Апелляционное постановление № 22-1147/2025 от 13 августа 2025 г.

Председательствующий Денисова С.Д. Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> 14 августа 2025 года

Воронежский областной суд в составе:

председательствующего судьи ФИО15,

при секретарях ФИО4, ФИО5,

с участием:

прокурора ФИО6,

осужденного ФИО1,

защитника-адвоката ФИО16

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении осужденного ФИО1 по апелляционному представлению заместителя прокурора <адрес> ФИО9, апелляционным жалобам адвоката ФИО16 на приговор Бутурлиновского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

Изучив материалы уголовного дела, оспариваемый приговор, апелляционное представление и апелляционные жалобы, выслушав: прокурора ФИО6, поддержавшую доводы представления и возражавшую против удовлетворения жалоб; осужденного ФИО1 и защитника ФИО7, не возражавших против удовлетворения представления и поддержавших доводы жалоб, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

приговором Бутурлиновского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, не судимый,

осужден по ч. 2 ст. 293 УК РФ к 2 годам лишения свободы, с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в государственном учреждении, оказывающем социальные услуги, сроком на 2 года.

На основании ст. 73 УК РФ основное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года, в течение которого осужденный обязан не менять место жительства без уведомления уголовно-исполнительной инспекции, 1 раз в месяц являться в указанный орган на регистрацию.

Дополнительное наказание надлежит исполнять самостоятельно.

Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

В приговоре решен вопрос о вещественных доказательствах.

ФИО1 осужден за то, что являясь должностным лицом – директором БУ ВО «Бутурлиновский детский дом-интернат для умственно отсталых детей», в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не исполнил и ненадлежащим образом исполнил свои обязанности, в результате чего в период с 21 часа ДД.ММ.ГГГГ до 7 часов ДД.ММ.ГГГГ несовершеннолетний воспитанник интерната ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, страдающий умеренной умственной отсталостью, находясь в своей спальной комнате, расположенной на 2-м этаже учреждения по адресу: <адрес>, в отсутствие сотрудников интерната, выпал из окна спальной комнаты с высоты 4,6 метра, получив при этом телесные повреждения, от которых скончался на месте происшествия.

Обстоятельства совершения преступления подробно изложены в приговоре.

В апелляционном представлении заместитель прокурора <адрес> ФИО9 просит приговор изменить, исключить назначение дополнительного наказания, поскольку суд не учел положения п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», согласно которых лишение права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности только на государственной службе или в органах местного самоуправления. Исходя из обстоятельств уголовного дела, при наличии оснований необходимо было назначить ФИО1 дополнительное наказание в виде запрета заниматься определенной деятельностью. Вопреки п. 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № в описательно-мотивировочной части приговора судом не приведены мотивы назначения дополнительного наказания.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат ФИО16 просит приговор отменить ввиду многочисленных нарушений уголовно-процессуального законодательства, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор. Стороной защиты были представлены многочисленные доказательства невиновности подсудимого, которые суд не принял во внимание и не дал им никакой оценки в приговоре. Защитник считает, что суд занял позицию обвинения, безосновательно критически оценил показания свидетелей защиты, не смотря на то, что их показания согласуются между собой, дополняют друг друга, подтверждаются другими доказательствами, не признаны судом недопустимыми, свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу ложных показаний. Суд необоснованно удалил сведения из показаний свидетелей о продолжительности рабочего дня, поскольку ФИО1 не имел полномочий обязать воспитателей работать сверхурочно в ночное время для обеспечения безопасности воспитанников интерната. В приговоре суда содержатся в усеченном виде показания свидетеля Свидетель №5 данные в суде, но не указаны показания данного свидетеля, оглашенные в порядке ст. 281 УПК РФ. В ходе судебного следствия стороной защиты неоднократно указывалось на неконкретность и противоречивость предъявленного обвинения, из которого не понятно на кого именно директор должен был возложить обязанности по обеспечению безопасности воспитанников в ночное время – санитарок, младших медсестер, воспитателей, но суд, изменив обвинение в этой части, в приговоре указал на «персонал» учреждения в целом, расширив перечень сотрудников до неопределенного круга должностей. Суд не указал, какую именно норму права нарушил ФИО1 как директор интерната. Также отмечает, что проведение судебного разбирательства дела в закрытом судебном заседании при отсутствии оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 241 УПК РФ, является нарушением принципа гласности судопроизводства и влечет нарушения уголовно-процессуального закона.

Постановление <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ не приведено в соответствие с постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №. Данное обстоятельство подтверждается показаниями свидетелей. ФИО1 не имел полномочий самостоятельно увеличить численность штатных сотрудников интерната.

На ДД.ММ.ГГГГ, когда с воспитанником ФИО8 произошел несчастный случай, штатное расписание дома-интерната не соответствовало требованиям п. 35 Постановления Правительства РФ №. Министерство социальной защиты области, являющееся учредителем дома-интерната, не инициировало внесение соответствующих изменений в региональную нормативно-правовую базу, не оптимизировало штатное расписание учреждения.

В рамках проведенной прокуратурой области проверки исполнения законодательства о несовершеннолетних и деятельности БУ ВО «Бутурлиновский детский дом-интернат для умственно отсталых детей» установлены нарушения, в том числе связанные с оптимизацией штатного расписания учреждения, выявлена недостаточность штатной численности сотрудников. ДД.ММ.ГГГГ прокуратурой области в адрес правительства <адрес> вынесено представление об устранении нарушений законодательства, виновные лица были привлечены к дисциплинарной ответственности. Суд не дал оценки данному обстоятельству.

Защитник также просит дать оценку доказательствам, как представленным стороной защиты, так и показаниям свидетелей защиты.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Оснований для признания осуждения ФИО1 незаконным и отмены приговора районного суда не усматривается.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, в том числе, виновность осужденных в содеянном, форма вины, мотив, способы и даты совершения преступлений, судом установлены с приведением в приговоре оснований принятого решения.

Районный суд обосновал вывод о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства и признанных достоверными доказательств, в том числе показаний представителя потерпевшего Потерпевший №2, самого осужденного ФИО1, свидетелей Свидетель №4, Свидетель №3, Свидетель №2 об организации работы с воспитанниками в Бутурлиновском детском доме-интернате для умственно отсталых детей, показаний подозреваемого ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым он недостаточно проконтролировал процесс запирания окон, а также протоколов следственных действий, заключений судебных экспертиз и других материалов, в том числе организационно-распорядительных документов, содержание которых подробно изложено в приговоре.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, все представленные сторонами доказательства, в том числе стороной защиты, были проверены районным судом в соответствии с требованиями ст. 87 УПК РФ и оценены в соответствии с положениями ст. 88 УПК РФ каждое - с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

В ходе судебного разбирательства установлено, что согласно Уставу бюджетного учреждения <адрес> «Бутурлиновский детский дом-интернат для умственно отсталых детей», основными целями создания Учреждения является обеспечение стационарного социального обслуживания детей-инвалидов. При этом Учреждение обязано возмещать ущерб, причиненный нарушением требований по защите здоровья потребителей его продукции, то есть проживающих в нем детей-инвалидов. Учреждение разрабатывает и внедряет мероприятия по повышению качества обслуживания, содержания и ухода, осуществляет функции опекуна и попечителя, то есть в силу п. 6 ст. 148.1 Семейного кодекса РФ обязано воспитывать ребенка, находящегося под опекой или попечительством, заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии ребенка.

Учреждение возглавляет директор, осуществляющий оперативное руководство его деятельностью, с которым заключается трудовой договор. В соответствии с п. 2.3, ДД.ММ.ГГГГ трудового договора, заключенного ДД.ММ.ГГГГ департаментом труда и социального развития <адрес> с руководителем учреждения ФИО1, последний контролирует работу Учреждения и обеспечивает эффективное взаимодействие ее структурных подразделений, выполняет иные обязанности, установленные федеральными законами, законами <адрес>, Уставом Учреждения.

В соответствии с положениями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №442-ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации», получатели социальных услуг имеют право на уважительное и гуманное отношение, обеспечение условий пребывания в организациях социального обслуживания, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, а также на надлежащий уход, а поставщики социальных услуг обязаны осуществлять свою деятельность в соответствии с настоящим Федеральным законом, законами и иными правовыми актами субъекта Российской Федерации и при оказании социальных услуг не вправе ограничивать права, свободы и законные интересы получателей социальных услуг.

Судом первой инстанции бесспорно установлено, что ненадлежащее исполнение ФИО1 своих должностных обязанностей вследствие небрежного отношения к службе, на что указано в характеристике последнего (т.6 л.д. 204-205), не обеспечившего надлежащий уход, безопасные условия проживания и предоставления социальных услуг воспитанникам, обусловило в результате выпадения из окна причинение смерти воспитаннику ФИО8 по причине ненадлежащим образом организованной директором ФИО1 работы персонала дома-интерната.

Ненадлежащее исполнение ФИО1 своих должностных обязанностей находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими тяжкими последствиями в виде существенного нарушения прав ФИО10 на жизнь, охрану здоровья, на особую заботу, полноценную и достойную жизнь, на надлежащий уход, а также в виде причинения ему смерти. Осужденным не выполнены требования действующего законодательства и не обеспечен контроль за их исполнением со стороны подчиненных сотрудников, направленные на обеспечение надлежащих условий пребывания воспитанников, обеспечение безопасности их здоровья при оказании социальных услуг.

Именно данные обстоятельства, а не несоответствие положений постановления правительства <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ требованиям Постановления Правительства РФ № от ДД.ММ.ГГГГ, как это полагает сторона защиты, является причиной смерти ФИО10 По мнению апелляционной инстанции, одно лишь увеличение штатной численности сотрудников дома-интерната само по себе не гарантирует надлежащего предоставления воспитанникам социальных услуг, организации ухода за ними, обеспечение охраны их жизни и здоровья.

В приговоре судом дана надлежащая оценка показаниям осужденного ФИО1, отрицавшего свою виновность в совершении преступления, а также показаниям свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13 и другим доказательствам стороны защиты.

При этом суд верно отметил, что такая позиция ФИО1 обусловлена его стремлением избежать установленной законом ответственности за содеянное и опровергается совокупностью исследованных доказательств.

Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, по мнению апелляционной инстанции, не свидетельствует о нарушении районным судом требований уголовного и уголовно-процессуального закона и не является основанием к оправданию ФИО1 по предъявленному ему обвинению.

Иная позиция осужденного и его защитника на этот счет основана не на чем ином, как на собственной интерпретации исследованных доказательств в отрыве от установленных ст. ст. 87, 88 УПК РФ правил их оценки, которыми в данном случае руководствовался суд.

Доводы стороны защиты о неконкретности предъявленного ФИО1 обвинения и увеличения судом его объема, не могут быть приняты во внимание ввиду неверного толкования автором апелляционной инстанции положений ст. 252 УП РФ.

Неубедительной является и ссылка защитника на справку прокуратуры <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которая якобы свидетельствует о невиновности ФИО1, поскольку в ней лишь отмечается то обстоятельство, что штатное расписание учреждения не оптимизировано в части увеличения воспитательского состава и других специалистов, деятельность которых будет способствовать развитию и социализации детей.

Что касается закрытого судебного разбирательства настоящего дела, то согласно п. 1 ч. 2 ст. 241 УПК РФ, оно допускается на основании определения или постановления суда в случаях, когда разбирательство уголовного дела в суде может привести к разглашению государственной или иной охраняемой федеральным законом тайны.

Поскольку при рассмотрении настоящего дела рассматривались вопросы, в том числе касающиеся врачебной тайны в отношении детей, страдающих отсталостью, то районный суд обоснованно принял решение о закрытом судебном разбирательстве, надлежащим образом его мотивировав.

Судебное разбирательство по делу проведено объективно и всесторонне с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства о состязательности и равноправии сторон и выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по делу, в том числе места, времени, способа совершения преступления, формы вины, мотива и цели преступления. Сторонам суд создал все необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, в том числе права на защиту, которыми они реально воспользовались.

При таком положении апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат, в том числе по приведенным в них доводам.

Преступные действия ФИО1 по ч. 2 ст. 293 УК РФ, как халатность, то есть неисполнение и ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие небрежного отношения к обязанностям по должности, если это повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, повлекшее по неосторожности смерть человека, судом квалифицированы верно.

Основное наказание в виде лишения свободы назначено ФИО1 на основании положений ст. 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о его личности, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление виновного, а также на условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд признал состояние здоровья осужденного и его супруги, имеющих ряд хронических заболеваний, статус военного пенсионера и участника боевых действий, наличие наград, оказание им материальное помощи малолетнему внуку – инвалиду детства, его положительные характеристики.

При таком положении назначенное ФИО1 наказание в виде 2 лет лишения свободы с применением положений ст. 73 УК РФ, то есть условно, суд апелляционной инстанции признает справедливым соразмерным содеянному, оно в полной мере соответствует целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Вместе с тем, районный суд назначил ФИО1 также дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в государственном учреждении, оказывающем социальные услуги, сроком на 2 года.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», лишение права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности только на государственной службе или в органах местного самоуправления. Таким образом, исходя из обстоятельств уголовного дела, ФИО1 возможно было назначить дополнительное наказание в виде запрета заниматься определенной деятельностью. Однако, вопреки положениям п. 59 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ в описательно-мотивировочной части приговора суд первой инстанции вообще не мотивировал назначение дополнительного наказания, в связи с чем, доводы апелляционного представления прокурора заслуживают внимания, а указание на назначение дополнительного наказания подлежат исключения из описательно-мотивировочной и резолютивной части приговора.

Руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

приговор Бутурлиновского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной части приговора указание о назначении ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в государственном учреждении, оказывающем социальные услуги, сроком на 2 года, удовлетворив апелляционное представление прокурора.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном ст. 401,3, 401.7 - 401.8 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы (представления) в суд, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

По истечении указанного срока апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном ст. 401.3, 401.10 - 401.12 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы (представления) непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

ФИО14 ФИО15