Решение № 2-2015/2018 2-2015/2018 ~ М-12410/2017 М-12410/2017 от 19 февраля 2018 г. по делу № 2-2015/2018

Дело № 2-2015/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Якутск 20 февраля 2018 года

Якутский городской суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Кочкиной А.А., при секретаре Кузьминой Л.П., рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием средств видеоконференцсвязи гражданское дело по иску ФИО1 к Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Саха (Якутия), к Федеральной службе исполнения наказаний России, выступающей от имени Российской Федерации, о компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с вышеуказанными исковыми требованиями о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате ненадлежащих условий содержания в камерах ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по РС(Я). В обоснование иска указывает на те обстоятельства, что в период с ____ года по ____ года находился в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по РС(Я), содержался в камерах №, площадь камер составляла не более ___ кв.м., в них находились спальные места, стол, скамейка, вешалка для верхней одежды, шкаф для хранения посуды, туалет, умывальник, общая площадь камеры, не занятой мебелью и предметами составляла ___ кв.м., при этом в камерах содержалось по ___ человека, таким образом, указанные камеры не соответствовали требованиям норм и стандартов жилой площади для лиц, содержащихся под стражей. Кроме того, камеры, в которых содержался истец, не были оборудованы радиоприемниками и телевизорами, тем самым истец был лишен права на получение информации и новостей. Камера № не была оборудована системой горячего водоснабжения, банно-прачечный комплекс СИЗО №1 г. Якутска находится в антисанитарном состоянии. Таким образом, истец содержался в условиях, унижающих его честь и ущемляющих законные интересы, в связи с чем, ему причинен значительный моральный вред. Просит взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 85000 руб.

В судебном заседании, проведенном с использованием средств видеоконференцсвязи, истец ФИО1 исковые требования поддержал, просил удовлетворить.

В судебном заседании представитель ответчиков УФСИН России по РС(Я), ФСИН России ФИО2 исковые требования не признала, считает, что иск предъявлен к ненадлежащим ответчикам, также пояснила, что согласно требованиям ФЗ от 15.07.1995 г. №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере ___ кв.м., согласно данным технического паспорта камеры № соответствуют указанным требованиям; наличие телевизоров в камерах не является обязательным в соответствии с действующим законодательством; банно-прачечный комплекс находился в пригодном состоянии и соответствовал всем нормам СанПиН, в 2015 году проведен капитальный ремонт; истцом не представлены доказательства, свидетельствующие о перенесенных нравственных страданиях в связи с условиями содержания. Реализация права на получение информации и новостей была обеспечена путем предоставления доступа к периодическим печатным изданиям. Отсутствие радиоточек в камерах не связано с ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей сотрудниками следственного изолятора. Просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по РС(Я) ФИО3 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, поддержала доводы представителя ответчиков, просила в удовлетворении иска отказать.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Положения статьи 1071 ГК РФ предусматривают, что в случаях, когда в соответствии с указанным Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Гражданского кодекса РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу ч. 3 ст. 125 ГК РФ в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

В соответствии с подпунктом 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств и согласно пункту 3 указанной статьи выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Согласно п. п. 6 п. 7 Положения о ФСИН России, утвержденного Указом Президента РФ от 13.10.2004 г. N 1314, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Таким образом, поскольку истец заявил о причинении ему морального вреда в результате не обеспечения надлежащих условий содержания под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по РС(Я) в силу подпункта 12.1 пункта 1 и пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ, статей 1069, 1071 Гражданского кодекса РФ, надлежащим ответчиком по настоящему делу будет являться Российская Федерация в лице ФСИН России, как главного распорядителя федерального бюджета по ведомственной принадлежности. УФСИН России по РС(Я) надлежащим ответчиком не является.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как предусмотрено п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом РФ задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом РФ избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".

В силу ст. 15 указанного Федерального закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

На основании ст. 23 этого же Федерального закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Согласно пункта 5 статьи 23 Федерального закона "О содержании под стражей, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" норма площади в камере на одного человека устанавливается в размере 4 кв. м.

Вопреки доводам истца, из положений закона, закрепляющих нормы обеспеченности площадью содержащихся в камерах следственного изолятора подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, не следует, что норматив в ___ кв.м. на одного человека устанавливается без учета площади камеры, занятой мебелью и оборудованием.

Из установленных судом обстоятельств дела следует, что истец ФИО1, находясь в статусе обвиняемого в совершении преступлений, период с ____ года по ____ года содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по РС(Я) в связи с избранием ему меры пресечения в виде заключения под стражу.

Согласно справке отдела режима ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Саха (Якутия) от ____ 2018 года с ____ 2017 года по ____ 2017 года ФИО1 содержался в камере № 75 СИЗО-1. Камера трехместная, в указанный период времени в ней содержалось от двух до трех человек, включая истца Гладких, что последним не оспаривается. Площадь камеры составляет ___ кв.м., то есть в среднем на одно лицо, содержащееся под стражей, приходилось не менее ___ кв.м., норма обеспеченности соблюдена.

Из той же справки следует, что в период времени с ____ 2017 года по ____ 2017 года ФИО1 содержался в четырехместной камере №, в которой, включая истца, содержалось ___ человека. Площадь камеры ___ кв.м. Обеспеченность площадью имеет незначительное отступление от норматива на ___ кв.м. на одно лицо, вместе с тем, наличие в камере индивидуального спального места и необходимого в быту оборудования истцом не оспаривается.

В период времени с ____ 2017 года по ____ 2017 года ФИО1 содержался в четырехместной камере №, в которой содержалось ___ человека. Площадь камеры ___ кв.м. Норма обеспечения санитарной площадью соблюдена.

Периоды содержания в отдельных камерах, а также число содержащихся в камерах лиц, истцом не оспариваются. Истец ссылается на те обстоятельства, что за вычетом площади, занимаемой в камере сантехническим оборудованием, мебелью, площадь свободного пространства в камерах не соответствовала нормативам, что свидетельствует о ненадлежащих, унижающих человеческое достоинство условиях содержания.

Вместе с тем, как видно из документов, представленных ответчиком, а именно из справки отдела режима содержания ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по РС(Я) от ____ 2018 года, из справок о расположении камерного имущества в камерах, из справки об условиях содержания в камерах № от ____ 2018 года, копий из технического паспорта здания СИЗО-1, нормативы, установленные статьей 23 Федерального закона "О содержании под стражей, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" при содержании ФИО1 в СИЗО-1 в целом соблюдались. Камеры, в которых содержался истец, были обеспечены необходимой мебелью и сантехническим оборудованием, необходимыми предмета быта.

Санитарное состояние душевых комнат соответствует требованиям СанПин, оборудование камер телевизорами не является обязательным требованием к условиям содержания под стражей, предусмотрено только при наличии возможности.

Судом установлено не соблюдение норматива обеспечения камер радиоточками, однако из пояснений ответчика следует, что отсутствие радиопередатчиков в камерах связано с выходом из строя оборудования радиовещания и недостаточностью финансирования, соответствующие заявки администрацией следственного изолятора неоднократно направлялись в целях определения объема финансирования, что подтверждается представленными письмами, актом проверки технического состояния технических средств. Кроме того, как следует из пояснений представителя ответчика в судебном заседании, которые не опровергает истец, право содержащихся в следственном изоляторе лиц на получение информации и новостей обеспечивалось доступом к периодическим печатным изданиям, наличием радиоточек в помещениях для прогулок. Жалоб на отсутствие доступа к информации обвиняемый Гладких не предъявлял.

Согласно ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и требованиям, содержащимся в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 10 октября 2003 года N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" разъяснил необходимость учитывать, что условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению (пункт 15).

Для возникновения у ответчика обязанности по компенсации морального вреда истец в соответствии со статьями 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен доказать причинение ему нравственных страданий действиями ответчика, нарушающими его личные неимущественные права (либо посягающими на его нематериальные блага), либо указать закон, прямо предусматривающий возможность взыскания такой компенсации.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. ст. 13, 35 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

В нарушение указанных положений закона истцом не представлено доказательств, того, что условия его содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по РС(Я) были несовместимы с уважением к человеческому достоинству, вызывали чувство собственной неполноценности, что ему причинены лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы.

В рассматриваемый период пребывания в следственном изоляторе истец не обращался с какими-то жалобами, заявлениями, в том числе в порядке раздела 9 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Минюста России от 14.10.2005 N 189, на условия содержания, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение ни к администрации следственного изолятора, ни в органы прокуратуры, осуществляющие надзор за исправительными учреждениями, в том числе и по тем фактам, о которых он изложил в рассматриваемом исковом заявлении. В суд Гладких обратился лишь после перевода для отбывания наказания в исправительную колонию №2 по Забайкальскому краю, не ссылаясь на объективные причины, воспрепятствовавшие более раннему обращению за защитой прав, в период, когда имелась возможность зафиксировать фактические санитарно-бытовые условия содержания. В связи с чем, ссылки истца на несоответствие представленных ответчиком данных действительным условиям содержания в более ранний период, суд отклоняет и расценивает как недобросовестное распоряжение процессуальными правами.

Поскольку в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлены доказательства в подтверждение своих доводов о понесенных им нравственных страданиях, в то же время, представленными ответчиком доказательствами, а именно справками ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по РС(Я), опровергаются доводы истца о ненадлежащем содержании, исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Саха (Якутия), к Федеральной службе исполнения наказаний России о компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Саха (Якутия) путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Якутский городской суд Республики Саха (Якутия).

Судья А.А. Кочкина