Решение № 2-220/2017 2-220/2017(2-3380/2016;)~М-3633/2016 2-3380/2016 М-3633/2016 от 7 ноября 2017 г. по делу № 2-220/2017

Гр. дело № 2-220/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«08» ноября 2017 года г. Кострома

Ленинский районный суд г. Костромы в составе

председательствующего судьи Коровкиной Ю.В.

с участием прокурора Андроновой Е.В.,

при секретаре Колотилове Д.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда, и взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью,

установила:

ФИО1 с учетом уточнений обратился в суд с иском к ФИО2 и ФИО3 о защите чисти, достоинства и деловой репутации и взыскании компенсации морального вреда причиненного чести, достоинству и деловой репутации и причинением вреда здоровью.

Исковые требования ФИО1 мотивировал тем, что работая в должности электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования в ООО «Олакс» во время рабочей смены 13 декабря 2013 года по заданию главного энергетика предприятия ФИО2 он выполнил свои должностные обязанности - отсоединял кабель от оборудования, формировал и перемещал на склад электроподстанции. Его действия вызвали негативную реакцию начальника отдела паросилового хозяйства ООО «Олакс» ФИО3, который начал высказывать к нему претензии в грубой и некорректной форме, распространяя на повышенных тонах о нем сведения не соответствующие действительности и порочащие его честь и достоинство, обзывал его вором, мародерам, им были принесены слова: козел, «педераст», публичная женщина с упоминанием мужского органа. 28 декабря 2016 года на предварительном судебном собеседование в Ленинском районном суде Хоробрых публично в утвердительной форме бездоказательно распространил о нем заведомо ложные не соответствующие действительности и порочащие честь достоинство сведения, заявив, что он вор и мародер Действиями ответчика ФИО3 ему причинен моральный вред выразившийся в физических страданиях, так как во время конфликта с ним случился <данные изъяты> причинивший ему неудовлетворительное физическое состояние, в том числе физическую боль, болезненное состояние вызванное переживанием за собственное здоровье. После происшедшего он вынужден был обратиться в медицинское учреждение по месту регистрации, затем по направлению участкового терапевта в специализированный областной кардиоцентр. Временная нетрудоспособность продолжалась в течение 4 месяцев, решением комиссии ему была установлена 3 группа инвалидности по общему заболеванию, а в настоящее время ему постоянно требуется поддерживать свое здоровье лекарственными средствами. Распространив не соответствующие действительности сведения, порочащие его честь и достоинство ФИО3 нарушил принадлежащие ему личные неимущественные права. Причиненный ответчиком ФИО3 моральный вред он оценивает в 200 000 руб.

Отсутствие его на работе за из-за временной нетрудоспособности, а большей степени из за распространения про него ложных сведений не соответствующих действительности и порочащих его как работника, спровоцировали негативное отношение к ему ФИО2, который сразу же стал настаивать на убытии его в отпуск, потом настойчиво предлагал чтоб он написал заявление по собственному желанию. 27 мая 2014 года он создав искусственные улики против него для заведомо ложного доноса в совершении преступления, инициировал хищение. Для этого он целенаправленно дал задание, организовал задержание и обыск его автомобиля, лично решал, диктовал следователю ФИО4 что включать в акт об изъятии, лично проводил обыски его автомобиля. В присутствие правоохранительных органов в утвердительной форме называл его вором, обвиняя в хищении. В действии ФИО2 которой поручил ему вывозить хлам с подстанции, а затем инсценировал хищение, представив заведомо ложную бухгалтерскую справку в которую были включены также и принадлежащие ему личные вещи. Позднее, 30 октября 14 года, он получил уведомление с постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием признаков преступления, печь, которая была включена в справку, ему вернули. На следующий день 28 мая 2014 года все были осведомлены об инциденте, в бухгалтерии настаивали написать заявление этим же днем, ссылались на указанию генерального директора в противном случае увольнением по статье за хищение. Поддавшись такому давлению, им было написано заявление об увольнении по собственному желанию.

21.07.2014 года ФИО2, зная о его группе инвалидности из-за <данные изъяты>, создав для него преднамеренно особые от остальных членов бригады условия признаками дискриминации провоцируя тем самым его на отказ от работы дал ему задание по определению глубины залегания кабеля в тяжелом спрессованном грунте с не примерным условиям за 1 рабочую смену. 23 июля 2014 года по причине травмированных рук при откапывании кабеля в ответ от него насмешки оскорбительные высказывания коллег по работе при этом нецензурно выражался и требовал от него увольнения.

29 августа 2014 года распространил инженеру по противопожарной безопасности, ФИО5 ложные сведения о том, что он отказывается выполнять данные ему задания, называл его бездельником и недисциплинированным работником.

В период с 3 сентября по 19 сентября 2014 года ФИО2 были написаны докладные записки содержащие заведомо ложные сведения о его нарушениях трудовой дисциплины и требованием лишить его надбавок, опорочить его. На основании этих записок заместителем главного бухгалтера Хоревой были изготовлены дисциплинарные приказы был изменен трудовой договор.

28 декабря 2016 года на предварительном судебном собеседовании ФИО2 публично утвердительной форме без доказательно распространило нем ложные, не соответствующие действительности, порочащие его честь и достоинство сведения о том, что он вон мародер и плохой работник. Причиненный ему ФИО2 моральный вред На основании вышеизложенного просит суд:

признать произнесенные в его адрес и распространенные ФИО3 13.12.2013 года заведомо ложные сведения, что он вор, мародер, и оскорбительными выражения «козел», «пед…ст», «публичная женщина, с упоминанием мужского органа», а также за не соответствующими действительности, порочащими его честь и унижающие его человеческие достоинство оскорбления произнесенные им в его адрес 28.12.2016 года в ходе проведенного судебного собеседования, что он «вор, мародер», взыскать с ФИО3 за данные действия компенсацию морального в размере 100 000 рублей, взыскать с ФИО3 компенсацию морального в размере 100 000 рублей за причинение ему вреда здоровью спровоцированной им конфликтной ситуацией 13.12.2013 года,

признать совершенные ФИО2 27.05.2014 года действия, с целью искусственного создания доказательств обвинения его в хищении, для заведомо ложного доноса о совершении преступления, и взыскать с ФИО2 за данные действия компенсацию морального в размере 100 000 рублей,

признать произнесенные в его адрес и распространенные ФИО2 23.07.2014 года, 29.08.2014 года, 18.12.2014 года, а также в ходе проведенного судебного собеседования 28.12.2016 года заведомо ложные не соответствующими действительности и оскорбительными, порочащими его честь и достоинство выражения, что он «вор, мародер, плохой работник, нарушающий трудовую дисциплину», и взыскать с ФИО2 за данные действия компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, признать изложенные ФИО2 сведения в докладных записках о нарушении им трудовой дисциплины 27.06.2014 года, 22.07.2014 года изложенные ФИО2 с 05.09. по 19.09.2014 года не соответствующими действительности, порочащими его честь, достоинство и деловую репутацию и взыскать с ФИО2 за это компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Определением суда от 08.11.12017 года производство по настоящему делу в части исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании произнесенных ФИО3 28.12.2016 года в ходе проведенного судебного собеседования выражений в его адрес, что он «вор, мародер», не соответствующими действительности, порочащими его ФИО3 и взыскании за это компенсации морального вреда, а также к ФИО2 о признании произнесенных ФИО2 в его адрес 28.12.2016 года в ходе проведенного судебного собеседования не соответствующими действительности, порочащими его честь и унижающими его человеческие достоинство выражения, что он «вор, мародер, плохой работник, нарушающий трудовую дисциплину», и о взыскании компенсации морального вреда за данные действия, прекращено.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель ФИО6 исковые требования поддержали.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснив, что никаких оскорбительных выражений в адрес ФИО1 он никогда не допускал, и не распространял об ФИО7 заведомо ложные сведения. Если к ФИО1 и были претензии, то они были обоснованными, по работе, относительно того факта, когда вызывали сотрудников полиции, то в тот день начальник службы охраны Дашкевич ему сообщил, что задержали машину ФИО7 при попытке вывезти с территории предприятия имущество, также ему было сообщено, что вызван наряд полиции. Когда сотрудники полиции и приехали, он присутствовал при составлении ими акта осмотра, с него брали объяснение. В докладных записках составленных им в рамках служебных отношений, он излагал имеющиеся по его мнению факты о нарушениях ФИО7 трудовой дисциплины.

Ответчик ФИО3 и его представитель ФИО8 в судебном заседании также исковые требования не признали в полном объеме. ФИО3 пояснил, что никаких оскорбительных, порочащих честь и достоинство выражений в отношении ФИО1 он не допускал, тем более в присутствии других лиц.

Представитель третьего лица ООО «Олакс» по доверенности ФИО8 в судебном заседании исковые требования считал не обоснованными.

Выслушав лиц, участвующих в деле, опросив свидетелей, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора полагавшего в удовлетворении исковых требований отказать, суд приходит к следующему.

Пунктом 1 ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключенной в Риме 01.11.1950 г.) предусмотрено, что каждый имеет право свободно выражать свое мнение.

В соответствии с положениями ст. 29 Конституции РФ в Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова; никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них; каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом.

Осуществление указанных прав находится в неразрывном нормативном единстве с положениями ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, согласно которой в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией, одновременно устанавливает, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (ч. 3 той же статьи), в частности достоинство личности, честь и доброе имя, охраняемые государством (ч. 1 ст. 21, ч. 1 ст. 23 Конституции РФ).

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может наложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 152 ГК РФ, гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Как указано в Обзоре практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации", утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016 года, решение об удовлетворении иска о защите чести, достоинства и деловой репутации выносится судом в случае установления совокупности трех условий: сведения должны носить порочащий характер, быть распространены и не соответствовать действительности. При этом заявитель обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск и доказать порочащий характер этих сведений. На ответчика же возложена обязанность доказать, что распространенные им сведения соответствуют действительности.

В разъяснениях, данных Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" в п. 7, указано, что по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной форме, хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №3 от 24.02.2005 г. «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» со ссылкой на ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 29 Конституции РФ, гарантирующих каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека разъяснено, что при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности. Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением.

Одновременно, в п. 9 названного Постановления указано, что в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Таким образом, по смыслу действующего гражданского законодательства, критерием отличия имеющих место утверждений о фактах и событиях от оценочных суждений (мнений, убеждений) является возможность проверки таких сведений на предмет соответствия их действительности, истинности или ложности.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Истец ФИО1 заявляя исковые требования к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, сослался на то, что тот 13 декабря 2013 года во время выполнения им ФИО1 задания ФИО2 в присутствии других лиц высказывал к нему в грубой и некорректной форме претензии, распространяя на повышенных тонах о нем сведения не соответствующие действительности и порочащие его честь и достоинство, обзывал его вором, мародерам, им были принесены слова: козел, «пед…ст», публичная женщина с упоминанием мужского органа, что следствием данной конфликтной ситуации стал полученный им инфаркт миокарда, что по его мнению действия ФИО3 причинили ему вред здоровью.

Вместе с тем, обстоятельства на которые ссылается ФИО1 объективно ничем не подтверждены, в том числе ни свидетельскими показаниями, ни предоставленными истцом аудиозаписями, ни видеозаписями, ни фотоматериалами, ни иными допустимыми и достоверными доказательствами.

По ходатайству истца судом была назначена судебно-медицинская экспертиза, согласно заключению ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» №/гр, у гр. ФИО1 на 13.12.13г имелись следующие заболевания: гипертрофическая кардиомиопатия, впервые зарегистрированная 22.12.2011г; гипертоническая болезнь 3 стадии риск 4, зарегистрированная 19.11.2013г в амбулаторной карте по месту жительства; ишемическая болезнь сердца. Острый повторный мелкоочаговый передний инфаркт миокарда от ноября 2013г. Постинфарктный кардиосклероз от 2011г. У гр. ФИО1 после 13.12.13г имелись следующие заболевания: ишемическая болезнь сердца. Рецидив острого повторного мелкоочагового инфаркта от 23.12.13г; стенокардия напряжения 2 функциональный класс. Отвечая на вопрос суда о наличии причинно-следственной связи между заболеваниями сердца, которые имеются у ФИО1 и случаем, который произошел dd/mm/yy, описанный в исковом заявлении, комиссия экспертов пришла к выводу, что у гр ФИО1 имелись заболевания сердечно-сосудистой системы: гипертрофическая кардиомиопатия, ишемическая болезнь сердца, стенокардия напряжения 2 функциональный класс, постинфарктный кардиосклероз от 2011 и 2013 г.. Причиной возникновения гипертрофической кардиомиопатии является генетическая предрасположенность. Причинами ишемической болезни сердца являются появления атеросклеротических бляшек сосудов сердца на фоне увеличения уровня холестерина крови и предрасположенность к артериальной гипертензии. Данное заболевание протекает с периодами обострения, стрессовое состояние является не причиной возникновения, а может явиться провоцирующими факторами для обострения. Таким образом, отсутствует какая-либо причинно-следственная связь между возникновением заболевания и стрессовой ситуацией, имевшей место dd/mm/yyг, описанной в исковом заявлении.

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО9 выводы, изложенные к заключении, поддержала, пояснив, что данная экспертиза проводилась на основании представленной медицинской документации, поскольку вопросы стояли по 2011-2013 годам, необходимости непосредственного обследования ФИО1 в данном случае не требовалось, для ответов на поставленные вопросы достаточно было исследовать медицинскую документацию.

Представленное суду заключение экспертов по своему содержанию соответствует нормам действующего законодательства, а в действиях экспертов не усматривается нарушений положений ч. 2 ст. 85 ГПК РФ.

Довод ФИО1, что он не был извещен о дате и времени проведения экспертизы, подлежит отклонению, поскольку как следует из пояснений эксперта его участие не могло повлиять на результаты проведенного исследования. Кроме того, действующее законодательство не предусматривает обязательного участия сторон при проведении экспертизы.

Заключение ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» суд считает обоснованным, оснований не доверять выводам экспертов у суда не имеется, заключение сторонами не оспорено.

Учитывая то, что истцом доказательств распространения ответчиком ФИО3 в отношении его не соответствующих действительности и порочащих его честь и достоинство сведений не представлено, как и не представлено доказательств причинения его здоровью действиями ФИО3 вреда, суд с учетом того, что ответчик отрицал факт распространения несоответствующих действительности оскорбительных и порочащих честь и достоинство выражений в отношении ФИО1, приходит к выводу об отказе ФИО1 в иске к ФИО10 о взыскании компенсации морального вреда, в том числе и в связи с причинением вреда здоровью.

Рассматривая исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

Заявляя требование о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда в связи с распространением последним не соответствующим действительности порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, ФИО1 сослался на ряд эпизодов распространения таких сведений, происшедших 23.07.2014 года, 29.08.2014 год, 18.12.2014 года, когда ФИО2 как следует из иска ФИО1 в присутствии посторонних лиц произнес в его адрес не соответствующие действительности, оскорбительные, порочащие его честь и достоинство сведения о ом, что он вор, мародер, плохой работник нарушающий трудовую дисциплину.

Опрошенные в судебном заседании по ходатайству истца свидетели Р. , Х. , С. , Б. и Д. не подтвердили факт того, что ФИО2 в их присутствии произносил какие-либо оскорбительные слова в отношении ФИО1 о которых идет речь в иске.

Просмотренные судом видеозаписи и аудиозаписи также не подтвердили факта произнесения ФИО2 в присутствии посторонних лиц данных слов.

Сам ответчик ФИО2 в суде также отрицал факт распространения им данных выражений.

Поэтому оснований для удовлетворения иска ФИО1, в данной части не имеется ввиду отсутствия доказательств распространения ФИО2 порочащих ФИО1 сведений.

Также не подлежат удовлетворению и требования ФИО1 о признании распространения ФИО2 27.05.2014 года заведомо ложных сведений сотрудникам полиции обвинения ФИО1 в хищении, и действий ФИО2 по искусственному созданию доказательств обвинения ФИО1 в хищении, для заведомо ложного доноса о совершении преступления.

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", в случае, когда гражданин обращается в государственные органы и органы местного самоуправления с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.

Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из имеющегося в материалах проверки КУСП № 6490 от 27.05.2014 года рапорта следует, что 27.05.2014 года в 16.50 час. в дежурную часть ОП-1 УМВД России по г.Костроме позвонил сотрудник службы безопасности Т. и сообщил, что на комбинате им. Зворыкина задержан мужчина, который вывозил имущество.

Также в ОП-1 УМВД России по г.Костроме 27.05.2014 года зарегистрировано заявление представителя ООО «Олакс» ФИО2 которой просил привлечь к ответственности ФИО1 который 27.05.2014 года в 16.30 час. находясь на территории ООО «Олакс» по адрес: ... пытался вывезти имущество принадлежащее ООО «Олакс». ФИО2 в заявлении указал, что предупрежден об ответственности по ст. 306 УК РФ за заведомо ложный донос.

27.05.2014 года дознавателем ОП-1 УМВД России по г. Костроме К. , в присутствии понятых ФИО3. В. , с участием ФИО1 и специалиста Ш. был произведен осмотра автомобиля Рено Kangoo г/н № по результатам которого составлен протолкал осмотра места происшествия, в котором отражено имущество находящееся в автомобиле Рено. Каких–либо замечаний при составлении протокола и уточнений к содержанию протокола от лиц, участвующих в осмотре не поступало. осмотра автомобиля. Относительно действий ФИО2 по распространению порочащих сведений изложенных в докладных записках, суд приходит к следующему. В ходе проверки по заявлению ФИО2 дознавателем были получены объяснения Д. , ФИО2, ФИО1, по результата проведенной проверки сообщения о преступлении,(КУСП-6490*) о попытке хищения имущества принадлежащего ООО «Олакс» дознавателем ОД ОП-1 УМВД России по г. Костроме 13.12.2014 года вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 158 УКК РФ за отсутствием состава преступления. В мотивировочной части постановления об отказе в возбуждении уголовного дела указано, что ущерб причиненный действиями ФИО1 составил 945,36 руб. (стоимость электронных часов), который является для предприятия малозначительным.

Таким образом, в возбуждении уголовного дела отношении ФИО1 отказано только лишь на том основании, что под сосав уголовно наказуемого деяния попадает лишь хищение имущества стоимостью свыше одной тысячи рублей.

Истец, заявляя требования о защите чести и достоинства, ссылается, что ответчик, обращаясь в правоохранительные органы с заявлением, ФИО2 опорочил его честь и достоинство, распространил заведомо ложные сведения.

Разрешая заявленные требования в данной части, суд приходит к выводу, что обратившись в органы внутренних дел с заявлением о возбуждении уголовного дела ФИО2 действовал как представитель ООО «Олакс», по выданной на его имя доверенности, реализуя право юридического лица на обращение, закрепленное в ст. 33 Конституции РФ, в правоохранительные органы. Данное обращение не было связано с намерением причинить вред ФИО1, а направлено на защиту интересов прав и законных интересов ООО «Олакс».

Факт распространения ФИО2 27.05.2014 года заведомо ложных сведений сотрудникам полиции обвинения его в хищении, и действий ФИО2 по искусственному созданию доказательств обвинения ФИО1 в хищении, для заведомо ложного доноса о совершении преступления истцом не доказан.

Таким образом, оснований для привлечения ФИО2 к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной ст. 152 ГК РФ не имеется, а соответственно и оснований для в удовлетворении требований о компенсации морального вреда, поскольку они являются производными от требований о защите чести и достоинства.

Разрешая требования ФИО1 о признании заведомо ложными сведений изложенных ФИО2 в докладных записках о его нарушениях трудовой дисциплины в период с 3 сентября по 19 сентября 2014 года суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, в служебной записке от dd/mm/yy на имя генерального директора Ю. ФИО2 сообщил что электромонтер по ремонту и обслуживанию электрооборудования ФИО1 по окончании рабочего дня оставил открытым помещение главной трансформаторной подстанции, нарушение явилось грубым нарушением правил техники безопасности при работе в электроустановочной и могло повлечь тяжкие последствия.

В служебной записке от 27 июля 2014 года на имя генерального директора Ю. ФИО2 сообщил, что правилами внутреннего трудового распорядка для работников установлен график работы с обеденным перерывом с 12 до 12.30 час. 27 мая 2014 года электромонтер ФИО1 отсутствовал с 11.15 до 14.00 час. без уважительной причины на территории предприятия. 27 июня 2014 года электромонтер ФИО1 отсутствовал с 11.30 до 12.45 час. без уважительной причины на территории предприятия, от объяснения ФИО7 отказался, свидетели отказа сотрудники предприятия.

В служебной записке от 22 июля 2014 года на имя генерального директора Ю. ФИО2 сообщил что 21 июля 2014 года электромонтеру по обслуживанию ремонту электрооборудования ФИО1 была поставлена задача определения глубины залегания низковольтного кабеля до здания управления. По итогам рабочего дня выявлено, что поставленная задача не выполнена, на протяжении рабочего дня зафиксировано неоднократное отсутствие работника на месте, объем выполненной работы ничтожно мал. Объяснительную ФИО7 писать отказался в присутствии сотрудников предприятия.

Как следует из пояснений ФИО2 данных в ходе рассмотрения дела, данные служебные записки были составлены в связи с выявлением им нарушений трудовой дисциплины ФИО1

Из материальном дела следует, что на основании служебной записки от 28.04.2014 года приказом генерального директора ООО «Олакс» № 21 от 28.04.2014 года ФИО11 был лишён надбавки за апрель 2014 года, на основании служебной записки от 27.06.2014 года приказом генерального директора ООО «Олакс» № 31 ФИО1, объявлен выговор, указано не начислять надбавку за май и июнь 2014 года, на основании служебной записки от 22.07.2014 года приказом генерального директора ООО «Олакс» № 36 ФИО1 был лишён надбавки за июль 2014 года.

Судом установлено, что ФИО1 обращался в суд с иском к ООО «Олакс» о признании трудового договора незаключенным, признании незаконным увольнения с работы, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, признании незаконными и отмене приказов о снятии надбавки, взыскании недополученной заработной платы, компенсации морального вреда.

Определением Ленинского районного суда г. Костромы по делу № 2-193/2015 было утверждено мировое соглашение, по которому ответчик ООО «Олакс» изменяет ФИО1 дату увольнения с 03.10.2014г. на 02.06.2015г. с внесением об этом соответствующей записи в его трудовую книжку в срок до 5 июня 2015 года и выплачивает истцу ФИО1 утраченный заработок за время вынужденного прогула в размере 75 000 рублей и компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей, а всего 80 000 рублей с рассрочкой платежа на два месяца, а именно: 40 000 рублей в срок до 26 июня 2015 года, 40 000 рублей в срок до 26 июля 2015 года, а истец ФИО1 отказывается от материально-правовых требований к ответчику ООО «Олакс», составляющих предмет настоящего иска. Производство по делу по иску ФИО1 к ООО «Олакс» о признании трудового договора незаключенным, признании незаконным увольнения с работы, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, признании незаконными и отмене приказов о снятии надбавки, взыскании недополученной заработной платы, компенсации морального вреда прекращено.

Таким образом, поскольку приказы о привлечении ФИО1 к ответственности, вынесенные на основании служебных записок ФИО2 незаконными признаны не были по основанию недоказанности нарушений ФИО1 трудовой дисциплины, что свидетельствует о соответствии действительности сведений изложенных в докладных записках, и принимая во внимание отсутствие со стороны истца доказательств того, что сведения изложенные ФИО2 в служебных записках являются порочащими, суд приходит к выводу, что и в данной части иска ФИО1 о признании сведений изложенных ФИО2 в докладных записках не соответствующими действительности, порочащими его честь, достоинство и деловую репутацию и взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда, следует отказать.

Руководствуясь ст. 194 – ст. 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда, и взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Костромской областной суд через Ленинский районный суд г. Костромы в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья Ю.В. Коровкина

Решение суда в окончательной форме изготовлено dd/mm/yy

Судья Ю.В. Коровкина