Апелляционное определение № 33-2751/2026 от 16 марта 2026 г.

Судья: Галичникова К.Е. Дело № 33-2751/2026 (№ 2-1675/2025)

Докладчик: Бабушкина Е.А. УИД: 42RS0042-01-2025-002344-23


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 марта 2026 г. г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного в составе председательствующего судьи Першиной И.В.,

судей Вязниковой Л.В., Бабушкиной Е.А.,

при секретаре Клюевой В.А.

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Бабушкиной Е.А. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области-Кузбассу ФИО1

на решение Новоильинского районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 17 декабря 2025 г.,

по гражданскому делу по иску Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области-Кузбассу к ФИО2 о взыскании незаконно полученных сумм пенсии,

УСТАНОВИЛА:

Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области-Кузбассу (далее - ОСФР по Кемеровской области-Кузбассу) обратилось в суд с иском к ФИО2, в котором просило взыскать с ответчика незаконно полученные суммы пенсии в размере 59 980,95 руб.

Иск обоснован тем, что ФИО2 выплачивалась социальная пенсия по случаю потери кормильца на основании справки из <данные изъяты> как обучающемуся в данном учебном заведении по очной форме обучения с 01.09.2024 по 30.06.2027. Пенсия выплачивалась в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации».

При обращении за назначением пенсии ответчик был ознакомлен с необходимостью извещения территориального органа выплачивающего пенсию о наступлении всех обстоятельств, влекущих за собой прекращение выплаты пенсии, в том числе отчислении из учебного заведения, о чем свидетельствует его подпись в заявлении и уведомлении от 12.09.2024.

Сотрудниками территориального органа СФР получены сведения из учебного заведения о том, что ответчик отчислен из учебного заведения приказом от 30.10.2024 №-о.

На основании полученной информации принято решение о прекращении социальных выплат с 01.11.2024, то есть с первого числа месяца, следующего за месяцем, в котором наступила утрата права на пенсию, то есть отчисление из учебного заведения.

В результате нарушения ответчиком обязательств, предусмотренных п. 5 ст. 26 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», образовалась переплата пенсии за период с 01.01.2024 по 31.01.2025 в размере 59 980,95 рублей.

В исковом заявлении отмечается, что ФИО2, как участник гражданского оборота, должен был сообщить о своем отчислении не позднее следующего дня, однако он действовал недобросовестно, не сообщив о своем отчислении, зная, что после отчисления пенсия ему не положена, пользовался данными денежными средствами длительное время. Ответчик не предпринял никаких мер по выяснению причин поступления денежных средств после отчисления и не мог не знать, что выплаты положены только учащимся по очной форме обучения, так как предоставлял все документы.

Кроме того, указывается в иске, о недобросовестности ответчика указывает тот факт, что в 2024 г. МССУ № 4 Орджоникидзевского района г. Новокузнецка 10.09.2024 выносилось решение о взыскании переплаты, однако должных выводов для себя он не сделал.

Решением Новоильинского районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 17 декабря 2025 г. постановлено:

«Исковые требования представитель ОСФР по Кемеровской области – Кузбассу к ФИО2 о взыскании незаконно полученных сумм пенсии оставить без удовлетворения.».

В апелляционной жалобе представитель ОСФР по Кемеровской области – Кузбассу ФИО5 просит решение отменить, принять по делу новое решение – об удовлетворении исковых требований в полном объеме, либо направить дело на новое рассмотрение.

Указывает, что судом первой инстанции не принято во внимание, что ответчик, получающий пенсию по случаю потери кормильца, был отчислен из учебного заведения приказом №-<данные изъяты> от 30.10.2024, следовательно, с момента отчисления утратил право на социальное обеспечение со стороны государства.

Поскольку ответчик обязан был сообщить об отчислении не позднее дня, следующего за днем отчисления, апеллянт полагает, что вопреки выводам суда, указанное обстоятельство свидетельствует о недобросовестном и неразумном поведении ответчика.

Отмечается, что ФИО3 как участник гражданского оборота, действуя разумно и добросовестно, должен был поступить ожидаемо, то есть сообщить о своем отчислении из учебного заведения, либо предпринять меры по выяснению обстоятельств при прекращении обучения, но он в свою очередь нарушил нормы права и не сообщил об отчислении. Ответчик лично подавал заявление о назначении пенсии, предоставлял справку из учебного заведения, знал, что без факта обучения пенсия ему не положена. В данном заявлении имеется разъяснение прав и обязанностей, под которыми он поставил подпись, подтверждая данные разъяснения, но будучи отчисленным, не сообщил об этом, продолжал получать денежные средства, тема самым поведение ответчика нельзя назвать добросовестным и разумным.

Полагает, что из норм действующего законодательства следует, что в случае неисполнения получателем пенсии обязанности по сообщению в пенсионный орган о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращение ее выплаты, если это повлекло за собой перерасход средств на выплату пенсии, пенсионер должен возместить орган, осуществляющему пенсионное обеспечение, неосновательно полученную таким пенсионером сумму пенсии.

Кроме того, указывает, что суд не учел довод истца о том, что на недобросовестность ответчика указывает и тот факт, что в 2024 году в отношении ФИО3 выносилось решение о взыскании переплаты, однако он должных выводов для себя не сделал.

На апелляционную жалобу возражения не принесены.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции 17.03.2026 не явились, о слушании извещены. Поскольку об уважительности причин неявки до начала судебного заседания не сообщили, в материалах дела имеются доказательства их надлежащего извещения о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов жалобы в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г.р., на основании заявления от 12.09.2024 и справки образовательного учреждения об обучении в <данные изъяты> на очной форме обучения с 01.09.2024 (срок окончания обучения 30.06.2027) назначена социальная пенсия по случаю потри кормильца в соответствии с ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», с 01.09.2024 по 27.08.2027 (л.д.8,9-10,11,13).

Сотрудниками территориального органа СФР получены сведения из учебного заведения о том, что ответчик отчислен из учебного заведения приказом от 30.10.2024 №-о (л.д.17).

17.03.2025 на основании полученной информации принято распоряжение о прекращении выплаты социальной пенсии по случаю потери кормильца с 01.11.2024 (л.д.15).

Согласно протоколу выявления излишне выплаченных гражданину сумм пенсии и социальных выплат №506 от 01.04.2025 в отношении ФИО3 выявлен факт излишней выплаты за период с 01.11.2024 по 31.01.2025 в сумме 59 980,95 руб. (л.д.17).

Согласно ответу ОСФР от 16.12.2025 №167-04/64243 заявление о назначении пенсии ФИО3 подано 12.09.2024 через Единый портал государственных услуг (ЕПГУ) (л.д. 41)

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями 1 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении», Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», статьями 1102, 1109 Гражданского кодекса РФ, правовой позицией в Постановлении Конституционного Суда РФ от 26.02.2018 № 10-П, не установил оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку в действиях ответчика отсутствуют признаки недобросовестности при получении пенсии и доплаты, а истцом в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ допустимых и достоверных доказательств этому не представлено.

Суд первой инстанции исходил из того, что из письменного обязательства ответчика, содержащегося в заявлении о назначении пенсии по случаю потери кормильца от 12.09.2024 не следует, что ФИО3 было разъяснено о том, что отчисление из учебного заведения является обстоятельством, влекущим прекращение выплаты пенсии по потере кормильца, о котором он обязан своевременно сообщить в пенсионный орган. Доказательств, подтверждающих совершение каких-либо неправомерных действий, направленных на введение пенсионного органа в заблуждение с целью получения излишне выплаченных денежных средств со стороны ответчика, истцом не представлено.

Кроме того, указывается в решении судом первой инстанции, при подаче заявления с использованием информационно-телекоммуникационной сети общего пользования – Интернет, ставится обязательная отметка о предупреждении выполнения требований, указанных в пунктах заявления, без которой отправить заявление не представляется возможным, что не свидетельствует о разъяснении ответчику обстоятельств, влекущих прекращение денежной выплаты.

Также суд первой инстанции исходил из того, что само по себе неисполнение ответчиком обязанности по извещению пенсионного органа о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты пенсии по случаю потери кормильца в отсутствие иных доказательств, не свидетельствует о недобросовестности ответчика в получении меры социальной поддержки, являющейся для него средством к существованию, сведения о его отчислении пенсионный орган имел возможность своевременно получить в порядке межведомственного взаимодействия с <данные изъяты>

Вопреки доводам апеллянта, судом первой инстанции дана оценка доводу истца о том, что в отношении ФИО3 10.09.2024 было вынесено заочное решение мировым судьей судебного участка № 4 Орджоникидзевского района г. Новокузнецка Кемеровской области – судом указано, что это решение не может иметь преюдициального значения для рассматриваемого спора и не свидетельствует о недобросовестных действиях ответчика, направленных на незаконное получение пенсионных выплат.

Судебная коллегия оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции не усматривает, поскольку эти выводы соответствуют материалам дела, нормам права, подлежащим применению к спорным отношениям, и доводами апелляционной жалобы не опровергаются.

Основания и порядок выплаты пенсии предусмотрены Федеральным законом от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» (далее также – Федеральный закон от 15.12.2001 № 166-ФЗ).

В соответствии с подпунктом 8 пункта 1 статьи 4 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ нетрудоспособные граждане имеют право на пенсию по государственному пенсионному обеспечению.

Пенсия по случаю потери кормильца является одним из видов пенсий по государственному пенсионному обеспечению (подпункт 4 пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ).

Согласно подпункту 3 пункта 1, пункта 3 статьи 11 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ право на социальную пенсию по случаю потери кормильца имеют дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, дети умершей одинокой матери.

В части 1 статьи 25 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» приведены основания прекращения выплаты страховой пенсии.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 25 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных пунктом 2 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.

В соответствии с частью 5 статьи 26 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» пенсионер обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение (продление) их выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств.

Из частей 1 и 2 статьи 28 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» следует, что физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, в случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 данного федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии, виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчете размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации (часть 4 статьи 28 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»).

Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены главой 60 Гражданского кодекса РФ.

На основании пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (подпункт 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу положений подпункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса РФ не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Закон устанавливает исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.

При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26.02.2018 № 10-П «По делу о проверке конституционности статьи 7 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», пунктов 1 и 2 статьи 25 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», статей 1102 и 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки Г.», содержащееся в главе 60 Гражданского кодекса РФ правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям (абзац седьмой пункта 3 постановления).

Таким образом, нормы Гражданского кодекса РФ о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться, в частности, в рамках правоотношений, связанных с реализацией прав граждан на пенсионное и социальное обеспечение.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в постановлении от 26.02.2018 № 10-П, применительно к спорным правоотношениям следует, что судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания денежных сумм в связи с перерасходом средств бюджета, выплаченных на социальное обеспечение, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была назначена соответствующая социальная выплата. Иной подход приводил бы к нарушению вытекающих из статей 1 (часть 1), 2, 7, 18, 19 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципов справедливости, правовой определенности и поддержания доверия граждан к действиям государства, препятствуя достижению баланса частных и публичных интересов, и в конечном итоге - к несоразмерному ограничению конституционного права на социальное обеспечение (статья 39, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации).

Исходя из подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права и изложенной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, с гражданина, которому назначена мера социальной поддержки в виде пенсии по случаю потери кормильца, не может быть произведено взыскание излишне выплаченных ему денежных средств без установления факта недобросовестности в действиях такого гражданина. При этом бремя доказывания недобросовестности со стороны гражданина при получении им денежных сумм лежит на органе пенсионного обеспечения, принявшем решение об их возврате (удержании).

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к непринятию ответчиком мер для извещения пенсионного органа о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты пенсии по случаю потери кормильца, и, соответственно, наличии оснований для возложения на него обязанности возместить причиненный ущерб, не могут повлечь отмену обжалуемого судебного постановления, поскольку при разрешении спора судом обоснованно указано, что излишне выплаченные суммы, которые фактически были получены ответчиком, в силу положений пункта 1 статьи 1102 и пункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса РФ должны быть возвращены получателем в случае установления факта недобросовестности с его стороны, однако, в данном случае недобросовестности в действиях последнего в ходе рассмотрения дела судом не установлено.

Ссылка в апелляционной жалобе на то, что ответчик не известил пенсионный орган о прекращении обучения, при том, что при обращении с заявлением о назначении социальной пенсии по случаю потери кормильца он был предупрежден о необходимости извещать территориальный орган о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращение, не свидетельствует о незаконности постановленного судебного акта и не может повлечь его отмену, указанные доводы являлись предметом проверки суда первой инстанции, правомерно отклонившего их ввиду необоснованности, поскольку, как верно указано в оспариваемом решении, в заявлении-бланке, подписанном ответчиком, отсутствует прямое указание на то, о каких именно обстоятельствах, которые влияют на прекращение выплаты пенсии, и в какой срок ему следует информировать пенсионный орган, не указана ответственность за не информирование органов пенсионного обеспечения об изменении этих условий.

Добросовестность получателя пенсии предполагается, а доказательств того, что ответчик обладает юридическими познаниями в области пенсионного обеспечения, при назначении пенсии ему было в доступной форме разъяснено о необходимости безотлагательного сообщения в пенсионный орган об отчислении из образовательного учреждения, стороной истца в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представлено.

Вынесение мировым судьей судебного №4 Орджоникидзевского судебного района г. Новокузнецка Кемеровской области 10.09.2024 решения о взыскании выплат с ФИО3 (л.д.31) не может быть принято в качестве доказательства такого разъяснения, поскольку решение было вынесено в заочном порядке, то есть в отсутствие ответчика, доказательств тому, что копия резолютивной части решения мирового судьи была вручена ФИО3, что он был уведомлен о судебном разбирательстве у мирового судьи, получил копию искового заявления, направленного пенсионным органом мировому судье, в материалы дела не представлено.

Кроме того, на пенсионный орган возложена функция контроля за правильным и рациональным расходованием его средств. При приеме заявления об установлении пенсии пенсионный орган дает оценку содержащимся в документах сведениям, а также правильности их оформления; проверяет в необходимых случаях обоснованность выдачи документов и достоверность содержащихся в них сведений, в том числе по имеющимся в распоряжении базам данных.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд надлежащим образом установил и оценил фактические обстоятельства дела, указал верные нормы права, подлежащие применению, в результате чего сделал обоснованный вывод об отказе в удовлетворении иска.

Фактически доводы апелляционной жалобы повторяют позицию истца, были предметом исследования, им дана надлежащая правовая оценка, эти доводы не содержат фактов, которые не были проверены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения оспариваемого решения, влияли на его обоснованность и законность, либо опровергали выводы суда, не свидетельствуют о том, что при рассмотрении дела были допущены нарушения, влекущие отмену оспариваемого решения в апелляционном порядке.

Поскольку судом первой инстанции материальный закон применен и истолкован правильно, нарушений процессуального права не допущено, судебная коллегия по не находит предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены решения суда первой инстанции.

Руководствуясь частью 1 статьи 327.1, статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Новоильинского районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 17 декабря 2025 г. в обжалованной части оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Председательствующий: И.В. Першина

Судьи: Л.В. Вязникова

Е.А. Бабушкина

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23.03.2026.