Приговор № 1-105/2020 от 7 сентября 2020 г. по делу № 1-105/2020

Дело № 1-105/2020

76RS0008-01-2020-000687-46


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Переславль-Залесский 8 сентября 2020 г.

Переславский районный суд Ярославской области в составе председательствующего судьи Шашкина Д.А., с участием государственного обвинителя помощника Переславского межрайонного прокурора Лобанова И.И., потерпевших <Н.> и <Л.>, подсудимого ФИО1, его защитника адвоката Тремзина С.С., предоставившего удостоверение <номер скрыт> и ордер <номер скрыт> от 05.06.2020 г., при секретаре Ткач Т.В., рассмотрев в открытом судебном заседании в обычном порядке материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, <персональные данные скрыты>, ранее несудимого;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.162 УК РФ;

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил в Переславском районе Ярославской области в целях хищения имущества нападение на <Н.> и <Л.> с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, и с незаконным проникновением в жилище потерпевших, при следующих обстоятельствах.

В период времени с 01 час. 00 мин. до 02 час. 25 мин. 08.09.2019 г. ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь у дачного дома, расположенного на участке <адрес скрыт>, принадлежащего его знакомому <Л.>, из корыстных побуждений с целью хищения чужого имущества, заранее приготовив и принеся с собой матерчатые перчатки, чтобы не оставлять, отпечатки рук на месте преступления, а также вязаную шапку (балаклаву) с прорезью для глаз для сокрытия своего лица с целью предотвращения его опознания в случае обнаружения собственником жилища, подошел к окну веранды вышеуказанного дома, где реализуя свой указанный преступный умысел, убедившись, что за ним и его действиями никто не наблюдает, открыл незапертое окно веранды дома, и, осознавая, что своими действиями нарушает конституционное право проживающих в указанном доме лиц на неприкосновенность жилища, и желая этого, не имея на то предусмотренных законом оснований, при отсутствии согласия со стороны проживающих в доме лиц и помимо их воли через образовавшийся оконный проем незаконно проник на веранду дома. В это время из комнаты на веранду дома вышла проживающая в доме <Н.> и, включив свет, увидела на веранде ФИО1, после чего он, осознавая, что его действия стали очевидны для потерпевшей и носят открытый характер, потребовал от нее не кричать, высказав при этом фразу: «Заткнись! Жить хочешь, тогда молчи!» <Н.> с учетом сложившихся обстоятельств, при которых, совершалось преступление, а именно: физическое превосходство и дерзость нападавшего, совершение в отношении нее преступления в ограниченном пространстве - веранде дома, в ночное время суток, осознавая, что неизвестный мужчина в маске может применить в отношении нее физическую силу и причинить ей вред здоровью, восприняла действия нападавшего и угрозу применения насилия, как реальную, опасную для жизни и здоровья, не пыталась оказать сопротивление и позвать на помощь. Подавив своими действиями и высказанной угрозой волю <Н.> к сопротивлению, ФИО1 в продолжение своего указанного преступного умысла, открыл дверь и прошел в прихожую дома, где обнаружил брелок от автомобиля марки «<1.>» государственный регистрационный знак <номер скрыт>, не представляющий материальной ценности для потерпевшей, в присутствии последней умышленно открыто завладел им, а затем проследовал вновь на веранду, где, обнаружив принадлежащую <Н.> женскую сумку, в присутствии потерпевшей открыл ее и из находившегося там кошелька умышленно открыто завладел принадлежащими <Н.> денежными средствами в сумме 4450 руб., которые убрал в карман своей одежды. На шум из комнаты на веранду вышел гражданский муж <Н.><Л.>, после чего ФИО1, опасаясь быть задержанным на месте преступления и с целью удержания ранее похищенного имущества, подбежал к <Л.> и, применяя к нему насилие, не опасное для жизни и здоровья, руками толкнул его в грудь, от чего <Л.> испытал физическую боль, потерял равновесие и упал на пол и при этом <Л.> была причинена гематома в области правого локтевого сустава, которая не повлекла за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, и по этому признаку расценивается, как повреждение, не причинившее вреда здоровью. Далее <Л.>, поднявшись с пола, с целью защиты своего жилища и имущества, взял со стола пустую стеклянную бутылку из-под пива и направился в сторону ФИО1, после чего ФИО1 взял в руки обнаруженный на веранде дома топор и с целью удержания при себе ранее похищенного имущества, используя топор с целью психического воздействия на потерпевших в виде угрозы применения насилия, опасного для их жизни и здоровья, продемонстрировал его <Н.> и <Л.> и потребовал, чтобы они к нему не подходили, высказав в их адрес фразу: «Не делай этого, а то я Вас замочу!» Потерпевшие <Н.> и <Л.> с учетом высказанной в их адрес угрозы, осознавая, что неизвестный мужчина в маске может применить в отношении них физическую силу и причинить им физический вред, восприняли действия нападавшего и угрозу применения насилия, как реальную, опасную для их жизни и здоровья, в связи с чем не пытались оказать сопротивление и позвать на помощь. Далее, когда <Л.> по голосу в нападавшем узнал своего знакомого ФИО1 и спросил: «Рома, ты ли это?», ФИО1, понимая, что <Л.> его узнал по голосу, через входную дверь выбежал из дома на улицу и, похитив денежные средствами, с ними с места преступления скрылся, похищенным в последствие распорядился по своему усмотрению, а такими действиями причинил <Н.> ущерб на сумму 4450 руб.

Подсудимый ФИО1 с предъявленным ему обвинением согласился частично, указав, что не угрожал никому из потерпевших и никого не удерживал, преследовал цель наказать <Л.> за его поведение, действительно взял деньги и ключи, поэтому согласен с хищением, но не согласен что совершил нападение. При этом относительно обстоятельств происшедшего ФИО1 в суде показал, что по приглашению его знакомого <Л.> около 20 часов приехал к нему на дачу, дома находилась его жена <Н.>, была уже выпившая. Далее они вместе стали выпивать спиртное, он пил только пиво, в разговоре <Л.> хвастался автомобилем Вольво и собой. Далее, когда пиво закончилось, они поехали в магазин, там познакомились с мужчиной по имени <С.>, <Л.> купил водки и пиво и они вместе поехали к <С.>. Дома у <С.> они пили пиво и коньяк, а когда коньяк закончился, они поехали в магазин, <С.> купил еще коньяк, а затем прибыли к <Л.> и продолжили выпивать у него. В ходе общения его начали оскорблять, <С.> предложил уехать и они направились к калитке, а <Л.> пошел с ними. <Н.> попросила помочь донести ей пиво, он вернулся в дом, взял пиво, вышел и увидел, что <Л.> ломает его машину, повредил правую дверь. <Н.> ударила <Л.>, у них началась драка, он встал между ними, но их не трогал, и затем <Н.> сказала, что раз тот ее избивает, она уезжает в Москву. Далее они с <С.> приехали к нему, еще выпили спиртного, и он поехал к <Л.> посмотреть, пустила ли его в дом жена. Прибыв, он увидел, что калитка открыта, у себя в машине взял сварочную маску, решил напугать <Л.> и проучить его за то, что тот сломал его машину, надел маску и решил залезть в дом, так как рассчитывал, что <Л.> будет вставать в туалет, его увидит и испугается. Он был выпивши, но воспринимал себя адекватно, все понимал и причинять вреда не собирался. Он подергал дверь в дом, та была заперта, он подставил стул к окну и через него пролез в дом. Дома было темно, но затем вошла <Н.>, увидела его и спросила кто он. Он сказал, что пришел наказать <Л.> за его поведение, так как защищает женщин и детей. Она спросила, не убьет ли он ее, на что он ответил, что не будет ей ничего делать и не причинит вреда. Далее они около 20 минут разговаривали, <Н.> веля себя спокойно, рассказывала ему про ее умершую дочь, он ее стал успокаивать, говорил, что он защищает женщин. Затем она увидела на столе нож, но он ей сказал, что если она боится, то может нож убрать, после чего она убрала нож и вернулась к нему. Далее <Н.> попросилась в туалет, он ей разрешил, она вышла из дома и пошла в туалет, могла сбежать, но не стала и вернулась обратно. Еще <Н.> сказала, что намочила штаны и при нем переодевалась. Тогда же он, когда осмотрел сумку и увидел там деньги, решил их забрать за повреждения его машины, при этом сказал <Н.>, что проучит за то, что они ему сломали машину, и деньги сунул в карман. Также взял дома у пепельницы он ключи от машины <Л.>. Далее он <Н.> предложил разбудить <Л.>, говорил ей, что тот ее унижает, избивает, и его надо проучить, но <Н.> отказалась, решив, что он будет его убивать. Затем проснулся и пришел <Л.>, стал спрашивать кто он и не любовник ли, затем сказал, что хочет в туалет. <Л.> он не толкал, далее они вышли на улицу, <Л.> сходил у террасы в туалет и они вернулись в дом. Там <Л.> взял бутылку, он стал говорить ему, что тот обижает женщин, <Л.> его узнал и назвал по имени, он снял маску и кинул ее в него, а тот в ответ кинул в него бутылку. Никаких топоров он в доме не видел и в руки не брал. Далее он отбежал подальше, сказал, что все это шутка, но <Н.> сказала, что так не шутят и что они испугались, после чего стали вызвать полицию, а он уехал. По пути он выкинул деньги, звонил <Л.> и предлагал разрешить конфликт мирно, но тот отказался, далее он приехал домой, где выбросил ключи.

В подтверждение вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления стороной обвинения были предоставлены суду и исследованы в судебном заседании следующие доказательства.

Так, потерпевшая <Н.> в суде показала, что 07.09.2019 г. вечером около 21 часа к ним пришел ФИО1, был с каким-то мужчиной по имени <С.>, они вместе выпивали спиртное. Затем она с мужем поругалась и он с ФИО1 и <С.> ушел. Она оставила все двери открытыми, чтоб муж, вернувшись, мог попасть в дом, а сама ушла на второй этаж спать. Через какое-то время она первый раз спустилась, но мужа еще не было и она ушла спать дальше. Затем она позже уже около 1 часа уже 08.09.2019 г., второй раз спустилась, увидела, что муж спит на первом этаже в спальне, но при этом услышала шорох. Она решила проверить заперты ли двери, открыла дверь и вышла на террасу, там было темно, она включила свет и перед собой увидела мужчину, который был в шапке с прорезью для глаз и в перчатках. Она увиденного сильно испугалась, восприняла эту ситуацию, как угрожающую, тот мог сделать с ней что угодно, убить, изнасиловать, она стала опасаться за свою жизнь, от испуга даже на месте обмочилась. Далее она спросила, кто он такой, а тот ответил, что он защитник детей и обиженных женщин, а также что ее мужик ее не достоин. Она его не понимала, не узнала, воспринимала его, как чужого, проникшего в дом. Далее она стала специально громко разговаривать, чтобы проснулся муж, но тот сказал: «По тише, не ори, хочешь жить заткнись, будем ждать пока твой муж проснется». Она попросилась в туалет, так как штаны у нее уже были мокрые, попыталась открыть входную дверь, но ее заклинило, долго не получалось, затем открыла и вышла в туалет. На крыльце она увидела топор, который был их, но ранее его там не было и тот всегда находился в сарае. Пока она ходила в туалет, мужчина все время был с ней, далее она вернулась на веранду и села там, так как мужчина сказал в сам дом не заходить и ждать мужа. Затем мужчина спросил, где ключи от машины, он сказала, что в доме на полке, тот сам сходил и взял их. Так же мужчина высказывался против них, как москвичей, и что их надо раскулачивать. На террасе стояла ее сумка, мужчина без каких-либо пояснений достал из нее кошелек, позже выяснилось, что он забрал от туда деньги 4450 руб. Также мужчина стал требовать документы на машину, на что она ответила, что документы у мужа и пусть поднимает его. Далее он отправил ее на улицу взять пакет с пивом, которое он купил ей, она вышла на улицу и у их машины во дворе взяла пакет, при этом также заметила недалеко автомашину ФИО1 «Матиз» светлого цвета. Затем, когда она вернулась в дом, мужчина сказал ей пить пиво и ждать, пока ее муж проснется. Также, когда мужчина открывал пиво ножом и предлагал ей, она отказалась, и тот спросил, боится ли она, на что она подтвердила и тот сказал, что она нож может отнести. После этого она понесла нож в дом на кухню, но мужчина пошел за ней, чтоб она не разбудила мужа, и она вернулась на террасу. Затем в какой-то момент минут через 10 проснулся муж и как только он открыл дверь и стал входить, мужчина прыгнул, налетел на него и телом сбил с ног, от чего муж упал без сознания. Она за мужа испугалась, стала кричать и приводить его в чувства, мужчина выскочил на крыльцо, взял от туда топор и встал у нее за спиной. Далее муж очнулся, встал, увидел мужчину с топором, схватил бутылку из под пива и пошел на него. Мужчина стал пятиться на улицу, они с мужем стояли в дверном проеме, и мужчина сказал, что не надо этого делать и что он их обоих порешит. В этот момент муж по голосу узнал мужчина и спросил: «Рома это ты?» Она поняла, что муж узнал мужчину, после этого тот выкинул топор за спину, снял шапку и она его также узнала, это был ФИО1, который в этот день к ним заходил. Далее ФИО1 бросил шапку в них, сказал, что он пошутил и только хотел попугать, после чего убежал, у нее началась истерика, вызывали полицию. Считает, что ФИО1, когда привез ее мужа домой, полагал, что она из-за конфликта уехала и ее дома нет, ждал, когда муж уснет, пытался топором взломать запор двери, так как тот оказался поврежденным, но не смог, из-за чего и залез в дом через окно, под окно был поставлен стул и оно оказалось открытым.

Потерпевший <Л.> в суде показал, что 07.09.2019 г. вечером около 21 часа к ним на дачу <адрес скрыт>, приехал его знакомый ФИО1, который ранее выполнял для него работу по ремонту дома, конфликтов с ним ранее не было, денежных обязательств перед ним у него также не было. Они с женой <Н.> отмечали ее отпуск, ФИО1 посидел с ними, вместе выпивали. Затем они ходили в магазин, там встретили <С.>, вернулись втроем к ним на дачу, выпили еще и потом собрались к <С.> на дачу. Жена его отпускать не хотела, он оставаться не соглашался, и они с ней поругались. Далее они уехали, у <С.> выпивали примерно до 24 часов, а затем ФИО1 привез его домой. Дома он пошел спать, где была супруга не заметил, входные двери с улицы на террасу запер. Около 01 часа он проснулся от непонятного шума с веранды и пошел посмотреть. Как только он открыл дверь на веранду, на него набросилась черная тень, сбила с ног, он упал, испытал физическую боль, потерял сознание, так как ударился головой, и еще он порвал сухожилие на правой руке, так как при падении пытался схватиться. Когда <Н.> привела его в себя, он увидел, что стоит мужчина в шапке с прорезями и с топором. Он подумал, что их грабят, опасался, что тот может их убить, так как было ночью и мужчина был с топором, после чего он, чтоб защититься, схватил бутылку левой рукой и замахнулся на этого мужчину. Тот стоял в проеме двери с веранды на крыльцо, и когда он замахнулся в его сторону, мужчина сказал: «Не надо этого делать, я вас всех замочу», опасность представлял реальную. Далее он по голосу узнал ФИО1, спросил: «Рома ты что ли?», после чего тот пятился к калитке, бросил топор за спину, сказал, что он пошутил, снял маску и бросил, потом выскочил за калитку и уехал. Он вернулся домой, стал спрашивать у жены о произошедшем, жена была в шоковом состоянии, заикалась, сказала, что тот постоянно удерживал ее, высказывался, что пришел его наказать, вытащил из сумки деньги, забрал ключи и требовал документы на машину. Топор был их, ранее хранился в сарае, им еще ФИО1 пытался вскрыть дверь, так как там остались отметены, не получилось, и полез через окно.

В связи с противоречиями в суде по ходатайству стороны защиты были оглашены показания <Л.>, данные им в ходе предварительного расследования на допросе в качестве свидетеля 08.09.2019 г. (т.1 л.д.46-48), из которых следует, что ранее он указывал, что когда они посидели у них на даче и выпили спиртного, Роман и <С.> уехали на дачу к <С.>, а он и <Н.> остались дома, о конфликтах с <Н.> в тот вечер не помнит. В ночное время после полуночи он проснулся, от чего не помнит, и, выйдя на веранду дома, увидел мужчину в маске, который стоял по середине веранды, а <Н.> в это время сидела на кресле недалеко от него и плакала. Он понял, что неизвестный мужчина пришел их грабить, взял с пола пустую стеклянную бутылку из под пива, пошел в сторону мужчины и замахнулся в его сторону. Мужчина, увидев его, сказал: «Не стоит этого делать, я грохну вас обоих». Он по голосу в мужчине узнал Романа, который был у них в гостях, сказал: «Рома это ты что ли?», на что, тот, не ответив ни слова, выбежал из дома. Жена рассказала, что мужчина в маске требовал у нее ключи и документы от автомобиля и также похитил из сумки 4450 руб. Они вызвали полицию, утром он обратился в больницу, так как у него болела рука, как получил травму точно сказать не может, но Роман в доме физической силы к нему не применял.

Данные показания <Л.> не отрицал, настаивал на правильности показаний, данных в суде, причину противоречий объяснил тем, что в первоначальных показаниях про топор указать забыл и вспомнил о нем позже, а о том, что ФИО1 сбил его с ног, не говорил, так как его об этом не спрашивали.

Свидетель <А.>, сотрудник ОМВД России по городскому округу г. Переславль-Залесский, в суде показал, что 08.09.2019 г. в ночное время около 02 час. 30 мин. поступило сообщение от дежурного о том, что в <адрес скрыт> у женщины на участке у дома кто-то посторонний. Он в составе наряда полиции прибыл на место, вышла женщина в шоковом состоянии, по которой было сразу понятно, что что-то произошло, пояснила, что неизвестный мужчина в маске угрожал ей и похитил деньги. Женщина и ее муж были в шоке, реально переживали произошедшее, женщина была в истерике, наводящими вопросами долго узнавали у нее подробности, а ее муж пояснил, что человек по имени Роман зашел на террасу, угрожая топором, забрал на террасе из сумки деньги около 3 тыс. руб. и ключи от машины. Также потерпевшие поясняли, что Роман причинил повреждения мужу, тот терял сознание и сам это вспомнил с трудом, а молодой человек, убегая, бросил на территории топор, а в него бросили бутылку. На топор он обратил внимание сразу по прибытии, тот лежал возле ворот, а бутылка лежала возле забора. На террасе, он видел маску цвета хаки, про которую потерпевшие сказали, что она нападавшего. Телесных повреждений у потерявших не видел.

Согласно информации, зарегистрированной в ОМВД России по городскому округу г. Переславль-Залесский, 08.09.2019 г. в 02 час. 25 мин. <Л.> сообщал о том, что на участке <адрес скрыт> находится посторонний в доме (т.1 л.д.4), а согласно сообщению в тот же орган полиции врач ЦРБ <М.> 08.09.2019 г. в 13 час. 33 мин. сообщил о том, что в медицинское учреждение обратился <Л.> с диагнозом: отрыв дистального сухожилия двуглавой мышцы правого плеча (т.1 л.д.5).

Согласно заявлению <Н.> она, обращаясь 08.09.2019 г. в ОМВД России по городскому округу г. Переславль-Залесский, просила привлечь к уголовной ответственности неизвестное лицо, которое в ночь на 08.09.2019 г. проникло в ее дом и под угрозой жизни и здоровью совершило хищение денежных средств в сумме 4450 руб. (т.1 л.д.6)

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 08.09.2019 г. с прилагаемой фототаблицей зафиксирована обстановка в доме, расположенном на участке <адрес скрыт>, отражено обнаружение в 20 м. от калитки забора топора, обнаружение в помещении дома женского кошелька, тряпичной маски, женской сумки, зафиксировано их изъяты (т.1 л.д.7-17).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 08.09.2019 г. с прилагаемой фототаблицей зафиксирована обстановка на участке местности возле дома <адрес скрыт>, зафиксировано, как участвовавший в осмотре ФИО1 указал место, куда он выкинул ключи от автомобиля, взятые в доме <Н.>, и в указанном месте был обнаружен и изъят автомобильный ключ (брелок) от автомобиля «<1.>» (т.1 л.д.36-42).

Согласно заключению эксперта №30 ОТ 28.01.2020 г. у <Л.> по данным медицинской документации имелась гематома в области правого локтевого сустава, которая не повлекла за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, и по этому признаку расценивается, как повреждение, не повлекшее вред здоровью человека (т.1 л.д.182-185).

Согласно заключению эксперта №754 ОТ 26.12.2019 г. у <Н.> каких-либо видимых повреждений на волосистой части головы, шее, туловище, верхних и нижних конечностях не обнаружено (т.1 л.д.133-134).

Согласно протоколу осмотра предметов от 29.11.2019 г. с прилагаемой фототаблицей зафиксированы внешний вид и состояние топора и маски (т.1 л.д.126-129).

Согласно протоколу предъявления предмета для опознания от 27.01.2020 г. с прилагаемой фототаблицей свидетель <А.> опознал вязаную балаклаву, как ту, которую он видел 08.09.2019 г. в дачном доме на участке <адрес скрыт>, когда выезжал по сообщению о происшествии (т.1 л.д.186-189).

Согласно протоколу явки с повинной ФИО1 от 08.09.2019 г. он добровольно сообщил о том, что 08.09.2019 г., находясь в <адрес скрыт>, примерно в 01 час. 30 мин. пришел на участок своего знакомого мужнины по имени <Л.>, желал отомстить ему, за то, что тот избивал свою жену, для чего надел на голову маску, проник в дом <Л.> через окно на веранду, а когда туда вышла хозяйка дома <Н.>, он нашел в ее сумке денежные средства и похитил их, в последующем скрылся (т.1 л.д.50-51).

Согласно заключению комиссии экспертов №1/1256 от 21.07.2020 г. ФИО1, как на момент совершения инкриминируемого ему деяния, так и в настоящее время, каким-либо психическим расстройством не страдал и не страдает (т.2 л.д.155-159).

Оценив исследованные в судебном заседании указанные выше доказательства суд признает предоставленные стороной государственного обвинения доказательства допустимыми, достоверными, а в их совокупности и достаточными для признания ФИО1 виновным в совершении преступления при изложенных выше в описательной части приговора обстоятельствах.

За основу в этом суд берет показания потерпевших <Н.> и <Л.>, данные ими в суде о том, как к ним домой проник посторонний первоначально неузнанный ими из-за скрытого маской лица мужчина, он изначально случайно <Н.> был на месте преступления застигнут на террасе дома, после чего оставаясь в доме в присутствии <Н.> из ее сумки открыто завладел ее денежными средствами, а когда на террасу зашел супруг <Н.><Л.>, мужчина толкнул его, от чего тот упал, испытал физическую боль и получил телесные повреждения, далее на действия <Л.>, взявшего пустую бутылку и выразившего своим поведение готовность защищать себя и супругу, взял топор, высказал <Н.> и <Л.> угрозу расправой, после чего когда мужчине по голосу <Л.> опознал ФИО1, он с похищенным с места преступления скрылся. Оснований не доверять данным показаниям потерпевших суд не находит, они логичны, последовательны, стабильны, полностью без существенных противоречий согласуются друг с другом. Оснований для оговора у потерпевших ФИО1 на имелось, неприязненных отношений между ними не было, ФИО1 с <Н.> и <Л.> ранее был знаком, с последним поддерживал дружеские отношения, незадолго до преступления совместно употребляли спиртные напитки. Показания потерпевших подтверждаются показаниями в качестве свидетеля сотрудника полиции <А.>, первым прибывшего по сообщению потерпевших на место преступления, кому потерпевшие <Н.> и <Л.> рассказали обстоятельства преступления аналогично своим показаниям образом. Дополнительно показания потерпевших подтверждаются сообщением <Л.> и заявлением <Н.> в органы полиции, протоколом осмотра места происшествия, которым было зафиксирована обстановка на месте преступления, место проникновения в дом через окно, обнаружение топора и маски. Показания потерпевших <Н.> и <Л.> о характере примененного к последнему насилия подтверждается заключением проведенной в отношении него судебно-медицинской экспертизой о наличии у <Л.> после происшествия телесных повреждений. Показаниям потерпевшей <Н.> относительно самого факта проникновения ФИО1 в дом, завладения денежными средствами и ключами от автомобиля, суммы похищенного, показаниям ее и <Л.> об опознании ФИО1 и оставлении им места преступления с похищенным соответствуют и их подтверждают собственные показания ФИО1 в суде, его явка с повинной, протокол осмотра местности в районе места жительства ФИО1, где были обнаружены выброшенные ФИО1 ключи от автомобиля потерпевших. Показания потерпевших относительно использования ФИО1 топора дополнительно подтверждаются показаниями свидетеля <А.> и протоколом осмотра места происшествия о об обнаружении топора не в месте хранения и именно там, где он был брошен исходя из показаний потерпевших.

При данных доказательствах к показаниям ФИО1 в суде о том, что к <Л.> он насилия не применял, топора не брал и угроз расправой не высказывал, суд относится критически и им не доверяет, признает их недостоверными и расценивает, как способ защиты, направленный на смягчение степени своей ответственности.

Действия ФИО1 по данному делу органом предварительного расследования квалифицированы и поддержано прокурором государственное обвинение в суде по ч.3 ст.162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, и с незаконным проникновением в жилище.

Исходя из обстоятельств, установленных совокупностью изложенных выше доказательств в соответствии с приведенной их оценкой следует, что ФИО1 действовал из корыстных побуждений, по прибытии к дому <Н.> и <Л.> имел цель неправомерного завладения чужим имуществом и обращения его в свою пользу. Об этом свидетельствуют согласно показаний <Н.> высказывания ФИО1 на месте преступления о негативном отношении к ним, как москвичам и состоятельным людям, так и фактические действия ФИО1, связанные с подготовкой к преступлению, надеванием маски для исключения его опознания на случай обнаружения, проникновение в дом по месту хранения имущества потерпевших в ночное время и даже несмотря на то, что дом был заперт, путем повреждения окна, а также фактические действия ФИО1 на месте преступления, связанные с завладением ключами от автомобиля потерпевших и их денежными средствами. При данных обстоятельствах к показаниям ФИО1 в суде о том, что корыстной цели он не имел, хотел напугать <Л.> и проучить его за поведение в состоянии опьянения при совместном распитии спиртного, суд относится критически и им не доверяет. Они в целом сами по себе лишены какого-либо логического смысла и выглядят явно надуманными. Показания потерпевшей <Н.> о соответствующих высказываниях ФИО1 на месте преступления данных выводов не опровергают, объяснимы тем, что ФИО1 на месте преступления был <Н.> застигнут неожиданно и был вынужден как-то, в том числе даже нелогично, объяснять свое проникновение в дом, скрывая истинную корыстную цель.

Реализуя данную цель и рассчитывая действовать тайно, ФИО1 проник в дом <Л.> и <Н.>, но был встречен там последней, после чего, осознавая, что его действия приобрели открытый характер, для достижения указанной корыстной цели им было совершено нападение на <Н.>, что выражалось в том, что совершалось мужчиной в отношении женщины, в ночное время и в ограниченном пространстве помещений дома, для предотвращения возможного сопротивления <Н.> им была высказана ей угроза расправы применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшей. При том поскольку с целью хищения ФИО1 проникал в дом, он допускал возможное нахождение там потерпевших, был готов к этому, о чем свидетельствует, то что он использовал маску для сокрытия лица, поскольку его личность потерпевшим была знакома. Указанные действия ФИО1 и создавшуюся обстановку потерпевшая <Н.> воспринял, как серьезность намерений нападавшего и возможность причинения им действительного вреда ее жизни и здоровью, испугалась за свою жизнь и здоровье настолько, что у нее произошло непроизвольное мочеиспускание. Высказывание угроз опасного для жизни и здоровья насилия к потерпевшей <Н.> ФИО1 определило опасность самого нападения, что оказало влияние на поведение потерпевшей <Н.>, а именно, она, опасаясь за свою жизнь и здоровье, не стала оказывать сопротивления ФИО1, стала исполнять все его требования. Высказывание угроз применения опасного для жизни и здоровья насилия способствовало достижению ФИО1 преступного результата, то есть, позволило беспрепятственно завладеть ФИО1 денежными средствами <Н.>. То, что потерпевшая реально воспринимала серьезность нападения ФИО1 и действительно опасалась за свою жизнь и здоровье, подтверждается показаниями потерпевшего <Л.> и свидетеля <А.> о том, что <Н.> сильно переживала происшедшее, испытала стресс. Далее, когда ФИО1 был обнаружен потерпевшим <Л.>, он, продолжая нападение, в реализацию своего корыстного преступного умысла, толкнув <Л.>, применил к нему насилие, не опасное для его жизни и здоровья, а когда <Л.> взял бутылку и выразил готовность защищать себя и свою супругу, а также их жилище, ФИО1, продолжая нападение, вновь стал угрожать потерпевшим <Н.> и <Л.> применением к ним опасного для их жизни и здоровья насилия, выразив его как соответствующими словами о физической расправе, так и продемонстрировав взятый в руки для подкрепления реальности исполнения угроз топор. Данные угрозы ФИО1 выразил потерпевшим для обеспечения удержания у себя похищенного имущества, поскольку в целом при совершении преступления ФИО1 от похищенных денежных средств не отказывался, в том числе и даже после того, как потерпевший <Л.> выразил готовность защищаться, он место преступления покинул, оставив похищенные денежные средства потерпевшей при себе. То есть, корыстная цель преступления ФИО1 путем угроз применения к потерпевшим опасного для их жизни и здоровья насилия была в целом достигнута.

В связи с этим, квалификацию действий подсудимого ФИО1 именно, как разбой, суд признает верной, а доводы стороны защиты об отсутствии признаков нападения при указанной оценке суд признает несостоятельными. Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 потерпевшую <Н.> не удерживал и она могла свободно покинуть дом, суд признает несостоятельными, нахождение потерпевшей <Н.> на месте преступления исходя из ее показаний, которые суд считает достоверными, было обеспечено как раз высказанной ФИО1 в ее адрес угрозой и характером самих действий ФИО1, когда он обеспечивал нахождение потерпевшей при нем, чем воля потерпевшей к свободе поведения была подавлена.

При нападении ФИО1 хищение денежных средств <Н.> было совершено открыто, что следует из показаний потерпевшей <Н.> о том, что она видела, как ФИО1 брал ее сумку и доставал из нее кошелек, а не видела лишь размер похищенного, причем сам ФИО1, завладевая денежными средствами, осознавал, что делает это в присутствии потерпевшей и действует открыто, в связи с чем оснований для квалификации действий ФИО1, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, суд вопреки позиции стороны защиты также не усматривает.

Правильно по мнению суда вменен квалифицирующий признак, как совершение разбоя с применением предмета, используемого в качестве оружия, поскольку для выражения угрозы применения опасного для жизни и здоровья насилия к потерпевшим <Н.> и <Л.> подсудимый ФИО1 использовал взятый в руки предмет – топор, применение которого при нанесения им ударов человеку ввиду его характеристик способно причинить вред жизни или здоровья человека. Топор ФИО1 взял в руки и удерживал, демонстрируя потерпевшим возможность его применения, именно в связи с совершением им нападения на потерпевших и подкрепления реальности высказанных угроз расправой, поскольку это сделано им было тогда, когда действия ФИО1 стали очевидны не только для потерпевшей <Н.>, но и для ее супруга <Л.>, и одного лишь высказывания угроз применения опасного для жизни и здоровья насилия, как этого действовало на потерпевшую <Н.>, уже было недостаточно. Это ФИО1 осознавал, и топор использовал именно для оказания психического воздействия на потерпевших в виде угрозы применения насилия, опасного для их жизни и здоровья. Такие действия ФИО1 защитой от <Л.> вопреки доводам стороны защиты признать нельзя, поскольку сам <Л.> действовал правомерно и в целях защиты мог совершать любые действия в отношении нападавшего, в то время как ФИО1 намеревался воздействовать на потерпевших с преступной целью для доведения начатого им преступления до конца и свободному оставлению им с похищенным места преступления.

Правильно по мнению суда вменен квалифицирующий признак преступления, как совершение разбоя с незаконным проникновением в жилище, поскольку местом совершения преступления явился принадлежащий <Н.> и <Л.> дачный дом, который согласно примечаниям к статье 139 УК РФ, аналогично положениям п.10 ст.5 УПК РФ, признается жилищем, как пригодное для постоянного проживания помещение. ФИО1 являлся <Н.> и <Л.> хотя и знакомым, но все же посторонним лицом, к дому никакого отношения не имел, в нем не проживал и им не пользовался, в связи с чем находиться в доме потерпевших он был не вправе. На незаконность его проникновения указывают сами фактически обстоятельства дела, когда ФИО1 проник в дом тайно, сделал это ночью, а оказавшись внутри дома и будучи обнаруженным потерпевшими, совершил на потерпевших с корыстной целью нападение. То, что ФИО1 в дом <Н.> и <Л.> проник именно с целью хищения, то есть с преступной целью, свидетельствует то, что проникал ФИО1 через окно, использовал для сокрытия лица маску на случай его обнаружения, а оказавшись в жилище и когда его застигла потерпевшая, свой преступный умысел реализовал, завладев деньгами потерпевшей <Н.>, то есть в дом ФИО1 требовалось попасть именно для того, чтобы получить доступ к хранящемуся в доме имуществу потерпевших, рассчитывая таким имуществом, и в частности денежными средствами, незаконно завладеть.

В связи с изложенным суд по данному делу действия ФИО1 квалифицирует именно по ч.3 ст.162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, и с незаконным проникновением в жилище.

При назначении наказания подсудимому ФИО1 суд в соответствии с положениями ст.6, ч.3 ст.60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, влияние наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Так, Макарычев ранее не судим (т.1 л.д.243, 244), впервые совершил умышленное преступление, относящееся к категории особо тяжких. По месту жительства ФИО1 согласно рапорту участкового уполномоченного полиции характеризуется удовлетворительно, к уголовной ответственности не привлекался (т.1 л.д.240). Также суд учитывает, что ФИО1 является гражданином Российской Федерации, имеет постоянное место жительства, состоит в браке (т.1 л.д.234-236), проживает с семьей. ФИО1 трудоустроен в <данные изъяты>, где характеризуется положительно, как профессиональный грамотный сотрудник, трудолюбив, доброжелателен, к дисциплинарной ответственности не привлекался (т.1 л.д.220, 221). На учете у врачей психиатра и нарколога подсудимый ФИО1 не состоит (т.1 л.д.242).

К обстоятельствам, смягчающим наказание ФИО1, согласно п.п. «г», «и», «к» ч.1 ст.61 УК РФ суд относит соответственно наличие на иждивении одного несовершеннолетнего ребенка (т.1 л.д.79-80, 237), явку с повинной (т.1 л.д.50), способствование расследованию преступления и рыску похищенного имущества в связи с указанием места его нахождения (т.1 л.д.36), возмещение в полном объеме причиненного преступлением материального ущерба (т.1 л.д.81). Кроме того на основании ч.2 ст.61 УК РФ к смягчающим наказание ФИО1 обстоятельствам суд относит то, что ребенка он воспитывает один, так как мать ребенка ограничена в родительских правах (т.1 л.д.73-78), наличие заболеваний у самого подсудимого, пенсионный возраст и наличие заболеваний у его матери, которой он оказывает помощь.

Суд приходит к выводу о том, что справедливым, а также способствующим исправлению подсудимого ФИО1 и достижению иных целей уголовного наказания, установленных ч.2 ст.43 УК РФ, за данное преступление будет наказание ему в виде лишения свободы. При этом суд, устанавливая пределы, в которых должно быть назначено подсудимому наказание, применяет положения ч.1 ст.62 УК РФ о сокращении до 2/3 максимального предела срока наиболее строгого наказания, предусмотренного санкцией статьи, в связи с наличием у него смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п.п.«и», «к» ч.1 ст.62 УК РФ, и отсутствием отягчающих обстоятельств. Кроме того, учитывая все установленные по данному делу фактические данные в совокупности, поведение ФИО1 во время и после совершения общественно опасного деяния, семейное положение, смягчающие наказание и другие обстоятельства, и в частности оценивая фактические совершенные ФИО1 преступные действия, не связанные с непосредственным применением опасного для жизни или здоровья потерпевших насилия, совершение преступления впервые, положительные характеристики подсудимого по месту жительства и работы, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, суд считает возможным признать имеющиеся у ФИО1 смягчающие наказание обстоятельства исключительными, значительно снижающими степень его общественной опасности, применить при назначении ему наказания положения ст.64 УК РФ и назначить ему наказание ниже низшего предела, предусмотренного санкцией статьи.

Необходимости в назначении подсудимому дополнительных наказаний суд не усматривает.

Оснований для изменения категории преступления по ч.6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Исходя из характера и степени общественной опасности совершенного подсудимым ФИО1 преступления при учете его личности, не смотря на наличие у подсудимого ФИО1 смягчающих наказание обстоятельств, исходя из характера совершенных ФИО1 преступных действий, и того, что совершенное им преступление относится к категории особо тяжких, учитывая дерзость преступления, суд считает, что при условном осуждении в соответствии с положениями ст.73 УК РФ цели наказания ФИО1 достигнуты не будут, в связи с чем наказание ФИО1 в виде лишения свободы суд назначает реально с отбыванием его в исправительном учреждении.

Вид исправительного учреждения ФИО1 суд определяет в соответствии с требованиями п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ, как исправительную колонию общего режима, поскольку он совершил особо тяжкое преступление при отсутствии рецидива.

Время содержания ФИО1 под стражей по настоящему приговору за период до вступления его в законную силу на основании п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ подлежит зачету в срок назначенного наказания из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Судьбу вещественных доказательств суд определяет в соответствии с требованиями ч.3 ст.81 УПК РФ: женская сумка, кошелек, брелок от автомобиля, переданные <Н.>, подлежат оставлению ей, как законному владельцу.

При разрешении заявленных по делу гражданских исков суд пришел к следующему. Потерпевшей <Н.> в ходе судебного разбирательства заявлен иск о взыскании с подсудимого ФИО1 причиненного преступлением материального ущерба и морального вреда в размере 500 000 руб. Потерпевшим <Л.> в ходе судебного разбирательства заявлен иск о взыскании с подсудимого ФИО1 причиненного преступлением материального ущерба и морального вреда в размере 300 000 руб. Мотивированы иски тем, что потерпевшим в связи с преступлением были причинены нравственные страдания из-за испуга, а также физический вред, который потерпевшими оценен в денежном выражении. Подсудимый ФИО1 искам возразил лишь в относительно размера заявленных требований, которые считает завышенными.

В соответствии с ч.1 ст.6 УПК РФ защита прав и законных интересов лиц, потерпевших от преступлений, является назначением уголовного судопроизводства, а согласно ст.44 УПК РФ лицо, которому преступлением причинен имущественный и моральный вред, вправе при производстве по уголовному делу предъявить к обвиняемому гражданский иск, который рассматривается судом совместно с уголовным делом.

Согласно ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Поскольку требование о возмещении материального ущерба потерпевшими вытекает из факта причинения им физического вреда, но данные понятия соотносится не могут и физический вред материальной оценке не подлежит, а также принимая во внимание, что данных о том, что причинение физического вреда потерпевшим повлекло для них материальный вред в виде расходов на лечение и иных неблагоприятных материальных последствий потерпевшими в суд не представлено, то в данной части указанные обстоятельства суд признает препятствующими для разрешения заявленных потерпевшими исков в рамках данного уголовного дела.

Кроме того согласно ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст.151 настоящего Кодекса, при этом моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. В соответствии со ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Поскольку в отношении потерпевших было совершено именно имущественное корыстное преступление, которое в соответствии с квалификацией было направлено на нарушение имущественных прав потерпевших, а прямого указания в законе о возможности компенсации морального вреда в связи с данной категорий преступных действий не предусмотрено, а также учитывая, что непосредственно в чем выразились нравственнее переживания и насколько они связаны с имущественным ущербом потерпевшими не обосновано, то в данной части указанные обстоятельства суд также признает препятствующими для разрешения заявленных потерпевшими требований в рамках данного уголовного дела в части компенсации морального вреда.

В связи с изложенным заявленные потерпевшими <Н.> и <Л.> иски суд считает необходимым оставить без рассмотрения, разъяснив им право на обращение в данными исками в суд отдельно в порядке гражданского судопроизводства.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.302, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.162 УК РФ, и назначить ему с применением ст.64 УК РФ наказание в виде лишения свободы на срок 5 (пять) лет 6 (шесть) месяцев с отбыванием данного наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу, взять под стражу в зале суда, вновь избранную меру пресечения сохранить до вступления приговора в законную силу. Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с момента вступления данного приговора в законную силу, в окончательное наказание зачесть ему время содержания его под стражей по настоящему приговору за период с 08.09.2020 г. до вступления приговора в законную силу включительно из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Вещественные доказательства по делу: женскую сумку, кошелек, брелок от автомобиля оставить в законном владении <Н.>

Иски <Н.> и <Л.> оставить без рассмотрения, разъяснив им право на обращение с данными исками в суд отдельно в прядке гражданского судопроизводства.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Ярославского областного суда через Переславский районный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. Осужденный, потерпевшие вправе участвовать в заседании суда апелляционной инстанции. Осужденный вправе поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику, либо ходатайствовать перед судом о назначении адвоката.

Председательствующий: Д.А. Шашкин