Апелляционное определение № 33-6311/2026 от 5 апреля 2026 г.

Судья Гиззатуллин И.Р. УИД 16RS0043-01-2025-006850-03

дело № 2а-5224/2025

№ 33-6311/2026

учёт № 219г


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

6 апреля 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Гаянова А.Р.,

судей Валиуллина А.Х., Каримовой И.И.,

при ведении протокола секретарём судебного заседания Марковой И.Г.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 16 октября 2025 года, которым отказано в удовлетворении иска ФИО7. к ГАУЗ «Республиканский наркологический диспансер Министерства здравоохранения Республики Татарстан», филиалу ГАУЗ «Республиканский наркологический диспансер Министерства здравоохранения Республики Татарстан» - «Нижнекамский наркологический диспансер» о признании необоснованным диагноза, признании незаконным решения об отказе в снятии с диспансерного наблюдения, возложении обязанности снять с диспансерного наблюдения.

Заслушав доклад по делу судьи Валиуллина А.Х., выслушав объяснения истца ФИО1 в поддержку доводов жалобы, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на жалобу, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился к ГАУЗ «Республиканский наркологический диспансер Министерства здравоохранения Республики Татарстан» (далее также Республиканский наркодиспансер) с иском о признании необоснованным диагноза, указывая в обоснование, что в ноябре 2024 года был госпитализирован в Нижнекамский наркологический диспансер в связи с острым отравлением некачественными алкогольными напитками, что являлось единичным, случайным бытовым отравлением. В период с 11 ноября по 29 ноября 2024 года он проходил стационарное лечение и был выписан с положительной динамикой. С момента выписки никаких проблем со здоровьем, связанных с употреблением алкоголя или иных психоактивных веществ, у него не возникало. Алкогольные напитки он не употребляет категорически, ведёт трезвый образ жизни. Несмотря на снятие с диспансерного наблюдения, в устной форме ему отказано в выдаче медицинской справки, подтверждающей, что он не состоит на диспансерном учёте. Основанием для отказа в выдаче справки указано, что в медицинской документации имеется установленный диагноз, <данные изъяты>, обусловленными употреблением <данные изъяты>. Диагноз установлен неправомерно. После того, как он обратился к ответчику с заявлением о созыве врачебной комиссии для пересмотра и снятия диагноза, прошло более 30 дней, но ответа не последовало.

На основании изложенного ФИО1 просил признать необоснованным постановленный диагноз, связанный с психическим расстройством и расстройством поведения<данные изъяты>.

Определением суда к участию в деле в качестве соответчика привлечён филиал ГАУЗ «Республиканский наркологический диспансер Министерства здравоохранения Республики Татарстан» - «Нижнекамский наркологический диспансер» (далее также Нижнекамский наркодиспансер).

В суде истец ФИО1 исковые требования поддержал, дополнительно пояснив, что <данные изъяты>, негативно скажется на его работе, а также возможности управлять транспортными средствами. Решение об отказе в снятии с диспансерного наблюдения считает незаконным. Ходатайствовал о назначении судебной экспертизы с целью подтверждения отсутствия обоснованности поставленного диагноза.

Представитель ответчиков Республиканского наркодиспансера и Нижнекамского наркодиспансера в суде иск не признал, указав, что обоснованность установленного ФИО1 диагноза подтверждена решением врачебной комиссии.

Суд в удовлетворении иска ФИО1 отказал, приняв решение в приведённой формулировке.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 по мотиву незаконности и необоснованности решения ставит вопрос о его отмене и принятии по делу нового судебного акта об удовлетворении иска. В обоснование жалобы указывает, что суд применил не подлежавший применению нормативный правовой акт. Суд сослался на постановление Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2014 года № 1604, утратившее силу на дату вынесения решения. Также суд без достаточных оснований признал достоверным и положил в основу решения заключение врачебной комиссии ответчика, не дав критической оценки иным обстоятельствам дела. При этом суд не учёл, что оба случая его госпитализации в 2024 году были связаны с острыми состояниями, а не с хроническим психическим расстройством. Также суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы, чем лишил его возможности опровергнуть позицию ответчика.

Определением судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 3 февраля 2026 года суд апелляционной инстанции перешёл к рассмотрению данного дела по правилам гражданского судопроизводства с передачей дела для рассмотрения в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан.

В суде апелляционной инстанции истец ФИО1 доводы жалобы поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции по извещению не явились.

На основании положений части 3 статьи 167, части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участвующих в деле лиц.

Проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на жалобу в соответствии со статьёй 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для отмены оспариваемого решения суда в силу следующего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 11 ноября 2024 года ФИО1 самостоятельно обратился в Нижнекамский наркодиспансер. При поступлении в медучреждение ФИО1 выразил информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство, в том числе в форме диспансерного наблюдения.

Из выписки из медицинской карты стационарного больного следует, что ФИО1 11 ноября 2024 года обратился самостоятельно с жалобами на слабость, отсутствие сна, тягу к спиртному. Употреблял алкоголь в течение 10 дней. Последний день в день поступления. Первая проба спиртного в 15 лет. Запойное пьянство с 2023 года. Дата выбытия из стационара 29 ноября 2024 года. Полный диагноз: <данные изъяты>

В марте 2024 года ФИО1 также получал медицинскую помощь в Нижнекамском наркодиспансере в условиях стационара. У него отмечалось абстинентное состояние на фоне длительного употребления алкоголя, в связи с чем ему был установлен диагноз: <данные изъяты>

16 декабря 2024 года ФИО1 взят на диспансерное наблюдение врача психиатра-нарколога с диагнозом: <данные изъяты> на основании письменного информированного добровольного согласия. С декабря 2024 года до мая 2025 года ФИО1 наблюдался у врача психиатра-нарколога регулярно, проходил обследования и консультирование.

26 мая 2025 ФИО1 обратился к ответчику с заявлением об отказе от диспансерного наблюдения.

2 июня 2025 года и.о. главного врача Нижнекамского наркодиспансера истцу дан ответ, согласно которому диспансерное наблюдение у врача психиатра-нарколога в отношении него прекращено, в связи с письменным отказом пациента от диспансерного наблюдения. При этом разъяснено, что прекращение диспансерного наблюдения в связи с письменным отказом от него не влечёт прекращения действия медицинских противопоказаний к управлению транспортными средствами, поскольку невозможно установить наличие стойкой ремиссии (выздоровления). Перечнем медицинских противопоказаний к управлению транспортным средством, утверждённым постановлением Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2014 года № 1604, <данные изъяты> включены в медицинские противопоказания к управлению транспортным средством до прекращения диспансерного наблюдения в связи со стойкой ремиссией (выздоровлением).

Отказывая в удовлетворении иска ФИО1, суд первой инстанции, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, исходил из того, что установленный истцу диагноз подтверждается медицинской документацией, сведениями о ранее оказанной ему наркологической помощи, данными стационарного обследования, а также заключением врачебной комиссии от 16 июля 2025 года № 3. Суд принял во внимание, что 11 ноября 2024 года ФИО1 самостоятельно обратился в Нижнекамский наркодиспансер, дал информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство и диспансерное наблюдение, а при госпитализации сообщал сведения об употреблении алкоголя, наличии тяги к спиртному и запойном пьянстве с 2023 года. При этом доводы истца о том, что обращение за медицинской помощью в ноябре 2024 года носило единичный, случайный бытовой характер, суд признал опровергнутыми материалами дела, поскольку ранее, в марте 2024 года, он уже проходил лечение в условиях стационара с диагнозом, связанным с синдромом отмены алкоголя. Также суд исходил из того, что прекращение диспансерного наблюдения по письменному отказу пациента не свидетельствует о необоснованности ранее установленного диагноза и не влечёт его автоматического снятия. Не усмотрев незаконности в действиях ответчиков и нарушений прав истца, подлежащих защите в судебном порядке, суд пришёл к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Судебная коллегия считает возможным согласиться с выводами городского суда, сделанными при правильном установлении значимых обстоятельств дела по результату оценки совокупности представленных доказательств, и верном применении норм материального права, а потому не находит оснований к отмене по существу правильного и справедливого решения суда.

Доводы апелляционной жалобы истца о применении судом первой инстанции нормы, не подлежавшей применению, не влекут отмену обжалуемого решения.

Действительно, постановление Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2014 года № 1604, утвердившее перечень медицинских противопоказаний к управлению транспортным средством, утратило силу с 1 сентября 2025 года, а с указанной даты действует распоряжение Правительства Российской Федерации от 12 апреля 2025 года № 892-р, утвердившее новый перечень медицинских противопоказаний к управлению транспортным средством.

Вместе с тем обращение истца от 26 мая 2025 года и ответ на него его рассмотрен и дан и.о. главного врача Нижнекамского наркодиспансера <дата> в период действия ныне утратившего силу постановления Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2014 года № 1604, а его диагноз <данные изъяты> включены в медицинские противопоказания к управлению транспортным средством до прекращения диспансерного наблюдения в связи со стойкой ремиссией (выздоровлением).

Кроме того, пунктом 8 раздела 2 ныне действующего Перечня медицинских противопоказаний к управлению транспортным средством, утверждённого распоряжением Правительства Российской Федерации от 12 апреля 2025 года № 892-р, также относит <данные изъяты> к числу медицинских противопоказаний к управлению транспортным средством.

Не могут быть приняты во внимание и доводы жалобы, что суд бездоказательно положил в основу решения лишь заключение врачебной комиссии ответчика. Как усматривается из материалов дела, вывод суда основан не на одном указанном заключении, а на совокупности исследованных доказательств, в том числе сведений о добровольном обращении истца за наркологической помощью, данных медицинской документации, сведений о его состоянии при поступлении, факте ранее оказанной ему специализированной медицинской помощи в марте 2024 года, последующем диспансерном наблюдении, а также заключении врачебной комиссии. Следовательно, вывод суда основан на оценке доказательств в их совокупности, а не на придании заранее установленной силы какому-либо одному доказательству.

Не свидетельствуют о незаконности решения и доводы апелляционной жалобы о необоснованном отказе в назначении судебной экспертизы, поскольку вопрос правомерности установления установления диагноза рассмотрен по показаниям самого истца и по результату его повторных обращений за специализированным лечением.

Таким образом, медицинский диагноз поставлен истцу ответчиком на основании фактических обстоятельств, установленным при его добровольном обращении за медицинской помощью. Установление диагноза обусловлено необходимостью оказания пациенту необходимой ему медицинской помощи. Диспансерное наблюдение в отношении истца установлено в соответствии с требованиями действующего законодательства при наличии добровольного информированного согласия. Каких-либо нарушений в процедуре такой постановки не установлено. Доказательств, подтверждающих стойкую ремиссию (выздоровление) в течение установленного законом срока у ФИО1 не установлено, оснований к прекращению диспансерного наблюдения в связи со стойкой ремиссией (выздоровлением) в отношении истца не имеется.

Иных заслуживающих внимания доводов апелляционная жалоба ФИО1 не содержит.

В силу изложенного судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда первой инстанции постановлено справедливо, законно, обоснованно, с учётом всех юридически значимых по делу обстоятельств, установленных в необходимом объёме, суд применил нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, нарушений норм процессуального права не допущено.

Оснований для пересмотра оспариваемого судебного акта в апелляционном порядке не усматривается.

Руководствуясь статьями 199, 327-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 16 октября 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трёх месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 20 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи