Апелляционное постановление № 22-1405/2025 от 26 марта 2025 г.

Судья Гладкова Л.А.

Дело № 22-1405/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 27 марта 2025 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего Череневой С.И.,

при секретаре судебного заседания Шарович Д.Н.,

с участием прокурора Семенова К.В.,

потерпевшего П.,

представителей потерпевших – Ш., С.,

подсудимого Б.,

защитника-адвоката Осинкина В.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя прокуратуры Пермского края Копысовой А.С. на постановление Дзержинского районного суда г. Перми от 4 февраля 2025 года, которым уголовное дело в отношении

Б., родившегося дата в ****,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 217 УК РФ,

возвращено прокурору Пермского края на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Изложив содержание судебного решения, доводы апелляционного представления и возражений на него, мнение прокурора Семенова К.В., поддержавшего доводы апелляционного представления, выступление подсудимого Б. и адвоката Осинкина В.А., возражавших против доводов, изложенных в апелляционном представлении, потерпевшего П. и представителей потерпевших Ш., С. по доводам апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

4 февраля 2025 года Дзержинским районным судом г. Перми вынесено постановление о возвращении уголовного дела в отношении Б. прокурору Пермского края по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель прокуратуры Пермского края Копысова А.С. выражает несогласие с постановлением суда, считая его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в связи с неправильным применением уголовно-процессуального закона. Ссылаясь на положения ч. 2.2 ст. 27, ч. 2 ст. 162 УПК РФ, полагает не основанным на законе вывод о направлении уголовного дела в суд по истечении двух месяцев производства предварительного расследования. В обоснование доводов указывает о том, что предварительное следствие по уголовному делу было окончено 25 апреля 2024 года, материалы дела с обвинительным заключением поступили в прокуратуру 26 апреля 2024 года, вышестоящим прокурором продлен срок для принятия решения по поступившему уголовному делу с обвинительным заключением до 30 суток, 16 мая 2024 года обвинительное заключение утверждено, материалы уголовного дела направлены в суд, куда поступили 24 мая 2024 года. При этом срок с 26 апреля 2024 года до поступления уголовного дела в суд в срок предварительного расследования не входит. Обращает внимание на то, что вопрос о возможности применения положений ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ неоднократно являлся предметом судебных рассмотрений, по результатам которых нарушений уголовно-процессуального законодательства при расследовании и направлении уголовного дела в отношении Б. установлено не было, решения о его прекращении по иным основаниям, предусмотренным уголовно-процессуальным законом, не принимались, неоднократно, начиная с 26 октября 2020 года, дело находилось на рассмотрении в суде, в связи с чем оснований для прекращения его по п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ не имеется, как и не имеется оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ. Считает, что судом проигнорированы положения ст. 90 УПК РФ. Кроме того, по мнению государственного обвинителя, в нарушение принципа инстанционности, суд не мог давать оценку законности либо незаконности постановления следователя от 1 марта 2024 года, при том, что оно являлось предметом судебной проверки, признано законным и обоснованным. Просит постановление отменить, уголовное дело в отношении Б. направить на новое судебное рассмотрение.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Осинкин В.А. не усматривает оснований для отмены оспариваемого решения, которое соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Отмечает, что несмотря на истечение срока давности для привлечения Б. к уголовной ответственности 27 июля 2021 года, предварительное следствие по делу продолжилось в связи с отказом обвиняемого от прекращения уголовного дела по нереабилитирующему основанию, при этом в данный период времени дело находилось в прокуратуре Пермского края, куда было возвращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ. Отражая движение по уголовному делу в период с 13 августа 2021 года по 27 марта 2024 года, считает, что предельный двухмесячный срок предварительного следствия с момента истечения срока давности привлечения Б. к уголовной ответственности истек 18 февраля 2022 года. Полагает, что на момент возобновления предварительного следствия 7 февраля 2024 года имелись все условия для прекращения уголовного дела по основанию, предусмотренному ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ.

В возражениях на апелляционное представление представитель потерпевшего ООО «***» Т. находит постановление законным, обоснованным и не подлежащим отмене, поскольку судом первой инстанции верно установлено, что в соответствии с ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ срок предварительного расследования исчисляется с момента истечения срока давности уголовного преследования, то есть с 27 мая 2021 года, соответственно предельный срок давности уголовного преследования истек 27 июля 2021 года. Отмечает, что обжалуемое постановление соответствует действующим нормам уголовно-процессуального законодательства и разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации. По мнению представителя потерпевшего, довод государственного обвинителя о преюдициальном значении судебных решений от 22 марта, 7 мая, 9 августа и 30 октября 2024 года основан на неверном толковании закона. Просит постановление оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционного представления и поступивших возражений, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции находит постановление суда законным, обоснованным и мотивированным.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2024 № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», не допускается составление следователем обвинительного заключения в случае наличия оснований для прекращения уголовного преследования в силу ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ.

Таким образом, при наличии оснований для прекращения уголовного преследования в силу ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ и неисполнения данной обязанности следователем, уголовное дело подлежит возвращению прокурору в порядке, предусмотренном п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Согласно ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ если производство по уголовному делу продолжено в обычном порядке в связи с наличием возражений подозреваемого или обвиняемого против прекращения уголовного преследования по основанию, указанному в п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, и уголовное дело не передано в суд или не прекращено по иному основанию, уголовное преследование подлежит прекращению по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, по истечении двух месяцев производства предварительного расследования с момента истечения сроков давности уголовного преследования в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой тяжести.

Как следует из материалов дела, 20 июня 2019 года в следственном отделе по Дзержинскому району СУ СК РФ по Пермскому краю возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 216 УК РФ, по факту падения 27 мая 2019 года башенного крана в результате нарушения правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшего причинение тяжкого вреда здоровью машинисту крана Л.

13 июля 2020 года Б. предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 216 УК РФ, 14 июля 2020 года произведен его допрос в качестве обвиняемого.

6 октября 2020 года уголовное дело с обвинительным заключением направлено прокурору для принятия решения в порядке ст. 221 УПК РФ.

16 октября 2020 года обвинительное заключение утверждено прокурором.

29 октября 2020 года уголовное дело поступило мировому судье судебного участка № 7 Дзержинского судебного района г. Перми, в этот же день направлено по подсудности в Дзержинский районный суд г. Перми.

26 апреля 2020 года на основании постановления Дзержинского районного суда г. Перми уголовное дело в отношении Б. возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

16 августа 2021 года уголовное дело поступило в первый отдел по расследованию ОВД СУ СК РФ по Пермскому краю.

25 октября 2021 года предварительное следствие по делу возобновлено, установлен срок следствия до 25 ноября 2021 года.

1 ноября 2021 года Б. предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 216 УК РФ. В ходе допроса в качестве обвиняемого Б. возражал против прекращения уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

25 ноября 2021 года уголовное дело направлено прокурору для принятия решения в порядке ст. 221 УПК РФ.

7 декабря 2021 года постановлением первого заместителя прокурора Пермского края уголовное дело возвращено для производства дополнительного следствия.

18 января 2022 года предварительное следствие по уголовному делу возобновлено.

19 июля и 1 августа 2022 года Б. предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 216 УК РФ.

25 августа 2022 года уголовное дело с обвинительным заключением направлено прокурору для принятия решения в порядке ст. 221 УПК РФ.

8 сентября 2022 года обвинительное заключение утверждено прокурором.

16 сентября 2022 года уголовное дело поступило в Дзержинский районный суд г. Перми.

14 сентября 2023 года в отношении Б. постановлен приговор, он признан виновным и осужден по ч. 1 ст. 216 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 60000 рублей, от которого освобожден на основании п. 3 ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

16 ноября 2023 года апелляционным постановлением Пермского краевого суда приговор Дзержинского районного суда г. Перми от 14 сентября 2023 года отменен, уголовное дело в отношении Б. возвращено прокурору на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

5 февраля 2024 года уголовное дело в отношении Б. поступило в первый отдел по расследованию ОВД СУ СК РФ по Пермскому краю.

7 февраля 2024 года предварительное следствие по делу возобновлено, установлен срок следствия в один месяц со дня поступления уголовного дела к следователю, то есть по 7 марта 2024 года. В тот же день уголовное дело принято к производству следователем по особо важным делам первого отдела по РОВД СУ СК РФ по Пермскому краю А.

26 февраля 2024 года Б. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 217 УК РФ, 27 февраля 2024 года произведен его допрос в качестве обвиняемого, в ходе которого обвиняемый возражал против прекращения уголовного преследования по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

27 февраля 2024 года адвокат Салахиев И.Н., действующий в интересах обвиняемого Б., обратился к следователю с ходатайством о прекращении уголовного преследования в отношении его подзащитного на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в связи с непричастностью обвиняемого к совершению преступления и истечением двухмесячного срока производства предварительного расследования с момента истечения сроков давности уголовного преследования, в удовлетворении которого отказано, о чем 1 марта 2024 года следователем вынесено соответствующее постановление.

В этот же день предварительное следствие по уголовному делу приостановлено по п. 4 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, в связи с временным заболеванием обвиняемого, препятствующим его участию в следственных и иных процессуальных действиях.

25 марта 2024 года руководителем первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета РФ по Пермскому краю предварительное следствие по уголовному делу возобновлено, срок следствия установлен на один месяц со дня поступления уголовного дела к следователю, то есть по 25 апреля 2024 года. В тот же день следователем уголовное дело принято к производству.

27 марта 2024 года Б. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 217 УК РФ.

26 апреля 2024 года уголовное дело поступило в прокуратуру Пермского края.

6 мая 2024 года прокурором Пермского края продлен срок рассмотрения уголовного дела до 20 суток, то есть до 16 мая 2024 года в соответствии с ч.1.1 ст. 221 УПК РФ.

Обвинительное заключение в отношении обвиняемого Б. по ч.1 ст. 217 УК РФ утверждено 16 мая 2024 года.

24 мая 2024 года материалы уголовного дела поступили в Дзержинский районный суд г. Перми.

5 июня 2024 года постановлением Дзержинского районного суда г. Перми уголовное дело в отношении Б. возвращено прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, которое отменено апелляционным постановлением Пермского краевого суда от 9 августа 2024 года.

4 февраля 2025 года вынесено оспариваемое постановление о возвращении уголовного дела прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Как верно указано судом, преступление, в совершении которого обвиняется Б., относится к категории небольшой тяжести.

Согласно положениям п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности за преступление небольшой тяжести в случае, если со дня его совершения истекли два года.

Срок давности по данному уголовному делу истек 27 мая 2021 года. Обвиняемый Б. возражал против прекращения уголовного преследования по основанию, предусмотренному п. 3 ч.1 ст. 24 УПК РФ, то есть по истечению сроков давности уголовного преследования. Аналогичная позиция была им изложена в ходе рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции.

В силу п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Из содержания ч. 2 ст. 24 УПК РФ следует, что прекращение уголовного преследования по основаниям, указанным в п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, не допускается, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает. В таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

Принимая решение, суд первой инстанции обоснованно руководствовался правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2022 года № 33-П, согласно которой продолжение уголовного преследования после истечения на досудебной стадии уголовного судопроизводства срока давности привлечения к уголовной ответственности, в случае, если подозреваемый или обвиняемый возражал в момент истечения этого срока против прекращения дела по данному нереабилитирующему основанию, допускается в определенный срок, по истечении которого, если уголовное дело не передано в суд, оно подлежит незамедлительному прекращению.

Указанная позиция Конституционного Суда РФ нашла свое отражение в ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, введенной в действие Федеральным законом от 13 июня 2023 года.

В соответствии с положениями ст. 4 УПК РФ при производстве по уголовному делу применяется уголовно-процессуальный закон, действующий во время производства соответствующего процессуального действия или принятия процессуального решения, если иное не установлено УПК РФ.

Согласно материалам уголовного дела, 25 апреля 2024 года уголовное дело с обвинительным заключением в порядке ч. 6 ст. 220 УПК РФ было направлено прокурору для принятия решения в порядке ст. 221 УПК РФ; 16 мая 2024 года, то есть на момент действия положений ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, обвинительное заключение утверждено первым заместителем прокурора Пермского края и 22 мая 2024 года дело передано в Дзержинский районный суд г. Перми, куда поступило 24 мая 2024 года.

При таких обстоятельствах, правильно установив, что уголовное дело в отношении Б. по истечении двух месяцев предварительного расследования с момента истечения сроков давности уголовного преследования не было передано в суд или прекращено по иному основанию, вопрос о передаче уголовного дела в суд был разрешен по истечении указанного срока, подлежащего календарному исчислению, суд принял обоснованное решение о возвращении дела прокурору в порядке, предусмотренном п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, поскольку имелись основания для применения положений ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ.

Вывод суда о том, что двухмесячный срок, в течение которого должно быть закончено предварительное следствие, исчисляется с момента истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности и не связан со сроком предварительного расследования, является правильным, отвечает целям обеспечения прав обвиняемого на разумный срок уголовного судопроизводства и защиту от ничем не ограниченного во времени уголовного преследования, нарушающего конституционный принцип правовой определенности.

Вопреки доводам апелляционного представления, ранее принятые решения, ссылки на которые содержатся в представлении, об отсутствии оснований для применения положений ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ и возвращения уголовного дела прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, преюдициальной силы для суда, повторно рассматривающего уголовное дело, в силу положений ст. 90 УПК РФ, не имеют.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, конституционное право каждого на судебную защиту подразумевает создание государством необходимых условий для эффективного и справедливого разбирательства дела. Поскольку конституционные принципы правосудия предполагают неукоснительное следование процедуре уголовного преследования, что гарантирует соблюдение процессуальных прав участников уголовного судопроизводства, суд, выявив допущенные органом предварительного следствия процессуальные нарушения, вправе принимать предусмотренные уголовно-процессуальным законом меры по их устранению с целью восстановления нарушенных прав и создания условий для всестороннего и объективного рассмотрения дела.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для разрешения гражданских исков потерпевших, поскольку итоговое решение по уголовному делу не принято, в связи с чем нарушения прав потерпевших не допущено.

Нарушений требований уголовного или уголовно-процессуального законов судом первой инстанции не допущено.

Постановление о возвращении уголовного дела в отношении Б. прокурору для устранения препятствий рассмотрения его судом соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, отмене или изменению по доводам апелляционного представления не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Дзержинского районного суда г. Перми от 4 февраля 2025 года, которым уголовное дело в отношении Б. возвращено прокурору Пермского края для устранения препятствий рассмотрения его судом, оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя прокуратуры Пермского края Копысовой А.С. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, с соблюдением требований ст. 4014 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении материалов дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий. подпись