Решение № 2-21/2025 2-278/2024 2-4175/2023 от 16 октября 2025 г. по делу № 2-21/2025

Гражданское дело № 2-21/2025

УИД 54RS0007-01-2023-004316-92


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 августа 2025 года город Новосибирск

Заельцовский районный суд г. Новосибирска в составе:

председательствующего судьи Кудиной Т.Б.,

при ведении протокола помощником судьи Чернодаровой О.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 (<данные изъяты>) к ФИО2 (<данные изъяты>), Обществу с ограниченной ответственностью транспортно-экспедиционная компания «Антарес» (ИНН __) о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

УСТАНОВИЛ:

Первоначально ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4 о возмещении материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием.

В ходе рассмотрения дела в качестве соответчика по ходатайству истца к участию в деле было привлечено ООО ТЭК «Антарес» (уточненное исковое заявление – том 3 л.д. 50).

В обоснование исковых требований указано, что истцу на праве собственности принадлежит транспортное средство Скания г/н __ 01 сентября 2022 г. произошло дорожно-транспортное происшествие по адресу ... с участием автомобиля Вольво __ г/н __54, принадлежащего ФИО2, под управлением водителя ФИО5, застрахованного по ОСАГО в ПАО «<данные изъяты>», и стоящего на обочине автомобиля Скания г/н __154. В данном столкновении был признан виновным водитель ФИО5, который при возникновении опасности не принял мер к снижению скорости и совершил столкновение со стоящим а/м. Истец обратился в ПАО «<данные изъяты>» с заявлением о выплате страхового возмещения, страховщиком была произведена выплата страхового возмещения в размере 400 000 руб., что является лимитом по ОСАГО. Для определения материального ущерба истец обратился в ООО «<данные изъяты>», согласно заключению которого __ от 24.10.2022 сумма восстановительного ремонта с учетом износа составляет 3 260 300 руб., среднерыночная стоимость ТС составляет 2 739 800 руб., годные остатки составляют 559 500 руб.

После проведения по делу судебной экспертизы истец уточнил требования и просил взыскать с ответчиков ФИО2, ООО ТЭК «Антарес» солидарно материальный ущерб в размере 1 685 900 руб., расходы по оплате услуг эксперта в сумме 15 000 руб., судебные расходы: госпошлина в размере 17 102 руб., оплата судебной экспертизы в размере 83 968 руб., юридические услуги в размере 40 000 руб.

ФИО2 обратился со встречным иском, в котором просил взыскать с ФИО3 расходы на восстановительный ремонт тягача 2 960 500 руб., прицепа 1 113 800 руб., расходы на проведение оценки и на уплату госпошлины, полагая виновным в дорожно-транспортном происшествии водителя автомобиля Скания (том 4 л.д. 102-106, отзыв ФИО2 (том 3 л.д. 197-227)).

Аналогичную позицию относительно виновника в ДТП заняло и ООО ТЭК «Антарес», являвшееся владельцем транспортного средства Вольво в момент ДТП на основании договора аренды с ФИО2 и работодателем ФИО5 (отзыв - том 4 л.д. 89-90).

Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явился, объяснений по сути спора не представил.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильно действующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Вместе с тем в соответствии с пунктом 3 этой же статьи вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Из приведенных норм права следует, что при взаимодействии источников повышенной опасности их владельцы отвечают друг перед другом на общих основаниях и обязательным условием для возложения ответственности является наличие вины в причинении вреда.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Судом установлено, что транспортное средство Скания, г/н __154, полуприцеп Политранс, г/н __ принадлежит на праве собственности истцу – ФИО3; транспортное средство Вольво, г/н __54, полуприцеп Шмитц, г/н __ принадлежат на праве собственности ФИО2

По состоянию на 01.09.2022 транспортное средство Вольво, г/н __54, полуприцеп Шмитц, г/н __ находились в законном владении ООО ТЭК «Антарес» на основании договора аренды транспортного средства без экипажа между ФИО2 (арендодатель) и ООО ТЭК «Антарес» (арендатор) от 16.06.2021 __

По состоянию на 01.09.2022 ФИО5 состоял в трудовых отношениях с ООО ТЭК «Антарес» в должности водителя-экспедитора на основании трудового договора от 23.03.2021.

Установлено, что в 00 часов 20 минут 01.09.2022 на ... с участием автомобилей Скания, г/н __154 (водитель ФИО6) и Вольво, г/н __ под управлением водителя ФИО5 произошло дорожно-транспортное происшествие.

В возбуждении дела об административном правонарушении в отношении обоих водителей отказано определением от 01.09.2022.

Из объяснений водителя автомобиля Вольво, г/н __54, ФИО5 следует, что он в 00 часов 20 минут 01.09.2022 двигался на вышеуказанном автомобиле по проезжей части автодороги <данные изъяты>. В пути следования не справился с управлением транспортным средством и совершил столкновение с припаркованным на правой обочине дороги автомобилем Скания, г/н __154 с прицепом.

Из объяснений водителя Скании г/н __154 ФИО6 следует, что 01.09.2022 в 00 час. 20 мин. его автомобиль был припаркован в 1 408 км. <данные изъяты>. В то время как он со стороны пассажирской двери хотел взять инструменты, почувствовал удар в левую часть своего автомобиля.

Из схемы места происшествия следует, что столкновение автомобиля Вольво, г/н __54 с автомобилем Скания, г/н __154 произошло в 8.2 м. от левого края проезжей части, 0.7 м. за пределами правого края проезжей части - на правой обочине.

Из сведений об участниках ДТП от 01.09.2022 следует, что в результате дорожно-транспортного происшествия у автомобиля Вольво, г/н __54 повреждены: 100% деформация кабины, топливный бак, колесные шины, ресивер; у полуприцепа Шмитц, г/н __ повреждены: передняя правая часть полуприцепа, передняя стенка полуприцепа; у автомобиля Скания, г/н __154 повреждены: передний бампер, накладка бампера, переднее левое крыло, левая дверь, левое зеркало заднего вида, левая часть кабины, левая подножка, переднее левое колесо, левый топливный бак, лобовое стекло, левая фара, левое заднее колесо, заднее левое крыло, левый задний габаритный фонарь; у полуприцепа Политранс, __ повреждены: левая сходня, левый габаритный фонарь, левая сторона полуприцепа.

Автогражданская ответственность ФИО5 на момент ДТП была застрахована в ПАО «<данные изъяты>». Истец, считая виновником в ДТП ФИО5, обратился с заявлением о страховом возмещении к страховщику и получил максимальную выплату в размере 400 000 руб.

ФИО2 за получением страхового возмещения не обращался.

Несмотря на данные ФИО5 непосредственно после ДТП объяснения, ответчики оспаривали механизм ДТП, выдвигая версию, что в момент столкновения Скания находилась в движении, водитель Скании не убедился в безопасности маневра, начал движение с обочины, в результате чего произошло столкновение.

В ходе рассмотрения дела определением суда от 19.12.2023 была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой было поручено ООО «<данные изъяты>».

В заключении эксперта ООО «<данные изъяты>» сделаны следующие выводы:

механизм дорожно-транспортного происшествия, произошедшего в 00 часов 20 минут 01.09.2022 на 1408 км. автодороги Р<данные изъяты> с участием автомобилей Скания, г/н __154 (водитель ФИО7) и Вольво, г/н __54 под управлением водителя ФИО5, был следующим: до дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля Вольво, г/н __54 двигался на указанном автомобиле по проезжей части автодороги <данные изъяты> в сторону г. Новосибирска. В пути следования, на 1408 км. автодороги, водитель автомобиля Вольво, г/н __54 не справляется с управлением транспортным средством, теряет контроль над управлением (со слов водителя автомобиля Вольво, г/н __54) и в 8.2м. от левого края проезжей части, 0.7м. за пределами правого края проезжей части - на правой обочине (согласно схеме места ДТП) происходит попутное скользящее столкновение автомобиля Вольво, г/н __54 с припаркованным на правой обочине автомобилем Скания, г/н __154. При столкновении автомобиля Вольво, г/н __54 с автомобилем Скания, г/н __154 в контактное взаимодействие вступают правая часть автомобиля Вольво, г/н __54 и левая боковая поверхность автомобиля Скания, г/н __154. После столкновения с автомобилем Скания, г/н __154, автомобиль Вольво, г/н __54 продолжает движение в сторону г. Новосибирска, преодолев от места столкновения с автомобилем Скания, г/н __154 расстояние в 79.7м., совершает наезд на металлическое дорожное ограждение, разделяющее транспортные потоки противоположных направлений. После наезда на металлическое дорожное ограждение, автомобиль Вольво, г/н __54 останавливается на проезжей части дороги __, перегородив проезжую ее часть, предназначенную для движения транспорта в сторону г. Новосибирска. Конечное положение транспортных после дорожно-транспортного происшествия отражено на схеме места происшествия, установить фактические координаты места столкновения ТС не представляется возможным, так как основных признаков, по которым можно определить место столкновения ТС, на схеме места дорожно-транспортного происшествия не зафиксировано.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, с учетом механизма дорожно-транспортного происшествия, который усматривается, исходя из представленных для производства экспертизы материалов, пояснений самих водителей, возможность у водителя автомобиля Вольво, г/н __54, предотвратить произошедшее дорожно-транспортное происшествие зависела не от технической возможности, а от выполнения водителем автомобиля Вольво, г/н __54 требований п. 10.1 ПДД. При выполнении водителем автомобиля Вольво, г/н __54 требований п. 10.1 ПДД, столкновение автомобиля Вольво, г/н__54, с припаркованным на правой обочине автомобилем Скания, г/н __154, было бы исключено.

Относительно наличия технической возможности предотвратить столкновение у водителя автомобиля Скания, г/н __154 возможно констатировать, что возможность предотвращения столкновения автомобиля Вольво, г/н __54 с припаркованным на правой обочине автомобилем Скания, г/н __154, от действий водителя автомобиля Скания, г/н __154 не зависела, так как автомобиль Скания, г/н __154 в момент столкновения находился в состоянии статики.

В причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, с технической точки зрения, находятся водителя автомобиля Вольво, г/н __54.

По ходатайству ответчика определением суда от 01.07.2024 была назначена повторная экспертиза в ООО «<данные изъяты>», поскольку следовало установить, характерны ли повреждения на дисках колес левой стороны транспортного средства Скания для его динамического движения вперед и влево, и если нет, то каким образом произошли повреждения на дисках колес левой стороны данного автомобиля, расположенные под разными углами, если транспортное средство находилось в статике на парковке на стояночном тормозе.

В заключении ООО «<данные изъяты> сделаны следующие выводы:

В момент дорожно-транспортного происшествия автомобиль Скания находился в динамике - двигался, и в процессе такого движения, выезжал с обочины на правую полосу проезжей части. В момент столкновения автомобиль Скания частично занимал правую полосу движения. Механизм данного дорожно-транспортного происшествия следующий: в стадии сближения: водитель Скания стоит на обочине проезжей части и начинает движение с выездом на правую полосу, не убедившись в безопасности маневра влево. Водитель Вольво двигается в прямом направлении по правой полосе движения. В стадии контактирования: столкновение происходит передней правой частью кабины Вольво со средней частью левой боковой поверхностью кабины Скания, который в этот момент находится в движении, маневрирует влево на правую полосу и расположен под углом к продольной оси дороги. Угол между продольными осями ТС (тягач Скания) в момент столкновения составлял около 30 градусов. Имел место контакт передней правой частью кабины Вольво со средней частью кабины Скания, в результате которого тягач Скания был развернут по часовой стрелке вправо, изменился угол взаимного расположения ТС, в контакт вошли диски колес задних тягача Скания с поверхностью правой боковой Вольво. В стадии разброса: оба автомобиля переместились вперед по ходу движения, Вольво совершил наезд на ограждение проезжей части слева, Скания занял положение, зафиксированное на схеме.

Представленные материалы дела, не позволяют установить, на каком удалении от передней части автомобиля Вольво, водитель Скания начал маневр. Водитель Вольво не может пояснить не только как и когда обнаружил автомобиль Скания, но и вообще сам маневр последнего.

Угол расположения Скания относительно продольной оси Вольво, двигающегося вдоль по проезжей части, составлял около 30 градусов, а конечное положение задней оси полуприцепа Скания на обочине, Скания не успел к моменту столкновения занять прямолинейное положение, и находился в начальной стадии маневра. Таким образом, можно утверждать, что маневр Скания был начат в непосредственной близости от передней части Вольво. Данный вывод может быть сделан только в вероятной форме, поскольку отсутствуют исходные данные для расчета.

Определением суда от 16.12.2024, определением суда от 25.04.2025 по делу были назначены повторная и дополнительная экспертизы, поскольку экспертом ООО «<данные изъяты>» не был произведен расчет угла столкновения автомобилей, использованы фотографии, на которых отсутствует информация о дате их производства, а также в связи с тем, что после получения судом экспертного заключения и возобновления производства по делу были получены новые доказательства в виде цифровых фотографий повреждений транспортных средств Вольво __ и SCHMITZ SKO24, г/н __ 54, которые не учитывались экспертом при даче заключения.

Проведение экспертизы было поручено ФБУ «<данные изъяты>.

В заключении эксперта от 18.02.2025 __ заключении дополнительной экспертизы от 04.06.2025 __ сделаны следующие выводы:

Автомобиль Вольво двигался по правой полосе автодороги <данные изъяты>, автомобиль Скания располагался перед автомобилем Вольво правее в попутном направлении, вероятно, на правой обочине по ходу движения в сторону г. Новосибирска, а автомобиль Вольво, соответственно, располагался, частично (правой частью) на обочине, смещаясь вправо. Определить более точное расположение транспортных средств по ширине проезжей части до момента столкновения не представляется возможным.

Определить фактическое место столкновения автомобилей относительно границ проезжей части экспертным путем не представляется возможным. Можно только указать, что место столкновения расположено, вероятно, на правой обочине по ходу движения автомобиля Вольво.

Автомобиль Вольво первоначально контактировал своей передней правой частью кабины и передней правой частью полуприцепа с левой боковой частью автомобиля Скания (контакт носил блокирующий характер). После чего автомобили, вероятно, кратковременно вышли из контакта (ввиду отсутствия повреждений в средней правой боковой части полуприцепа автомобиля Вольво) и далее полуприцеп автомобиля Вольво своей задней правой боковой частью вновь контактировал (контакт носил скользящий характер) с левой частью автомобиля Скания до выхода из контакта. После чего, продвинувшись далее по ходу движения и влево (вероятно, в совокупности с воздействием водителя на рулевое управление), автомобиль Вольво совершил наезд на дорожное ограждение, получив повреждения с левой боковой стороны.

Проведённое исследование позволяет классифицировать данное столкновение только приближенно следующим образом: по направлению движения: перекрестное; по характеру взаимного сближения: попутное; по относительному расположению продольных осей (угол взаимного расположения автомобилей в момент первоначального контактирования): косое (под острым углом менее 90°, вплоть до близкого к 0°); по характеру взаимодействия при основном ударе: блокирующее; по направлению удара относительно центра масс: левоэксцентричное для автомобиля Скания, правоэксцентричное для автомобиля Вольво; по месту нанесения удара: левое боковое для автомобиля Скания, правое боковое для автомобиля Вольво.

Определить, в статике или в динамике находился автомобиль Скания в момент столкновения, не представляется возможным.

В результате первичного столкновения кабина автомобиля Скания получила крутящий момент, от чего была развернута вправо, по часовой стрелке относительно его полуприцепа, где в конечном положении и зафиксирован данный автомобиль. Автомобиль Вольво после первичного удара, смещаясь сначала вправо, повторно контактировал своей задней правой боковой частью полуприцепа, затем вышел из контакта и продолжил перемещаться вперед со смещением влево, вероятно, в совокупности с воздействием водителя на рулевое управление, в результате чего совершил наезд на дорожное ограждение с разворотом его полуприцепа против часовой стрелки, где и остановился в конечном положении, зафиксированном на схеме места ДТП.

В судебном заседании был допрошен эксперт ФБУ «<данные изъяты>» ФИО8, который подтвердил данное им заключение.

Давая оценку всем вышеприведенным экспертным заключениям, суд приходит к выводу, что наибольшей полнотой материалов для исследования обладал эксперт ФБУ «<данные изъяты>», поскольку для установления механизма ДТП в его распоряжении были фотографии и описание повреждение Вольво и полуприцепа Шмитц, которые отсутствовали у экспертов ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>».

Кроме того, суд принимает во внимание, что выводы эксперта ФБУ «<данные изъяты>» соотносятся с выводами эксперта ООО «<данные изъяты>» в части механизма дорожно-транспортного происшествия и о том, что определить точное место столкновения не представляется возможным.

Принимая во внимание установленный экспертами механизм дорожно-транспортного происшествия, характер повреждений транспортных средств, учитывая объяснения участников дорожно-транспортного происшествия, схему дорожно-транспортного происшествия и справку о нем, суд приходит к выводу о том, что дорожно-транспортное происшествие явилось следствием нарушений водителем Вольво ФИО5 требований пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ, которые находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

Водителю автомобиля Вольво, г/н __54, ФИО5 следовало руководствоваться в своих действиях требованиями п. 10.1 Правил дорожного движения, согласно которому водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил; при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

При сопоставлении данных о действиях водителей автомобилей Вольво, г/н __54 и Скания, г/н __154 с данными для действий участников дорожного движения в соответствии с требованиями Правил дорожного движения установлено, что действия водителя автомобиля Вольво, г/н __54, требованиям п. 10.1 Правил дорожного движения не соответствовали, так как водитель автомобиля Вольво, г/н __54, выбрал скорость движения, которая не обеспечила ему возможности постоянного контроля за движением транспортным средством, потерял контроль над управлением транспортным средством и совершил столкновение с припаркованным на правой обочине автомобилем Скания, г/н __154.

Несоответствий требованиям п. 12.1 Правил дорожного движения в действиях водителя автомобиля Скания, г/н __154, суд не усматривает, так как на момент столкновения автомобиль Скания, г/н __154, был припаркован на правой обочине, сведений о том, что парковка в указанном месте запрещена, нет.

Достаточных доказательств того, что в момент столкновения Скания находилась в динамике, не представлено, а экспертное заключение ООО «<данные изъяты>» таким доказательством не является, поскольку, как указано выше, у эксперта ООО <данные изъяты>» при производстве экспертизы отсутствовали цифровые фотографии повреждений транспортных средств Вольво и полуприцепа SCHMITZ.

Следует принять во внимание и объяснения ФИО5 (водителя Вольво), данные непосредственно после столкновения, признававшего свою вину в ДТП, а почерковедческое заключение специалиста, выполненное по заказу ответчика, о том, что записи от имени ФИО5 «вину в ДТП признаю» и «С моих слов записано верно, мною прочитано» выполнены одним лицом, само по себе ничего не подтверждает и не опровергает.

Таким образом, виновным в ДТП является водитель ФИО5, а ответственным за причинение вреда истцу является законный владелец транспортных средств Вольво и полуприцепа SCHMITZ.

Как указано выше, собственником указанных транспортных средств является ФИО2

Между ФИО2 (арендодатель) и ООО ТЭК «Антарес» (арендатор) заключен Договор аренды транспортного средства без экипажа __, в соответствии с которым арендодатель передал арендатору за плату во временное владение и пользование ряд автомобилей, без оказания услуг по управлению им, в том числе, Вольво __ и SCHMITZ SKO24, г/н __ 54.

ФИО5 на момент ДТП состоял в трудовых отношениях с ООО «ТЭК «Антарес» и при непосредственном управлении транспортным средством Вольво FHСЕРИЯ __ и SCHMITZ SKO24, г/н __ 54исполнял трудовые обязанности.

Пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу пункта 3 этой же статьи вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Таким образом, при разрешении спора о причинении вреда источником повышенной опасности на суд в соответствии с приведенными выше нормами материального и процессуального права возлагается обязанность определить, кто является владельцем этого источника повышенной опасности.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).

Таким образом, надлежащим ответчиком по иску ФИО3 является ООО ТЭК «Антарес» как владелец источника повышенной опасности на законном основании (на основании договора аренды), при этом ФИО5, управлявший транспортным средством в силу своих трудовых обязанностей, не признается владельцем источника повышенной опасности.

Размер ущерба определяется судом на основании заключения ФБУ «<данные изъяты>» от 18.02.2025 __ согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля Скания, г/н __ 154, на 01.09.2022, составляла с учетом износа 3 200 300 рублей; без учета износа 8 325 700 рублей. Рыночная стоимость автомобиля Скания, г/н __ 154 на 01.09.2022, составляла 2 612 000 рублей. Восстановление автомобиля экономически не целесообразно. Стоимость годных остатков автомобиля Скания, г/н __ 154 на 01.09.2022 составляла 526 100 рублей.

Расчет суммы материального ущерба при таких исходных данных выглядит следующим образом:

2 612 000 руб. - 526 100 руб. = 2 085 900 руб.

2 085 900 руб. - 400 000 руб. (выплаченное страховое возмещение) = 1 685 900 руб.

Поскольку ПАО «Группа Ренессанс Страхование» выплатило истцу страховое возмещение в размере 400 000 руб., с ответчика ООО ТЭК «Антарес» в пользу истца надлежит взыскать в счет возмещения ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, 1 685 900 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно разъяснению, данному в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», перечень судебных издержек не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Исходя из требований добросовестности, расходы на оплату независимой технической экспертизы и (или) независимой экспертизы (оценки), понесенные потерпевшим, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом в разумных пределах, под которыми следует понимать расходы, обычно взимаемые за аналогичные услуги.

В связи с повреждением в результате ДТП автомобиля истца, истцом были понесены расходы на оплату экспертного заключения ООО «<данные изъяты>» по определению рыночной стоимости восстановительного ремонта в размере 15 000 руб. (том 1 л.д. 41). Понесенные истцом расходы по оплате независимой экспертизы до обращения в суд относятся к его судебным издержкам и подлежат взысканию с ответчика ООО ТЭК «Антарес».

Кроме того, как следует из материалов дела, истцом понесены расходы по оплате юридических услуг в сумме 40 000 руб. по Соглашению на оказание юридических услуг от 20.04.2023 с ФИО9; факт несения истцом вышеуказанных расходов подтверждается распиской на 40 000 руб., содержащейся в самом договоре (том 2 л.д. 41).

Таким образом, истцом документально подтвержден размер понесенных им судебных расходов на оплату юридических услуг и их относимость к гражданскому делу. По мнению суда, истцом представлены допустимые доказательства несения расходов на оплату услуг представителя, следовательно, заявленные требования о взыскании расходов на оплату услуг представителя подлежат удовлетворению, исходя из положений ст. 100 ГПК РФ и принципа разумности и справедливости, а равно объема оказанной ему правовой помощи.

Решая вопрос о размере расходов истца на оплату юридических услуг, суд на основании положений ст.ст. 88, 94, 98, 100 ГПК РФ принимает во внимание продолжительность и сложность дела, объем оказанной правовой помощи, количество подготовленных процессуальных документов и их сложность, количество судебных заседаний, в которых приняла участие представитель истца (17 в суде первой инстанции), требования разумности, и приходит к выводу, что размер вознаграждения 40 000 руб. не является завышенным с учетом фактического объема оказанной истцу юридической помощи, в связи с чем суд полагает возможным определить к взысканию в пользу истца с ответчика 40 000 руб.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, суд взыскивает в пользу истца с ответчика судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере сумме 16 629,50 руб.

Кроме того, истцом понесены расходы на оплату проведения судебной экспертизы ФБУ «<данные изъяты>» в размере 83 968 руб. (40 000 руб. внесены в качестве депозита перед назначением экспертизы (том 2 л.д. 247) и 43 968 руб. оплачены по счету, выставленному РЦСЭ (том 3 л.д. 57)).

Всего судебные издержки ФИО3 составят 155 597 руб. 50 коп. (15 000 + 40 000 + 16 629,50 + 83 968), которые подлежат взысканию с ООО ТЭК «Антарес» как с надлежащего ответчика по делу.

Выше указано, что определением суда от 19.12.2023 была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой было поручено ООО «<данные изъяты>». По результатам проведения экспертизы представлено заключение. Одновременно с заключением направлено заявление об оплате проведения экспертизы в сумме 76 800 руб. (том 1 л.д. 181).

Поскольку решение суда постановлено не в пользу ООО ТЭК «Антарес», именно с него подлежат взысканию указанные издержки в пользу ООО «<данные изъяты>».

Определением суда от 03.05.2023 в отношении ФИО2 были приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество ФИО2 в размере 1 780 300 руб. (том 1 л.д. 49).

Поскольку судом принимается решение, которым в удовлетворении требований к ФИО2 отказано, принятые в отношении него меры по обеспечению иска подлежат отмене послу вступления в силу решения суда.

С учетом установленного судом механизма ДТП и лица, действия которого привели к столкновению, отсутствуют основания для удовлетворения встречного иска ФИО2

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью транспортно-экспедиционная компания «Антарес» в пользу ФИО1 в возмещение ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, 1 685 900 рублей, судебные расходы в общей сумме 155 597 руб. 50 коп., всего 1 841 497 (один миллион восемьсот сорок одну тысячу четыреста девяносто семь) руб. 50 коп.

В удовлетворении требований к ФИО2 отказать.

В удовлетворении встречного иска ФИО2 отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью транспортно-экспедиционная компания «Антарес» в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Лаборатория Судебной Экспертизы» расходы на проведение судебной экспертизы в сумме 76 800 (семьдесят шесть тысяч восемьсот) руб.

После вступления решения в законную силу отменить меры по обеспечению иска, принятые определением суда от 03.05.2023, в виде наложения ареста на имущество ФИО2 в размере 1 780 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Заельцовский районный суд г. Новосибирска.

Мотивированное решение изготовлено 17.10.2025.

Судья Т.Б. Кудина