Апелляционное определение № 22-282/2026 22-8729/2025 от 9 февраля 2026 г.

Номер производства по уголовному делу №

Уникальный идентификатор дела №

Председательствующий – Криндаль Т.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красноярск 10 февраля 2026 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда

в составе:

председательствующего: Курлович Т.Н.

судей: Есиной С.В., Измаденова А.И.

при ведении протокола: помощником судьи Складан М.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании 10 февраля 2026 г. уголовное дело

по апелляционной жалобе потерпевшей Потерпевший №1, апелляционной жалобе адвоката Дэка Е.В. в интересах осуждённого ФИО1

на приговор Каратузского районного суда Красноярского края от 17 октября 2025 г., которым

ФИО2 , родившийся <дата> в <адрес>, гражданин Российской Федерации, не судимый,

осуждён:

по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы;

по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы;

по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы;

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенных наказаний, окончательно к 2 годам лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год с возложением обязанностей, указанных в приговоре.

Отменена мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке.

ФИО1 , родившийся <дата> в <адрес>, гражданин Российской Федерации, не судимый,

осуждён по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, которое на основании ч. 2 ст. ст. 531 УК РФ заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием 10 % из заработной платы осуждённого в доход государства.

Срок принудительных работ постановлено исчислять со дня прибытия осуждённого в исправительный центр.

Отменена мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке.

Гражданский иск Потерпевший №1 к ФИО2, ФИО1 о взыскании ущерба и компенсации морального вреда, причинённых преступлениями, удовлетворён частично.

С ФИО2 в пользу Потерпевший №1 взыскано 23 106 рублей в счёт ущерба, причинённого преступлениями.

С ФИО2, ФИО1 в солидарном порядке в пользу Потерпевший №1 взыскано 5 000 рублей в счёт компенсации морального вреда, причинённого преступлением.

В остальной части гражданский иск Потерпевший №1 к ФИО2, ФИО1 о взыскании ущерба и компенсации морального вреда, причинённых преступлениями, оставлен без удовлетворения.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Измаденова А.И., выступления адвокатов Толстиковой Е.А., Ларионова А.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы в интересах осуждённого ФИО1, возражавших против доводов апелляционной жалобы потерпевшей Потерпевший №1, прокурора Кисельмана А.В., возражавшего против доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия

установила:

приговором осуждены:

ФИО2 за кражу, то есть тайное хищение имущества Потерпевший №1 (бетономесителя марки «Сибртех» стоимостью 4 899 рублей, дрели марки «Диолд» стоимостью 1 688 рублей, набора инструментов марки «Стелс» стоимостью 4 449 рублей, бит марки «Девалт» стоимостью 2 041 рублей, бензопилы марки «Союз» стоимостью 1 472 рубля) общей стоимостью 14 549 рублей, совершённую в период с <дата> по <дата> в <адрес>, с причинением значительного ущерба гражданину;

за кражу, то есть тайное хищение имущества Потерпевший №1 (тостера марки «Бош» стоимостью 631 рубль, микроволновой печи марки «Синтенк» стоимостью 5 514 рублей, электрического чайника – термоса марки «Виллмарк» стоимостью 3 043 рублей) общей стоимостью 9 188 рублей, совершённую в период с <дата> по <дата> в <адрес>, с причинением значительного ущерба гражданину;

ФИО2 и ФИО1 за кражу, то есть тайное хищение имущества Потерпевший №1 (стиральной машины марки «Веко» стоимостью 11 409 рублей, электрической плиты марки «Гефест» стоимостью 13 100 рублей) общей стоимостью 24 509 рублей, совершённую в период с <дата> по <дата> с незаконным проникновением в жилище – <адрес>, группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступления совершения при обстоятельствах, подробно изложенных в судебном решении.

В судебном заседании суда первой инстанции осуждённые ФИО2 и ФИО1 пояснили, что признают себя виновными, и дали показания.

В апелляционной жалобе потерпевшая Потерпевший №1 не согласна с приговором в части принятого решения по гражданскому иску.

Так, сумма причинённого преступлениями ущерба определена на основании оценочных заключений, в которых отражены сведения о стоимости похищенного имущества, не отвечающим действительной цене вещей. Она, будучи потерпевшей, вправе требовать полного возмещения ущерба, в то время как за счёт взысканных судом денежных средств она не сможет приобрести по рыночным ценам имущество взамен похищенного.

Взысканная судом компенсация морального вреда в сумме 5 000 рублей несоразмерна последствиям совершённого преступления и не способна компенсировать перенесённые физические и нравственные страдания.

В результате совершенного преступления она и её несовершеннолетний ребёнок не могут проживать в жилом помещении и живут в чужой квартире, из-за чего испытывают нравственные страдания. Кроме того, совершённым преступлением ей причинены вред здоровью и нравственные страдания. При этом она страдает заболеванием, в связи с которым ей запрещено испытывать переживания, и имеет незначительный доход, за счёт которого содержит малолетнего ребёнка.

При рассмотрении гражданского иска суд не учёл, что также были нарушены права её несовершеннолетней дочери, являющеся собственником 1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение.

Просит приговор в части гражданского иска отменить, принять новое решение об удовлетворении исковых требований.

В возражениях адвокат Сухочева Н.В. в интересах осуждённого ФИО2 просит оставить апелляционную жалобу потерпевшей Потерпевший №1 без удовлетворения.

В апелляционной жалобе адвокат Дэка Е.В. в интересах осуждённого ФИО1 считает приговор несправедливым вследствие чрезмерной суровости назначенного наказания.

В ходе досудебного и судебного производств подзащитный признал свою виновность, раскаялся, впервые привлекается к уголовной ответственности, имеет на иждивении малолетних детей и положительно характеризуется, что в своей совокупности является основанием для назначения условного осуждения.

Просит приговор изменить, назначенное наказание смягчить.

В возражениях государственный обвинитель – прокурор Каратузского района Красноярского края Кулешов А.О. просит оставить апелляционную жалобу адвоката Дэка Е.В. в интересах осуждённого ФИО1 без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенных в апелляционных жалобах и в возражениях, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судебное разбирательство проведено судом первой инстанции в соответствии с требованиями уголовно – процессуального закона, в частности предусмотренными гл. 35 – гл. 39 УПК РФ.

Доказательства, представленные сторонами, непосредственно исследованы с их участием во время судебного следствия, проведённого в соответствии с порядком, предусмотренным гл. 37 УПК РФ.

Все представленные доказательства суд первой инстанции проверил и оценил по правилам, установленным ст. 87, ст. 88 УПК РФ, приведя в приговоре доказательства, на которых основаны его выводы в отношении каждого осуждённого.

Данные доказательства, по мнению судебной коллегии, являются относимыми, допустимыми, достоверными, а в своей совокупности достаточными для разрешения уголовного дела.

На основании принятых доказательств суд первой инстанции верно установил все юридически значимые фактические обстоятельства и сделал обоснованный вывод о виновности осуждённых в совершении тех действий, за которые каждый из них осуждён.

Виновность ФИО2 в совершении двух краж имущества Потерпевший №1, совершённых в <данные изъяты> и <данные изъяты>, а также виновность ФИО2 и ФИО1 в совершении кражи имущества Потерпевший №1, совершённой в <данные изъяты>., подтверждается их собственными показаниями, показаниями потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО15, Свидетель №1, ФИО13, протоколами осмотра места происшествия и другими протоколами следственных действий, иными документами, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Действиям каждого осуждённого суд первой инстанции дал правильную юридическую оценку и квалифицировал их следующим образом:

действия ФИО2 по фактам хищения имущества Потерпевший №1 в <данные изъяты> и в <данные изъяты> как два преступления, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, – кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершённая с причинением значительного ущерба гражданину;

действия ФИО2 и ФИО1 по факту хищения имущества Потерпевший №1 в <данные изъяты>. как преступление, предусмотренное п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, – кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершённая группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину, с незаконным проникновением в жилище.

В примечании № 2 к ст. 158 УК РФ указано, что значительный ущерб гражданину определяется с учётом его имущественного положения, но не может составлять менее 5 000 рублей.

При квалификации действий лица, совершившего кражу по признаку причинения гражданину значительного ущерба, следует, руководствуясь примечанием 2 к ст. 158 УК РФ, учитывать имущественное положение потерпевшего, стоимость похищенного имущества и его значимость для потерпевшего, размер заработной платы, пенсии, наличие у потерпевшего иждивенцев, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведёт совместное хозяйство, и другие обстоятельства (п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»).

Как установлено судом, у Потерпевший №1 было похищено имущество ФИО2 в <данные изъяты> общей стоимостью 14 549 рублей, в <данные изъяты> общей стоимостью 9 188 рублей, а ФИО2 и ФИО1 в <данные изъяты>. общей стоимостью 24 509 рублей, в результате чего в каждом случае ей был причинён ущерб на указанные суммы.

В судебном заседании потерпевшая прямо указала на то, что в результате совершения каждого преступления ей причинён ущерб, который является для неё значительным, поскольку она получает заработную плату в сумме 25 000 рублей и раз в три месяца алименты на содержание ребёнка в сумме 3 000 рублей.

Принимая во внимание, что сумма ущерба причинённого в результате хищения имущества в <данные изъяты> составляет более половины её ежемесячного дохода, в <данные изъяты> более трети, в <данные изъяты>. почти всю сумму такового, за счёт которого она содержит себя и ребёнка, судебная коллегия не усматривает оснований не согласиться с выводами суда о причинении потерпевшей действиями осуждённых ущерба, размер которого в каждом случае является значительным.

Действия ФИО2 по фактам хищения имущества Потерпевший №1 в <данные изъяты> и в <данные изъяты>, а также действия ФИО2 и ФИО1 по факту хищения имущества Потерпевший №1 в <данные изъяты>., верно квалифицированы судом первой инстанции по каждом преступлению по признаку «с причинением значительного ущерба гражданину».

Как следует из показаний осуждённых и установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств, ФИО2 и ФИО1 предварительно договорились совершить кражу имущества Потерпевший №1 Совершая хищение имущества, ФИО2 и ФИО1 действовали совместно и согласованно, а действия каждого из них были направлены на достижение единого результата. В этой связи суд первой инстанции верно при квалификации действий осуждённых по факту хищения имущества Потерпевший №1 в <данные изъяты>. учёл квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц по предварительному сговору.

ФИО2 и ФИО1 противоправно и тайно вторглись в жилой дом, принадлежащий Потерпевший №1, с целью совершения кражи, в связи с чем, суд первой инстанции правильно квалифицировал их действия по признаку «с незаконным проникновением в жилище».

Оснований для иной квалификации действий осуждённых, равно как и для их оправдания, судебная коллегия не усматривает.

Приняв во внимание результаты проведённых судебно – психиатрических экспертиз, изложенных в заключениях от <дата> №, от <дата> №, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что каждый осуждённый является вменяемым и подлежит уголовной ответственности за содеянное. Оснований не согласиться с выводом суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для освобождения от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела, поскольку исправление ФИО2 не может быть достигнуто путём применения принудительных мер воспитательного воздействия.

Назначая наказание каждому осуждённому за каждое совершенное преступление, суд первой инстанции в соответствии со ст. 6, ст. 60 УК РФ в полной мере учёл характер и степень общественной опасности совершённых преступлений, сведения о личности каждого виновного, влияние назначаемого наказания на их исправление и условия жизни их семей.

Кроме того, при назначении наказания ФИО2 суд первой инстанции в соответствии со ст. 89 УК РФ также в полной мере учёл условия его жизни и воспитания, уровень его психического развития, интеллектуальные и эмоциональные особенности его личности.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд признал:

ФИО2 по каждому преступлению в соответствии с п. «б» ч. 1, ч. 2 ст. 61 УК РФ его несовершеннолетние, признание вины, раскаяние, состояние здоровья;

ФИО1 в соответствии с п. «г» ч. 1, ч. 2 ст. 61 УК РФ, наличие двоих малолетних детей, признание вины, раскаяние.

Отягчающих наказание обстоятельств суд не усмотрел.

Учтя изложенное, суд пришёл к выводу о назначении ФИО2 за каждое совершённое преступление лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ об условном осуждении, а ФИО1 в виде лишения свободы с его заменой на основании ч. 2 ст. 531 УК РФ принудительными работами.

Оснований не согласиться с выводами суда о назначении осуждённым названных наказаний судебная коллегия не усматривает, поскольку исправление ФИО2, исходя из положений ч. 2 ст. 73 УК РФ, возможно без реального отбывания наказания, а ФИО1 без реального отбывания наказания в местах лишения свободы. Назначение именно такого наказания позволит достичь целей, предусмотренных ч. 2 ст. 43 УК РФ, таких как восстановление социальной справедливости, исправление осуждённых и предупреждение совершения новых преступлений.

Вопреки доводам адвоката Дэка Е.В., несмотря на наличие смягчающих обстоятельств и сведений о личности, приведённых в апелляционной жалобе, исправление ФИО1 без реального отбывания наказания невозможно, в связи с чем, отсутствуют основания для назначения ему условного осуждения.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновных, их поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, судом первой инстанции не установлено, в связи с чем, он пришёл к верному выводу об отсутствии основания для применения при назначении наказания ФИО2 и ФИО1 положений ст. 64 УК РФ.

Несмотря на наличие смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств, фактические обстоятельства совершённых преступлений и степень их общественной опасности, не позволяет применить в отношении осуждённых положения ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Причин для освобождения ФИО2, осуждённого к лишению свободы, от наказания и помещения в специальное учебно – воспитательное учреждение закрытого типа, суд первой инстанции не усмотрел, с чем судебная коллегия соглашается.

Поскольку ФИО2 совершил два преступления средней тяжести и одно тяжкое преступление, суд первой инстанции правильно назначил окончательное наказание на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ.

Между тем, назначая наказание осуждённым, суд первой инстанции не учёл нижеследующее.

В силу п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления, признаются смягчающими обстоятельствами, которые подлежат учёту при назначении наказания.

Исходя из ч. 1, ч. 2 ст. 142 УПК РФ и п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, добровольное сообщение лица о совершённом преступлении является заявлением о явке с повинной, которое может быть сделано как в письменном, так и в устном виде, и признаётся обстоятельством смягчающим наказание.

В п. 29, п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 г. 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» разъяснено, что под явкой с повинной, которая в силу п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ является обстоятельством, смягчающим наказание, следует понимать добровольное сообщение лица о совершенном им или с его участием преступлении, сделанное в письменном или устном виде.

Активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, если лицо о совершённом с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления (например, указало лиц, участвовавших в совершении преступления, сообщило их данные и место нахождения, сведения, подтверждающие их участие в совершении преступления, а также указало лиц, которые могут дать свидетельские показания, лиц, которые приобрели похищенное имущество; указало место сокрытия похищенного, место нахождения орудий преступления, иных предметов и документов, которые могут служить средствами обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела).

Как следует из материалов уголовного дела, <дата> органом предварительного расследования возбуждено уголовное дело по факту хищения имущества Потерпевший №1 в <данные изъяты> Сведениями о лицах, совершивших данное преступление, орган предварительного следствия не располагал, в том числе, несмотря на проведённые следственные действия.

<дата> в период времени с 11 часов 10 минут до 11 часов 25 минут следователем в качестве свидетеля допрошен ФИО2, который во время допроса изобличил себя в совершении трёх преступлений, подробно сообщив обстоятельства событий, изобличил ФИО1 в совершении хищения в <данные изъяты>. и указал на ФИО15 и ФИО14, которые приобрели похищенное имущество.

В тот же день в период времени с 13 часов 32 минут до 14 часов 50 минут следователем в качестве свидетеля допрошен ФИО1, который во время допроса так же изобличил себя и ФИО2 в совершении преступления в <данные изъяты>., подробно изложил обстоятельства его совершения, указал на ФИО14, которой продано похищенное имущество, а так же сообщил сведения о местонахождении части похищенного.

<дата> в период времени с 12 часов 20 минут до 12 часов 45 минут органом предварительного расследования в качестве свидетеля допрошен ФИО15, а в период времени с 16 часов 30 минут до 17 часов 15 минут была допрошена ФИО14, которые указали на осуждённых, как на лиц, у которых приобрели похищенное имущество.

В последующем, используя полученные от осуждённых во время допросов в качестве свидетелей сведения, сотрудники правоохранительных органов обнаружили и изъяли часть похищенного имущества.

Уголовные дела по фактам хищения имущества Потерпевший №1 в <данные изъяты> и <данные изъяты> возбуждены органом предварительного расследования только <дата> и в отношении ФИО2, ранее изобличившего себя в совершении преступлений.

Вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что осуждённые добровольно сообщили о совершённых преступлениях, то есть явились с повинной.

Кроме того, до допроса ФИО2 и ФИО1 орган предварительного расследования не располагал сведениями об обстоятельствах совершения преступления, о лицах причастных к ним и о местонахождении похищенного имущества. Предоставив органу следствия вышеуказанные сведения, осуждённые активно способствовали как раскрытию и расследованию преступлений, так и изобличению, уголовному преследованию других соучастников преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления. В последующем ФИО2 и ФИО1 во время допроса в качестве подозреваемых и обвиняемых, подтвердили свои показания, которые ранее были даны ими в качестве свидетелей, а сообщённые ими обстоятельства преступлений нашли своё отражение и в обвинительном заключении, и в приговоре.

Таким образом, и ФИО2, и ФИО1 явились с повинной, активно способствовали раскрытию и расследованию преступлений, изобличению соучастников преступления, розыску имущества, добытого в результате совершения преступления, что в силу п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ является смягчающими наказание обстоятельствами, которые не были учтены судом первой инстанции при назначении наказания.

В этой связи судебная коллегия приходит к выводу о том, что приговор подлежит изменению.

ФИО2 в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ следует признать смягчающими обстоятельствами по двум преступлениям, предусмотренным п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и по преступлению, предусмотренному п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, розыску имущества, добытого в результате совершения преступления. Кроме того, по преступлению, предусмотренному п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, осуждённому в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ следует признать смягчающим обстоятельством активное способствование изобличению соучастника преступления. В этой связи наказание, назначенное ФИО2, как за каждое из числа названных преступлений, так и по совокупности преступлений, следует смягчить.

ФИО1 в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ следует признать смягчающими обстоятельствами по преступлению, предусмотренному п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, изобличению соучастника преступления, розыску имущества, добытого в результате совершения преступления, в связи с чем, смягчить наказание, назначенное за указанное преступление.

Несмотря на признание вышеуказанных обстоятельств смягчающими наказание, и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, судебная коллегия не усматривает оснований для применения при смягчении назначенного осуждённым наказания правил ч. 1 ст. 62 УК РФ, поскольку указанные правила уже были применены судом первой инстанции при назначении наказания.

Кроме того, в описательно – мотивировочной части приговора при назначении наказания ФИО1 суд первой инстанции указал, что наказание назначается осуждённому, в том числе в целях возмещения имущественного ущерба, причинённого преступлением.

Однако уголовное законодательство не предусматривает в качестве одной из целей наказания восстановления нарушенного материального права, в связи с чем, такая цель не предусмотрена положениями ч. 2 ст. 43 УК РФ.

В этой связи судебная коллегия считает необходимым исключить из описательно – мотивировочной части приговора указание суда первой инстанции на возмещение ущерба, причинённого потерпевшей, как на одну из целей назначения наказания названному осуждённому.

В соответствии с п. 4 ст. 304 УПК РФ во вводной части приговора указываются фамилия, имя и отчество подсудимого, дата и место его рождения, место жительства, место работы, род занятий, образование, семейное положение и иные данные о личности подсудимого, имеющие значение для уголовного дела.

Исходя из п. 2, п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 г. № 55 «О судебном приговоре» разъяснено, что к иным данным о личности подсудимого, имеющим значение для дела, которые надлежит указывать в вводной части приговора в соответствии с п. 4 ст. 304 УПК РФ, относятся сведения, которые наряду с другими данными могут быть учтены судом при назначении подсудимому вида и размера наказания, вида исправительного учреждения, признании рецидива преступлений, разрешении других вопросов, связанных с постановлением приговора (об имеющейся у подсудимого инвалидности, о наличии у него государственных наград, почётных, воинских и иных званий и др.).

Если на момент совершения подсудимым преступления он не был судим, то в таком случае во вводной части приговора суд должен указать, что лицо является не судимым.

Между тем, во вводной части приговора, суд первой инстанции, излагая данные о личности каждого осуждённого, указал, что они не имеют судимостей, в то время как согласно вышеуказанным разъяснениям надлежало указать о том, что они не судимы. Кроме того, указывая данные о личности ФИО2 суд первой инстанции не указал, кого он имеет на иждивении. В этой связи судебная коллегия считает необходимым уточнить вводную часть приговора указанием на то, что осуждённые не судимы, а ФИО2 не имеет на иждивении детей.

Вопросы о мере пресечения, о возмещении процессуальных издержек и о судьбе вещественных доказательств разрешены судом первой инстанции правильно.

В ходе судебного следствия потерпевшей подано исковое заявление к осуждённым, в котором она просила взыскать с них в свою пользу 32 837 рублей в счёт материального ущерба, причинённого преступлениями, а именно, 11 131 рублей в счёт микроволновой печи, 7 139 рублей в счёт набора инструментов, 3 599 рублей в счёт чайника – термоса, 2 000 рублей в счёт дрели, 34 831 рублей (как указано в описательно – мотивировочной части иска), 6 924 рублей в счёт бензопилы, 2 044 рублей в счёт набора бит, и 300 000 рублей в счёт компенсации морального вреда.

Разрешая гражданский иск, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что требование Потерпевший №1 о взыскании с ФИО2 материального ущерба, причинённого преступлениями, подлежит частичному удовлетворению.

Как правильно установлено судом первой инстанции, в результате хищения ФИО2 в <данные изъяты> бетоносмесителя стоимостью 4 899 рублей, дрели стоимостью 1 688 рублей, набора инструментов стоимостью 4 449 рублей, набора бит стоимостью 2 041 рублей и бензопилы стоимостью 1 472 рублей собственнику имущества – Потерпевший №1 причинён материальный ущерб на общую сумму 14 549 рублей, который не возмещён.

В связи с хищением ФИО2 в <данные изъяты> тостера стоимостью 631 рубль, микроволновой печи стоимостью 5 514 рублей и электрического чайника – термоса стоимостью 3 043 рублей Потерпевший №1, являющейся собственником названного имущества, причинён материальный ущерба на общую сумму 9 188 рублей.

В ходе предварительного расследования тостер был обнаружен и изъят, в связи с чем, его стоимость подлежит вычету из общей суммы невозмещённого ущерба, которая составит 8 557 рублей (9 188 рублей (общий размер причинённого материального ущерба) – 631 рубль (стоимость тостера)).

При этом стоимость чайника – термоса обоснованно включена в сумму ущерба, несмотря на то, что он был обнаружен и изъят, поскольку в результате его хищения и последующего повреждения он оказался неисправен. Это в полной степени согласуется с разъяснениями, изложенными в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2020 г. № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», согласно которым лицо, неправомерно завладевшее чужим имуществом, которое в дальнейшем было повреждено или утрачено вследствие действий другого лица, действовавшего независимо от первого лица, отвечает за причинённый вред.

ФИО2, будучи лицом, причинившим вред в силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ, обязан возместить Потерпевший №1 вред, причинённый преступлениями, в связи с чем, суд первой инстанции принял верное решение о взыскании с него в пользу последней 23 106 рублей (14 549 рублей + 8 557 рублей) в счёт ущерба, причинённого преступлениями.

Между тем, разрешая гражданский иск в части взыскания материального ущерба, причинённого преступлениями, суд первой инстанции в описательно – мотивировочной части приговора указал на то, что ущерб, причинённый совместными действиями ФИО1 и ФИО2 подлежит возмещению путём передачи потерпевшей похищенного имущества – стиральной машины и электрической плиты, изъятых в ходе предварительного расследования.

Однако в иске Потерпевший №1 не ставила вопрос о возмещении ущерба, причинённого хищением вышеуказанного имущества и взыскании его стоимости, в связи с чем, в данной части суд первой инстанции вышел за пределы заявленных в гражданском иске требований, а вышеприведённое указание следует исключить из описательно – мотивировочной части приговора.

Принимая решение по гражданскому иску в части требования о компенсации морального вреда, суд пришёл к верному выводу о том, что потерпевшая вправе требовать такую компенсацию, так как осуждённые, незаконно проникнув в жилище, нарушили её нематериальное благо – неприкосновенность жилища, принадлежащее ей в силу закона (ст. 25 Конституции Российской Федерации).

При таких обстоятельствах потерпевшая на основании ст. 151, п. 1 ст. 1064, абз. 2 ст. 1100 ГК РФ вправе требовать взыскания с осуждённых в свою пользу компенсации морального вреда, а вывод суда об удовлетворении гражданского иска в данной части является правильным.

Учитывая степень причинённых потерпевшей нравственных страданий в результате нарушения её права на жилище путём незаконного проникновения в квартиру, фактический характер действий обвиняемых, а также то, что как на момент совершения преступления, так и после потерпевшая значительный период времени не проживала в данном жилом помещении, суд первой инстанции определил размер компенсации морального вреда в сумме 5 000 рублей.

Вместе с тем, определяя размер компенсации морального вреда, суд не в полной мере учёл положения ст. 151, ст. 1101 ГК РФ, устанавливающие общие принципы определения размера такой компенсации, и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в частности в п. 30 постановления от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», согласно которым при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости.

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесённые им физические или нравственные страдания, устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться судами с учётом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Компенсация морального вреда в сумме 5 000 рублей, определённая судом первой инстанции, очевидно чрезвычайно мала, не способна устранить и сгладить последствия нарушения права потерпевшей, в связи с чем, по мнению судебной коллегии, не отвечает требованиям разумности и справедливости, а равно является несоразмерной.

В этой связи судебная коллегия не может согласиться с определённым судом размером компенсации морального вреда.

Оценив в совокупности конкретные незаконные действия осуждённых, соотнеся их с тяжестью причинённых потерпевшей нравственных страданий и индивидуальными особенностями её личности, учитывая требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, судебная коллегия приходит к выводу о том, что подлежащая взысканию с ФИО2, ФИО1 в пользу Потерпевший №1 компенсация морального вреда должна составлять 15 000 рублей.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что решение суда в части гражданского иска следует изменить, увеличив размер подлежащей взысканию с осуждённых в пользу потерпевшей компенсации морального вреда до 15 000 рублей. Взыскание компенсации в большем размере, как о том просит в апелляционной жалобе Потерпевший №1, нарушит баланс прав и свободы сторон, и будет необоснованным.

Кроме того, принимая решение о взыскании с осуждённых в пользу потерпевшей компенсации морального вреда, суд первой инстанции определил солидарный порядок взыскания.

Однако, исходя из разъяснений, изложенных в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2010 г. № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», моральный вред, причинённый преступными действиями нескольких лиц, подлежит возмещению в долевом порядке.

Аналогичные разъяснения приведены в п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 г. № 55 «О судебном приговоре», где указано, что при разрешении гражданского иска о компенсации морального вреда, предъявленного к нескольким соучастникам преступления, и об удовлетворении исковых требований суд должен определить долевой порядок взыскания с учётом степени их вины в содеянном.

Не учтя вышеуказанные разъяснения, суд первой инстанции неверно определил порядок взыскания и не распределил между осуждёнными подлежащую взысканию компенсацию в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого в совершении преступления.

Как указано в п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2020 г. № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», если судом апелляционной инстанции будет установлено, что в приговоре по гражданскому иску, удовлетворённому в отношении нескольких осуждённых, неверно определён порядок взыскания (солидарный либо долевой), то суд вправе изменить приговор в этой части, установив надлежащий порядок такого взыскания.

Учитывая степень вины ФИО2 и ФИО1, которые являлись соисполнителями преступления и действовали совместно, в равной степени, судебная коллегия считает необходимым взыскать с них в пользу Потерпевший №1 компенсацию морального вреда, причинённую преступлением, в равных долях, то есть по 7 500 рублей с каждого (15 000 рублей / 2).

На день рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции ФИО2 достиг совершеннолетия, в связи с чем, судебная коллегия, исходя из положений п. 3 ст. 1074 ГК РФ, согласно которым обязанность родителей (усыновителей), попечителя и соответствующей организации по возмещению вреда, причинённого несовершеннолетним в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, прекращается по достижении причинившим вред совершеннолетия, не усматривает оснований для вмешательства в приговор и изменения порядка присуждённых по гражданскому иску сумм.

Доводы потерпевшей о том, что стоимость имущества, указанная в заключении судебной оценочной экспертизы, не соответствует действительной цене вещей, и она не сможет за счёт присуждённых денежных средств приобрести новое имущество по рыночным ценам, подлежат отклонению.

Заключение по результатам оценочной судебной экспертизы № от <дата> выполнено компетентным экспертом, имеющим необходимые квалификацию, стаж, опыт работы и предупреждённым органом предварительного расследования об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной ст. 307 УК РФ.

Подготовленное по результатам исследований заключение является ясным, полным, не вызывает сомнений в своей обоснованности и не содержит каких – либо противоречий.

В этой связи отсутствуют основания ставить под сомнение достоверность результатов проведённой экспертизы, а суд первой инстанции правильно принял во внимание выводы эксперта при разрешении уголовного дела и гражданского иска.

Стоимость похищенного имущества, а как следствие и размер причинённого ущерба, определены судом первой инстанции, исходя из его фактической стоимости на момент совершения преступлений, что полностью согласуется с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в абз. 4 п. 25 постановление от 27.12.2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое».

Исходя из положений п. 1, п. 2 ст. 15 ГК РФ и разъяснений, изложенных в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений разд. I ч. 1 ГК РФ», Потерпевший №1 вправе требовать полного возмещения убытков, в том числе реального ущерба, в состав которого входят не только фактически понесённые расходы, которые она должна будет произвести для полного восстановления нарушенного права, однако, по смыслу ч. 1 ст. 44 УПК РФ требования имущественного характера, хотя и связанные с преступлением, но относящиеся, в частности, к последующему восстановлению нарушенных прав потерпевшего подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства, а не уголовного судопроизводства, о чём указано в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2020 г. № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу».

Потерпевшая вправе обратиться в порядке гражданского судопроизводства с новым иском, в котором ставить вопрос о возмещении недостающей части расходов, которые она будет вынуждена понести для восстановления нарушенного права.

Доводы потерпевшей о том, что в результате совершённых преступлений она не может проживать в жилом помещении, равно как и доводы о причинении совершёнными преступлениями вреда её здоровью ничем объективно не подтверждены, в связи с чем, подлежат отклонению.

Кроме того, отклоняя данные доводы, судебная коллегия считает необходимым отметить, что до совершения преступления и в момент его совершения Потерпевший №1 в жилом помещении, откуда были совершены хищения, не проживала, а представленные ею медицинские документы не содержат данных, свидетельствующих о наличии причинной связи между совершенными хищениями и имеющимися у неё заболеваниями, а так же ухудшением состояния её здоровья.

Довод потерпевшей о нарушении совершённым преступлением прав её несовершеннолетней дочери, являющей собственником 1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение, не может быть принят во внимание, поскольку гражданским истцом является только Потерпевший №1 и в основании иска на указанные обстоятельства она не ссылалась.

Поскольку довод потерпевшей Потерпевший №1 о несоразмерности компенсации морального вреда заслуживает внимания, а иные доводы судебной коллегией отклонены, её апелляционная жалоба подлежит удовлетворению в части.

Основания для удовлетворения апелляционной жалобы адвоката Дэка Е.В. в интересах осуждённого ФИО1 отсутствуют.

Нарушений уголовного и (или) уголовно – процессуального законов, которые могли повлечь отмену приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 38913, ст. 38920, ст. 38928 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Каратузского районного суда Красноярского края от 17 октября 2025 г. в отношении ФИО2 , ФИО1 изменить:

уточнить вводную часть указанием на то, что ФИО2 и ФИО1 не судимы;

уточнить вводную часть указанием на то, что ФИО2 не имеет на иждивении детей;

исключить из описательно – мотивировочной части приговора указание суда первой инстанции на возмещение ущерба, причинённого потерпевшей, как на одну из целей назначения наказания осуждённому ФИО1;

в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признать ФИО2 смягчающими обстоятельствами по двум преступлениям, предусмотренным п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и преступлению предусмотренному п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, розыску имущества, добытого в результате совершения преступления;

в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признать ФИО2 смягчающим обстоятельством в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ по преступлению, предусмотренному п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ активное способствование изобличению соучастника преступления;

смягчить назначенное ФИО2 наказание:

по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по факту хищения в <данные изъяты>) до 8 месяцев лишения свободы;

по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по факту хищения в <данные изъяты>) до 8 месяцев лишения свободы;

по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по факту хищения в <данные изъяты>.) до 1 года 2 месяцев лишения свободы;

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО2 окончательное наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы;

на основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО2 наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 1 год.

возложить на ФИО2 обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осуждённого; являться на регистрацию в специализированный государственный орган в дни, установленные таким органом; трудоустроиться;

в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признать ФИО1 смягчающими обстоятельствами по преступлению, предусмотренному п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, изобличению соучастника преступления, розыску имущества, добытого в результате совершения преступления;

смягчить назначенное ФИО1 по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ наказание до 1 года 6 месяцев лишения свободы, которое на основании ч. 2 ст. 531 УК РФ заменить принудительными работами на срок 1 год 6 месяцев с удержанием 10 % из заработной платы осуждённого в доход государства;

исключить из описательно – мотивировочной части указание суда первой инстанции на порядок возмещения ущерба, причинённого совместными действиями ФИО2 и ФИО1 путём передачи Потерпевший №1 похищенного имущества – стиральной машины и электрической плиты, изъятых в ходе предварительного расследования;

увеличить размер компенсации морального вреда до 15 000 рублей, которую взыскать с ФИО2, ФИО1 в пользу Потерпевший №1 в долевом порядке по 7 500 рублей с каждого.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения.

Апелляционную жалобу потерпевшей Потерпевший №1 удовлетворить частично.

Апелляционную жалобу адвоката Дэка Е.В. в интересах осуждённого ФИО1 оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор могут быть обжалованы в кассационном порядке, предусмотренном гл. 471 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вынесения данного определения. Осуждённые вправе заявить ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: