Решение № 2-223/2019 2-223/2019~М-171/2019 М-171/2019 от 11 ноября 2019 г. по делу № 2-223/2019

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

с. Чугуевка 12 ноября 2019 года

Чугуевский районный суд Приморского края

в составе: председательствующего судьи Колесниковой Т.В.,

при секретаре Шерице И.В.

при участии прокурора Чугуевского района Абрамова А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, ОМВД России по Чугуевскому району о возмещении имущественного и морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковыми заявлениями к Министерству финансов Российской Федерации, ОМВД России по Чугуевскому району о возмещении имущественного и морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности. В обоснование исковых требований указал, что 17 мая 2014 года в отношении него было возбуждено уголовное дело, по признакам преступления, предусмотренного ст. 322.1 ч. 1 УК РФ. 08 января 2016 года в отношении него следователем СО ОМВД России по Чугуевскому району было вынесено постановление об избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 29 декабря 2018 года постановлением следователя СО ОМВД России по Чугуевскому району уголовное преследование в отношении Долишнего прекращено за отсутствием состава преступления предусмотренного ст. 322.1 УК РФ. На основании ст. 133 УПК РФ у него возникло право на возмещение морального вреда, связанного с незаконным уголовным преследованием, незаконным применением в качестве меры пресечения подписки о невыезде. Факт незаконного уголовного преследования ФИО2 привел к необходимости испытывать ряд ограничений прав, незаконное привлечение к уголовному преследованию повлекло нарушение личных неимущественных прав на достоинство личности, честь и доброе имя, право на неприкосновенность частной жизни, свободу передвижения, принес нравственные страдания, лишил его возможности зарабатывать денежные средства для семьи. Так, в мае 2016 года в ФКУ ИК-31 ГУФСИН России по Приморскому краю появилась вакансия и он обратился с заявлением о приеме на работу. Однако им был получен ответ об отказе в приеме на работу, так как при проверочных мероприятиях кадровым аппаратом было установлено, что в отношении него ведется уголовное преследование. Полагал, что в связи с неприемом его на работу он недополучил доход в период с 17.05.2014 по 25.04.2019 года в размере 2 950 000 рублей. Кроме того, он понес расходы на оказание юридической помощи защитнику в размере 120 000 рублей. Ссылаясь на положения ст. 2, 18, 49, 53 Конституции РФ, ст. 133, 136 УПК РФ, ст. 12, 1070, 1100, 1099 ГК РФ, просит суд взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ в его пользу в счет возмещения морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием 5000000 (пять миллионов) рублей, компенсацию имущественного вреда, причиненную уголовным преследованием, включающую в себя неполученную заработную плату в размере 2 950 000 рублей, расходы за оказание юридической помощи защитнику в размере 120000 рублей. Указанные выплаты просил произвести с учетом инфляции.

В судебном заседании истец ФИО1 увеличил размер исковых требований и просил взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет казны РФ в его пользу компенсацию имущественного вреда причиненного уголовным преследованием, в том числе неполученную заработную плату в размере 3 415 628 рублей, расходы за оказание юридической помощи защитнику с учетом уровня инфляции в размере 146827, 70 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5000000 рублей. Также пояснил, что в связи с необходимостью работать на тяжелых работах, у него ухудшилось состояние здоровья. Во время его незаконного уголовного преследования обстановка в его семье была нервная и напряженная, он не мог объяснить детям почему их отца обвиняют в преступлении.

Представитель ответчика - Министерство финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Приморскому краю, извещенный о времени и месте проведения судебного заседания надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие, в письменном отзыве указал на необоснованность исковых требований, считает их не подлежащими удовлетворению. Ссылаясь на положения ст. 135 УПК, полагал, что требования о возмещение имущественного вреда ФИО1 подлежат разрешению в порядке ст. 399 УПК РФ. Указал, что материалах дела отсутствуют доказательства того, что у ФИО1 имелась необходимость в период предварительного следствия выезжать куда либо, он не обращался к должностным лицам следственного органа за разрешением на выезд или ему в этом было отказано. Заявленная ко взысканию сумма компенсации морального вреда является завышенной и размер компенсации никак не обоснован. Указывает, что в силу п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ надлежащим ответчиком по делу должен являться главный распорядитель средств федерального бюджета.

Представитель ОМВД России по Чугуевскому району ФИО7, участвующий в деле в качестве третьего лица и действующая на основании доверенности, просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме, указав, что представленная справка из ГУФСИН России по Приморскому краю не заверена надлежащим образом, а также в ней говорится о том, что истцу отказано в приёме на работу, вследствие изучения его данных с прежнего места прохождения службы, ОМВД России по Чугуевскому району, ФИО1 характеризует только с отрицательной стороны, и не ввиду привлечения его к уголовной ответственности. ФИО1 в 2011 г. уволился из органов внутренних дел, и больше не пытался устроиться на работу на государственную службу. Согласно ст. 151 ГК РФ при взыскании компенсации морального вреда, суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. Под моральным вредом понимаются нравственные и физические страдания, причинённые действиями (бездействиями), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, личная и семейная тайна и т.д.). Истец утверждает, что вследствие привлечения его к уголовной ответственности ухудшилось состояние его здоровья, хотя данный факт ничем не подтверждает.

Заместитель прокурора Чугуевского района Приморского края Абрамов А.С., с учетом установленных по делу обстоятельств полагал возможным удовлетворить исковые требования ФИО1 частично, взыскав с Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности в размере 100000 рублей, в части, касающейся возмещения истцу неполученной заработной платы в размере 3415628 рублей и расходов за оказание юридической помощи защитнику с учетом уровня инфляции в размере 146827,70 рублей, просил производство по делу прекратить, поскольку данные требования не подлежат рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства.

Выслушав участников судебного заседания, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации определено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконном применении в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Положениями ст. 1101 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Как следует из материалов дела, 17 мая 2014 года следователем следственного отдела ОМВД России по Чугуевскому району в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты>

24 сентября 2014 года ОД ОМВД Росии Чугуевскому району в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты>

24 сентября 2014 года ОД ОМВД Росии Чугуевскому району в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты>

24 сентября 2014 года ОД ОМВД Росии Чугуевскому району в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, <данные изъяты>

24 сентября 2014 года ОД ОМВД Росии Чугуевскому району в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты>

24 сентября 2014 года ОД ОМВД Росии Чугуевскому району в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты>

Постановлением прокурора Чугуевского района от 25.09.2014 года материалы уголовных дел были соединены в одно уголовное дело с присвоением №.

9 декабря 2014 года прокурором Чугуевского района Приморского края утвержден обвинительный акт в отношении ФИО1 по обвинению его в совершении преступлений, предусмотренных <данные изъяты>.

11 декабря 2014 года материалы уголовного дела направлены в Чугуевский районный суд Приморского края.

31 декабря 2014 года Чугуевским районным судом было назначено предварительное слушание по делу, судебные заседания проводились 14 января 2015 года, 23 марта 2015 года.

Постановлением Чугуевского районного суда от 23 марта 2015 года уголовное дело в отношении ФИО1 было возвращено прокурору Чугуевского района Приморского края для устранения препятствий его рассмотрения судом.

08 января 2016 года в отношении ФИО1 следователем СО ОМВД России по Чугуевскому району было вынесено постановление об избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

29 декабря 2018 года постановлением следователя СО ОМВД России по Чугуевскому району уголовное преследование по уголовному делу № в отношении ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления, а также прекращено уголовное дело №. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, отменена, на основании ст. 134 УПК РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию.

Согласно ст. 151, ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В силу п. 3 ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п. 1 и 4 - 6 ч. 1 ст. 27 данного Кодекса.

Пункт 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ предусматривает в качестве основания прекращения уголовного дела отсутствие в деянии состава преступления.

Согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 N17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному, суд должен учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Уголовное преследование в отношении истца длилось более 4 лет и 7 месяцев, с 17. 05. 2014 года и по 29.12.2018 года, в том числе, с 11.12.2014 года и по 23.03.2015 года, уголовное дело находилось на рассмотрении в суде, после чего было возвращено прокурору Чугуевского района в соответствии с требованиями ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий для его рассмотрения. В этот период ФИО1 испытывал определенные ограничения, связанные с необходимостью явки в органы предварительного следствия и в суд, мера пресечения в виде подписки о невыезде, препятсвовала его свободе передвижения. Пострадала и его репутация, поскольку окружающим и его семье стало известно о возбужденном уголовном деле.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд в полной мере учитывает предусмотренные ст. 1101 ГК РФ требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего. Объективных данных, свидетельствующих об ухудшении состояния здоровья истца во время незаконного уголовного преследования, в материалах дела не имеется.

Представленные истцом и его представителем доказательства, а также материалы уголовного дела свидетельствуют о наличии оснований суду полагать, что моральный вред в сумме 100000 (сто тысяч) рублей является соразмерным характеру и объему нравственных страданий, который претерпел истец, и соответствует принципу разумности и справедливости.

При принятии решения суд также принимает во внимание не только продолжительность расследования уголовного дела в отношении ФИО1 и его рассмотрение судом, но и индивидуальные особенности истца, тяжесть предъявленного обвинения, его семейное положение, состояние здоровья, возраст, социальный статус.

Доводы представителя Министерства финансов РФ о том, что по рассматриваемой категории дел в качестве ответчика должен выступать главный распорядитель средств федерального бюджета, как это предусмотрено п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ, необоснованны, поскольку к числу полномочий главного распорядителя бюджетных средств, перечисленных в п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ, не относятся полномочия на выступление в суде от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Иные доводы ответчика сводятся к отсутствию оснований для удовлетворения требований истца, что противоречит установленным по делу обстоятельствам и нормам материального права, регулирующим данные правоотношения.

Согласно требований главы 18 УПК РФ порядок реабилитации, возмещения убытков и судебных расходов реабилитированному регламентируется действующими нормами УПК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 135 УПК РФ возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя возмещение: 1) заработной платы, пенсии, пособия, других средств, которых он лишился в результате уголовного преследования; 2) конфискованного или обращенного в доход государства на основании приговора или решения суда его имущества; 3) штрафов и процессуальных издержек, взысканных с него во исполнение приговора суда; 4) сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи; 5) иных расходов.

На основании ч. 5 ст. 135 УПК РФ требование о возмещении имущественного вреда реабилитированному разрешается судьей в порядке, установленном ст. 399 УПК РФ. Изложенное свидетельствует о том, что заявленные истцом требования о возмещении имущественного вреда причиненного уголовным преследованием, в том числе неполученной заработной платы в размере 3 415 628 рублей, расходы за оказание юридической помощи защитнику с учетом уровня инфляции в размере 146827, 70 рублей не подлежат рассмотрению в гражданском судопроизводстве.

Согласно абзаца 2 ст. 220 ГПК РФ, суд прекращает производство по делу в случае, если дело не подлежит рассмотрению и разрешению в суде в порядке гражданского судопроизводства по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 134 настоящего Кодекса.

При таких обстоятельствах производство по делу в части взыскания неполученной заработной платы, сумм, выплаченных защитнику за оказание юридической помощи, надлежит прекратить, что не лишает право истца на обращение в суд с соответствующими требованиями в порядке уголовного судопроизводства, в соответствии со статьей 399 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198, 220 ГПК РФ,

решил:

Исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за незаконное уголовное преследование в размере 100000 (сто тысяч) рублей.

Производство по делу в части взыскания имущественного вреда в виде неполученной заработной платы, сумм, выплаченных защитнику за оказание юридической помощи - прекратить.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Чугуевский районный суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме, то есть с 15 ноября 2019 года.

Судья Т.В. Колесникова