Решение № 2-239/2019 2-239/2019~М-173/2019 М-173/2019 от 19 марта 2019 г. по делу № 2-239/2019

№ 2-239(1)/2019

64RS0028-01-2019-000224-77


решение

Именем Российской Федерации

20 марта 2019 г. г. Пугачев

Пугачевский районный суд Саратовской области в составе

председательствующего судьи Болишенковой Е.П.,

при секретаре Козловой Е.А.,

с участием помощника Пугачевского межрайонного прокурора Филатова Е.А.,

представителя ответчика ФИО1

ответчика ФИО2,

представителя ответчика и третьего лица ФИО3,

представителя третьего лица ФИО4

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к администрации ФКУ ИК-17 УФСИН России по Саратовской области, ФИО2, ФКУ ИК-17 УФСИН России по Саратовской области, Министерству финансов Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства Министерства финансов РФ по Саратовской области, Федеральной службе исполнения наказаний (ФСИН России) о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО5 обратился с иском к администрации ФКУ ИК-17 УФСИН России по Саратовской области, ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда по 300000 руб. с каждого ответчика. В обоснование иска ФИО5 указал, что является бывшим сотрудником правоохранительных органов, и по приговору суда отбывает наказание в виде лишения свободы. В соответствии с ч. 3 ст. 80 УИК РФ он должен содержаться в исправительной колонии для осужденных - бывших работников судов и правоохранительных органов. Однако после вступления приговора в законную силу он был этапирован в ФКУ ИК-17 УФСИН России по Саратовской области, которая специализированной не является, где и отбывал наказание с 2016 по ДД.ММ.ГГГГ, несмотря на его неоднократные обращения к администрации колонии и лично к начальнику отряда ФИО2 по поводу перевода в иное учреждение для осужденных - бывших работников судов и правоохранительных органов. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 был этапирован в ФКУ ИК-11 ГУФСИН по Нижегородской области.

В связи с изложенным, со ссылками на положения Конвенции о защите прав и основных свобод человека, постановлений Европейского суда по правам человека относительно условий содержания осужденных к лишению свободы, полагал, что ему нанесен моральный вред, поскольку со стороны администрации колонии было давление, он не был помещен в безопасное место, от ФИО2 прошла информация, что ФИО5 бывший сотрудник милиции, от других осужденных исходили вопросы, интриги, отделение, ФИО5 был избит, при этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Судом в качестве соответчиков по делу привлечены ФКУ ИК-17 УФСИН России по Саратовской области, Министерство финансов Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства Министерства финансов РФ по Саратовской области, Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН России).

В судебном заседании истец ФИО5 не участвовал, отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-11 ГУФСИН по Нижегородской области, о времени и месте судебного разбирательства извещен, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель ответчика ФКУ ИК-17 УФСИН России по Саратовской области ФИО1 иск не признала, пояснила, что по требованиям ФИО5 администрация ФКУ ИК-17 УФСИН России по Саратовской области запросила сведения о наличии у ФИО5 статуса бывшего сотрудника правоохранительных органов, данная информация не подтвердилась, какого-либо давления на ФИО5 не оказывалось, с жалобами на ненадлежащее отношение других осужденных он не обращался. Доказательств причинения ФИО5 морального вреда не представлено. В дальнейшем ФИО5 был переведен в исправительное учреждение строгого режима для содержания бывших работников судов и правоохранительных органов ГУФСИН России по Нижегородской области, так как ст. 80 УИК РФ не запрещает направлять в такие учреждения иных осужденных.

Представитель ответчика ФСИН России и 3-го лица УФСИН России по Саратовской области ФИО3 иск не признала и считала его необоснованным по аналогичным основаниям. Пояснила, что ФИО5 был переведен в специализированное учреждение в соответствии с ч. 3 ст. 80 УПК РФ не как бывший сотрудник правоохранительных органов, а как иное лицо. Данный перевод осуществлен в целях предотвращения конфликтных ситуаций, поскольку сам ФИО5 распространил о себе среди осужденных слухи о том, что он бывший сотрудник правоохранительных органов.

Представитель 3-го лица УФСИН России по Саратовской области ФИО4 иск считала необоснованным по тем же основаниям.

Ответчик ФИО2 иск не признал, указал, что являлся начальником отряда, в котором содержался ФИО5 Ни с какими вопросами о переводе, о том, что он сотрудник правоохранительных органов, а также о притеснении, избиении со стороны других осужденных, ФИО5 к нему не обращался.

Ответчик Министерство финансов Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства Министерства финансов РФ по Саратовской области о времени и месте судебного разбирательства извещен, представитель в суд не явился, представил письменное возражение, в котором указал, что является ненадлежащим ответчиком, поскольку главным распорядителем средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности в данном случае является ФСИН России. Кроме того указал, что письменных доказательств в подтверждение фактов угроз, морального давления на ФИО5 не представлено, действия или бездействия администрации ФКУ ИК-17 УФСИН России по Саратовской области, должностного лица незаконными не признаны, таким образом истцом не представлено доказательств, обосновывающих факт причинения вреда его личным неимущественным благам.

Администрация ФКУ ИК-17 УФСИН России по Саратовской области не является юридическим лицом, в связи с чем не может выступать в суде в качестве соответчика.

Третье лицо ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области о времени и месте судебного разбирательства извещено, представителя в суд не направило.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Помощник Пугачевского межрайонного прокурора Филатов Е.А.полагал, что иск удовлетворению не подлежит, поскольку отсутствуют доказательства нарушения прав истца.

Суд, выслушав объяснения ответчика, представителей лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав письменные доказательства, приходит к следующему.

Согласно ст. 13 УК РФ осужденные имеют право на личную безопасность. При возникновении угрозы личной безопасности осужденного он вправе обратиться с заявлением к любому должностному лицу учреждения, исполняющего наказания в виде принудительных работ, ареста или лишения свободы, с просьбой об обеспечении личной безопасности. В этом случае указанное должностное лицо обязано незамедлительно принять меры по обеспечению личной безопасности обратившегося осужденного. Начальник учреждения, исполняющего указанные в части второй настоящей статьи виды наказаний, по заявлению осужденного либо по собственной инициативе принимает решение о переводе осужденного в безопасное место или иные меры, устраняющие угрозу личной безопасности осужденного.

Частью 3 ст. 80 УИК РФ установлено, что в отдельных исправительных

учреждениях содержатся осужденные - бывшие работники судов и правоохранительных органов. В эти учреждения могут быть направлены и иные осужденные.

Раздельное содержание вышеперечисленных категорий осужденных в первую очередь требуется для того, чтобы организовать исправительное воздействие на заключенных с учетом особенности той или иной их группы и повысить эффективность их ресоциализации. Включение в закон этого правила обусловлено необходимостью обеспечения безопасности этой категории осужденных, которые в связи с их прошлой деятельностью могут подвергаться проявлениям мести со стороны других осужденных. В эти же исправительные учреждения могут направляться и иные категории осужденных.

Решение вопроса об определении статуса осужденного как бывшего сотрудника правоохранительных органов возможно только при надлежащем документальном подтверждении указанного факта.

Судом установлено, что приговором Саратовского районного суда Саратовской области от 16.03.2016, с учетом изменений, внесенных апелляционным определением Саратовского областного суда от 19.05.2016, ФИО5 осужден по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к 3 годам 10 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Согласно справке на осужденного ФИО5, он прибыл в ФКУ ИК-17 УФСИН России по Саратовской области ДД.ММ.ГГГГ из СИЗО-1 г. Саратова УФСИН России по Саратовской области; с ДД.ММ.ГГГГ содержался в отряде карантин; с ДД.ММ.ГГГГ содержался в отряде <Номер>; с ДД.ММ.ГГГГ содержался в отряде <Номер>, с ДД.ММ.ГГГГ содержался в отряде <Номер>. Убыл ДД.ММ.ГГГГ в ГУФСИН России по Нижегородской области.

Из материалов личного дела осужденного ФИО5 следует, что ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ администрацией ФКУ ИК-17 УФСИН России по Саратовской области направлялись запросы для проверки информации о прохождении ФИО5 службы в 2000 году в отделе вневедомственной охраны в г. Егорьевск Московской области.

Согласно поступившим в ФКУ ИК-17 УФСИН России по Саратовской области сообщению Егорьевского отдела вневедомственной охраны – филиала ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Московской области» от ДД.ММ.ГГГГ и копии приказа о приеме на работу, ФИО5 работал в Отделе вневедомственной охраны при Егорьевском ОВД с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности сторожа по охране крана на ж.д. станции, контролера КПП. Приказ о приеме на работу <Номер> л/с от ДД.ММ.ГГГГ, приказ об увольнении <Номер> л/с от ДД.ММ.ГГГГ (по ст. 31 КЗоТ РФ – собственное желание).

С указанным сообщением ФИО5 ознакомлен 13.01.2017, о чем имеется его подпись.

Согласно сообщению УФСИН России по Саратовской области от 11.08.2017 ФИО5 было разъяснено, что, в связи с работой в отделе вневедомственной охраны при Егорьевском ОВД в должности сторожа по вольному найму, он не относится к категории «бывших работников судов и правоохранительных органов» и не подлежит направлению в специализированное учреждение.

Вместе с тем по персональному указанию ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 направлен для дальнейшего отбывания наказания в колонию строгого режима, предназначенную для содержания осужденных – бывших работников судов и правоохранительных органов, ГУФСИН России по Нижегородской области.

Оценивая вышеизложенные действия должностных лиц ФСИН России и подведомственных ей учреждений (организаций), суд учитывает следующее.

Правоохранительная деятельность представляет собой защиту правопорядка, прав и свобод граждан, борьбу с преступностью, другими правонарушениями, обеспечение охраны общественного порядка и безопасности государства, восстановление нарушенных гражданских прав, в необходимых случаях - применение предусмотренных законом санкций.

На основании ст. 1, 7, 9 Закона Российской Федерации от 18.04.1991 N 1026-1 "О милиции", действовавшего в период работы ФИО5 в ОВО при Егорьевском ОВД, подразделения милиции вневедомственной охраны при органах внутренних дел входили в структуру милиции общественной безопасности и в систему Министерства внутренних дел Российской Федерации. Милиция в Российской Федерации - система государственных органов исполнительной власти, призванных защищать жизнь, здоровье, права и свободы граждан, собственность, интересы общества и государства от преступных и иных противоправных посягательств и наделенных правом применения мер принуждения в пределах, установленных настоящим Законом и другими федеральными законами.

В силу ст. 1 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации и текста Присяги сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Постановлением ВС РФ от 23.12.1992 N 4202-1 (далее Положение), сотрудниками органов внутренних дел Российской Федерации являются граждане Российской Федерации, состоящие в должностях рядового и начальствующего состава органов внутренних дел или в кадрах Министерства внутренних дел Российской Федерации, которым в установленном настоящим Положением порядке присвоены специальные звания рядового и начальствующего состава органов внутренних дел.

В соответствии со ст. 5, 6 Положения перечни должностей рядового, младшего, среднего и старшего начальствующего состава и соответствующие этим должностям специальные звания утверждаются министром внутренних дел Российской Федерации.

Перечни должностей высшего начальствующего состава и соответствующие этим должностям специальные звания утверждаются Президентом Российской Федерации.

Гражданам Российской Федерации, назначенным на должности рядового и начальствующего состава в органах внутренних дел, присваиваются следующие специальные звания: а) рядовой состав: рядовой милиции, рядовой внутренней службы, рядовой юстиции; б) младший начальствующий состав: младший сержант милиции, младший сержант внутренней службы, младший сержант юстиции; сержант милиции, сержант внутренней службы, сержант юстиции; старший сержант милиции, старший сержант внутренней службы, старший сержант юстиции; старшина милиции, старшина внутренней службы, старшина юстиции; прапорщик милиции, прапорщик внутренней службы, прапорщик юстиции; старший прапорщик милиции, старший прапорщик внутренней службы, старший прапорщик юстиции; в) средний начальствующий состав: младший лейтенант милиции, младший лейтенант внутренней службы, младший лейтенант юстиции; лейтенант милиции, лейтенант внутренней службы, лейтенант юстиции; старший лейтенант милиции, старший лейтенант внутренней службы, старший лейтенант юстиции; капитан милиции, капитан внутренней службы, капитан юстиции; г) старший начальствующий состав: майор милиции, майор внутренней службы, майор юстиции; подполковник милиции, подполковник внутренней службы, подполковник юстиции; полковник милиции, полковник внутренней службы, полковник юстиции; д) высший начальствующий состав: генерал-майор милиции, генерал-майор внутренней службы, генерал-майор юстиции; генерал-лейтенант милиции, генерал-лейтенант внутренней службы, генерал-лейтенант юстиции; генерал-полковник милиции, генерал-полковник внутренней службы, генерал-полковник юстиции.

Специальные звания от рядового юстиции до старшины юстиции присваиваются слушателям и курсантам очных отделений учебных заведений Министерства внутренних дел Российской Федерации, готовящих специалистов для следственных подразделений органов внутренних дел.

Звания начальствующего состава органов внутренних дел являются пожизненными. При прекращении службы к имеющемуся специальному званию добавляются слова "в отставке".

Статьей 58 Положения предусмотрены основания увольнения со службы сотрудников органов внутренних дел.

Как установлено, истец ФИО5 работал в Отделе вневедомственной охраны при Егорьевском ОВД сторожем по охране крана на ж.д., контролером КПП, при этом в должностях рядового и начальствующего состава органов внутренних дел или в кадрах Министерства внутренних дел Российской Федерации ФИО5 не состоял, специального звания рядового и начальствующего состава органов внутренних дел не имел, правоохранительной деятельностью не занимался, соответственно сотрудником правоохранительных органов не являлся.

Согласно представленным данным ФИО5 уволен с работы по ст. 31 действовавшего на тот момент Кодекса законов о труде РФ, а не по ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации и текста Присяги сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Постановлением ВС РФ от 23.12.1992 N 4202-1, что также свидетельствует о том, что сотрудником органа внутренних дел ФИО5 не являлся.

Из имеющихся в материалах личного дела требований по ИЦ УВД видно, что ранее 30.01.2002 ФИО5 осуждался по ч. 4 ст. 111 УК РФ к лишению свободы на срок 9 лет, освобожден 19.04.2010 по отбытию наказания, отбывал наказание в ИК-35 п. Волжский республики Коми, которая, согласно содержащемуся в возражениях на иск сообщению ФСИН России, по состоянию на 2010 год являлась исправительным учреждением строгого режима и не предназначалась для отбывания наказания бывшими сотрудниками правоохранительных органов.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что УФСИН России по Саратовской области сделан правильный вывод об отсутствии у ФИО5 статуса «бывший работник судов или правоохранительных органов» и об отсутствии обязанности перевода его в специализированное исправительное учреждение по указанному основанию.

Дальнейший перевод ФИО5 в ФКУ ИК-11 ГУФСИН России по Нижегородской области для бывших работников судов и правоохранительных органов на основании ч. 3 ст. 80 УИК РФ как «иного осужденного», произведен в рамках в полномочий ФСИН России, данные действия ответчика не противоречат действующему законодательству, произведены с учетом конкретных сложившихся обстоятельств в интересах осужденного ФИО5, учитывая его неоднократные обращения о переводе и отсутствие у него постоянного места жительства (согласно приговору ФИО5 не имеет определенного места жительства).

Из справки ФКУ ИК-17 УФСИН России по Саратовской области, объяснений представителя ФИО1 следует, что за время нахождения осужденного ФИО5 в указанном исправительном учреждении официальных письменных жалоб на условия содержания и моральное давление, как со стороны администрации, так и со стороны осужденных, от него не поступало.

В соответствии с медицинской справкой, представленной Фельдшером филиала «МЧ № 6» ФКУЗ МСЧ-52 ФСИН России от 19.03.2019, в медицинской карте ФИО5 за период отбывания им наказания отсутствуют сведения о наличии у него травм, телесных повреждений, отравлений.

С учетом изложенного оснований для помещения ФИО5 в безопасное место в пределах ФКУ ИК-17 УФСИН России по Саратовской области в период отбывания наказания в указанном учреждении суд не усматривает.

Статьей 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Понятие морального вреда конкретизировано в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10, где указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Причинение морального вреда подлежит доказыванию. Обязательными условиями наступления ответственности за причинение вреда являются наступление вреда, противоправное поведение причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправным поведением причинителя вреда, вина причинителя вреда.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, то есть бремя доказывания наличия морального вреда ложится на истца, а ответчики должны доказать отсутствие вины в причинении морального вреда, правомерность своих действий или бездействия.

В нарушение указанных выше норм истцом не представлено каких-либо доказательств в подтверждение нарушения его прав на перевод в специализированное исправительное учреждение, или на помещение в безопасное место в пределах исправительной колонии, не представлено доказательств, исходя из которых, можно было бы сделать вывод о причинении ФИО5 морального вреда незаконными действиями (бездействиями) ответчиков, о наличии причинной связи между действиями (бездействиями) ответчиков и моральным вредом.

Исследованные по ходатайству ФИО5 материал Пугачевского районного суда Саратовской области № 4/15/-37(1)2017 об отказе в удовлетворения заявления ФИО5 о переводе его в колонию-поселение, и материал Пугачевского районного суда Саратовской области № 3/10-2(1)/2018 об отказе в принятии ходатайства осужденного ФИО5 о переводе его в другое исправительное учреждение, с имеющимися в них постановлениями Саратовского областного суда (материалы № 22-139, 22-1322), которыми решения первой инстанции оставлены без изменения, доказательственного значения для дела не имеют, поскольку в них не отражены какие-либо обстоятельства, подтверждающие или опровергающие факт причинения ФИО5 морального вреда, в связи с незаконными отказами в переводе в специализированное учреждение, или помещении в безопасное место.

Учитывая изложенное, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении иска ФИО5 к администрации ФКУ ИК-17 УФСИН России по Саратовской области, ФИО2, ФКУ ИК-17 УФСИН России по Саратовской области, Министерству финансов Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства Министерства финансов РФ по Саратовской области, Федеральной службе исполнения наказаний (ФСИН России) о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в апелляционном порядке в Саратовский областной суд через Пугачевский районный суд Саратовской области.

Решение в окончательной форме принято 25.03.2019.

Судья