Апелляционное постановление № 22-298/2025 от 18 августа 2025 г. по делу № 1-137/2025

Судья Ургадулов С.В. Дело № 22-298/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Элиста 19 августа 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Калмыкия в составе:

председательствующего - судьи Утунова Е.Н.,

при секретаре судебного заседания Мушаевой А.М.,

с участием:

прокурора Бугдаевой М.Е.,

осужденного ФИО2,

защитника Сангаджи-Горяевой С.А.,

потерпевшей Потерпевший №1, её представителей ФИО1 и адвоката Сарангова Е.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы потерпевшей Потерпевший №1, её представителей Сарангова Е.Н. и ФИО1, а также представление государственного обвинителя Уланова Б.П. на приговор Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 9 июня 2025 года, которым

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин Российской Федерации, образование высшее, женатый, имеющий на иждивении одного малолетнего ребенка, неработающий, военнообязанный, несудимый, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к ограничению свободы на срок 1 (один) год.

В период отбывания ограничения свободы осужденному ФИО2 установлены ограничения и обязанность, предусмотренные ст.53 УК РФ.

Гражданский иск Потерпевший №1 удовлетворен частично, в её пользу с ФИО2 взысканы компенсация морального вреда в размере 200 000 руб. и возмещение материального ущерба в размере 1 240 000 руб.

В удовлетворении исковых требований гражданского истца ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда отказано, а требования в части возмещения ей расходов на оплату услуг представителя потерпевшей оставлены без рассмотрения с разъяснением права на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства.

Арест, наложенный на автомобиль марки <данные изъяты><данные изъяты> с государственным регистрационным номером <данные изъяты> сохранен до исполнения приговора в части гражданского иска.

Арест, наложенный на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес> принадлежащее ФИО2 на праве собственности, отменен.

На основании ч. 1 ст. 309 УПК РФ и ч. 3 ст. 81 УК РФ определена судьба вещественных доказательств по делу.

Заслушав доклад судьи Утунова Е.Н. с кратким изложением приговора и содержанием апелляционных жалоб и представления, выступления прокурора Бугдаевой М.Е., потерпевшей Потерпевший №1, её представителей Сарангова Е.Н. и ФИО1, поддержавших доводы, изложенные в представлении и жалобах, а также возражения осужденного ФИО2 и его защитника Сангаджи-Горяевой С.А., просивших об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

Согласно приговору ФИО2 признан виновным в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1, при следующих обстоятельствах.

8 марта 2025 года примерно в 11 часов 05 минут ФИО2, управляя технически исправным автомобилем марки <данные изъяты><данные изъяты> с регистрационным государственным номером <данные изъяты>, двигался с разрешенной скоростью по направлению с востока на запад по <адрес> В районе <адрес> ФИО2, проявляя преступную небрежность, не убедился в отсутствии опасности в виде других автомобилей и продолжил движение по проезжей части на запрещающий сигнал светофора, чем нарушил требования пунктов 10.1, 1.3, 6.2 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее Правил или ПДД РФ). Допущенные им грубые нарушения ПДД РФ привели к столкновению с автомобилем марки <данные изъяты> с регистрационным государственным номером <данные изъяты> под управлением Потерпевший №1, которая начала движение на разрешающий сигнал светофора по направлению с севера на юг по проезжей части <адрес> на пересечении с <адрес>. В результате указанного дорожно-транспортного происшествия потерпевшей Потерпевший №1 был причинен тяжкий вред здоровью.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 признал свою вину в предъявленном ему обвинении.

Не согласившись с постановленным судебным решением, государственный обвинитель Уланов Б.П. принес апелляционное представление, в котором, не оспаривая установленные по делу фактические обстоятельства и правовую квалификацию содеянного, просит изменить приговор и усилить назначенное ФИО2 наказание. Полагает, что оспариваемый судебный акт не отвечает принципу справедливости ввиду чрезмерной мягкости назначенного осужденному наказания, не способствующего достижению целей восстановления социальной справедливости и исправления осужденного. В обоснование своих доводов указывает, что судом первой инстанции не в полной мере соблюдены правила назначения наказания, установленные в ст. 60 УК РФ. Суд не учел ряд обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения уголовного дела, в связи с чем пришел к ошибочному выводу о том, что причиненный преступлением вред частично заглажен, а нарушенные интересы общества и государства, восстановлены. При определении вида и размера наказания суд первой инстанции не принял во внимание, что основным объектом преступления являются общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств. В связи с этим виновное лицо несправедливо избежало дополнительного наказания в виде запрета заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначение которого могло обеспечить восстановление нарушенных им законных интересов общества и государства, послужило бы предупреждению совершения им новых преступлений. Полагает, что фактический характер и степень общественной опасности преступления, указывают на несправедливость и несоразмерность назначенного судом наказания содеянному, а также на необходимость увеличения срока основного наказания с назначением дополнительного наказания в виде лишением права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. Государственный обвинитель выражает не согласие с решением суда об оставлении без удовлетворения требований представителя потерпевшей ФИО1 о возмещении понесенных потерпевшей стороной процессуальных издержек в виде расходов на представителя, поскольку материалами дела подтверждаются факты оказания адвокатом Саранговым Е.Н. юридической помощи Потерпевший №1 и произведенной оплаты его услуг в размере 100 000 рублей.

В апелляционной жалобе потерпевшая Потерпевший №1 просит приговор отменить, определить ФИО2 максимально строгое основное наказание, предусмотренное санкцией нарушенной нормы Уголовного кодекса РФ, с назначением дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 3 года и с удовлетворением заявленных ею исковых требований в полном объеме. В обоснование жалобы указывает, что совершение осужденным данного преступления не являлось следствием случайного стечения обстоятельств. Дорожно-транспортное происшествие было совершено ФИО2 в условиях ясной погоды, в светлое время суток, при хорошей видимости дороги, на нескользком дорожном покрытии. Его причиной послужило именно грубое нарушение осужденным правил дорожного движения. Обращает внимание, что по его вине ей причинены множественные телесные повреждения, расценивающиеся как тяжкий вред здоровью человека. Длительное время она находится на лечении, которое до настоящего времени не окончено. Ей предстоит ряд серьезных хирургических операций, требующих восстановления и реабилитации, при том, что у неё на иждивении находятся трое малолетних детей. По мнению автора жалобы, ФИО2 признал вину исключительно в расчете на смягчение ответственности, но в содеянном не раскаялся. Считает назначенное осужденному наказание в виде ограничения свободы на 1 год несоразмерным совершенному преступлению и его последствиям в виде причинения тяжкого вреда её здоровью. Отсутствие выводов в приговоре, по которым суд не назначил осужденному вышеуказанное дополнительное наказание, грубо нарушает требования, предъявляемые законом к приговору.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей – адвокат Сарангов Е.Н. указывает на несправедливость приговора, просит его изменить и назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы на срок 2 года, так как наказание в виде ограничения свободы на 1 год, назначенное судом первой инстанции, является несоразмерным обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия и последствиям, наступившим в результате совершенного преступления, а также характеру и степени общественной опасности содеянного. Полагает, что при рассмотрении гражданских исков суд незаконно отказал в удовлетворении заявленных истцами требований и в обоснование своего мнения приводит доводы, аналогичные доводам жалобы потерпевшей.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей ФИО1 просит приговор в отношении ФИО2 изменить ввиду чрезмерной мягкости назначенного наказания. В обоснование своей позиции излагает аргументы, которые по своему содержанию аналогичны доводам потерпевшей и адвоката ФИО2 Кроме того, оспаривает отказ в удовлетворении заявленного ею гражданского иска по мотивам необоснованности судебного решения в этой части. Обращает внимание на то, что восстановление социальной справедливости означает адекватную компенсацию ущерба, в связи с чем настаивает на возмещении понесенные ею расходов на оплату услуг представителя Потерпевший №1 и на взыскание с осужденного в её пользу компенсации морального вреда в размере 2 000 000 руб., связанного с тем, что она вынуждена осуществлять ухода за тремя малолетними внуками и пострадавшей дочерью, не способной самостоятельно передвигаться вследствие полученных травм.

Защитник Сангаджи-Горяева С.А. в письменных возражениях на апелляционные жалобы и представление выражает несогласие с приведенными в них доводами, просит оставить приговор без изменения, а жалобы и представление - без удовлетворения. Указывает, что при назначении ФИО2 наказания судом первой инстанции учтены все имеющие значение в соответствии со ст. 6, 60 УК РФ обстоятельства и назначено справедливое наказание. Полагает, что не имеется оснований для назначения осужденному дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, поскольку оно не предусмотрено санкцией ч. 1 ст. 264 УК РФ. Обращает внимание на то, что согласно показаниям ФИО2 в судебном заседании и протоколу осмотра транспортного средства Потерпевший №1 в момент дорожно-транспортного происшествия потерпевшая в нарушение п. 2.1.2 Правил дорожного движения не была пристегнута ремнем безопасности, что может быть признано смягчающим обстоятельством при разрешении вопроса о справедливости назначенного наказания. Считает, что лишение права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, негативно отразиться на материальном положении семьи осужденного и его возможности выплачивать потерпевшей взысканные судом компенсацию морального вреда и возмещение имущественного вреда. Просит принять к сведению, что после рассмотрения дела в суде первой инстанции ФИО2 в счет исполнения приговора в части взыскания компенсации морального вреда перевел потерпевшей 50 000 рублей.

Изучив материалы дела, проверив и обсудив доводы апелляционных представления, жалоб и возражений относительно них, судебная коллегия приходит к следующему.

Анализ приведенных в приговоре доказательств свидетельствует о правильном установлении судом фактических обстоятельств дела. Выводы о нарушении водителем транспортного средства ФИО2 правил дорожного движения, приведшем к дорожно-транспортному происшествию, в результате которого причинен тяжкий вред здоровью потерпевшей Потерпевший №1, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Признавая Диденко виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, суд изложил в приговоре содержание следующих доказательств: показания осужденного ФИО2, данные в ходе предварительного следствия и суде, потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей Ш.А.Д., А.Н.В., Х.Н.В., являвшихся очевидцами дорожно-транспортного происшествия, Л.Д.В., сотрудника ДПС Госавтоинспекции, прибывшего на место произошедшего, и Д.В.С., супруги осужденного; протоколы осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 8 и 19 марта 2025 года, протоколы осмотра предметов (автомобилей сторон, документации в отношении них, вещей ФИО2 и Потерпевший №1); заключение судебной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, заключение судебной медицинский экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, а также заключения судебно-биологических экспертиз вещественных доказательств № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с правилами ст. 87, 88 УПК РФ суд проверил исследованные в судебном заседании доказательства, сопоставив их между собой, и оценил, как каждое в отдельности, так и в совокупности. Судебная коллегия разделяет мнение суд первой инстанции о том, что положенные в основу приговора доказательства получены из надлежащих источников с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, проясняют события и факты без существенных искажений, то есть являются относимыми, допустимыми и достоверными, а вместе достаточными для разрешения уголовного дела по существу.

В деле не имеется каких-либо неустраненных противоречий. Оно рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон.

Выводы суда о доказанности вины ФИО2 в содеянном сформированы на обстоятельном анализе правильно установленных фактических обстоятельствах дела, подтверждающихся собранными по делу доказательствами.

Обоснованность квалификации действий ФИО2 по ч. 1 ст. 264 УК РФ сомнений не вызывает, поскольку убедительно мотивирована в приговоре, поэтому судебная коллегия не находит причин не согласиться с такой оценкой действий осужденного.

При разрешении вопросов, связанных с назначением ФИО2 наказания, суд верно отметил в приговоре, что совершенное осужденным уголовно наказуемое деяние относится к категории преступление небольшой тяжести.

Совершение ФИО2 преступления впервые, признание вины, раскаяние в содеянном с публичным принесением извинений потерпевшей, активное способствование расследованию преступления, принятие мер по частичному заглаживанию причиненного вреда, положительная характеристика по месту жительства и работы, многочисленные грамоты и благодарности, наличие малолетнего ребенка признаны судом в качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденному.

Утверждение защитника о том, что в нарушение требований п. 2.1.2 Правил дорожного движения потерпевшая Потерпевший №1 не была пристегнута ремнем безопасности, является голословным, поскольку не находит объективного подтверждения в доказательствах, представленных сторонами и исследованных в судебном заседании.

В материалах дела не имеется оставленных судом без внимания сведений, подлежащих обязательному признанию в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающими обстоятельствами.

Суд не усмотрел обстоятельств, отягчающих наказание осужденному, предусмотренных в ч. 1 ст. 63 УК РФ, и мотивировал в приговоре суждение об отсутствии оснований для применения правил ст. 64 УК РФ.

Проверив доводы апелляционных жалоб о назначении ФИО2 более строгого вида наказания, чем ограничение свободы, судебная коллегия находит их несостоятельными.

Согласно ч. 1 ст. 56 УК РФ наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, или только если соответствующей статьей Особенной части УК РФ лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания.

Из материалов дела следует, что Диденко впервые привлечен к уголовной ответственности за совершение противоправного деяния, относящегося к категории преступлений небольшой тяжести, при отсутствии отягчающих обстоятельств, поэтому в силу положений ч. 1 ст. 56 УК РФ в отношении осужденного не может быть назначено наказание в виде лишения свободы.

В соответствии с ч. 1 ст. 531 УК РФ и разъяснениями Пленума Верховного Суда Республики Калмыкия, содержащимися в пункте 22.1 постановления от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», в тех случаях, когда в силу требований закона осужденному не может быть назначено наказание в виде лишения свободы, принудительные работы не применяются. Таким образом, назначение ФИО2 указанного вида наказания также исключается.

Принимая во внимание условия, закрепленные в приведенных выше правовых нормах, и санкцию уголовного закона, предусматривающую ответственность за вмененное ФИО2 преступление, суд закономерно назначил осужденному наказание в виде ограничения свободы.

Вместе с тем заслуживают внимания аргументы о чрезмерной мягкости назначенного ФИО2 наказания, изложенные в апелляционном представлении.

В силу ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства и основанным на правильном применении уголовного закона.

Одним из критериев оценки приговора на его соответствие требованиям законности и справедливости является назначенное судом наказание, которое согласно ч. 2 ст. 43 УК РФ применяется в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Положения ст. 60 УК РФ обязывают суд назначать лицу, признанному виновным в совершении преступления, справедливое наказание.

Согласно ст. 6 УК РФ справедливость назначенного осужденному наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В силу ч. 3 ст. 47 УК РФ лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью может назначаться в качестве дополнительного вида наказания и в случаях, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ в качестве наказания за соответствующее преступление, если с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного суд признает невозможным сохранение за ним права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

В абз. 3 п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" разъяснено, что если санкция соответствующей статьи предусматривает лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью в качестве дополнительного наказания только к отдельным видам основного наказания, то в случае назначения другого вида основного наказания такое дополнительное наказание может быть применено на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ.

В соответствии с толкованием, изложенным в п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 N 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения", суд вправе назначить дополнительное наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью по ч. 1 ст. 264 УК РФ как осужденному к лишению свободы, так и осужденному к ограничению свободы, но со ссылкой на ч. 3 ст. 47 УК РФ.

С учетом характера совершенного преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, конкретных обстоятельств дела, общих начал назначения наказания (ч. 3 ст. 60 УК РФ) и требований к содержанию описательно-мотивировочной части обвинительного приговора (п. 3, 4 ст. 307 УПК РФ) суд первой инстанции при назначении наказания ФИО2 должен был обсудить возможность сохранения за ним права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Кроме того, действующее уголовное законодательство обязывает суды исполнять предписания об индивидуальном подходе к назначению наказания, который способствует решению задач и достижению целей, указанных в статьях 2 и 43 УК РФ.

Однако приведенные выше требования уголовного и уголовно-процессуального законов не соблюдены судом первой инстанции при определении осужденному наказания.

По убеждению судебной коллегии, небольшая тяжесть преступления и наличие смягчающих наказание обстоятельств, без учета иных важных аспектов, не могут считаться достаточными для признания назначенного ФИО2 наказания в виде 1 года ограничения свободы без дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, отвечающего критериям соразмерности.

Между тем из установленных судом обстоятельств совершения преступления следует, что причиной дорожно-транспортного происшествия явилось грубое нарушение водителем ФИО2 требований трех пунктов Правил дорожного движения РФ (п. 10.1, 1.3, 6.2 ПДД РФ), который при управлении автомобилем сознательно продолжил движение на запрещающий сигнал светофора, пренебрегая безопасностью других участников дорожного движения.

В результате столкновения его транспортного средства с автомашиной под управлением Потерпевший №1 пострадавшей был причинен тяжкий вред здоровью в виде <данные изъяты>, и теперь она вынуждена проходить длительные и сложные этапы лечения.

Из представленных суду документов усматривается, что профессия осужденного, как род его основной трудовой деятельности, не связана с управлением транспортными средствами, так как ФИО2, уволенный ДД.ММ.ГГГГ с должности <данные изъяты> в течение восьми предыдущих лет <данные изъяты>

Соглашаясь с аргументами стороны обвинения о чрезмерной мягкости назначенного ФИО2 наказания, судебная коллегия на основании ч. 2 ст. 38918 УПК РФ признается обжалуемый приговор несправедливым, подлежащим изменению.

Учитывая общие начала назначения наказания (ст. 6, 60 УК РФ), направленность совершенного ФИО2 преступления против безопасности дорожного движения, имеющую высокую общественную значимость, конкретные обстоятельства деяния, наступившие последствия, характер и размера причиненного вреда социальным ценностям, охраняемым уголовным законом, положения ч. 3 ст. 47 УК РФ, судебная коллегия полагает необходимым усилить осужденному наказание, увеличив срок основного наказания до 1 года 6 месяцев с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

По убеждению судебной коллегии такое усиление наказания отвечает принципу справедливости и будет служить достижению целей целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

В силу ч. 2 ст. 71 УК РФ назначенное осужденному дополнительное наказание подлежит самостоятельному исполнению.

Как следует из материалов уголовного дела, в ходе предварительного следствия потерпевшей Потерпевший №1 заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в размере 2 000 000 руб. и возмещения имущественного вреда в размере 2 000 000 руб.

Разрешая исковые требования Потерпевший №1 в части компенсации морального вреда, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 151, 1099-1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что имеются основания для взыскания такой компенсации, определив ее размер в сумме 400 000 руб., 200 000 руб. из которых добровольно выплачены ответчиком на стадии предварительного расследования.

Судом в нарушение требований ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации не в полной мере учтены и оценены фактические обстоятельства дела.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда суд первой инстанции указал на характер нравственных страданий потерпевшей в связи с травмой, неосторожную форму вины виновника дорожно-транспортного происшествия и его материального положение.

Между тем, вопреки вышеуказанным нормам гражданского права, регламентирующим принципы и критерии определения размера компенсации морального вреда, суд не учел, что размер компенсации определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом, не только нравственных, но и физических страданий.

В данном случае суд ограничился констатацией нравственных страданий истца, оставив без внимания и правовой оценки объективно выраженные физические страдания потерпевшей как самостоятельной составляющей морального вреда.

Таким образом, решение суда первой инстанции в указанной части вынесено без учета всех предусмотренных законом критериев, в частности, характера и степени физических страданий истца.

Вместе с тем из материалов дела, в том числе представленных медицинских документов, следует, что в результате преступных действий ФИО2 потерпевшей были причинены множественные телесные повреждения <данные изъяты> расцененные в комплексе как тяжкий вред здоровью.

В связи с полученными травмами она перенесла несколько хирургических операций, в том числе по <данные изъяты>, в последующем проходила длительное медицинское лечение и соответствующую реабилитацию.

До настоящего времени она не может самостоятельно передвигаться, использует инвалидную кресло-коляску, ограничена в возможности осуществлять самообслуживание. Полученные травмы привели к ухудшению состояния её здоровья: она испытывает длительные и интенсивные боли, вынуждена принимать сильнодействующие лекарственные препараты.

Истец Потерпевший №1, которой на момент дорожно-транспортного происшествия исполнилось <данные изъяты>, ввиду травм, полученных в результате совершения ФИО2 преступления, фактически утратила возможность ведения прежнего активного образа жизни, лишена возможности полноценно исполнять материнские обязанности в отношении своих троих малолетних детей.

Таким образом, физические страдания истца, выраженные: в интенсивном болевом синдроме, являющемся прямым следствием множественных телесных повреждений; тягостных ощущениях, вызванных длительной иммобилизацией и вынужденным ограничением естественных физиологических функций организма; системных психофизических перегрузках, обусловленных необходимостью перенести многократные болезненные медицинские вмешательства; перманентном физическом дискомфорте и ограничении привычной жизнедеятельности на протяжении всего периода реабилитации, - нашли свое подтверждение в ходе настоящего судебного разбирательства.

Судебная коллегия считает необходимым подчеркнуть, что при причинении тяжкого вреда здоровью с множественными травмами, как имеет место быть в данном случае, физические и нравственные страдания неразрывно связаны и взаимно усиливают друг друга. Физическая боль порождает и усугубляет нравственные страдания истца, испытывающего осознание тяжести состояния, необходимости длительного лечения, отчаяние от беспомощности, страх перед будущим ввиду утраты трудоспособности, переживания за находящихся у него на иждивении малолетних детей.

Непринятие во внимание судом первой инстанции вышеизложенных юридически значимых обстоятельств повлекло за собой присуждение истцу компенсации морального вреда, размер которой не отвечает принципам соразмерности, справедливости и полноты возмещения причиненного вреда.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции, учитывая фактические обстоятельства дела, характер полученных Потерпевший №1 телесных повреждений, степень её нравственных и физических страданий, материальное положение ответчика ФИО2, степень его вины, руководствуясь принципами разумности и справедливости, приходит к выводу о необходимости увеличить до 700 000 рублей размер компенсации морального вреда, причиненного потерпевшей.

С учетом добровольно выплаченной ФИО2 суммы в размере 270 000 рублей (200 000 руб. выплачено в ходе предварительного следствия; 70 000 руб. – после вынесения судом приговора 14 июля и 17 августа 2025 года) с него в пользу Потерпевший №1 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 430 000 руб.

Гражданский иск Потерпевший №1 в части возмещения имущественного вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в связи с повреждением принадлежащего ей транспортного средства <данные изъяты> рассмотрен судом в полном соответствии с требованиями материального и процессуального законов.

Руководствуясь положениями статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и оценив представленные доказательства, суд пришел к законному и обоснованному выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика ФИО2, являющегося виновником произошедшего дорожно-транспортного происшествия и владельцем источником повышенной опасности, в пользу истца денежных средств в счет возмещения причиненного ущерба в размере 1 240 000 руб., рассчитав его размер как разницу между определенными экспертом-оценщиком ИП М.Г.Б. в экспертном заключении №-Э/25 от ДД.ММ.ГГГГ рыночной стоимостью указанного транспортного средства на момент дорожно-транспортного происшествия (1 390 000 рублей) и стоимостью годных остатков (150 000 рублей), поскольку согласно выводам эксперта стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства превышает стоимость данного транспортного средства без учета повреждений на момент разрешения спора.

Таким образом, подлежащая к взысканию сумма возмещения материального ущерба определена судом верно исходя из выводов оценочной экспертизы, представленной в материалы дела потерпевшей стороной.

Судом первой инстанции соблюден порядок и условия взыскания с виновника имущественного вреда. В материалах дела отсутствуют сведения о том, что потерпевшей была получена страховая выплата за причинение вреда ее имуществу в виде транспортного средства.

Судебная коллегия принимает во внимание, что в силу положений Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», пункта 66 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» ФИО2 после выплаты Потерпевший №1 взысканной судом суммы имущественного вреда вправе обратиться к страховщику с требованиями о возмещении в пределах выплаченной суммы.

При этом имеющиеся в материалах дела сведения о производстве страховщиком гражданской ответственности виновника ПАО СК «Росгосстрах» в пользу Потерпевший №1 страховой выплаты за причинение вреда ее здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия в силу положений ч. 2 ст. 12 указанного выше Закона об ОСАГО, определяющей назначение данной выплаты, не имеют правового значения для настоящего дела и не влияют на сумму возмещения имущественного вреда, причиненного имуществу потерпевшей, а также размер компенсации морального вреда.

Таким образом, в указанной части оснований для отмены или изменений постановленного судебного решения не имеется.

Обсуждая доводы апелляционных жалоб об отмене судебного решения в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда с ФИО2, суд считает их несостоятельными и также не находит оснований для отмены решения в этой части.

Правильно применив нормы гражданского права, регулирующие порядок и условия компенсации морального вреда, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, исходя из того, что в ходе судебного разбирательства не нашли своего подтверждения факты совершения ответчиком противоправных действий, нарушающих её личные неимущественные права. Физические страдания от причинения тяжкого вреда здоровью испытала лишь сама потерпевшая Потерпевший №1. Право требования взыскания компенсации морального вреда связано с личностью лица, которому он причинен и носит личный характер.

Исходя из вышеизложенного, основания и условия взыскания с ФИО2 компенсации морального вреда в пользу ФИО1 отсутствуют.

Вместе с тем судебная коллегия находит подлежащим отмене приговор в части оставления без рассмотрения требований ФИО1 о возмещении расходов, понесенных на оплату услуг представителя потерпевшей Сарангова Е.Н., с разъяснением права на предъявление иска и его рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Суд не учел, что в соответствии с положениями ч. 3 ст. 42, п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ и разъяснениями, содержащимися в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», расходы, понесенные потерпевшим в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, не относятся к предмету гражданского иска, а вопросы, связанные с их возмещением, разрешаются в соответствии с положениями ст. 131 УПК РФ о процессуальных издержках.

При вынесении обжалуемого постановления суд первой инстанции не принял во внимание приведенные выше нормативные предписания и необоснованно оставил вопрос о процессуальных издержках без рассмотрения, что повлекло ограничение гарантированного УПК РФ права потерпевшей стороны на возмещение расходов, понесенных в связи с участием в ходе предварительного расследования и в суде.

Данное нарушение уголовно-процессуального закона признается судебной коллегией существенным и неустранимым в апелляционном порядке, что в соответствии с ч. 1 ст. 38917, ст. 38922 УПК РФ является безусловным основанием для отмены оспариваемого приговора в указанной части с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение в тот же суд в порядке ст. 397, 399 УПК РФ.

Других нарушений материального и процессуального законов при рассмотрении данного уголовного дела, влекущих отмену или изменение обжалуемого судебного решения, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38917, 38918, 38919, 38920, 38922, 38926, 38928, 38933 УПК РФ, судебная коллегия

п о с т а н о в и л:

приговор Элистинского городского суда Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 изменить:

- усилить назначенное ФИО2 наказание до 1 (одного) года 6 (шести) месяцев ограничения свободы с сохранением установленных в приговоре ограничений и обязанности;

- в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ назначить ФИО2 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (два) года. На основании ч. 2 ст. 71 УК РФ назначенное дополнительное наказание исполнять самостоятельно;

- увеличить размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ФИО2 в пользу Потерпевший №1, до 430 000 руб. (с учетом выплаченной суммы 270 000 руб.).

Отменить приговор в части оставления требований ФИО1 о возмещении понесенных расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшей Потерпевший №1 – адвокату Сарангову Е.Н. за участие в уголовном деле, без рассмотрения и передать уголовное дело в этой части на новое судебное разбирательство в тот же суд в порядка ст. 397, 399 УПК РФ.

В остальной части приговор суда оставить без изменения.

Апелляционные представление государственного обвинителя Уланова Б.П., жалобы потерпевшей Потерпевший №1, её представителей Сарангова Е.Н. и ФИО1 – удовлетворить частично.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня провозглашения в судебную коллегию по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции через Элистинский городской суд Республики Калмыкия. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Утунов Е.Н.