Апелляционное определение № 33-16438/2025 от 23 декабря 2025 г.

полный текст изготовлен 24.12.2025

дело № 33-16438/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 10.12.2025

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего

Локтина А.А.,

судей

Лузянина В.Н.,

ФИО1,

с участием прокурора Чернова В.С.,

при ведении протокола с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Дерябиной О.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-4019/2025 (УИД: 66RS0004-01-2025-004507-89) по исковому заявлению ФИО2 к администрации г. Екатеринбурга о компенсации морального вреда;

по апелляционной жалобе представителя ответчика ФИО3 на решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 17.09.2025.

Заслушав доклад судьи Локтина А.А., пояснения представителя ответчика ФИО3, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, возражения представителя истца ФИО4, заключение прокурора Чернова В.С., полагавшего, что оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции не имеется, судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратилась в суд с иском к администрации г. Екатеринбурга с требованием о взыскании убытков в размере 5 220 рублей, компенсации морального вреда – 30000 рублей.

Также истец просил взыскать с ответчика расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 рублей, расходы на составление доверенности – 3 400 рублей.

В обоснование иска ФИО2 указала, что 10.02.2025 в парке «Пышминские озерки» на нее напала стая собак, которые ее покусали, что привело к обильной кровопотере и повреждению кожного покрова. Также собаки разорвали ей пуховик. От укусов остались неизгладимые рубцы, ФИО2 ставили уколы от столбняка и бешенства. От пережитого стресса у неё пропало грудное молоко (возраст дочери истца на момент нападения собак составлял 1 месяц 21 день). ФИО2 стала бояться собак. По данному факту 17.02.2025 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации. ФИО2 по данному уголовному делу признана потерпевшей.

Представитель ответчика ФИО3 иск не признала. Указала, что администрация г. Екатеринбурга в рамках выполнения возложенных на нее государственных полномочий в сфере организации мероприятий по обращению с животными без владельцев действовала добросовестно, приняла исчерпывающие меры по обеспечению безопасности граждан от безнадзорных животных, в том числе, заключив муниципальный контракт на оказание услуг по организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев от 11.01.2024 № Э-24-11 с ЕМУП «Спецавтобаза». Доказательств ненадлежащего исполнения обязательств по муниципальному контракту, а также доказательств, подтверждающих вину Администрации г. Екатеринбурга и причинно-следственную связь между действиями Администрации г. Екатеринбурга по организации мероприятий по отлову собак и наступившими последствиями в виде причинения вреда здоровью ФИО2, не представлено. Надлежащим ответчиком, по мнению представителя Администрации г. Екатеринбурга, является ГКУ Свердловской области «Дирекция лесных парков». Парк «Пышминские озерки», входящий в состав «Калиновского лесного парка», находится на особо охраняемой природной территории, земельный участок, на котором он расположен, в соответствии с Федеральным законом от 14.03.1995 № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях», находится в собственности Свердловской области. Несоблюдение ГКУ СО «Дирекция лесных парков» требований законодательства, выразившееся в допущении организации на территории самовольных построек для безнадзорных животных и создании кормовой базы для них, явилось причиной создания условий для наступления последствий в виде причинения вреда здоровью ФИО2 Также, помимо приведенных доводов, представитель ответчика указала, что имущественный вред истцом не доказан, а размер компенсации морального вреда истцом необоснованно завышен.

Решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 17.09.2025 исковые требования ФИО2 удовлетворены частично: с администрации г. Екатеринбурга в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 150 000 рублей, убытки – 5200 рублей.

Также с ответчика в пользу истца взысканы расходы на представителя в размере 30 000 рублей, расходы по оформлению доверенности 3400 рублей.

В апелляционной жалобе, приводя доводы аналогичные возражениям на иск, представитель ответчика ФИО3 просит решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 17.09.2025 отменить, ввиду неправильного определения судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанности установленных судом обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела; неправильного применения норм материального права.

В суде апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО3 поддержала доводы апелляционной жалобы.

Представитель истца ФИО4 просил решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 17.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Прокурор Чернов В.С. дал заключение об отсутствии оснований для отмены или изменения решения Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 17.09.2025.

Истец, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд апелляционной инстанции не явились, об уважительных причинах неявки не сообщили, об отложении судебного разбирательства не просили. В соответствии со ст. ст. 14, 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации», информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы заблаговременно размещалась на интернет-сайте Свердловского областного суда. С учетом приведенных обстоятельств, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при указанной явке.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения явившихся лиц, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого решения, исходя из нижеследующего.

Из представленных материалов следует, что суд правильно определил характер спорного правоотношения между сторонами, применил закон, подлежащий применению: ст. ст. 2, 46 Конституции Российской Федерации; принял во внимание общепризнанные принципы и нормы международного права – ст. 3 Всеобщей декларации прав человека, ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах; ст. 15, п. 1 ст. 150, ст. 151, абз. 2 п. 1 ст. 401, п. 1 ст. 1064, п. 1 ст. 1099, п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации; ст. ст. 3, 4, п. 1 ст. 29 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»; ст. 2 Закона Российской Федерации от 14.05.1993 № 4979-1 «О ветеринарии»; п. 15 ч. 1 ст. 16.1, п. 82 ч. 2 ст. 26.3 Федерального закона от 06.10.1999 № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации»; ст. 3, п. п. 3, 3.1 ч. 1 ст. 7, ст. ст. 8, 17 Федерального закона от 27.12.2018 № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»; п. 1789 СанПиН 3.3686-21 «Санитарно-эпидемиологические требования по профилактике № 110-ОЗ «О наделении органов местного самоуправления муниципальных образований, расположенных на территории Свердловской области, государственным полномочием Свердловской области в сфере организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев»; учел разъяснения, приведенные в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»; п. п. 12, 14, 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – ППВС 33), и верно установил круг обстоятельств, имеющих значение для объективного и всестороннего рассмотрения данного гражданского дела.

Судом правильно установлено и никем из участвующих в деле лиц не оспаривается, что нападение 10.02.2025 на ФИО2 на территории парка «Пышминские озерки» стаи бездомных собак привело к причинению ей телесных повреждений, выявленных и описанных при ее осмотрах в медицинских учреждениях.

Руководствуясь положениями ст. ст. 1-8 Закона Свердловской области от 03.12.2014 № 110-ОЗ «О наделении органов местного самоуправления муниципальных образований, расположенных на территории Свердловской области, государственным полномочием Свердловской области в сфере организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев» (далее – Закон № 110-ОЗ), пришел к правильному выводу о том, что государственные функции по отлову и транспортировке безнадзорных животных, учету и регистрации безнадзорных животных, содержанию безнадзорных животных на территории г. Екатеринбурга возложены на администрацию г. Екатеринбурга, вследствие чего она является надлежащим ответчиком по делу.

Судебная коллегия также соглашается с выводом суда о том, что именно на администрацию г. Екатеринбурга возложены обязанности определять государственную политику в указанной сфере, определять объем необходимых к принятию мер в сфере отлова безнадзорных животных, в том числе объем оказываемых услуг исполнителем по муниципальному контракту по отлову безнадзорных животных и требования к оказываемым услугам.

Доводы ответчика о том, что нападение собак на истца произошло на особо охраняемой природной территории областного значения («Калиновский лесной парк»), ответственность за содержание и охрану которого возложена на ГКУ СО «Дирекция лесных парков», уже являлись предметом оценки суда первой инстанции.

Согласно п. 1 ст. 1, п. п. 1, 4 ст. 18 Федерального закона от 14.03.1995 № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях», законодательство Российской Федерации об особо охраняемых природных территориях основывается на соответствующих положениях Конституции Российской Федерации и состоит из настоящего Федерального закона, принимаемых в соответствии с ним других законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, а также законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации.

Природные парки являются особо охраняемыми природными территориями регионального значения, в границах которых выделяются зоны, имеющие экологическое, культурное или рекреационное назначение, и соответственно этому устанавливаются запреты и ограничения экономической и иной деятельности.

Положение о природном парке утверждается решением высшего исполнительного органа субъекта Российской Федерации.

Порядок государственного контроля (надзора) в области охраны и использования особо охраняемых природных территорий, муниципального контроля в области охраны и использования особо охраняемых природных территорий установлен ст. 3-3 данного закона.

Согласно абз. 3 ст. 3-3 Закона Свердловской области от 21.11.2005 № 105-ОЗ «Об особо охраняемых природных территориях областного и местного значения в Свердловской области» для управления лесными парками и их охраны могут быть созданы государственные учреждения Свердловской области.

Согласно ст. 3-4 данного закона региональный государственный контроль (надзор) в сфере охраны и использования особо охраняемых природных территорий осуществляется в соответствии с положением, утверждаемым Правительством Свердловской области.

Согласно п. 15 ст. 16.1 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» органы местного самоуправления муниципального округа, городского округа, городского округа с внутригородским делением имеют право на осуществление деятельности по обращению с животными без владельцев, обитающими на территориях муниципального округа, городского округа.

Постановлением Правительства Свердловской области от 26 февраля 2020 г. № 107-ПП утвержден «Порядок осуществления деятельности по обращению с животными без владельцев на территории Свердловской области» (далее – Порядок), согласно ст. 1 которого установлено, что настоящий порядок регулирует отношения в сфере осуществления деятельности по обращению с животными без владельцев, включая, в том числе отлов животных без владельцев, в том числе их транспортировка и немедленная передача в приюты для животных, деятельность которых осуществляется в соответствии с Порядком организации деятельности приютов для животных и нормами содержания животных в них на территории Свердловской области, утвержденными Правительством Свердловской области.

Статьей 5 Порядка закреплено, что в качестве исполнителей мероприятий, указанных в пункте 1 настоящего порядка, привлекаются юридические лица, в том числе некоммерческие организации, и физические лица, обладающие необходимой материально-технической базой, заключившие договор или муниципальный контракт на отлов, транспортировку, содержание отловленных животных без владельцев, проведение иных мероприятий с животными без владельцев, а также организации, создаваемые органами местного самоуправления муниципальных образований, расположенных на территории Свердловской области, в соответствии с требованиями, предусмотренными законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (далее - исполнитель мероприятий).

В соответствии со ст. 14 Порядка отлов животных без владельцев осуществляется на основании заказа-наряда, выданного органом местного самоуправления муниципального образования, расположенного на территории Свердловской области, наделенным государственным полномочием Свердловской области в сфере организации мероприятий по осуществлению деятельности по обращению с животными без владельцев (далее - орган местного самоуправления), на основании письменных и устных обращений юридических лиц независимо от их организационно-правовой формы и физических лиц (далее - заявитель), а также информации органа местного самоуправления, полученной в рамках сбора данных мониторинга состояния популяции животных без владельцев.

Согласно п. 16 ст. 9-1, ст. 36 Устава муниципального образования «город Екатеринбург», утвержденного Решением Екатеринбургской городской Думы от 30.06.2005 № 8/1 «О принятии Устава муниципального образования «город Екатеринбург» (вместе с «Уставом городского округа муниципального образования «город Екатеринбург») к правам органов местного самоуправления муниципального образования на решение вопросов, не отнесенных к вопросам местного значения муниципального образования, относится осуществление деятельности по обращению с животными без владельцев, обитающими на территории муниципального образования.

Администрация города Екатеринбурга является исполнительно-распорядительным органом местного самоуправления муниципального образования, наделенным собственными полномочиями по решению вопросов местного значения.

В соответствии с п. 14 ст. 10 Положения о Комитете по экологии и природопользованию Администрации г. Екатеринбурга, утвержденного Распоряжением Администрации г. Екатеринбурга от 13.06.2019 № 90-р, деятельность по обращению с животными без владельцев на территории муниципального образования «город Екатеринбург» осуществляется Комитетом по экологии и природопользованию (далее – Комитет).

Как указывает сам ответчик в обоснование своих возражений, 11.01.2024 Комитетом по экологии и природопользованию администрации г. Екатеринбурга во исполнение возложенных на администрацию г. Екатеринбурга обязанностей с АО «Спецавтобаза» был заключен муниципальный контракт на оказание услуг по организации мероприятий при осуществлении деятельность по обращению с животными без владельцев № Э-24-11 и № Э-24-11/1 от 24.12.2024 (т. 1 л. д. 122-132).

С целью исполнения возложенных на администрацию г. Екатеринбурга обязанностей Комитет осуществлял переписку с государственными органами по вопросу отлова животных без владельцев (т. 1 л. <...>), формировал на основании заявлений юридических и физических лиц заказы-наряды на отлов и транспортировку собак без владельцев (т. 2 л. д. 34-87) и контролировал исполнение по ним.

Следовательно, администрация г. Екатеринбурга своими действиями подтвердила наличие возложенных на нее обязанностей и готовность к их исполнению.

Вместе с тем, проведенных мероприятий по отлову собак оказалось недостаточно, поскольку при нахождении в парке «Пышминские озерки» на ФИО2, осуществляющую прогулку в указанном парке, набросились собаки, чем причинили вред ее здоровью.

Ответчик, ссылаясь на ненадлежащее исполнение ГКУ СО «Дирекции лесных парков» обязанности по проведению профилактических мероприятий, связанных с обеспечением санитарно-эпидемиологических мер в области предупреждения и ликвидации болезней животных, недостаточным контролем за территорией, входящей в зону обслуживания, что выражается в возможности постройки и организации несанкционированных будок и лежанок для безнадзорных животных, не учитывает, что ни приведенными в апелляционной жалобами нормами Лесного и Земельного кодексов Российской Федерации, ни Правилами санитарной безопасности в лесах, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 09.12.2020 № 2047, ни Уставом ГКУ СО «Дирекция лесных парков» не предусмотрено, что указанное казенное учреждение ответственно за организацию отлова бездомных собак на территории муниципального образования город Екатеринбург.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что администрацией г. Екатеринбурга не представлено объективных доказательств отсутствия вины в причинении вреда здоровью и имуществу ФИО2

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принял во внимание степень тяжести полученных травм, которая подтверждается представленными медицинскими документами, физических и нравственных страданий истца, которая испытала шок, находясь в состоянии незащищенности и безысходности, была сильно напугана, испытала физическую боль от полученных повреждений. Нападение собак привело к стрессовому состоянию, на фоне которого у ФИО5 пропало грудное молоко, тогда как её ребенку на тот момент было менее двух месяцев от роду. Учтен судом вид и объем необходимых медицинских процедур (уколы от бешенства и столбняка). При этом суд учитывал и степень вины ответчика, обращал внимание на то, что мероприятия по отлову бездомных собак организуются, но надлежащей эффективности не достигают. При данных обстоятельства судебная коллегия соглашается с выводами суда о том, что принципам соразмерности, справедливости и разумности, в данном конкретном случае, будет отвечать размер компенсации морального вреда в сумме 150 000 рублей.

Ссылок на объективные обстоятельства, указывающие на наличие бесспорных оснований для еще большего уменьшения размера компенсации морального вреда, апелляционная жалоба не содержит.

Полно, объективно и всесторонне судом первой инстанции оценены и доводы ответчика об отсутствии доказательств причинения истцу имущественного вреда на сумму 5 200 рублей.

Как следует из разъяснений, приведенных в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, причинившем вред. Вина в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В подтверждение размера убытков истцом представлены фотографии поврежденной верхней одежды (т. 1 л. д. 35), а также кассовый чек от 12.05.2025 на сумму 5220 рублей о покупке нового пуховика (т. 1 л. д. 56).

Сама по себе покупка пуховика через 3 месяца после произошедшего события не опровергает факт причинения истцу убытков. В данном случае факт повреждения верхней одежды истца при нападении собак подтвержден, вследствие чего расходы на приобретение аналогичной одежды взамен поврежденной относятся к убыткам, предусмотренным ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и подлежащим возмещению лицом, по чьей вине причине вред (ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Правильно применяя положения ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, ст. ст. 88, 94, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что исковые требования ФИО2 удовлетворены, учитывая разъяснения, изложенные в п. п. 1, 10, 11, 12, 13, абз. 3 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд первой инстанции обоснованно взыскал с ответчика в пользу истца расходы по оплате юридических услуг 30 000 рублей; расходы по оплате оформления нотариальной доверенности 3 400 рублей, выданной для участия в данном гражданском деле (т. 1 л. <...>, 58).

Доказательств иного размера судебных расходов, а также их неразумности и несоразмерности, ответчиком не представлено.

Соответственно, нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, способных повлиять на законность и обоснованность обжалуемого решения, судебная коллегия не усматривает.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы ответчика связаны с ошибочным толкованием норм материального и процессуального права и направлены исключительно на переоценку выводов суда первой инстанции, оснований для которой не имеется, поскольку обжалуемое решение постановлено с соблюдением положений ст. ст. 2, 5, 8, 10, 12, 56, 59, 60, 67, 195, 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, приведенных в п. п. 1-6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» (далее ППВС №23).

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 3271; п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 17.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

Председательствующий: А.А. Локтин

Судьи: В.Н. Лузянин

ФИО1