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу. Взять ФИО1 под стражу в зале суда.

Вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу:

- смывы вещества бурого цвета, бутылку, нож; тапочки и одежду от трупа <ФИО>1; кожный лоскут с трупа и образец крови трупа <ФИО>1 – уничтожить;

- сотовый телефон «Флай» - вернуть по принадлежности ФИО1;

- свидетельство о государственной регистрации права, изъятое в ходе осмотра места происшествия 17.03.2017г. – оставить у ФИО1

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Куйбышевский районный суд г. Иркутска в течение 10 суток со дня провозглашения, осужденной – в тот же срок со дня вручения ей копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, указав об этом в апелляционной жалобе.

Председательствующий

Судья А.П. Тонконогова