Решение № 2-1043/2017 2-1043/2017~М-933/2017 М-933/2017 от 5 декабря 2017 г. по делу № 2-1043/2017

Дело № 2-1043/17


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 декабря 2017 года г. Шарья

Шарьинский районный суд Костромской области в составе председательствующего судьи Игуменовой О.В.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, действующей на основании доверенности от ДАТАг., представителя ответчика УПФР в г.Шарья Костромской обл. ФИО3 действующего на основании доверенности № от 09.01.2017г.,

при секретаре судебного заседания Анакиной Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в г.Шарья Костромской области (межрайонное) о признании права на страховую пенсию по случаю потери кормильца и возложении обязанности назначить пенсию по потере кормильца.

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) в г. Шарье Костромской области (межрайонного) о признании права на страховую пенсию по случаю потери кормильца и возложении обязанности назначить пенсию по случаю потери кормильца.

В обоснование заявленных требований указано, что родители истца К.А.А. и (ФИО2) ФИО4 с ДАТА по ДАТА состояли в браке, который был расторгнут. После расторжения брака проживали отдельно друг от друга. Отец истца ФИО5 постоянно осуществлял материальную помощь в виде перечисления денежных средств. ФИО4 получала алименты на содержание истца

. Отец до конца своей жизни, кроме алиментных обязательств, постоянно оказывал материальную помощь другими подарками, например к дням рождения и просто, когда общался с сыном. Помощь, оказываемая отцом по совокупности была достаточной для проживания и нормального существования. 1 сентября 2016г. истец поступил учиться по очной форме обучения по основной образовательной программе в образовательном учреждении *1* и в настоящее время обучается на втором курсе. Срок окончания обучения 30 июня 2020года. ДАТА К.А.А. умер, и со смертью отца материальной положение семьи резко ухудшилось. Поэтому истец вынужден был обратиться в Управление Пенсионного Фонда РФ (государственное учреждение) в г. Шарье Костромской области (межрайонное) для назначения страховой пенсии. 06.10.2017 года решением УПФР в г. Шарье Костромской области в назначении страховой пенсии по потере кормильца истцу было отказано в связи с тем, что от отца не поступали страховые взносы, нет иных документов подтверждающих нахождение на иждивении умершего кормильца. С отказом УПФР в в назначении страховой пенсии по потере кормильца истец не согласен и считает отказ не правомерным.

Мать воспитывает кроме истица и несовершеннолетнюю дочь от другого брака. Заработная плата у нее незначительная и все деньги уходили на содержание другого члена семьи. Смерть отца поставила истца в тяжелое материальное положение, и только пенсия по потере кормильца может поддержать его до окончания учебы.

Истец просит суд признать за ФИО1, право на страховую пенсию по случаю потери кормильца. Обязать ГУ УПФР по г. Шарье и Шарьинскому району назначить ФИО1 пенсию по случаю потери кормильца как ребенку умершего родителя.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал. Суду пояснил, его отцом является К.А.А., который умер ДАТА. Его родители развелись, когда он был еще маленький, он остался проживать с мамой. С отцом он часто встречался, созванивались с ним после учебы, он помогал ему постоянно, в том числе и материально. Когда он просил отца купить что-то, он не отказывал, покупал одежду, давал деньги на обеды, принадлежности покупал для *1* летом купил телефон. Чеки не оставлял, доказательств подтверждающих нет.

Про алименты пояснить не может, но ему известно, что он платил по 1 000 рублей ежемесячно. Платил мало, чтобы на сестру деньги не шли, а мне он помогал отдельно, мы на рынок с ним ходили, покупали мне все необходимое.

По месту учебы в *1* он получает стипендию.

Отец официально не был трудоустроен, работал у частников. Документов никаких нет, но, он ему постоянно помогал. Алименты отец отдавал его матери.

Представитель истца ФИО2 заявленные требования поддержала. Суду пояснила, что с К.А.А. состояла в зарегистрированном браке. От данного брака имеем сына Сергея ДАТА года рождения. В ДАТА году она с К.А.А. развелась, в это же время подала на алименты. К.А.А. деньги предавал своей матери, она приносила ей, Она писала ей расписки и она относила их судебным приставам. Он сам не хотел к приставам ходить, потому, что боялся, что его будут спрашивать, почему он мало платит, а он просто не хотел, чтобы деньги на другого ребенка тратились, сам помогал Сереже.

Он летом купил сыну дорогой телефон, ранее велосипед, она бы не в состоянии была такие деньги потратить на телефон, велосипед. Он работал у частников, но официального доказательства у неё нет. Она не смогла бы одна содержать сына. У неё еще дочь несовершеннолетняя. Заработная плата у неё маленькая, она не смогла бы одна содержать детей. Дочь у меня от другого брака, ее отец с ними не проживает, просто помогает материально ее содержать, она не работает.

Представитель ответчика УПФ РФ (ГУ) в г. Шарье Костромской области ФИО3, исковые требования не признал в полном объеме. Суду пояснил, что истцом не представлено доказательств нахождения на полном иждивении умершего. Он должен был истцу оказывать такую материальную помощь, без которой тот не мог существовать. Ими в материалы дела представлена выписка из лицевого счета застрахованного лица, из которой видно, что умерший К.А.А. официально последние годы не работал, последние данные о его трудоустройстве датируются 2014 годом. Истец обратился к ним с заявлением о назначении ему пенсии по потере кормильца, но ему было отказано, доказательств нахождения на иждивении нет, официально не работал, на что он мог содержать своего сына не понятно, работала одна мать, алименты платил в мизерном размере. 1 000 рублей, нельзя назвать такие деньги достаточными для содержания ребенка. Если бы на момент смерти истец был несовершеннолетним, то пенсия была бы назначена автоматически, но он являлся уже совершеннолетним. Даже если взять размер прожиточного минимума на одного человека, примерно 9-10 000 рублей, то при оплате алиментов в размере 1 000 рублей, это нельзя никак назвать содержанием. Помощь должна идти от обоих родителей, но нет подтверждения того, что К.А.А. содержал своего несовершеннолетнего ребенка.

Из представленных суду письменных возражений ответчика на заявленные требования следует, что УПФ РФ считает, что отсутствуют правовые основания для назначения ФИО1 пенсии по случаю потери кормильца, так как суду не представлено доказательств нахождения истца на полном содержании проживающего отдельно отца, то есть получения помощи, кот рая является постоянным и основным источником средств к существованию (л.д.47).

Выслушав мнение истца, его представителя, представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1). Определение условий и порядка реализации данного конституционного права, в том числе установление видов пенсий, оснований и условий приобретения права на них отдельными категориями граждан, правил исчисления их размеров, относится к компетенции законодателя (статья 39, часть 2).

Согласно ст. 13 Федерального закона от 15.12.2001 г. N 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» при назначении пенсии по случаю потери кормильца по государственному пенсионному обеспечению применяются нормы Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ «О страховых пенсиях», регулирующие порядок и условия назначения пенсии по случаю потери кормильца семьям безвестно отсутствующих лиц, усыновленным, усыновителям, пасынкам, падчерицам, отчимам, мачехам, порядок и условия признания члена семьи состоявшим на иждивении погибшего (умершего) кормильца и иные вопросы, связанные с пенсионным обеспечением членов семей умерших, если иные нормы не установлены настоящим Федеральным законом.

Суд считает установленным, что ФИО2 и К.А.А. состояли в браке, зарегистрированном ДАТАг. и расторгнутом ДАТА. (л.д.10,11).

К.А.А. и ФИО6 являются родителями ФИО1 ДАТА рождения, что подтверждается свидетельством о рождении № выданном администрацией АДРЕС 29.08.2013г. (л.д.87).

Согласно, исполнительного листа № с К.А.А. в пользу ФИО2 на содержание сына ФИО1 ДАТА. рождения взысканы алименты в размере 1/4 части заработной платы до совершеннолетия, начиная с ДАТА (л.д.13-14)

В соответствии со справкой № от 02.10.2017г. ФИО1 обучается по очной форме в образовательном учреждении *1* на 2 курсе с 1 сентября 2016г. Срок окончания обучения 30.06.2020г. (л.д.6)

В судебном заседании истец подтвердил, что после развода родителей остался проживать с матерью ФИО2, что подтверждается и паспортами ФИО1 и ФИО2(л.д.7,8)

Согласно свидетельства о смерти № выданном Отделом ЗАГС по городскому округу г.Шарья и Шарьинскому муниципальному району управления ЗАГС Костромской области ДАТА. К.А.А. умер ДАТА. о чем имеется актовая запись № (л.д.9)

02.10.2017г. ФИО1 обратился в Управление ПФ РФ (ГУ) в г.Шарья Костромской области (межрайонное) с заявлением о назначении ему пенсии по случаю потери кормильца. Согласно решения от 06.10.2017г. № ответчиком в назначении ФИО1 пенсии по случаю потери кормильца отказано по причине не установления факта нахождения ФИО1 на иждивении умершего кормильца (л.д.12)

Истец ФИО1 утверждает, что имеет право на получение пенсии по потере кормильца, так как обучается по очной форме обучения, находился на иждивении умершего отца К.А.А., прилучаемые от него денежные средства являлись для него постоянным и основным источником средств к существованию.

В соответствии с ч.1 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пункте 2 части 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца.

Таким образом, правом на получение пенсии по случаю потери кормильца обладают члены семьи умершего кормильца при условии, что они: нетрудоспособны и находились на иждивении у кормильца.

Из этого правила установлено одно исключение: одному из родителей, супругу или членам семьи, указанным в п. 2 ч. 2 указанной статьи, назначается пенсия независимо от того, состояли ли они на иждивении.

В силу положений ч.4 ст.10 Федерального закона «О страховых пенсиях» иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет.

Перечень членов семьи, которые могут считаться нетрудоспособными, установлен в ч. 2 статьи 10, критерий нахождения на иждивении - в ч. 3 статьи 10 Федерального закона от 28.12.2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

Согласно ч.. 2 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются:

1) дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, если направление на обучение произведено в соответствии с международными договорами Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами. При этом братья, сестры и внуки умершего кормильца признаются нетрудоспособными членами семьи при условии, что они не имеют трудоспособных родителей;

2) один из родителей или супруг либо дедушка, бабушка умершего кормильца независимо от возраста и трудоспособности, а также брат, сестра либо ребенок умершего кормильца, достигшие возраста 18 лет, если они заняты уходом за детьми, братьями, сестрами или внуками умершего кормильца, не достигшими 14 лет и имеющими право на страховую пенсию по случаю потери кормильца в соответствии с пунктом 1 настоящей части, и не работают;

3) родители и супруг умершего кормильца, если они достигли возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины) либо являются инвалидами;

4) дедушка и бабушка умершего кормильца, если они достигли возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины) либо являются инвалидами, при отсутствии лиц, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации обязаны их содержать.

Анализируя указанные условия, суд приходит к следующему выводу. ФИО1 является сыном умершего К.А.А.. На момент смерти отца ФИО1 достиг возраста 18 лет, то есть является совершеннолетним. Однако согласно представленным доказательствам истец обучается с 01.09.2016г. и на момент обращения в суд по очной форме обучения, по основной образовательной программе в *1* со сроком обучения до 30.06.2020г.

Установленные судом обстоятельства дают основания признать ФИО1 лицом нетрудоспособным в соответствии с положениями п.1 ч.2 ст.10 ФЗ «О страховых пенсиях».

То обстоятельство, что истец является нетрудоспособным членом семьи умершего, представителем Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в г. Шарье Костромской области (межрайонное) в судебном заседании не оспаривалось.

К лицам, перечисленным в п.2 ч.2 и ч.4 ст.10 ФЗ "О страховых пенсиях" истец ФИО1 не относится, доказательств таких суду не представлено, а следовательно, правом на получение пенсии по случаю потери кормильца он будет обладать при условии доказанности факта нахождения его на иждивении у отца К.А.А..

В соответствии с ч.3 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 7 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" право на получение страховых выплат в случае смерти застрахованного лица в результате наступления страхового случая имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания.

В соответствии с пунктом 3 статьи 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Из Определения Верховного Суда РФ от 15 февраля 2013г. №41-КГ12-30 следует, что подлежит установлению одновременно наличие двух признаков: постоянность источника средств к существованию и установление факта того, что такой источник является основным для существования лица.

Однако, как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" право на получение страховых выплат в связи со смертью застрахованного может быть предоставлено и в том случае, если решением суда будет установлено, что при жизни застрахованный оказывал нетрудоспособным лицам постоянную помощь, которая являлась для них постоянным и основным источником средств к существованию, несмотря на имеющийся у этих лиц собственный доход.

Кроме того, как разъясняется в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 21 июня 1985 года N 9 "О судебной практике по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение", установление факта нахождения лица на иждивении умершего имеет значение, в том числе для возмещения вреда, если оказываемая помощь являлась для заявителя постоянным и основным источником средств к существованию. В тех случаях, когда заявитель имел заработок, получал стипендию, пенсию и т.п., необходимо выяснять, была ли помощь со стороны лица, предоставлявшего содержание, постоянным и основным источником средств к существованию заявителя.

Таким образом, названными Постановлениями Пленума Верховного Суда РФ разъясняется, что при установлении факта нахождения на иждивении необходимо учитывать не только наличие полного содержания лица умершим кормильцем, но и получение от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключается наличие у лица (члена семьи умершего кормильца) какого-либо собственного дохода.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 30 сентября 2010 г. N 1260-О-О, факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего супруга может быть установлен как во внесудебном, так и судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой погибшим супругом, и собственными доходами иждивенца, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником его средств к существованию.

В соответствии с ч.2 ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, несут процессуальные обязанности, установленные настоящим Кодексом, другими федеральными законами. При неисполнении процессуальных обязанностей наступают последствия, предусмотренные законодательством о гражданском судопроизводстве.

В силу ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, в соответствии с положениями статей 35 и 56 ГПК РФ представление доказательств в обоснование своих требований и возражений является не только правом, но и обязанностью стороны, неисполнение которой влечет наступление последствий, предусмотренных законодательством о гражданском судопроизводстве.

Согласуясь с закрепленными в статьях 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод праве каждого на справедливое судебное разбирательство и праве на эффективное средство правовой защиты, предусмотренном в пункте 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, части 1 статьи 19, части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статье 12 ГПК РФ принципе состязательности и равноправия сторон, установленном в статье 9 ГПК РФ принципе диспозитивности, приведенные выше положения Гражданского процессуального кодекса РФ предполагают, что свобода определения объёма своих прав и обязанностей в гражданском процессе и распоряжения процессуальными средствами защиты предусматривает усмотрение сторон в определении объема предоставляемых ими доказательств в подтверждение своих требований и возражений.

При этом стороны сами должны нести ответственность за невыполнение обязанности по доказыванию, которая может выражаться в неблагоприятном для них результате разрешения дела, поскольку эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности.

Суд полагает, что лицо находящееся на иждивении обязано доказать этот факт. Доказательства иждивения должны явно свидетельствовать, что основной доход и содержание иждивенец получал от умершего. Не может считаться основным источником средств к существованию оказание пусть и регулярной помощи, в том числе и в виде покупки одежды, подарков ко дню рождения, если такая помощь хоть и была существенной, но не являлась основным источником дохода иждивенца. Получаемое содержание должно быть выше доходов претендующего на пенсию лица.

В качестве доказательств нахождения ФИО1 на иждивении своего умершего отца - К.А.А. истцом суду представлены расписки из материалов исполнительного производства № о взыскании с К.А.А. в пользу ФИО2 на содержание ФИО1 алиментов.

Из данных расписок следует, что ФИО2 получены алименты от К.А.А.: за август 2017г. в сумме 15000 руб.,, за август 2017г. - 1000 руб., за июнь 2017г.-1000 руб., за июль 2017г. - 1000 руб., за май 2017г. - 1000 руб., за апрель 2017г. - 500 руб., за март 2017г. - 1000 руб., за февраль 2017г. - 1000 руб., за январь 2017г. - 1000 руб., за декабрь 2016г. - 1000 руб., за ноябрь 2016г.-1000 руб., за октябрь 2016г. - 1000 руб., за сентябрь 2016г. - 1000 руб., за июль 2016г. - 1000 руб., за август 2016гн. - 1200 руб., за июнь 2016г. - 1000 руб., за май 2016г. - 700 руб., за апрель 2016г. - 1000 руб., за март 2016г. - 1000 руб., за февраль 2016г. 1000 руб., за январь 2016г. - 1000 руб.., за ноябрь 2015г. - 1000 руб., за декабрь 2015г. - 1000 руб., за октябрь 2015г. - 1000 руб., за сентябрь 2015г. - 1000 руб., за июль 2015г. - 1000 руб., за август 2015г. - 1000 руб., за июнь 2015г. - 1000 руб., за май 2015г. - 1000 руб., за март 2015г. - 1000 руб.. за апрель 2015г. - 1000 руб., за февраль 2015г. - 1000 руб., за декабрь 2014г. - 1000 руб.(л.д.15-42).

В судебном заседании представитель истца ФИО2 пояснила, что они с К.А.А. пришли к соглашению, что он будет выплачивать ей алименты наличными в размере 1000 рублей, её это устраивало. Алименты ей от лица К.А.А. передавала его мать - К.Н.В. Она оформляла расписки, которые отдавала К.Н.В., копии этих расписок имеются в материалах исполнительного производства.

Свидетель К.Н.В. мать умершего К.А.А. и бабушка истца ФИО1 суду пояснила, что её сын злоупотреблял спиртными напитками, нигде официально не работал, калымил. Из заработанных денежных средств часть отдавал ей для передачи ФИО2 в счет уплаты алиментов на содержание сына ФИО7. Она жалела внука и передавала в счет алиментов сына и свои деньги. Так 15000 рублей согласно, расписки от 08.09.2017г., это её личные средства. Добавляла она к полученным от сына деньгам свои сбережения и в иных случаях, но пояснить точно, когда и сколько не может.

Свидетель В.Е.П., судебный пристав-исполнитель ОСП по Шарьинскому и Поназыревскому районам суду пояснила, что у неё на исполнении с августа 2015г. находится исполнительное производство № о взыскании с К.А.А. в пользу ФИО2 на содержание ФИО1 алиментов. Она должника К.А.А. ни разу не видела. Через службу судебных приставов алименты для ФИО2 от должника не поступали. Расписки об уплате алиментов ей приносила его мама - К.Н.В. ФИО2, когда приходила к ней подтверждала факт составления ею данных расписок и получения указанных в них сумм в счет уплаты алиментов. Претензий к К.А.А. у ФИО2 не было. Она работает в службе уже давно и знает К.А.А., как ранее судимого, имеющего задолженность по алиментам, не благополучное лицо.

Согласно постановления от 01.09.2017г. судебным приставом-исполнителем произведен расчет задолженности К.А.А. по алиментам на содержание ФИО1 из которого следует, что в период с 01.08.2014г. по 27.08.2017г. должник не работал, алименты не выплачивал, на учете в МЦЗН не состоял. Задолженность по алиментам определена исходя из размера средней заработной платы в РФ на момент взыскания согласно п.4 ст. 113 СК РФ. Задолженность К.А.А. по алиментам по состоянию на 27.08.2017г. с учетом частичной оплаты задолженность составляет 644 770 руб. 09 коп. (л.д.84-85).

В соответствии с выпиской из лицевого счета К.А.А. у ответчика отсутствует информация о его месте работы с 01.01.2015г. (л.д.75-78).

Следовательно, суд считает установленным, что в период с. 01.01.2015г. по день смерти ДАТА. К.А.А. нигде официально не работал. Содержание своего сына ФИО1 осуществлял посредством передачи ФИО2 на содержание сына алиментов в размере, не превышающем 1000 рублей. При этом часть этих денег принадлежала его матери К.Н.В.

Суд так же учитывает и то обстоятельство, что размер передаваемых на содержание ФИО1 в счет уплаты алиментов денежных средств в размере 1000 рублей значительно ниже даже половины установленного Постановлениями Администрации Костромской области размера прожиточного минимума на детей и составляющего за 1 кв. 2016г. - 9054 руб., за 2 кв.2016г. - 9263 руб., за 3 кв.2016г. - 9116 руб., за 4 кв.2016г. - 8926 руб., за 1 кв.2017г. - 9306 руб., за 2 кв.2017г. - 9566 руб., за 3 кв.2017г. 9666 руб.

Таким образом, наличие задолженности К.А.А. по алиментам и уплата алиментов в размере значительно меньше, чем прожиточный минимум на детей, свидетельствует о том, что свои обязательства по содержанию несовершеннолетнего сына умерший исполнял ненадлежащим образом.

К утверждениям истца ФИО1, что отец оказывал ему помощь и кроме алиментных обязательств, выражавшуюся в покупке одежды, велосипеда, сотового телефона и эта помощь являлась постоянным, и основным средством его существования суд относиться критически. В судебном заседании доказательств подтверждающих, что К.А.А. ФИО1 регулярно и в достаточном размере передавались деньги, приобретались вещи, которые обеспечивали в полном объеме его существование суду не представлено.

К показаниями К.Н.В. и ФИО2 подтвердившим в судебном заседании факт приобретения К.А.А. вещей для своего сына суд относиться критически, так как они являются близкими родственниками истца, а, следовательно, лицами, заинтересованными в удовлетворении судом его требований.

Свидетель Г.А.И. в судебном заседании пояснил, что со слов членов семьи К. ему стало известно, что К.А.А. покупал своему сыну вещи. Видел у ФИО7 велосипед, со слов ФИО2 ему стало известно, что этот велосипед Сергею купил отец. Еще он видел, как Сергей с отцом примерял на рынке куртку, потом он видел его в этой куртке.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу, что доказательств подтверждающих, что К.А.А. регулярно и в достаточном размере передавались истцу денежные средства, суду не представлено.

При указанных обстоятельствах суд не может признать покупку одежды и велосипеда обстоятельствами подтверждающими, что ФИО1 находился на полном обеспечении у не работающего К.А.А., а так же что покупка вещей либо передача денежных средств осуществлялась регулярно и полностью обеспечивала жизненные потребности истца ФИО1, являлась основным источником средств к существованию.

Рассматривая условие нахождения ФИО1 на иждивении умершего К.А.А., суд учитывает следующее.

Как установлено судом ФИО1 проживает вместе с матерью ФИО2. С 01.09.2016г. обучается на очном отделении *1*.

Согласно представленных истцом и по запросу суда *1* справок с сентября 2016г. пот сентябрь 2017г. ФИО7 получал стипендию в размере: за сентябрь 2016г. в размере 1217 руб., за октябрь 2016г. - 1217руб., за ноябрь 2016г. - 1217 руб., за декабрь 2016г. - 1217 руб., за январь 2017г.. - 1217 руб., за февраль 2017г. - 730 руб., за март 2017г.. - 730 руб., за апрель 2017г.. - 730 руб., за май 2017г. - 730 руб., за июнь 2017г. - 730 руб., за июль 2017г. - 730 руб., за август 2017г. -730 руб., за сентябрь 2017г. -1500 руб. (л.д.56, 57,64).

ФИО2 согласно записей в её трудовой книжке № с ДАТА. по ДАТА. работала *2* с ДАТА. по ДАТА. *3* (л.д.50-51). Что подтверждается и выпиской, из её лицевого счета предоставленной УПФ РФ по г.Шарья (л.д.67-74)

Согласно справки *2* сумма заработной платы ФИО2 за 2014г. составила 83946 руб. 12 коп., за 2015г. 84749 руб. 80 коп., за 2016г. - 26633 руб. 64 коп. (л.д.61-62,63).

Из справки. № от 23.11.2017г. выданной *3* заработная плата ФИО2 составила за август 2017г. - 7020 руб., за сентябрь 2017г. - 7073 руб. 04 коп., за октябрь 2017г.- 2829 руб. 26 коп. (л.д.65).

Согласно свидетельства о рождении № выданного ДАТА. отделом ЗАГС по городскому округу г.Шарья и Шарьинскому муниципальному району Костромской области у ФИО2 имеется на иждивении несовершеннолетняя дочь К.С.Д. ДАТА. рождения отцом которой является К.Д.А. (л.д.66).

В судебном заседании ФИО2 пояснила, что в браке с отцом своей дочери она не находится и совместно не проживает. Алименты на содержание ребенка не взыскивала. Получает от отца дочери материальную помощь на содержание ребенка.

Кроме этого, согласно справки № выданной Многофункциональным центром предоставления государственных муниципальных услуг населению от 21.11.2017г. ФИО2 является получателем пособий (л.д.59-60).

Суд при определении размера содержания истца ФИО1 предоставляемого его матерью ФИО2 учитывает, что в период с 2015г. по ДАТА. (до смерти К.А.А.), семья истца состояла из трех человек, в том числе двое несовершеннолетних детей (до дня совершеннолетия истца - ДАТА.).

В соответствии с представленными суду сведениями размер заработной платы ФИО2. составил:

В *2* за 2015г - 84749 руб. 80 коп. за 2016г. -28713 руб. 45 коп.- 1445 руб. (налоги)= 27268 руб. 45 коп.

за август 2017г. в *3* - 7020 руб. 00 коп.. (л.д.61-62,63,65)

Согласно справки Многофункционального центра представления государственных услуг населению № от 21.11.2017г.ФИО2 получены в качестве пособий на детей денежные средства в сумме:

в 2015г.( за 2015г.):550 руб. 50 коп. +526 руб. 21 корп.+550 руб. 50 коп. +550 руб. 50 коп.+540 руб. 50 коп.=2718 руб. 21 коп.:2= 1359 руб. 11 коп. ( на одного ребенка).

в 2016г. (за 2015г.): 230 руб. 04 коп. + 230 руб. 04 коп.+ 230 руб. 04 коп.+ 230 руб. 04 коп.+ 230 руб. 04 коп = 1150 руб. 20 коп. :2 =575 руб. 10 коп.(на одного ребенка)

в 2016г. (за 2016г.): 230 руб. 04 коп. +230 руб. 04 коп. + 230 руб. 04 коп. + 230 руб. 04 коп. + 230 руб. 04 коп. + 230 руб. 04 коп. + 115 руб. 02 коп.+ 115 руб. 02 коп.+ 115 руб. 02 коп.+ 115 руб. 02 коп.+ 115 руб. 02 коп.+ 115 руб. 02 коп.= 1380 руб. 24 коп.+690 руб. 12 коп. =2070 руб. 36 коп. : 2 =1035 руб. 18 коп. ( на одного ребенка)

в 2017г.: 115 руб. 02 коп.+ 115 руб. 02 коп.+ 115 руб. 02 коп.+ 115 руб. 02 коп.+ 115 руб. 02 коп.+ 115 руб. 02 коп.+ 115 руб. 02 коп.+ 115 руб. 02 коп.=920 руб. 16 коп. :2 = 460 руб. 08 коп. ( на одного ребенка).

В 2016г. ФИО2 получила единовременно ГСП малоимущим в сумме 1200 руб. (л.д.59-60)

С учетом полученных ФИО2 заработной платы и пособий содержание на ФИО1. в 2015 году составило:

(84749 руб. 80 коп.:3) + 1359 руб. 11 коп=29609 руб. 04 коп..

Представленными доказательствами нашло свое подтверждение, что К.А.А. на содержание сына ФИО1 в 2015г. переданы денежные средства в сумме:

1000руб.+1000руб.+1000руб.+1000руб.+1000руб.+1000руб.+1000руб.+1000руб.+1000руб.+1000 руб.+1000 руб.= 11000 руб.

С учетом полученных ФИО2 заработной платы, пособий на двоих детей и стипендии истца содержание на ФИО1. в 2016 году составило:

(27268 руб. 45 коп..:3) + 575 руб. 10 коп. + 1035 руб. 18 коп. +(1200 руб. :3) + (1217 руб.00 х 4) = 15967 руб. 76 коп.

Представленными доказательствами нашло свое подтверждение, что К.А.А. на содержание сына ФИО1 в 2016г. переданы денежные средства в сумме:

1000 руб.+ 1000 руб.+1000 руб.+1000руб.+1000 руб.+1200 руб.+1000 руб.+700 руб.+1000 руб.+1000 руб.+1000 руб.= 10900 руб.

С учетом полученных ФИО2 заработной платы, пособий на двоих детей и стипендии истца содержание на ФИО1. в 2017 году (до сентября) составило:

(7020 руб. 00 коп.:3) + 460 руб. 08 коп.+ 1217 руб. 00 коп.,+730 руб. 00 коп. + 730 руб. 00 коп. + 730 руб. 00 коп. + 730 руб. 00 коп. + 730 руб. 00 коп. + 730 руб. 00 коп. + 730 руб. 00 коп. = 9127 руб. 08 коп.

Представленными доказательствами нашло свое подтверждение, что К.А.А. на содержание сына ФИО1 в 2017г. переданы денежные средства в сумме: 1000 руб. +1000 руб. +1000 руб. +1000 руб. +500 руб.+ 1000 руб. +1000 руб. +1000 руб. =7500 руб.

Суд не может учесть в качестве алиментов К.А.А. на содержание сына переданные его матерью согласно расписки от 08.09.2017гн. 15000 рублей, так как в судебном заседании К.Н.В. пояснила, что денежные средства в размере 15000 рублей это её личные деньги, а не полученные от К.А.А. для передачи в качестве алиментов на содержание сына ФИО1

Как установлено судом на содержание ФИО1 с учетом заработной платы его матери ФИО2. получаемых ею пособий и стипендии истца приходилось:

в 2015г. - 29609 руб. 04 коп., в 2016г. - 15967 руб. 76 коп.., в 2017г. до смерти отца - 9127 руб. 08 коп..

При этом К.А.А. на содержание сына передано согласно расписок:

в 2015г. - 1100 руб.00 коп., в 2016г. - 10900 руб.00 коп., в 2017г. (до смерти) - 7500 руб. 00 коп.

Таким образом, содержание представляемое ФИО1 матерью с учетом иных получаемых им денежных выплат превышает суммы получаемые истцом об отца.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что истец ФИО1 не состояла на иждивении своего умершего отца, поскольку получал содержание от своей матери ФИО2, а так же от пособий и стипендии, общий размер которых превышал размер получаемых от К.А.А. на содержание истца в качестве алиментов денежных средств, вследствие чего алименты, которые поступали на содержание истца от его отца не могут быть отнесены к категории основного источника средств к существованию ФИО1.

Доказательств подтверждающих, что истец ФИО1 находился на полном содержании своего отца К.А.А. или получал от него помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию суду не представлено. А следовательно факт нахождения истца на иждивении своего умершего отца К.А.А. не нашло своего подтверждения.

Учитывая, что факт нахождения ФИО1 на иждивении у К.А.А. на основании представленных истцом в суд доказательств, не подтверждён, основания для удовлетворения заявленных исковых требований отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в г.Шарье Костромской области о признании права на страховую пенсию по случаю потери кормильца и возложении обязанности назначить пенсию по потере кормильца, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Костромской областной суд через Шарьинский районный суд в течение месяца с даты изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий: О.В. Игуменова

Мотивированное решение изготовлено 11 декабря 2017г.