Решение № 2-2112/2019 2-2112/2019~М-1709/2019 М-1709/2019 от 3 июля 2019 г. по делу № 2-2112/2019

Дело № 2-2112/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Куйбышевский районный суд г. Омска в составе

председательствующего судьи Гунгера Ю.В.,

при секретаре Потаниной Е.С.,

с участием помощника прокурора Орловой О.Ю.,

рассмотрев 04 июля 2019 года в открытом судебном заседании в г. Омске гражданское дело по иску ФИО1 к БУ г. Омска «Управление дорожного хозяйства и благоустройства» о взыскании суммы утраченного заработка, расходов на лечение и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику БУ г. Омска «Управление дорожного хозяйства и благоустройства» о взыскании суммы утраченного заработка, расходов на лечение и компенсации морального вреда, в обоснование указав, что 21.08.2017 года ФИО1 находился на рабочем месте, менял колеса на автобусе ПАЗ- 3205. После завершения работ ФИО1 отнес необходимый инструмент. На обратном пути он услышал характерный щелчок, после чего автобус начал медленно двигаться вперед в сторону автомобиля ЗИЛ. Во избежание столкновения автобуса с автомобилем ЗИЛ, ФИО1 запрыгнул на ходу в автобус и попытался остановить его. Автобус прижался водительской дверью к ЗИЛу, в результате чего левая нога оказалась защемленной дверью. Заместитель начальника ДЭУ ЛАО г. Омска бюджетного учреждения г. Омска «Управление дорожного хозяйства и благоустройства» К.А.В. попросил ФИО1 не сообщать в медучреждение о производственном характере травмы. Причину отказа ручного тормоза не установили, проверку ручного тормоза осуществляет механик, а не водитель. ФИО1 предотвращал порчу имущества работодателя. Отказ ручного тормоза произошел не по вине ФИО1, что подтверждается актом № о несчастном случае на производстве от 22.06.2018 года. В заключении врачебной комиссии указан следующий диагноз пострадавшего: <данные изъяты>. На лечение ФИО1 были понесены расходы на лечение в общей сумме 168399,48 руб.. В августе 2018 года ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30%. После получения травмы с августа 2017 года по август 2018 года истец находился на больничном, не мог работать, дохода не получал. В сентябре 2018 года ФИО1 уволился, так как по состоянию здоровья более не мог работать водителем.

Просил взыскать с ответчика сумму утраченного заработка за период с августа 2016 года по июль 2017 года в размере 437631,16 руб., расходы на приобретение лекарственных препаратов в размере 88399,48 руб., компенсацию морального вреда в сумме 1000000 рублей.

Истец ФИО1, представитель истца по доверенности ФИО2 в судебном заседании поддержали заявленные требования по доводам искового заявления.

При этом истец пояснил, что с момента из перевода в БУ г. Омска «УДХБ» автобус ни разу не проходил диагностику, приезжали сотрудники из Управления, осматривали автобус, затем привозили страховку, технические карты. Находясь в шоковом состоянии, согласился на то, что была получена бытовая травма, хотя с ним произошел несчастный случай на производстве. Работодатель должен был составить акт о несчастном случае на производстве, однако несчастный случай им был скрыт. На сегодняшний день используется иной автобус, так как имелись документы о 100% износе автобуса. У автобуса имеется ручной тормоз, также его фиксировали «башмаками». Думая, что автобус будет держаться на ручнике, отнес «противооткатные башмаки», когда возвращался к автобусу услышал щелчок и автобус покатился. Подумав, что автобус получит повреждения, в результате чего его уволят, он занес правую ногу и поскользнулся, а левую ногу прижало дверью к рядом стоящему бункеровозу. Считает, что поскользнулся потому, что у него отсутствовала специальная обувь. Специальная одежда выдавалась ранее, но на момент несчастного случая ее не было. Желал предотвратить имущественный ущерб, который он успел предотвратить наполовину. Им перенесены уже две операции, следует третья, в которой врачи попытаются спасти ногу, в противном случае его ожидает ампутация. Испытывает постоянную физическую боль.

Представитель истца пояснила, что истец постоянно работал без специальной одежды, поскольку она ему работодателем не выдавалась. Он пытался запрыгнуть в автобус, и если бы на нем были кирзовые сапоги, то, возможно, травма бы получена не была. Автобус находился в изношенном состоянии, его ремонт осуществлялся через день, резина не менялась в течение двух лет. Истцом заявлены требования о возмещении лекарственных препаратов, которые не входят в перечень возмещаемых препаратов. Ответ БУЗОО «КМХЦ» подтверждает отсутствие квоты на операцию истца, истцу потребовалось ждать квоты целый год. Считает, что причиной получения травмы является неконтролируемое движение автобуса изношенного на 100%. При наличии специальной одежды и обуви, возможно, истец бы не поскользнулся. Заявленный размер компенсации морального вреда соответствует страданиям истца, который не живет без боли. Первая операция была проведена платно, для этого истцом был приобретен фиксатор, в последующем была нуждаемость была в МРТ, провести которое в медицинском учреждении не имелось возможности. Фактически отсутствовали бесплатные палаты.

Представители ответчика бюджетного учреждения города Омска «Управление дорожного хозяйства и благоустройства» по доверенности ФИО3 и ФИО4 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление (л.д. 96-99), из которого следует, что для наступления ответственности вследствие причинения вреда, являющейся видом гражданско-правовой ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего: наступление вреда, противоправность действий (бездействий) причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами и вину причинителя вреда. 21.08.2017 г. ФИО1 выполнял работы по замене колес на автобусе ПАЗ-3205. После замены колес ФИО1 установил ручной тормоз, убрал «башмаки» из-под колес и понес их в стояночный бокс. Возвращаясь из бокса, ФИО1 услышал характерный щелчок, после чего, автобус начал медленно двигаться вперед в сторону стоявшего автомобиля ЗИЛ. Во избежание столкновения автобуса с автомобилем ЗИЛ, ФИО1 решил запрыгнуть на ходу в автобус и остановить его. Автобус прижался водительской дверью к автомобилю ЗИЛ, в результате чего ФИО1 получил травму. Из вышесказанного следует, что ФИО1 самостоятельно принял решение попытаться предотвратить столкновение автобуса и автомобиля ЗИЛ, понимая о возможности получения травмы. После случившегося истцом от работодателя был скрыт факт несчастного случая на производстве, произошедшего 21.08.2019 г. В период с августа 2017 по август 2018 года истец находился на больничном и получал пособие по временной нетрудоспособности в связи с бытовой травмой. О произошедшем несчастном случае, работодателю стало известно в мае 2018 года. После письменного обращения ФИО1 с заявлением в Гострудинспекцию в Омской области. После чего главным государственным инспектором труда К.Т.В, было проведено расследование несчастного случая и составлено заключение государственного инспектора труда от 21.06.2018 г. и акт о несчастном случае на производстве № от 22.06.2018 г.. Согласно обстоятельствам несчастного случая, изложенным в акте о несчастном случае на производстве № от 22.06.2018 г. стало известно о том, что Е.Р.А,, заместителю начальника ДЭУ ЛАО было известно о несчастном случае, произошедшем 21.08.2019 г.. Учитывая, что 18.04.2018 г. заместитель начальника ДЭУ ФИО5 А, уволен по соглашению сторон, до того как стало известно о несчастном случае, указанное должностное лицо не привлекалось к дисциплинарной ответственности за сокрытие факта несчастного случая. 16.09.2018 г. трудовой договор с ФИО1 расторгнут по инициативе работника (по собственному желанию). Согласно акту о несчастном случае на производстве № от 22.06.2018 г. нарушений требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, явившихся причиной несчастного случая, со стороны бюджетного учреждения не установлено. Исковые требования о возмещении расходов истца на медицинские услуги и приобретение лекарственных препаратов, удовлетворению не подлежат, поскольку доказательств, свидетельствующих о том, что истец предъявлял данные требования к страховщику, и которым при этом было отказано в выплате соответствующих расходов на лечение и медицинские препараты в материалы дела не представлено. Истцу выплачивалась единовременная материальная помощь в размере 80000 рублей, выделение которой предусмотрено коллективным договором. За период с августа 2017 года по август 2018 года ФИО1 было выплачено пособие по временной нетрудоспособности в размере 100% его среднего заработка. При этом пособие по временной нетрудоспособности входит в объем возмещения вреда, причиненного здоровью, и является компенсацией утраченного заработка застрахованного лица, возмещение которого производится страхователем (работодателем) в счет страховых взносов, уплачиваемых работодателем в Фонд социального страхования Российской Федерации. Согласно акту о несчастном случае на производстве № от 22.06.2018 г. нарушений требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, явившихся причиной несчастного случая, со стороны бюджетного учреждения не установлено. В соответствии с заключением государственного инспектора труда от 21.06.2018 г. причинами, вызвавшими несчастный случай, являются: самопроизвольное, не контролируемое движение автобуса вперед при установленном ручном тормозе. Нарушений требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, явившихся причиной несчастного случая, со стороны бюджетного учреждения не установлено. Полагают, что при отсутствии в материалах дела доказательств вины бюджетного учреждения в произошедшем 21.08.2017 г. несчастном случае, основания для удовлетворения требований о компенсации морального вреда отсутствуют.

Выслушав участников судебного разбирательства, заключение прокурора, указавшего на отсутствие достаточных доказательств вины ответчика, причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями у истца, и полагавшего оставить без удовлетворения заявленные требования, исследовав и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

На основании ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу части первой ст. 184 ТК РФ, при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами (часть вторая ст. 184 ТК РФ).

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом (часть восьмая ст. 220 ТК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

При этом, исходя из положений п. 1 ст. 1086 ГК РФ, размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья, либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности.

Согласно п. 2 ст. 1086 ГК РФ, в состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так по совместительству, облагаемые подоходным налогом.

В соответствии с п. 27 Постановления Пленума №1 от 26.01.2010 г. «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», согласно статье 1085 ГК РФ в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включается:

а) утраченный потерпевшим заработок (доход), под которым следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья. При этом надлежит учитывать, что в счет возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда, а также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья;

б) расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов. В отличие от утраченного заработка (дохода) размер дополнительных расходов не подлежит уменьшению и при грубой неосторожности потерпевшего, поскольку при их возмещении вина потерпевшего в силу пункта 2 статьи 1083 ГК РФ не учитывается.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 1084 ГК РФ, вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств возмещается по правилам, предусмотренной главой 59 ГК РФ, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Согласно ст. 21 ТК РФ, работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно записям трудовой книжки, ФИО1 работал у ответчика в должности водителя (л.д. 12-19).

21.08.2017 г. ФИО1 выполнял работы по замене колес на автобусе ПАЗ-3205, после их замены установил ручной тормоз, убрал «башмаки» из-под колес и понес их в стояночный бокс. Возвращаясь из бокса, ФИО1 услышал характерный щелчок, после чего, автобус начал медленно двигаться вперед в сторону стоявшего автомобиля ЗИЛ. Во избежание столкновения автобуса с автомобилем ЗИЛ, ФИО1 решил запрыгнуть на ходу в автобус и остановить его. Автобус прижался водительской дверью к автомобилю ЗИЛ, в результате чего ФИО1 получил травму.

По данному факту главным государственным инспектором труда К.Т.В, было проведено расследование несчастного случая и составлено заключение государственного инспектора труда от 21.06.2018 г. и акт о несчастном случае на производстве № от 22.06.2018 г..

Так из Заключения государственного инспектора труда от 21.06.2018 года (л.д. 102-105) и Акта о несчастном случае на производстве № от 22.06.2018 года (л.д. 8-11) следует, что несчастный случай с ФИО1 произошел при исполнении им трудовых обязанностей, в рабочее время. Причинами, вызвавшими несчастный случай является самопроизвольное, не контролируемое движение автобуса вперед при установленном ручном тормозе. Установить причину отказа в работе ручного тормоза не представляется возможным. Нарушений требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, явившихся причиной данного несчастного случая, со стороны администрации БУ г. Омска «Управление дорожного хозяйства и благоустройства» не установлено.

Опрошенный в рамках расследования несчастного случая на производстве ФИО1 пояснил, что 21.08.2017 г. пришел на работу к 7-20 часам, пошел в диспетчерскую, чтобы получить путевой лист. Диспетчер сказал, что ему получать путевой лист получать не нужно, так как он будет на ремонте: были получены новые колеса на автобус, и ему необходимо было заниматься заменой колес. Около 15.30 час. закончил замену колес и приступил к накачиванию запасного колеса от реверсивного автобуса, после чего установил ручной тормоз, убрал «башмаки» из-под колес и понес их в стояночный бокс. Возвращаясь из бокса, услышал щелчок, после чего, автобус начал медленно двигаться вперед в сторону автомобиля ЗИЛ-130 «бункеровоз». Во избежание столкновения автобуса с автомобилем ЗИЛ, решил запрыгнуть в кабину и остановить автобус. Успел схватиться за руль, занести левую ногу на подножку. Правая нога была уже в кабине. Так как при монтаже колес, они были вывернуты в левую сторону, автобус прижался водительской дверью к ЗИЛу, в результате чего, левая нога оказалась защемленной дверью. Закричал от боли. К нему подошли Е.Р.А, и Ш.К,М,, которые увидев, что случилось, позвали работников, которые оттолкнули автобус назад вручную и освободили ногу. Направился на КПП, где дежурил заместитель начальника ДЭУ ЛАО г. Омск БУ г, Омска «УДХБ» К.А.В., который попросил его не сообщать в медучреждении о травме на производстве и распорядился доставить в БУЗОО «МСЧ № 4» на служебном транспорте.

Согласно справке серии МСЭ-2017 №, ФИО1 установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности.

Согласно заключению врачебной комиссии № от 03.08.2018 года, 21.08.2017 года ФИО1 получена производственная травма, ему установлен диагноз: <данные изъяты> (л.д. 77).

ФИО1 были понесены расходы на лечение в общей сумме 168399,48 руб., в том числе: синокром Р-Р Д/ИН 1% 2 мл., корвалол капли внутр 25 мл, кеторол табл. П/П/О 10 мг № стоимостью 3694,87 руб., синокром Р-Р Д/ИН 1% 2 мл. стоимостью 3673,61 руб., синокром 1% р-р в/суставн 2 мл. шприц № стоимостью 20940 руб., синокром Р-Р Д/ИН 1% 2 мл, дипроспан СУ СП Д/ИН 1 мл. стоимостью 3909 руб., травматологическое отделение 1 (койко-день), артроскопическая пластика передней крестообразной связки, спинальная анестезия с потенцированием внутривенным гипнотиком стоимостью 30230 руб., пребывание в двухместной палате повышенной комфортности, стоимостью 4400 руб., стандарт платных медицинских услуг "КОМФОРТ ДУЭТ" стоимостью 4000 руб., электрокардиография, эхокардиография, взятие крови из периферической вены, исследование кала, общий анализ крови, общий анализ мочи, определение вируса гепатита Б, С, определение антител к Treponema pallidum, определение основных групп крови, резус-фактора, биохимический анализ крови стоимостью 3565 руб., травматологическое отделение стоимостью 5000 руб., стандарт платных медицинских услуг "КОМФОРТ ДУЭТ" стоимостью 1600 руб., консультация травматолога-ортопеда стоимостью 650 руб., прием врача травматолога- ортопеда стоимостью 500 руб., консультация травматолога-ортопеда стоимостью 700 руб., комплект для пластики передней крестообразной связки, набор трубок для артроскопии стоимостью 79537 руб., магнитно-резонансная томография одного сустава стоимостью 3000 руб., магнитно-резонансная томография одного сустава стоимостью 3000 руб..

В соответствии с положениями, закрепленными в п. 11 Постановления Пленума от 26.01.2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По мнению суда, истец представил доказательства, свидетельствующие о факте получения им производственной травмы, наличие у него утраченного заработка, расходов на лечение, морального вреда.

Но вместе с тем, причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившими последствиями у истца в виде получения травмы последним судом не установлена.

Согласно акту о несчастном случае на производстве № от 22.06.2018 г. нарушений требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, явившихся причиной несчастного случая, со стороны ответчика не установлено.

В соответствии с заключением государственного инспектора труда от 21.06.2018 г. причинами, вызвавшими несчастный случай, являются: самопроизвольное, не контролируемое движение автобуса вперед при установленном ручном тормозе. Нарушений требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, явившихся причиной несчастного случая, со стороны бюджетного учреждения не установлено.

Фактически причина движения автобуса установлена со слов ФИО1

Акт о несчастном случае составлен спустя практически год после произошедшего.

Из представленных материалов следует, что при выпуске на линию и возращении автобуса ПАЗ г.р.з. № находился в исправном состоянии.

За три дня до несчастного случая данный автобус прошел полную диагностику, включающую в себя параметры работы тормозной системы.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что истец ФИО1, принял самостоятельное решение о предотвращении столкновения транспортных средств опасным для своих жизни и здоровья путем (пытался запрыгнуть в движущийся автобус).

По мнению суда, сложившаяся обстановка (движение автобуса с вывернутыми колесами в сторону рядом стоящего автомобиля) позволяла истцу судить об опасности его действий для его же здоровья.

Истец обязан был предвидеть возможность наступления негативных последствий в виде причинения вреда его здоровью, однако, пытаясь предотвратить материальный вред от столкновения транспортных средств (за который он возможно мог быть подвергнут какому-либо наказанию со стороны работодателя), он попытался запрыгнуть в движущийся автобус ПАЗ (что уже само по себе является достаточно опасным).

Таким образом, поскольку судом не установлена вина ответчика в причинении вреда истцу, то суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к БУ г. Омска «Управление дорожного хозяйства и благоустройства» о взыскании суммы утраченного заработка, расходов на лечение и компенсации морального вреда - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Омский областной суд с подачей жалобы через Куйбышевский районный суд г. Омска в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 09.07.2019 года.

Судья: Ю.В. Гунгер