Решение № 12-1/2025 12-8/2024 от 15 января 2025 г. по делу № 12-1/2025

УИД 31MS0075-01-2024-002080-78 дело № 12-1/2025


Р Е Ш Е Н И Е

п. Борисовка 16 января 2025 г.

Судья Грайворонского районного суда Белгородской области Фенько Н. А.,

с участием:

лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1 и его защитника Серенко А. В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 1 Грайворонского района Белгородской области от 21 ноября 2024 г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ,

У С Т А Н О В И Л:

постановлением мирового судьи судебного участка № 1 Грайворонского района Белгородской области от 21 ноября 2024 г. ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 10 месяцев.

В жалобе ФИО2 просит состоявшееся в отношении него постановление от 21 ноября 2024 г. отменить, производство по делу прекратить в связи с допущенными процессуальными нарушениями.

В обоснование жалобы ФИО2 привел доводы об отсутствии в материалах дела доказательств управления им транспортным средством, несоответствии представленной в качестве доказательства видеозаписи Методическим рекомендациям по применению цифровой аппаратуры для видеозаписи процессуальных действий, проводимых без участия понятых, а также недопустимости данного доказательства ввиду осуществления видеозаписи на личный телефон сотрудника ГИБДД, о допущенных грубых нарушениях Правил прохождения освидетельствования на состояние опьянения. Кроме этого основанием для отмены обжалуемого постановления считает выдачу ему нечитыемых копий процессуальных документов.

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что 27 июля 2024 г. он, вернувшись домой с работы, оставил автомобиль недалеко от дома на автомобильной стоянке, дома выпил немного пива, но затем вспомнил, что в автомобиле остались документы, поэтому пошел на стоянку. Когда он забрал документы и уже отошел от автомобиля, к нему подъехал патрульный автомобиль и сотрудники ГИБДД предложили пройти освидетельствование, хотя транспортным средством он не управлял. Поскольку он работает водителем-монтажником, лишение его права управления транспортным средством влечет невозможность продолжения работы по занимаемой должности, что существенно отразится на его иждивенцах, так как он выплачивает алименты бывшей супруге на содержание детей Ш.К., ДД.ММ.ГГГГ г. р. и Ш.М., ДД.ММ.ГГГГ г. р., а также содержит дочь Ш.М., ДД.ММ.ГГГГ г. р., так как супруга не работает.

Защитник Серенко А. В. в судебном заседании доводы жалобы поддержал. Дополнительно обратил внимание на то, что опрошенный мировым судьей свидетель Д.А.Ю. подтвердил нахождение ФИО2 на стоянке в 3-4 м от транспортного средства и отсутствие видео регистрации управления им автомобилем. Нарушение порядка освидетельствования выразилось в том, что перед выполнением освидетельствования водителя на состояние алкогольного опьянения, сотрудник не продемонстрировал перед камерой видеорегистратора используемое специальное техническое средство (алкотестер) и целостность клейма государственного поверителя, а также герметичность упаковки мундштука, которую сотрудник вскрывал сам. При первом освидетельствовании («продуве») результат алкотестера был отрицательный, но потом алкотестер сотрудник ГИБДД передал из патрульного автомобиля на улицу, с «прибором» провели какие-то манипуляции, после чего только с третьего раза был получен результат. С результатами освидетельствоаания ФИО1 не был согласен, но в результате оказанного на него психологического давления подписал составленные сотрудником ГИБДД документы.

Проверив с учетом требований ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ материалы дела об административном правонарушении, доводы жалобы, считаю, что оснований к отмене постановления мирового судьи и удовлетворению жалобы не имеется.

В соответствии с ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Согласно примечанию к данной норме употребление веществ, вызывающих алкогольное или наркотическое опьянение либо психотропных или иных вызывающих опьянение веществ запрещается. Административная ответственность, предусмотренная ст. 12.8 и ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ, наступает в случае установленного факта употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха, или наличием абсолютного этилового спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови, либо в случае наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека.

В силу абз. 1 п. 2.7 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 (далее - Правила дорожного движения) водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

Как усматривается из материалов дела, 27 июля 2024 г. около 23 часов 50 минут вблизи д. № по ул. <адрес> г. <адрес> обл., ФИО1 в нарушение п. 2.7 Правил дорожного движения управлял автомобилем МАЗДА 3, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, находясь в состоянии опьянения.

Указанные обстоятельства подтверждены собранными по делу доказательствами: протоколом об административном правонарушении (л. д. 2); протоколом об отстранении от управления транспортным средством (л. д. 3); актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и приложенным к нему бумажным носителем с показаниями технического средства измерения, согласно которым у ФИО1 установлено состояние опьянения, поскольку концентрация абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе у него составила 0,280 мг/л, а также зафиксировано согласие ФИО1 с результатами освидетельствования (л. д. 4-6); протоколом о задержании транспортного средства (л. д. 7); рапортом инспектора ДПС ГИБДД ОМВД России по Шебекинскому городскому округу Белгородской области Д.А.Ю. (л. д. 9), показаниями инспектора Д.А.Ю. в судебном заседании, видеозаписью и иными материалами дела.

Представленные в материалы дела доказательства являются относимыми, допустимыми и достаточными в своей совокупности для вынесения постановления по делу.

Каких-либо противоречий в материалах дела или сомнений относительно виновности ФИО1 не имеется.

Доводы жалобы об отсутствии в деле доказательств управления ФИО1 транспортным средством противоречат собранным по делу доказательствам.

Так допрошенный мировым судьей в качестве свидетеля инспектор ДПС Д.А.Ю. пояснял, что находясь в наряде по обеспечению безопасности дорожного движения и двигаясь по <адрес>, он видел автомобиль МАЗДА 3 под управлением ФИО1, который, при появлении патрульного автомобиля, резко припарковался на стоянке. При беседе с ФИО1 от него исходил резкий запах алкоголя.

Оснований не доверять показаниям свидетеля, который перед началом допроса был предупрежден об административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ, не имеется.

Также в отношении ФИО1 был составлен протокол об отстранении от управления автомобилем МАЗДА 3, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, и о задержании указанного транспортного средства.

Таким образом, факт управления ФИО1 названным автомобилем совокупностью приведенных доказательств подтвержден и сомнений не вызывает.

То обстоятельство, что факт управления ФИО1 транспортным средством не зафиксирован на видеозаписи, не свидетельствует о недоказанности факта управления им транспортным средством, требование об обязательной фиксации на видео управления транспортным средством закон не устанавливает.

По делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.8 КоАП РФ, надлежит учитывать, что определение факта нахождения лица в состоянии опьянения при управлении транспортным средством осуществляется посредством его освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) медицинского освидетельствования на состояние опьянения, проводимых в установленном порядке (п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 г. № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 21 октября 2022 г. №1882 утверждены Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов (далее - Правила).

В соответствии с пунктом 2 указанных Правил достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке.

Как усматривается из материалов дела, основанием полагать, что водитель ФИО1 находится в состоянии опьянения, послужило наличие выявленных у него сотрудником ДПС признаков опьянения - запах алкоголя изо рта, резкое изменение окраски кожных покровов лица.

В связи с наличием названных признаков опьянения должностным лицом ГИБДД в порядке, предусмотренном Правилами, ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения.

При освидетельствовании на состояние алкогольного опьянения на месте содержание абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе у ФИО1 составило 0,280 мг/л. Таким образом, у ФИО1 установлено состояние опьянения.

Доводы защитника, касающиеся нарушения правил освидетельствования, не ставят под сомнение результаты данного освидетельствования и не указывают на отсутствие в действиях ФИО1 состава административного правонарушения.

Указание в жалобе на то, что видеозапись не соответствует требованиям, предъявляемым методическими рекомендациями по применению цифровой аппаратуры для видеозаписи процессуальных действий, проводимых без участия понятых, разработанными ГУ ОБДД МВД России, не свидетельствует о ее недопустимости, поскольку указанные требования носят рекомендательный характер.

По смыслу положений ч. 2 ст. 27.12 и ч. 2 ст. 25.7 КоАП РФ видеозапись освидетельствования на состояние алкогольного опьянения осуществляется для целей фиксации содержания применяемой меры обеспечения по делу об административном правонарушении и ее результатов, что в видеозаписи, представленной в материалы дела, сотрудниками ГИБДД выполнено в полном объеме.

Тот факт, что имеющаяся в деле видеозапись произведена инспектором ДПС на личный сотовый телефон, не свидетельствует о ее недопустимости, поскольку КоАП РФ не содержит требования об обязательной видеофиксации процессуальных действий специальными техническими средствами. Основания для признания видеозаписи недопустимым доказательством у мирового судьи отсутствовали.

Таким образом, доводы жалобы не опровергают наличие в действиях ФИО1 объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, и не ставят под сомнение законность и обоснованность состоявшегося по делу постановления. Никаких неустранимых сомнений, которые должны бы трактоваться в пользу ФИО1, материалы дела не содержат.

В соответствии с положениями ст. 24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства его совершения, предусмотренные ст. 26.1 названного Кодекса.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности вынесено мировым судьей с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Административное наказание назначено ФИО1 в пределах санкции ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Доводы ФИО1 о нахождении у него на иждивении трех несовершеннолетних детей, а также о том, что работа водителем-монтажником является единственным источником дохода, не могут повлечь изменение судебного акта и назначение более мягкого вида наказания, поскольку в силу ч. 2 ст. 4.2 КоАП РФ судья с учетом фактических обстоятельств дела вправе, а не обязан признать указанные обстоятельства смягчающим административное наказание. Наличие несовершеннолетних детей и работы, связанной с постоянным использованием автомобиля, само по себе не является основанием для признания данных фактов обстоятельствами, смягчающими административную ответственность, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного административного правонарушения, объектом которого является безопасность дорожного движения.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения состоявшегося по делу судебного постановления не усматривается.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, судья

Р Е Ш И Л:

постановление мирового судьи судебного участка № 1 Грайворонского района Белгородской области от 21 ноября 2024 г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, в отношении ФИО2 оставить без изменения, жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Судья подпись Н. А. Фенько