Решение № 2-158/2020 2-158/2020~М-1114/2020 М-1114/2020 от 28 октября 2020 г. по делу № 2-158/2020

Дело №

УИД №


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Дивное <дата> года

Апанасенковский районный суд Ставропольского края, в составе:

председательствующего судьи И.С. Куцаенко,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Дейникиной А.А.,

с участием:

представителя истца ФИО7, по доверенности,

ответчика ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителя ответчиков ФИО8, по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по исковому заявлению ООО СП «Гвардеец» к ФИО1, ФИО2 о понуждении к заключению договора аренды, признании соглашения о расторжении договора ничтожным, обязании восстановления регистрационной записи обременения в виде аренды земельного участка с кадастровым номером №,

У С Т А Н О В И Л:

ООО «СП Гвардеец» обратилось в суд с исковым заявлением, в последующем уточненном, к ФИО1 и ФИО2 о понуждении к заключению договора аренды, признании соглашения о расторжении договора ничтожным, обязании восстановления регистрационной записи обременения в виде аренды земельного участка с кадастровым номером №, мотивируя свои требования следующим.

Ответчики являются собственниками земельного участка из состава земель сельскохозяйственного назначения, кадастровый номер №, который образован в 2017 году в счет земельных долей из участка с кадастровым номером №, который в момент образования и в настоящее время находится в аренде у ООО «СП Гвардеец», на основании договора аренды земельного участка из земель сельскохозяйственного назначения, находящегося в долевой собственности от <дата>.

Земельный участок из состава земель сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером №, образован с письменного согласия ООО «СП Гвардеец» от <дата>.

ООО «СП Гвардеец», в целях реализации права на заключение договора аренды на образованный земельный участок с кадастровым номером №, направило <дата> три экземпляра договора аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения при множественности лиц на стороне арендодателя от <дата>, содержащий все существенные условия договора аренды земельного участка из земель сельскохозяйственного назначения находящегося в общедолевой собственности от <дата>, и акта приема передачи земельного участка от <дата>, с приложением сопроводительного письма с указанием на необходимость подписания указанных документов и направлении их истцу в течении пяти рабочих дней со дня получения, для подачи на государственную регистрацию.

Согласно отчетов об отслеживании почтовой корреспонденции, ответчики получили договор аренды <дата>, однако не предоставили истцу подписанные экземпляры договора аренды, нарушив законное право ООО «СП Гвардеец».

Полагают, что ответчики неправомерно уклоняются от заключения договора аренды земельного участка, поскольку заключение такого договора обязательно.

После ознакомления с материалами регистрационного дела, просили признать соглашение о расторжении договора аренды недействительной (ничтожной) сделкой, применив последствия недействительности сделки, поскольку директор ООО «СП Гвардеец» не подписывал соглашение о расторжении аренды от <дата>, о его существовании узнал, после ознакомления с материалами реестрового дела.

Представитель истца директор ООО «СП Гвардеец» ФИО4, в судебное заседание не явился, предоставил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие в связи с ограничениями связанными с распространением COVID-19, в которых исковые требования поддержал, указав, что он не помнит, чтобы подписывал оспариваемое соглашение, а так же, то, что полномочия на его подписание, у него отсутствуют.

Суд с учетом мнения лиц участвующих в деле, полагает возможным рассмотреть дела в отсутствие ФИО4, извещенного надлежащим образом.

Представитель истца ФИО7, доводы искового заявления в редакции уточнений поддержал, просил удовлетворить исковые требования в полном объеме, дополнительно пояснил, что полагает доказанным тот факт, что ФИО4, не подписывал соглашение о расторжении договора аренды, что подтверждается заключением эксперта, более того в соответствии с Уставом ООО «СП Гвардеец», трудовым договором директора ФИО4, полномочия на подписание такого рода сделок, как оспариваемое соглашение от <дата>, у него, отсутствует.

Ответчики ФИО1, ФИО2, исковые требования, не признали, просили отказать в удовлетворении исковых требований, предоставили письменные возражения, из которых следует, что они считают заключение эксперта № от <дата> выполнено экспертом Автономной некоммерческой организации Бюро независимых экспертиз «РИТМ» ФИО9 с грубейшими нарушениями процессуального и методического характера, поэтому является недостоверным и недопустимым доказательством по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 13 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от <дата> №-Ф3 (далее - ФЗ- 73) «Определение уровня квалификации и аттестация их на право самостоятельного производства судебной экспертизы осуществляется экспертно-квалификационными комиссиями в порядке, установленном нормативными правовыми актами соответствующего уполномоченного федерального государственного органа. Уровень квалификации экспертов подлежит пересмотру указанными комиссиями каждые пять лет». ФИО9 утратил право самостоятельного производства почерковедческих экспертиз ещё <дата>, т.к. последняя его переаттестация на право самостоятельного производства почерковедческих экспертиз состоялась <дата> (см. Свидетельство № от <дата>).

В заключении эксперта № от <дата> ФИО9 указывает, что «при производстве исследования применялась традиционная методика проведения почерковедческих экспертиз, описанная в специальной литературе» и перечисляет 13 устаревших источников, в основном не относящихся к почерковедческой экспертизе подписей, а также ГПК РФ и ФЗ-73. В настоящее время повседневным руководством эксперта-почерковеда являются два основных источника: Судебно-почерковедческая экспертиза: общая часть: теоретические и методические основы /под науч. ред., д.ю.н ФИО10/ ГУ РФЦСЭ при Минюсте России. - 2-е изд. перераб. и доп. - М.: Наука, 2006; Судебно-почерковедческая экспертиза: особенная часть: исследование малообъемных почерковых объектов /под науч. ред., д.ю.н. ФИО10/ ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России. - 2-е изд. перераб. и доп. - М.: Наука, 2011.

Во водной части заключения указано, что на экспертизу предоставлены только «экспериментальные образцы почерка ФИО4 на 5 листах», при этом ни слова не сказано о подписях, которые являются непосредственными спорными объектами исследования. Кроме того, в исследовательской части заключения эксперт описывает экспериментальные и условно-свободные образцы, которые, во-первых, судом эксперту не предоставлялись, во-вторых, неизвестно откуда и как они попади к эксперту.

В соответствии с ч. 2 ст. 85 ГПК РФ - «эксперт не вправе самостоятельно собирать материалы для проведения экспертизы», что является грубейшим нарушением процессуального законодательства России, что в свою очередь влечет признание данного заключения недопустимым доказательством.

В исследуемых документах подписи от имени ФИО4 четкие, состоящие из букв фамилии, выполнены без замедлений, неоправданных остановок пишущего прибора. В подписях изменений и искажений штрихов экспертом не выявлено.

В заключение эксперта № от <дата> ФИО9 неправильно оценены общие и частные признаки в исследуемых подписях ФИО4

В заключение эксперта № от <дата> отмечены следующие общие признаки: степень выработанности взята экспертом как «ниже средней», что является неправильным, т.к. она «выше средней»; размер явно «средний», а не «ниже среднего» как в заключении; такие признаки как «координация движений при выполнении», «разгон букв» экспертом не анализировались совсем.

В заключение эксперта № от <дата> частные признаки описаны в таблице №: признаки 3, 2, 1 - взяты неправильно, т.к. буквы «Ц» в подписях «ФИО4» нет и быть не может. Данные три признака составляют 1/3 от всех признаков, на основании которых ФИО9 строит свои выводы, поэтому только по одному этому факту заключение эксперта № от <дата> должно быть признано недостоверным и недопустимым доказательством; признак 9 - «форма движений при выполнении» - также взят не верно, т.к. фактически это «строение буквы» по степени сложности движений при выполнении буквы в целом, а для признака «формы движений» необходимо анализировать элементы и части элементов; признаки 6, 5 трактуются неправильно, т.к. таких конкретизаций в частных признаках нет. Форма движений при выполнении бывает дуговая, овальная, прямолинейная, завитковая, петлевая (см. пособие, стр. 453). Таких признаков как «в виде капли», «в виде эллипса» - нет; признаки 4, 7 - описаны как «протяженность движений по вертикали», - конкретизируются как «в пределах нормы», а кто эту норму установил? Эти признаки относятся к «строению букв» и уже конкретизируются как («в соответствии с прописями»). Конкретизация признаков «уменьшена», «увеличена», не точная, т.к. необходимо указывать конкретно во сколько раз больше или меньше (см. пособие, стр. 458). Это эксперт не сделал; признак 5 эксперт описывает как «связность движений при выполнении букв и их элементов», согласно методическим пособиям по судебно-почерковедческой экспертизе этот признак относится к общему признаку почерка, а к частным признакам относится «вид соединения движений» (см. пособие, стр. 460).

Указанные в заключении общие и частные признаки являются неубедительными, большинство из них неправильно взяты (определены), не соответствуют принятому стандарту их описания в судебном почерковедении.

Выявленные экспертом частные признаки, в количестве 9 (причем 3 из них относятся к несуществующей букве «ц»), являются малозначимы, т.к. идентификационная значимость каждого признака очень низкая, т.е. такая, которая может быть присуща почеркам различных лиц и не несет в себе индивидуальностей (в исследуемых объектах и в образцах отдельно). Вероятно поэтому давая оценку признакам эксперт говорит об их индивидуальности. Установленные различия не могут быть индивидуальны, т.к. эти признаки в исследуемых подписях и в образцах различные. Если вывод дается экспертом об исполнении подписей самим исполнителем, в этом случае признаки образуют индивидуальную совокупность, а эксперт говорит о вероятном выводе - исполнения подписей другим лицом. Поэтому оценка признаков дана неправильно.

Более того, эксперт говорит о подражании подписям ФИО4, а признаков подражания не приводит. К признакам подражания относятся: изменение строения букв; изменение наклона, размера, замедленности темпа; нарушение координации движений. В заключении эти признаки не анализировались, поэтому вывод о подражании дан неверно, надуманно.

Изложенные выше факты в совокупности указывают на низкую квалификацию эксперта ФИО9, многочисленные нарушения процессуального законодательства России, незнание методических основ почерковедения.

Дополнительно пояснили, что ФИО4, с ними совместно подал соглашение о расторжении договора аренды от <дата>, на регистрацию в МФЦ, собственноручно подписал и соглашение и заявление, просили в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель ответчиков ФИО8, поддержал доводы ответчиков, представил возражения на исковые требования, из которых следует, что ответчики являются сособственниками земельного участка сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером №, который образован из земельного участка с кадастровым номером № с письменного согласия ООО СП «Гвардеец» в лице директора ФИО4 <дата>. <дата> между ООО «СП Гвардеец» в лице директора ФИО4 и ответчиками ФИО1, ФИО2 было заключено соглашение о расторжении договора аренды, на основании данного соглашения была исключена запись об аренде из ЕГРП. Полагал, что в судебном заседании подтверждено, что заявление подписал директор ООО «СП Гвардеец» ФИО4, заключение почерковедческой экспертизы просил признать недопустимым доказательством, а доводы представителя истца о том, что ФИО4, не имел права на подписание соглашения, не состоятельными. Просил в удовлетворении исковых требований, отказать в полном объеме.

Свидетель ФИО11, в судебном заседании пояснила, что она принимала заявление о регистрации соглашения о расторжении договора аренды от <дата>, его полномочия были удостоверены решением о назначении на должность директора ООО «СП Гвардеец», иных документов подтверждающие полномочия, она не требовала. При подаче документов присутствовали ФИО1, ФИО2 и ФИО4 В 2017 году, она работала на 0,5 ставки до 12.00 часов, в день принимала примерно три человека. Данную сделку запомнила, потому что она была одной из первых. С ФИО4 была ранее знакома, работала в ООО «СП Гвардеец», ФИО1 и ФИО2, знает, как жителей села. Остальных сделок в этот день не помнит. Полагает, что в случае установления, что подпись в заявлении не ФИО4, ее ожидают неблагоприятные последствия.

Суд, изучив доводы искового заявления, возражений, выслушав стороны, допросив свидетеля, исследовав материалы дела в совокупности, приходит к следующему.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Суд, оценивает представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ.

Как установлено в судебном заседании <дата> заключен договор аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения при множественности лиц на стороне арендодателя, между ООО «СП Гвардеец» и участниками общедолевой собственности земельного участка с кадастровым номером №, на срок десять лет с момента государственной регистрации, договор зарегистрирован <дата> №.

Ответчики ФИО1 и ФИО2, образовали земельный участок с кадастровым номером 26:03:000000:2703, в счет принадлежащих им семи долей из земельного участка с кадастровым номером №, находящегося в аренде у ООО СП «Гвардеец», согласно выписке из ЕГРН.

Решением ООО «СП Гвардеец» от <дата>, ФИО4 назначен директором ООО «СП Гвардеец», с ним заключен трудовой договор на срок 5 лет, из п. 2.6 которого следует, что директор вправе распоряжаться имуществом и средствами общества, в пределах установленных Уставом Общества и действующим законодательством.

<дата> Решением № единственного участника ООО «СП Гвардеец» от <дата>, к вышеуказанному трудовому договору заключено дополнительное соглашение, согласно которому трудовой договор дополнен п.2.8.1, из которого следует, что сделки на сумму более 1000000 рублей, а так же принятие решений по распоряжению недвижимым имуществом Общества, включая земельные участки, принятие решений результатом которых является снижение показаний хозяйственной деятельности Общества или выбытие имущества либо уменьшение имущества или изменение объема имущественных прав Общества, подлежат обязательному предварительному одобрению решением общего собрания участников общества.

Согласно п. п. 11, 12 Устава ООО «СП Гвардеец», высшим органом управления Общества, является Общее собрание участников. Директор является единоличным исполнительным органом. К исключительным полномочиям Общего собрания исходя из положений п. <дата> и п. <дата> относится, прекращение или ограничение дополнительных прав, а так же прекращение дополнительных обязанностей, в том числе и решения о совершении крупной сделки.

Таким образом, исходя, исходя из положений Устава ООО «СП Гвардеец» и условиям трудового договора, заключенного с директором ФИО4, его полномочия в управлении деятельностью Общества ограничены, в части сделок на сумму более 1000000 рублей, а так же принятие решений по распоряжению недвижимым имуществом Общества, включая земельные участки, принятие решений результатом которых является снижение показаний хозяйственной деятельности Общества или выбытие имущества, либо уменьшение имущества или изменение объема имущественных прав Общества. Такого рода сделки подлежат обязательному предварительному одобрению решением общего собрания участников общества.

Из заключения эксперта № от <дата>, АНО «Бюро независимых экспертиз «Ритм», следует, что подписи выполненные от имени ФИО4, в оригинале соглашения о расторжении договора аренды от <дата>, в графе «Арендатор» и копии Соглашения о расторжении договора аренды от <дата> в графе «Арендодатель», в п. 18 заявления в межмуниципальный отдел по Ипатовскому району и Апанасенковскому району Управления Россреестра по СК от <дата>, выполнены вероятно, не ФИО4, а другим лицом, с подражанием оригинальной подписи ФИО4

Ответчики ФИО1, ФИО2, представитель ФИО8, заявили ходатайства о признании заключения эксперта недопустимым доказательством.

Согласно показаниям эксперта ФИО9, он работает экспертом с 1991 года, сначала государственным, затем негосударственным. За 2019 год, им проведено 30 почерковедческих экспертиз, проходил обучение в 2013 году, когда являлся государственным экспертом, для негосударственного требований о прохождении обучения каждые пять лет законом, не предусмотрено. ФИО9 была проведена почерковедческая экспертиза на основании определения суда, судом были предоставлены условно-свободные и экспериментальные образцы почерка ФИО4, образцов почерка, которых было достаточно, для проведения экспертизы. Свои выводы эксперт основывал на личном опыте и на источниках указанных в заключении, которые изучал, в заключении им допущена техническая ошибка в букве «Ц», что на его выводы, указанные в заключении не повлияли. Общие и частные признаки почерка неразрывно связаны, в целях незагромождения заключения и его читаемости, он не описывал все признаки, согласно методике проведения экспертиз такого рода, нет обязанности на указание всех признаков. Он полностью поддержал выводы заключения. В выводах заключения указал не однозначно (вероятно), в связи с тем, что не было представлено свободных образцов почерка.

Оценивая № от <дата>, АНО «Бюро независимых экспертиз «Ритм», в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к мнению, что судебная экспертиза проведена в порядке, установленном ст. 84 ГПК РФ, заключение эксперта выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ, суд принимает результаты экспертного заключения и не усматривает в данном случае оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы, поскольку экспертиза проведена компетентным экспертом, имеющим значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

При таких обстоятельствах суд полагает, что заключение судебной экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности доказательств, основания сомневаться в ее правильности отсутствуют, в связи с чем, доводы ответчиков и их представителя о признании заключения экспертизы недопустимым доказательством, подлежит отклонению.

Вместе с тем, суд не может принять заключение эксперта как бесспорное доказательство, достаточное для того, чтобы сделать однозначный вывод, о том, что ФИО4, не подписывал соглашение от <дата>, а так же заявление на регистрацию от <дата>, поскольку выводы эксперта по вопросам, поставленным судом, носят вероятностный характер.

Вместе с тем, согласно положениям ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна.

В силу ст. 169 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

Статьей 183 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку.

Под прямым последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься письменное или устное одобрение, независимо от того, адресовано ли оно непосредственно контрагенту по сделке; признание представляемым претензии контрагента; конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об одобрении сделки; заключение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой. При этом необходимо принимать во внимание, что независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или лица, уполномоченных в силу закона, учредительных документов или договора заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2000 N 57 "О некоторых вопросах практики применения ст. 183 Гражданского кодекса Российской Федерации"). Заключение сделки неустановленным лицом обладает теми же правовыми последствиями, что и заключение сделки неуполномоченным лицом, поскольку последующее одобрение сделки порождает для одобрившего ее лица все правовые последствия. Об этом в своем Определении от 4 июня 2013 г. № 44-КГ13-1 высказалась коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Так, по общему правилу, деятельность любого коммерческого юридического лица (исходя из его уставных задач) имеет своей основной целью извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ). Обычным способом изъятия участниками денежных средств от успешной коммерческой деятельности принадлежащих им организаций является распределение прибыли в порядке, предусмотренном Федеральным законом "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Сделка общества может быть признана недействительной по иску участника и в том случае, когда она хотя и не причиняет убытков обществу, тем не менее, не является, разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, и причиняет неоправданный вред участникам общества, которые не выразили согласие на совершение соответствующей сделки.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

Согласно п. 11.2 Устава ООО «СП Гвардеец» единоличный исполнительный орган общества: - директор, распоряжается имуществом общества в пределах, установленных общим собранием, настоящим Уставом и действующим законодательством.

Таким образом, полномочия директора ООО «СП Гвардеец» по распоряжению имуществом общества ограничены непосредственно Уставом и должны определяться решениями общего собрания участников общества. В связи с этим решение об отчуждении вышеназванного имущества ответчикам, было обязательно для директора.

Вышеприведенные нормы и положения Устава ООО должны толковаться в неразрывной связи с п. 1 ст. 432 ГК РФ, в силу которого договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В данном случае арендатор ООО «СП Гвардеец», в лице его высшего органа управления: - общего собрания участников общества, не давал согласия на заключение соглашения от <дата>, которое изменило условия договора аренды земельного участка от <дата>, с ответчиками, и которое предполагало выбытие из пользования земельного участка с кадастровым номером № площадью <данные изъяты> кв.м., выделенного из общего земельного участка № общей площадью <данные изъяты> га., что расценивается судом, как несоблюдение существенных условий, относительно которых должно быть достигнуто соглашение при заключении договоров, а, следовательно, как превышение директором ООО «СП Гвардеец» своих полномочий, предоставленных ему решением общего собрания участников в соответствии с Уставом общества.

Согласно ст. 174 ГК РФ, если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором, либо полномочия органа юридического лица - его учредительными документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана недействительной по иску лица, в интересах которого были установлены ограничения, лишь в случаях, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанных ограничениях.

По смыслу ст. 174 ГК РФ, которой, сделка может быть признана недействительной, если доказано что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать лишь о тех ограничениях полномочий лица на совершение сделки, которые отличаются от ограничений, определенных в доверенности либо в законе.

В п. 20 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 указано, что "полномочия руководителя филиала (представительства) юридического лица на совершение сделки должны быть удостоверены доверенностью и не могут основываться лишь на указаниях, содержащихся в учредительных документах юридического лица, положении о филиале (представительстве и т.п.), либо должны явствовать из обстановки, в которой действует руководитель филиала".

Такая сделка может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя, или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В пункте 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" отмечено следующее.

Пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях,

При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

В данном случае п. 4 ст. 40 Федерального закона от 08.02.1998 г. N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» прямо предусмотрено, что порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа.

Согласно ст. 173.1. ГК РФ, сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе. Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

По общему правилу, установленному п. 1 ст. 173.1 ГК РФ, такая сделка является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 21.04.2003 N 6-П, который признал не противоречащими Конституции Российской Федерации содержащиеся в пунктах 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации общие положения о последствиях недействительности сделки в части, касающейся обязанности каждой из сторон возвратить другой все полученное по сделке, поскольку данные положения - по их конституционно-правовому смыслу в нормативном единстве со статьей 302 ГК Российской Федерации - не могут распространяться на добросовестного приобретателя, если это непосредственно не оговорено законом.

В Определении КС России от 18 января 2005 г. N 23-О отмечено, что последствия недействительности сделки предусмотрены положением п. 2 ст. 302 ГК РФ, согласно которому каждая из сторон возвращает все полученное по сделке, т.е. стороны возвращаются в то имущественное положение, которое имело место до исполнения этой сделки.

Уставом ООО «СП Гвардеец» определены, как это и предусмотрено законом, полномочия единоличного исполнительного органа по распоряжению имуществом общества. Каких-либо ограничений, отличающихся от определенных в законе, Устав общества, не содержит.

Более того, непосредственно в тексте оспариваемого соглашения указано, что директор ФИО4 действует на основании Устава ООО «СП Гвардеец», в связи с чем, ответчики ФИО1 и ФИО2, исходя из закрепленного в п. 3 ст. 10 ГК РФ предположения о разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений, не только могли, но и должны были до заключения соглашения ознакомиться с положениями Устава общества, определяющими полномочия директора общества по распоряжению имуществом.

Положения ст. 60 ГПК РФ, предусматривают, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Следовательно, директор ФИО4 не был управомочен заключать соглашение о расторжении договора аренды в связи с отсутствием решения общего собрания, наделяющего его соответствующими полномочиями.

Относительно заявленных исковых требований к ФИО1 и ФИО2 о понуждении к заключению договора аренды с ООО «СП Гвардеец» с кадастровым номером № из земель сельскохозяйственного назначения при множественности лиц на стороне арендодателя от <дата>, на условиях согласно приложению, суд приходит к следующему.

Как установлено пунктом 1 статьи 166 ГК РФ (в редакции ГК РФ, действовавшей на момент заключения оспариваемых сделок), ничтожная сделка является недействительной независимо от признания ее таковой судом.

Согласно пп. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку в судебном заседании установлено несоответствие соглашения от <дата>, которым изменены условия договора аренды от <дата>, заключенного между ООО «СП Гвардеец» и ответчиками ФИО1, ФИО2 требованиям закона ввиду отсутствия полномочий на его заключение у директора ФИО4, в связи с чем, оно является недействительным, ничтожным, то запись обременения в виде аренды земельного участка с кадастровым номером 26:03:000000:2703, за ООО «СП Гвардеец» по договору аренды от <дата>, подлежит восстановлению в ЕГРП, в связи с чем, требования о понуждении к заключению договора аренды с ответчиками, удовлетворению, не подлежат.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ООО СП «Гвардеец» к ФИО1, ФИО2 о понуждении к заключению договора аренды, признании соглашения о расторжении договора ничтожным, обязании восстановления регистрационной записи обременения в виде аренды земельного участка с кадастровым номером №, удовлетворить частично.

Признать соглашение, заключенное между генеральным директором ООО «СП Гвардеец» и ФИО1, ФИО2 от <дата>, о расторжении договора аренды от <дата>, недействительным (ничтожным), применив последствия недействительности сделки.

Обязать Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ставропольскому краю восстановить регистрационную запись обременения в виде аренды земельного участка с кадастровым номером №, за ООО «СП Гвардеец» по договору аренды от <дата>.

В удовлетворении исковых требований о понуждении ФИО1, ФИО2 к заключению с ООО «СП Гвардеец» договора аренды земельного участка с кадастровым номером № из земель, сельскохозяйственного назначения при множественности лиц на стороне арендодателя от <дата>, на условиях согласно приложению, отказать.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в течении одного месяца в Ставропольский краевой суд, путем подачи апелляционной жалобы через Апанасенковский районный суд, со дня изготовления решения в окончательном виде.

Мотивированное решение изготовлено <дата>.

Председательствующий судья И.С. Куцаенко

Копия верна

Оригинал решения храниться

в материалах гражданского дела №

в архиве Апанасенковского районного суда Ставропольского края