Апелляционное постановление № 22-446/2024 от 5 мая 2024 г. по делу № 1-59/2022

Судья Архипова Е.В. дело 22-446/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Салехард 06 мая 2024 года

Суд апелляционной инстанции суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего Коршунова И.М.,

при секретаре Коневой Т.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Коробка Д.Д. и апелляционной жалобе защитника Ивановой Н.Я. на приговор Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 20 июня 2022 года, по которому

ФИО1, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ <адрес>, не судимая,

осуждена по ч.1 ст.318 УК РФ к штрафу в размере 20 000 руб.

В отношении ФИО2 избрана мера пресечения в виде в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Приговором так же разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав выступления прокурора Мухлынина А.Л., просившего удовлетворить доводы представления, защитника Ивановой Н.Я., подержавших доводы жалобы, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

По обжалуемому приговору суда ФИО1 признана виновной в применении насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти - сотрудника полиции ФИО19 в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Коробка Д.Д. считает обжалуемый приговор незаконным. В обоснование своих доводов указывает, что вопреки положениям ст.74 и ч.1.2 ст.144 УПК РФ в приговоре не раскрыто основное содержание показаний значительного числа свидетелей, как и ряда доказательств. Обращает внимание, что суд не указал, какие из показаний свидетеля ФИО6 - на следствии или в судебном заседании, он положил в основу приговора, аналогичным образом не сопоставлены оглашенные и данные в ходе судебного следствия показания свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17

Полагает, что выводы суда о вменяемости ФИО2 ничем не подтверждены, поскольку доказательства по данному вопросу не исследовались.

Отмечает, что назначив Притула наказание в виде штрафа, в резолютивной части приговора суд не указал реквизиты, по которым его необходимо уплатить.

Просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

В апелляционной жалобе и в дополнении к ней защитник Иванова Н.Я. считает приговор незаконным. Так, защитник усматривает нарушение права на защиту, в связи с тем, что суд вышел за пределы предъявленного обвинения, указав в приговоре на применение ФИО2 насилия в ответ на законные действия ФИО19 с целью воспрепятствования его законной деятельности по охране общественного порядка и пресечению противоправных действий, однако обвинения в этом Притула предъявлено не было. Более того, отмечает, что суд не установил, какие именно действия совершал, совершил или намеревался совершить ФИО19 во исполнение своих должностных обязанностей, которым якобы противодействовала осужденная. Так же, указывает, что согласно обвинению, Притула применила насилие в отношении ФИО19, поскольку тот пресекал совершаемое ею правонарушение, однако не указаны действия Притулы, подпадающие под признаки какого-либо правонарушения. Заявляет, что насилие к потерпевшему было применено в результате противоправных действия самого ФИО19, который схватил ФИО2 за волосы и силой выдернул из группы людей. Кроме того, по мнению автора жалобы, суд не установил мотив, то есть обязательный признак субъективной стороны инкриминируемого преступления.

Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в ином составе суда.

Изучив материалы уголовного дела, выслушав позицию сторон, суд апелляционной инстанции считает, что приговор подлежит отмене, в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона (п.2 ст.389.15, ч.1 ст.389.17 УПК РФ).

В соответствии со ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Право на защиту каждого, кто подвергся уголовному преследованию, признается и гарантируется Конституцией Российской Федерации (статьи 17, 45, 46, 48, 123), общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации в качестве одного из основных прав человека и гражданина.

Согласно пунктам 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 года №29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве», право обвиняемого на защиту включает в себя не только право пользоваться помощью защитника, но и право защищаться лично всеми не запрещенными законом способами и средствами, в том числе давать показания по поводу имеющегося в отношении него обвинения либо отказаться от дачи показаний; возражать против обвинения, давать показания по предъявленному ему обвинению либо отказаться от дачи показаний; представлять доказательства; заявлять ходатайства и отводы; участвовать в ходе судебного разбирательства в исследовании доказательств и судебных прениях; произносить последнее слово;знакомиться в установленном законом порядке с материалами дела. Процессуальные права обвиняемого и защитника не могут быть ограничены, поскольку обеспечение права обвиняемого на защиту является одним из принципов уголовного судопроизводства, действующих во всех его стадиях.

Исходя из положений ст.307 УПК РФ и разъяснений, данных Верховным Судом РФ в постановлении Пленума от 29 ноября 2016 года №55 «О судебном приговоре» в описательно-мотивировочной части приговора, исходя из положений пп.3, 4 ч. 1 ст.305, п.2 ст.307 УПК РФ, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом (пункт 6). Кроме того, суд не вправе ограничиться перечислением доказательств или указанием на протоколы процессуальных действий и иные документы, в которых они отражены, а должен раскрыть их основное содержание (пункт 8).

По настоящему делу указанные требования закона не выполнены.

Так, из материалов уголовного дела следует, что сторона защиты оспаривала предъявленное ФИО2 по ч.1 ст.318 УК РФ обвинение, ссылаясь на то, что осужденная лишь наблюдала конфликт ФИО20 с сотрудниками полиции, в ходе которого именно действия потерпевшего ФИО19 в отношении подсудимой носили противоправный характер. В связи с этим сторона защиты ставила под сомнение, в числе прочего, показания свидетелей из числа иных сотрудников полиции, данные ими в ходе досудебного производства по уголовному делу.

Вместе с тем, в обоснование выводов о виновности ФИО2 судом положены показания свидетеля ФИО21, данные на стадии предварительного следствия, который в судебном заседании 05 июля 2021 года пояснил, что о произошедшем ему стало известно со слов другого сотрудника полиции. Усмотрев противоречия в оглашенных показаниях данного свидетеля, защитник Иванова Н.Я. заявила ходатайство об оглашении показаний этого свидетеля, данных им в судебном заседании 14 октября 2019 года. Суд оставил указанное ходатайство без удовлетворения сославшись на то, что исследование этого доказательства противоречит принципу непосредственности судебного разбирательства. Такие мотивы суда нельзя признать соответствующими положениям ст.240 УПК РФ, согласно которым непосредственность и устность, как условие судебного разбирательства, предполагают как раз исследование доказательств. Отмена постановленного ранее приговора не влечет недопустимость полученных при рассмотрении уголовного дела показаний допрошенных лиц, как доказательств. При этом вопросы защитника к свидетелю по существу оглашенных показаний судом были сняты.

По тем же мотивам, как следует из аудиозаписи судебного заседания, судом было отказано в удовлетворении ходатайства защитника об оглашении показаний свидетеля ФИО7 Однако по окончании исследования представленных доказательств, суд счел возможным уже по своей инициативе исследовать показания ФИО7, данные в судебном заседании 01 октября 2019 года (Т.11 л.д.124), которые оглашены в отсутствие свидетеля, что исключило возможность для стороны защиты задать ему свои вопросы.

По окончанию допроса свидетеля ФИО9, чьи показания также положены в обоснование выводов суда о виновности осужденной, стороной защиты было заявлено ходатайство о повторном вызове свидетеля ФИО10, в удовлетворении которого суд отказал с указанием на то, что свидетель был допрошен ранее и у стороны защиты имелась возможность задать ему вопросы. При этом судом оставлены без внимания мотивы, по которым было заявлено ходатайство - наличие противоречий в показаниях свидетелей ФИО9 и ФИО10 (что не отражено в протоколе судебного заседания, но зафиксировано в аудиозаписи судебного заседания). Судом не учтено, что указание в обвинительном заключении свидетеля в числе лиц, подлежащих вызову в судебное заседание со стороны обвинения, не исключает реализацию права подсудимой задать вопросы свидетелю об обстоятельствах, имеющих значение для разрешения уголовного дела.

Кроме того, 25 мая 2022 года, суд удовлетворил ходатайство стороны защиты о вызове в судебное заседание свидетеля ФИО22 (Т.11 л.д.118), заявленное по тем мотивам, что только ФИО22 препятствовала задержанию ФИО20 То есть, суд фактически признал обязательным для разрешения уголовного дела производство допроса названного свидетеля. Однако, в нарушение положений ч.2 ст.14 УПК РФ, обязанность обеспечить явку свидетеля в судебное заседание суд возложил на сторону защиты, в результате данный свидетель так и не был допрошен. Повторное ходатайство о вызове указанного свидетеля, несмотря на утверждения защитника о возвращении ФИО22 в г.Салехард в день судебного заседания - 10 июня 2022 года, суд оставил без удовлетворения, указав на неспособность стороны защиты обеспечить явку свидетеля в судебное заседание.

Кроме того, в приговоре суд сослался также на показания свидетеля ФИО9, данные в судебном заседании 04 октября 2019 года (Т.6 л.д.78-89) и при производстве предварительного следствия (Т.2 л.д.93-96), отметив, что свидетель подтвердил их частично. Вместе с тем в ходе судебного заседания, отвечая на вопросы участников судебного разбирательства, свидетель фактически опроверг названные показания. Имевшиеся противоречия в показаниях свидетеля ФИО9 суд, в нарушение положений п.2 ст.307 УПК РФ, не устранил.

Таким образом, сторона защиты была лишена судом возможности реализовать свое право представить доказательства по существу предъявленного обвинения, что свидетельствует о нарушении судом требований ч.2 ст.16, п.4 ч.4 ст.47, ст.244 УПК РФ. Суд также допустил нарушение требований закона о равноправии сторон в исследовании доказательств в судебном заседании при состязательной форме правосудия, лишив другую сторону возможности получить ту или иную информацию от допрашиваемых лиц. При таких обстоятельствах проведенное судебное следствие нельзя признать полным и объективным.

Кроме того, в приговоре не приведено содержание показаний свидетеля ФИО23, в то время как суд указал, что показания свидетелей ФИО24, ФИО25, ФИО26, содержание которых также отсутствует в приговоре, аналогичны показаниям ФИО23 Не раскрыто и содержание протокола осмотра предметов, в том числе и видеозаписей (Т.2 л.д.8-24).

При этом указание суда о том, что показания ряда свидетелей аналогичны показаниям других свидетелей (которые так же не раскрыты), в части прибытия сотрудников полиции и возникновения конфликта, противоречат дальнейшей части приговора, из которой следует, что эти свидетели все же давали и иные пояснения, которые не были изложены в описательно-мотивировочной части.

Таким образом, выводы суда, основанные на нераскрытых по своему содержанию доказательствах, так же признается судом апелляционной инстанции существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции прокурор Мухлынина А.Л. и защитник Иванова Н.Я. заявили о невозможности устранения судом апелляционной инстанции допущенных судом первой инстанции существенных нарушений закона. Более того, защитник Иванова Н.Я. заявила, что в таком случае сторона защиты будет лишена возможности оспорить судебное решение суда первой инстанции.

По мнению суда апелляционной инстанции, эти доводы прокурора и защитника убедительны, так как указанная совокупность допущенных судом первой инстанции нарушений, искажает саму суть правосудия и смысл судебного решения, как акта правосудия, а потому компенсировать права стороны защиты в апелляционном порядке не представляется возможным, поскольку в таком случае принцип инстанционности уголовного судопроизводства теряет свое предназначение и влечет в дальнейшем препятствие стороне защиты оспорить судебное решение суда первой инстанции, вынесенного по результатам объективного судебного разбирательства дела при соблюдении равенства сторон.

Таким образом, приговор подлежит отмене, а уголовное дело направлению на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

При новом рассмотрении настоящего уголовного дела суду первой инстанции необходимо на основе принципа состязательности и равноправия сторон соблюсти все нормы уголовно-процессуального закона, создав сторонам необходимые условия для реализации ими своих законных прав и интересов, а также дать оценку изложенным в представлении и жалобе доводам, принять законное и обоснованное решение.

Также суд апелляционной инстанции считает необходимым отменить примененную судом первой инстанции в отношении Притула меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избрав в отношении неё меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке, которой будет достаточно для рассмотрения уголовного дела по существу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ,

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 20 июня 2022 года в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело передать на новое рассмотрение в тот же суд со стадии судебного разбирательства в ином составе.

Меру пресечения в отношении ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить, избрав в отношении неё меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, путем подачи жалобы (представления) непосредственно в суд кассационной инстанции.

В случае передачи кассационной жалобы (представления) с уголовным делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись