Решение № 2-117/2018 2-117/2018 ~ М-87/2018 М-87/2018 от 24 июня 2018 г. по делу № 2-117/2018

Дело № 2-117/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 июня 2018 года г. Солигалич

Чухломский районный суд Костромской области в составе:

председательствующего - судьи Лебедева В.К.,

с участием помощника прокурора Солигаличского района Костромской области Лебедева П.Д.,

при секретаре Дудиной К.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о признании их утратившими право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета и выселении,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 и ФИО3, указав в исковом заявлении, что ей (ФИО1) на праве собственности на основании договора дарения от 06.07.2016 года принадлежит квартира, расположенная по адресу:<адрес>.В указанной квартире зарегистрированы по месту жительства: ответчики ФИО2 и ФИО3 В настоящее время в квартире проживает лишь ФИО2, место жительства ФИО3 ФИО1 неизвестно. С начала 2018 года ФИО1 неоднократно обращалась к ФИО2 по вопросу освобождения ею указанной квартирыв связи с необходимостью использования данной квартиры для проживания членов семьи ФИО1, однако ответа от ФИО2 не получила. При этом никаких действий по освобождению квартиры ФИО2 не предприняла до настоящего времени, фактически отказываясь освободить данную квартиру, тем самым ФИО2 Юнарушает права ФИО1, закрепленные в ст. 30 ЖК РФ,и лишает ее возможности распорядиться принадлежащим на праве собственности жилым помещением по своему усмотрению. ФИО1 является многодетной матерью, и в настоящее время все ее дети: три сына, два из которых являются несовершеннолетними, и дочь со внуком, проживают с ней в трёхкомнатной квартире по адресу: <адрес> Ее старший сын намерен в ближайшее время вступить в брак и проживать самостоятельно, но не имеет возможности приобрести (получить) себе жильё. Основываясь на положениях ст. 30 Жилищного кодекса РФ, ст. ст. 209, 304 Гражданского кодекса РФ, ФИО1 просила суд выселить ФИО2 из квартиры, расположенной по адресу: <адрес>., и снять ее, а также ФИО3, с регистрационного учета по месту жительства по указанному адресу.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования уточнила и просила суд признать ФИО3 утратившей право пользования квартирой №, расположенной в <адрес>, в связи с ее добровольным выездом в другое место жительства. Также просила признать ФИО2 утратившей право пользования вышеуказанное квартирой по дополнительному основанию - в связи с истечением установленного ей срока на пользование квартирой. В остальном ФИО1 исковые требования поддержала по изложенным в исковом заявлении основаниям и дополнительно пояснила, что ФИО2- ее родная сестра.. Изначально спорная квартира предоставлялась их матери-Л., которая проживала в ней до своей смерти, наступившей 05 июня 2017 года. ФИО2 и ее дочь - ФИО3 никогда в данной квартире не проживали, а были лишь зарегистрированы в ней по месту жительства. В мае 2016 года мать приватизировала указанную квартиру, а в июле 2016 года подарила ее ФИО1 в знак благодарности за то, что ФИО1 постоянно ухаживала за ней. ФИО1 известно, что в договоре дарения содержится указание на то, что в данной квартире с правом пользования и проживания зарегистрированы Л., ФИО2 и ФИО3 Ее это устраивало, так как З-вы в квартире фактически не проживали. После смерти матери, в июне 2017 года по просьбе ФИО2, которая в то время тяжело заболела, ФИО1 дала согласие ФИО2 на временное проживание в указанной квартире. Между ними была договоренность, что ФИО2 поживет в квартире до своего выздоровления. К августу 2017 года ФИО2 стала чувствовать себя хорошо, однако выехать из квартиры отказалась. Более того, ФИО2 без разрешения ФИО1 вселила в квартиру своего сожителя. Считает, что ФИО2 в настоящее время пользуется квартирой незаконно, так как срок, на который она в нее вселялась, закончился в августе 2017 года. ФИО3 около 7 лет назад уехала на постоянное место жительство в <адрес>. Смена ФИО3 своего места жительства была добровольной, препятствий для ее проживания в спорной квартире не чинилось, но она и не пыталась в нее вселиться.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признала и пояснила, что в 1990 году она переехала из <адрес> на постоянное место жительство в г. Солигалич. В Солигаличе у нее своего жилья не было, поэтому она с согласия своих родителей была зарегистрирована по их месту жительства и некоторое время проживала с ними в предоставленной им квартире по адресу: <адрес>. По данному адресу позднее были зарегистрированы ее дочери - О. и Н.. Дочь Н. впоследствии умерла. В связи с тем, что у ФИО2 была своя семья, она в тот период была вынуждена проживать в основном на съемных квартирах, так как проживание с родителями в двухкомнатной квартире было проблематичным. Когда приходилось освобождать съемное жилье, она с дочерьми проживала у матери, до того времени, пока не снимала другое жилье. Ее мать Л. ей в этом никогда не препятствовала. В мае 2016 года мать решила приватизировать указанную квартиру. ФИО2 знала о своем праве и праве дочерей на участие в приватизации, но по просьбе матери все они от своего участия в приватизации отказались. Мать их убедила, что ей так будет проще оформить документы на право собственности на квартиру. При оформлении заявлений в администрации района их заверили, что право пользование квартирой за ними сохранится, поэтому она с дочерьми согласилась подать указанные заявления. О состоявшемся договоре дарения квартиры, заключенном матерью в июле 2016 год, ФИО2 узнала не сразу. После смерти матери в июне 2017 года ФИО2 с согласия ФИО1 вселилась в указанную квартиру. ФИО2 действительно то время тяжело болела, однако ее вселение в квартиру не было обусловлено только заболеванием. Она считала и считает, что имеет право на проживание в данной квартире, так как такое право за ней сохранилось в связи с ее отказом от участия в приватизации квартиры, о чем она сейчас уже сожалеет. Иного жилья, как в собственности, так и по договору социального найма, она не имеет, состоит на учете в качестве нуждающейся в предоставлении жилого помещения по договору социального найма. В отношении своей дочери - О. пояснила, что дочь около 6-7 лет назад переехала на постоянное место жительство в <адрес> и возвращаться в <адрес> на постоянное место жительство не намерена.

Ответчик ФИО3, надлежаще извещенная о времени и месте рассмотрения дела, представила в суд письменное заявление, в котором исковые требования признала полностью и ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие (л.д.37).

Прокурор Лебедев П.В. в своем заключении по делу полагал, что исковые требования ФИО1 к ФИО3 о признании ее утратившей право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета подлежат удовлетворению в связи со добровольной сменой ФИО3 своего постоянного места жительства. Исковые требования ФИО1 к ФИО2 удовлетворению не подлежат по основаниям, предусмотренным ст. 19 Федерального закона от 29.12.2004 года N 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», в силу которых, действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд считает исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям:

В соответствии со ст. 288 ГК РФ и ст. 30 ЖК РФ, собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением и может его использовать как для личного проживания, так и для проживания членов его семьи.

Согласно п.1-2, 4 ст. 31 ЖК РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи (п.1)

Члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи. Члены семьи собственника жилого помещения обязаны использовать данное жилое помещение по назначению, обеспечивать его сохранность (п.2).

В случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда. При этом суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию (п.4)

Из положений ст. 292 ГК РФследует, что члены семьи собственника, проживающие в принадлежащем ему жилом помещении, имеют право пользования этим помещением на условиях, предусмотренных жилищным законодательством (п.1).

Переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом (п.2).

В силу статьи 2 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

Согласно ст. 19 Федерального закона от 29.12.2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Из разъяснений, изложенных в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», следует, что при рассмотрении иска собственника жилого помещения о признании бывшего члена его семьи утратившим право пользования этим жилым помещением необходимо иметь в виду, что в соответствии со статьей 19 Вводного закона действие положений части 4 статьи 31 ЖК РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором. Согласно частям 2 и 4 статьи 69 ЖК РФ (до 1 марта 2005 года - статья 53 Жилищного кодекса РСФСР, далее - ЖК РСФСР) равные права с нанимателем жилого помещения по договору социального найма в государственном и муниципальном жилищном фонде, в том числе право пользования этим помещением, имеют члены семьи нанимателя и бывшие члены семьи нанимателя, продолжающие проживать в занимаемом жилом помещении.

К названным в статье 19 Вводного закона бывшим членам семьи собственника жилого помещения не может быть применен пункт 2 статьи 292 ГК РФ, так как, давая согласие на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна (статья 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации"), они исходили из того, что право пользования данным жилым помещением для них будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу (например, купля-продажа, мена, дарение, рента, наследование).

Судом установлено, что истец ФИО1, на основании договора дарении от 06.07.2016 года и произведенной 18.07.2016 года государственной регистрации права, является собственником двухкомнатной квартиры общей площадью <данные изъяты>., расположенной по адресу: <адрес>. ( л.д.8,40).

Ранее указанная квартира находилась в собственности матери истца - Л. на основании договора приватизации от 13.05.2016 года и свидетельства о государственной регистрации права от 24.06.2016 г (л.д.19, 38).

В спорной квартире, как на момент ее приватизации, так и при заключении договора дарения были зарегистрированы по месту жительства в качестве членов семьи Л. ее дочь - ФИО2(дата регистрации - 02.10.1990 г.) и внучка - ФИО3 (дата регистрации - 18.07.2007 г.) (л.д.13,22,26). От участия в приватизации квартиры ФИО2 и ФИО3 отказались, что подтверждается их заявлениями от 04.05.2016 г. (л.д.27-28).

Договор дарения от 06.07.2016 г., заключенный между Л. и ФИО1, содержит указание на то, что в данной квартире с правом пользования и проживания зарегистрированы ФИО2 и ФИО3

В настоящее время в указанной квартире зарегистрирована и фактически проживает только ФИО2 Ответчик ФИО3, сохранившая регистрацию по месту жительства в указанной квартире, фактически проживает, как следует из ее заявления, по адресу: <адрес> (л.д.37).

Доводы истца о том, что ответчики никогда не проживали в спорной квартире, а имели лишь регистрацию по данному адресу, в связи с чем, их нельзя относить к числу лиц, в отношении которых сохраняется право на пользование квартирой после ее приватизации, суд считает несостоятельными, так как данные доводы надлежащими доказательствами не подтверждены, опровергаются ответчиком ФИО2 и вышеприведенными письменными доказательствами.

Кроме этого, регистрация и фактическое проживание ответчиков в данной квартире подтверждается справкой администрации Солигаличского муниципального района Костромской области от 24.06.2011 года (л.д.39).

Суд также считает установленным, что при решении вопроса о приватизации квартиры Л. признавала равное с собой право ФИО2 и ФИО3 на пользование данной квартирой, о чем свидетельствуют их заявления об отказе от своего участия в приватизации.

Иного жилого помещения ФИО2 не имеет, что подтверждается справкой администрации Солигаличского муниципального района Костромской области от 28.05.2018 г. о том, что ФИО2 с 2010 года состоит на учете в качестве нуждающейся в предоставлении жилого помещения по договору социального найма (л.д.30).

Суд согласен с доводами ФИО2 о вынужденном характере ее проживания на съемных квартирах, так как жилая площадь спорной квартиры в 23,4 кв. м. не допускала комфортного проживания в ней двум семьям.

При данных обстоятельствах, учитывая вышеприведенные правовые нормы, а также разъяснения Пленума Верховного Суда РФ от 02 июля 2009 года № 14, суд приходит к выводу о том, что на момент приватизации спорного жилого помещения ФИО2 и ФИО3 имели равное с Л. право пользования спорным жилым помещением и, отказываясь от приватизации, они рассчитывали на сохранение за ними постоянного права пользования данным жилым помещением, в связи с чем, оснований для удовлетворения требований истца о признании ФИО2 и ФИО3 утратившими право пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным ч. 4 ст. 31 ЖК РФ и п. 2 ст. 292 ГК РФ, не имеется.

В силу вышеизложенного, доводы истца о том, что ФИО2 была вселена в спорную квартиру с согласия истца и на срок с июня до августа 2017 года, в связи с чем она должна быть выселена из квартиры в связи с истечением установленного ей срока на пользование квартирой, правового значения для правильного разрешения дела не имеют.

Разрешая требования истца о признании ФИО3 утратившей право пользования квартирой и снятии ее с регистрационного учета, суд считает установленным, что ФИО3 добровольно выехала в другое место жительство, о чем свидетельствуют, как объяснения ФИО2 и ФИО1, так и признание ответчиком ФИО3 предъявленных к ней исковых требований Каких-либо доказательств, свидетельствующих о вынужденном характере ее выезда из спорной квартиры или об ее попытках вселиться в спорное жилое помещение, суду не представлено.

Статья 31 ЖК РФ регламентирует права и обязанности именно тех граждан, которые проживают совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении. Следовательно, в случае добровольного выезда такого лица в другое место жительства, право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника может быть прекращено независимо от того, что в момент приватизации спорного жилого помещения бывший член семьи собственника жилого помещения имел равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим.

При этом положения ч. 3 ст. 83 ЖК РФ, которые по аналогии может быть применена к отношениям между собственником жилого помещения и лицом, имеющим право пользования данным жилым помещением (по сути, являющимся нанимателем), содержат предписание, что в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Таким образом, сам по себе факт наличия у ответчика ФИО3 права пользования жилым помещением на момент его приватизации, при последующем ее добровольном отказе от этого права, не может служить безусловным основанием для вывода о сохранении за ней права пользования жилым помещением бессрочно.

Иное понимание противоречило бы смыслу жилищного законодательства, в силу которого граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими, поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 1 ЖК РФ, граждане свободны в установлении и реализации своих жилищных прав в силу договора и (или) иных предусмотренных жилищным законодательством оснований.

На основании изложенного, исковые требования о признании ФИО3 утратившей право пользования квартирой №, расположенной в <адрес>, в связи с ее добровольным выездом в другое место жительства подлежат удовлетворению.

Поскольку, исходя из положений ст. 7 Закона РФ от 25.06.1993 г. N 5242-1 «О праве граждан РФ на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах РФ» и п.31 «Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации и перечня должностных лиц, ответственных за регистрацию», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17.07.1995 N 713, одним из оснований для снятия гражданина с регистрационного учета является решение суда о признании такого гражданина утратившим право пользования жилым помещением, требование о снятии ФИО3 с регистрационного учета также подлежит удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требованияФИО1 удовлетворить частично.

Признать ФИО3 утратившей право пользования квартирой № в <адрес> и снять ее с регистрационного учета по месту жительства по указанному адресу.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании ее утратившей право пользования квартирой № в <адрес>, снятии с регистрационного учета по месту жительства по указанному адресу и выселении - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Костромской областной суд через Чухломский районный суд в гор. Солигаличе в течение 1 (одного) месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Лебедев В.К.

Решение в окончательной форме

принято 28 июня 2018 года