Решение № 2-1263/2019 2-1263/2019~М-1064/2019 М-1064/2019 от 24 сентября 2019 г. по делу № 2-1263/2019

66RS0051-01-2019-001636-04


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Серов 25 сентября 2019 года

Серовский районный суд Свердловской области в составе председательствующего Воронковой И.В., при секретаре судебного заседания Илюшиной Ж.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1263/2019 по иску

ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование

с участием путем ВКС истца – ФИО1, представителя ответчика – ФИО2, действующей на основании доверенности №<адрес>3 от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ, представителя третьего лица прокуратуры <адрес> - старшего помощника Серовского городского прокурора Гребенкиной А.Н., действующей на основании доверенности № от 10.09.2019

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Серовский районный суд <адрес> с исковым заявлением о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование в размере 8 000 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указал, что приговором Свердловского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ признан невиновным и оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п.п. а,в,г,ч.2 ст.126 УК РФ, по основанию предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ - в связи с отсутствием в его действиях состава указанного преступления, указанный приговор вступил в законную силу. Приговором за ним признано право на реабилитацию.

В качестве ответчика ФИО1 указал Следственный комитет Российской Федерации.

На основании положений абз.2 п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации" неправильное определение в исковом заявлении государственного органа, выступающего от имени Российской Федерации, не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения, оставления без движения. Суд при подготовке дела к судебному разбирательству определил в качестве ответчика по делу Российскую Федерацию в лице надлежащего федерального органа государственной власти, наделенного полномочиями выступать от имени Российской Федерации в суде.

В судебном заседании ФИО1 на заявленных требованиях настаивал, просил их удовлетворить, по тем доводам, которые изложены в исковом заявлении, пояснил, что сумма в заявленном размере 8 000 000 рублей, компенсирует его нравственные страдания в связи с незаконным уголовным преследованием по п.п.«а»,«в»,«г» ч.1 ст.126 УК РФ. Дополнительно отметил, что в исправительных учреждениях негативно относятся к лицам, осужденным по указанной статье, если они касаются женщин, кроме указанного полагал, что незаконным привлечением к ответчивенности по настоящей статье Уголовного кодекса РФ был причинен вред его здоровью, но, подтвердить указанное не может. Отметил, что описать нравственные страдания на заявленную сумму возможности не имеет, так как написал то, что думает.

Представитель ответчика Министерства Финансов РФ ФИО2 в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований отказать, в связи с тем, что сумма заявленных требований является чрезмерно завышенной, не соответствует требованиям разумности и справедливости, относительно чего представила в материалы дела отзыв соответствующего содержания.

В судебном заседании представитель третьего лица <адрес> Гребенкина А.Н. с исковыми требованиями согласилась частично. Поддержала доводы письменного возражения на исковое заявление.

Из текста указанного возражения следует, что относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о причиненных истцу физических и нравственных страданий, не представлено. ФИО1 заявлено требование о взыскании компенсации морального вреда в размере 8 000 000 рублей. Приговором Свердловского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осужден по ч.1 ст.158 (по факту кражи телефона потерпевшего ФИО8), п. «в» ч.4 ст.162, п «а». «ж», «з» ч.2 ст.105 УК РФ (по фактам разбойного нападения и убийства потерпевших ФИО9 и ФИО10), ч.2 ст.162, чт.3 ст.30, п. «а», «»ж», «з» ч.2 ст.105 УК РФ (по фактам разбойного нападения и покушения на убийство ФИО11). По совокупности указанных преступлений ему назначено окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 22 года и отбыванием наказания с исправительной колонии строгого режима, из них первых 5 лет в тюрьме, с последующим ограничением свободы сроком на 2 года. Кроме того, ФИО1 оправдан по п. «а», «в», «г» ч.2 ст.126 УК РФ (по эпизоду с потерпевшей ФИО12). Приговор Свердловского областного суда оставлен без изменения определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ. Явно преувеличены доводы иска, касающиеся избрания меры пресечения, уголовного преследования заявителя на предварительном следствии. Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 задержан в порядке ст.91 УК РФ в качестве подозреваемого в 05 часов 15 минут ДД.ММ.ГГГГ по подозрении в совершении убийства двух женщин (ФИО3 и ФИО4), а также покушении на убийство третьей женщины (ФИО5), совершенные с разбойными нападениями на них. Постановлением Серовского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 именно за указанные преступления избрана мера пресечения в виде заключения под страж, которая последовательно продлевалась вплоть до направления уголовного дела в суд для рассмотрения по существу (обвинительное заключение утверждено ДД.ММ.ГГГГ заместителем прокурора области). Только ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по п. «а», «в», «г» ч.2 ст.126 УК РФ (по эпизоду с потерпевшей ФИО12), которое в указанный день было соединено в уголовными делами по фактам разбойных нападений и убийства, а также покушение на убийство. Таким образом, в связи с признанием за ФИО1 права на реабилитацию, иск о взыскании компенсации морального вреда подлежит удовлетворению, но, частично, в значительно меньшем размере.

Суд, заслушав объяснения всех лиц, участвующих в деле, оценив доказательства по делу на предмет их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, пришел к следующим выводам.

В соответствии со ст.53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или должностных лиц.

Разрешая спор, суд исходит из того, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности в силу п.1 ст.1070 ГК РФ возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, в порядке, установленном законом.

Согласно ст.1071 ГК РФ в случаях, когда вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации от ее имени выступает Министерство Финансов Российской Федерации.

В силу ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Согласно ч.1, п.1 ч.2 ст.133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании п.2, п.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Например, когда вред, причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В силу ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других предусмотренных законом случаях, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

Согласно ст.1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, с учетом фактических обстоятельств, степени вины причинителя вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, с учетом требований разумности и справедливости.

Как разъяснено в Определении Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N643-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина на нарушение его конституционных прав частью первой ст.133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (ч.1 ст.133); данная норма как таковая направлена на защиту прав и законных интересов лиц, незаконно подвергшихся уголовному преследованию, и сама по себе не может расцениваться как нарушающая конституционные права заявителя; Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, закрепляя, что уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (ч.2 ст.6), предусматривает не только защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод, но и защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений (ч.1 ст.6). Так, ч.2 ст.136 УПК РФ прямо предусматривает, что иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства; при этом согласно ст.151 ГК РФ суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда, если гражданину такой вред (физические или нравственные страдания) причинен действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом.

Из содержания указанной выше нормы права, изложенной в ст.1100 ГК РФ следует, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности.

В п.21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N17 указано, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время в магазине «Промтовары» по адресу: <адрес>, обнаружены трупы продавцов магазина ФИО9 и ФИО10 с признаками насильственной смерти в виде множественных колото-резаных ран шеи, туловища и конечностей.

ДД.ММ.ГГГГ Серовским межрайонным следственным отделом по данному возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а,з» ч.2 ст.105 УК РФ.

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия и трупов в магазине «Промтовары» по адресу: <адрес>, установлено, что из магазина «Промтовары» похищены денежные средства потерпевших и материальные ценности.

ДД.ММ.ГГГГ Серовским межрайонным следственным отделом по данному факту возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п.«в» ч.4 ст. 162 УК РФ.

В ходе предварительного следствия установлено, что указанные преступления совершены, в том числе ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело № и уголовное дело № соединены в одно производство, соединенному уголовному делу присвоен №.

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время после совершения убийства ФИО9 и ФИО10, находясь на прилегающей территории к ПАО «Серовский завод ферросплавов», расположенного по адресу: Св?????????????????????????????????????J?J?J??????????????????????Й?? ?????????????????Й?? ?????????????J?J?J??????????????????????Й?? ????????????????????Й?? ?????????????J?J???????????J?J????

ДД.ММ.ГГГГ Серовским межрайонным следственным отделом по данному факту в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ст.30, п.п. «а,ж,з» ч.2 ст. 105 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 задержан в порядке ст.91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных п.«в» ч.4 ст.162, п.п.«а, ж, з» ч.2 ст. 105 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 допрошен в качестве подозреваемого.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п.«в» ч.4 ст.162, п.«а, ж, з» ч.2 ст.105, п.«в» ч.4 ст.162, ч.3 ст.30, п. «а, ж, з» ч.2 ст.105 УК РФ и в этот же день он допрошен в качестве обвиняемого.

ДД.ММ.ГГГГ Серовским районным судом <адрес> в отношении обвиняемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Кроме указанного, ДД.ММ.ГГГГ Серовским межрайонным следственным отделом в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «а,в,г» ч.2 ст.126 УК РФ, совершенного в отношении ФИО12

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело № и уголовное дело № соединены в одно производство, соединенному уголовному делу присвоен №.

Также было установлено, что в августе 2017 ФИО1 похитил мобильный телефон, по факту чего ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено уголовное дело №, которое ДД.ММ.ГГГГ было соединено с ранее возбуждённым уголовным делом, с присвоением соединенному уголовному делу №.

Таким образом, как было установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был задержан в порядке ст.91 УПК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении обвиняемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

Срок содержания под стражей неоднократно продлевался постановлениями суда от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ всего до 12 месяцев, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 158, п.«в» ч.4 ст. 162, п. «з» ч.2 ст.105, ч.2 ст.162, ч.3 ст. 30, п.«а,ж,з» ч.2 ст.105, п.«а,в» ч.2 ст.126 УК РФ, ФИО1 допрошен в качестве обвиняемого.

Постановлением Серовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ срок содержания ФИО1 под стражей продлен по ДД.ММ.ГГГГ.

Судом установлено, подтверждается материалами гражданского дела, что ФИО1 содержался под стражей за преступления, за которые он и был осужден, при указанном, сам по себе факт его оправдания по п.п.«а,в» ч.2 ст.126 УК РФ, не свидетельствует о том, что ФИО1 не была бы избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, равно, что срок указанной меры пресечения был бы значительно меньше или не продлевался бы судом, так как ФИО1 осужден за совершение особо тяжких преступлений к длительному сроку наказания в виде лишения свободы с отбыванием первых 5 лет в тюрьме.

Приговором Свердловского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осужден по совокупности преступлений, предусмотренных ч.1 ст.158, п. «в» ч.4 ст.162, п.п. «а.ж,з» ч.2 ст.105 УК РФ, ч.2 ст.162 УК РФ, ч.3 ст.30, п.п. «а,ж,з» ч.2 ст.105 УК РФ, за которые на основании ч.ч.3.4 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 22 года с ограничением свободы на 2 года, в течение первых 5 лет наказание подлежит отбыванию в тюрьме, затем в исправительной колонии строгого режима. Срок отбывания наказания подлежал исчислению с ДД.ММ.ГГГГ с зачетом времени содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

По преступлению, предусмотренному п.п. «а,в,г» ч.2 ст.126 УК РФ, на основании п.2 ч.1 ст.24 УК РФ ФИО1 оправдан за отсутствием состава преступления, с признанием за ним права на реабилитацию.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ приговор Свердловского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставлен без изменения.

Таким образом, за исключением факта возбуждения уголовного дела в отношении ФИО1 по п.п. «а,в,г» ч.2 ст.126 УК РФ и последующего оправдания по нему с признанием права на реабилитацию, иных негативных последний для ФИО1 судом не установлено, соответствующих доказательств истцом не представлено.

Согласно п.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п.34 ст.5 УПК РФ).

В силу ч.1 ст.133 УПК РФ вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В связи с оправданием ФИО1 по одному из эпизодов по п.п. «а,в,г» ч.2 ст.126 УК РФ за отсутствием состава преступления, у последнего возникло право для обращения в суд с настоящим иском.

В связи с тем, что в отношении ФИО1 незаконно осуществлялось уголовное преследование по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а,в,г» ч.2 ст.126 УК РФ (особо тяжкое преступление), по которому он был оправдан по реабилитирующему основанию, в соответствии с п.1 ст.1070 ГК РФ последний имеет право на компенсацию морального вреда, который подлежит возмещению за счет средств казны Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в том числе при незаконном привлечении к уголовной ответственности.

Поскольку судом установлен факт незаконного уголовного преследования в отношении истца, указанный факт безусловно нарушил личные неимущественные права истца не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которое он не совершал, нарушение данных прав причинило истцу нравственные страдания, следовательно, моральный вред, причиненный истцу в результате незаконного уголовного преследования, подлежит возмещению и суд соглашается с наличием оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

Причинение морального вреда лицу, незаконно обвиняемому в совершении преступления (уголовного деяния) - общеизвестный факт и дополнительному доказыванию в соответствии со ст.61 ГПК РФ не подлежит. Таким образом, сам по себе факт незаконного уголовного преследования подтверждает причинение лицу морального вреда в виде нравственных страданий.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При этом, обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда на основании, положений ст.1101 ГК РФ, следует исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Переходя к проверке доводов истца об обострении и приобретении заболеваний установлено, что истцом не приведено доказательств наличия у него заболеваний, равно их нахождения в прямой причинно-следственной связи с привлечением к уголовной ответственности.

Суд считает, что в ходе судебного заседания истец не доказал причинение ему физических страданий, не смотря на то, что обязанность доказывания причинения вреда здоровью в силу положений ст.1064 ГК РФ и ст.56 ГПК РФ, возложена именно на него.

Истцом, не доказано наличие причинно-следственной связи между ухудшением состояния здоровья либо приобретения определенных заболеваний и установленным судом незаконным привлечением её к уголовной ответственности.

Указанное соотносится с позицией ВС РФ, изложенной в Определении от ДД.ММ.ГГГГ N88-КГПР15-1.

Никакие иные личные неимущественные права и нематериальные блага в результате привлечения истца к уголовной ответственности по п.п. «а,в,г» ч.2 ст.126 УК РФ нарушены не были.

Таким образом, суд, установив факт незаконного привлечения истца к уголовной ответственности, пришел к выводу о наличии причинной связи между действиями государственных органов и перенесенными истцом нравственными страданиями.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает индивидуальные особенности истца, а также категорию преступления по п.п. «а,в,г» ч.2 ст.126 УК РФ, в котором он обвинялся (особо тяжкое преступление), отсутствие избрания по указанной статье какой-либо меры пресечения, тогда как мера пресечения в виде заключения под стражу, была бы избрана истцу и по иным статьям, за которые он и был осужден, длительность уголовного преследования по указанной статье (более 1 года), прекращение уголовного преследования по п.п. «а,в,г» ч.2 ст.126 УК РФ за отсутствием в деянии состава преступления в суде первой инстанции, в связи с чем и с учетом требований разумности и справедливости суд считает необходимым взыскать с ответчика Министерства Финансов Российской Федерации сумму компенсации морального вреда частично в размере 10 000 рублей, не находя при этом оснований для взыскания компенсации морального вреда в запрошенном истцом размере 8 000 000 рублей, отмечая при этом, что человеческие страдания невозможно оценить в денежном выражении, компенсация морального вреда не преследует цель восстановить прежнее положение истца, поскольку произошло умаление неимущественной сферы гражданина, а лишь позволяет максимально сгладить негативные изменения в психической сфере личности.

Суду не было представлено отвечающих требованиям гл.6 ГПК РФ доказательств, свидетельствующих о причинении истцу физических и нравственных страданий, компенсация за которые могла бы быть установлена в большем размере.

Более того, на что обращает внимание суд, за убийство одной из потерпевших с ФИО1 взыскана сумма компенсации морального вреда в размере 1 500 000 рублей, тогда как последний просит о компенсации своих нравственных страданий в размере 8 000 000 рублей.

За требование о взыскании компенсации морального вреда государственная пошлина истцом не уплачивалась, в связи с чем неуплаченная государственная пошлина не может быть взыскана с ответчика Министерства Финансов Российской Федерации в порядке распределения судебных расходов в пользу истца. Также указанная сумма судебных расходов не может быть взыскана с Министерства Финансов Российской Федерации в порядке ст.103 ГПК РФ, так как указанный орган государственной исполнительной власти освобожден от уплаты государственной пошлины на основании подп.19 п.1 ст.333.36 НК РФ.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.194 - ст.198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование – удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства Финансов Российской Федерации, выступающего от имени Российской Федерации, за счёт средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 сумму компенсации морального вреда частично в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

В удовлетворении требований ФИО1 о взыскании с Министерства Финансов Российской Федерации, выступающего от имени Российской Федерации, за счёт средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 суммы компенсации морального вреда в части 7 990 000 рублей – отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путём подачи апелляционной жалобы через Серовский районный суд Свердловской области.

Судья Серовского районного суда И.В. Воронкова

Мотивированное решение в окончательной

форме составлено ДД.ММ.ГГГГ

Судья Серовского районного суда И.В. Воронкова