Решение № 2-1039/2020 2-1039/2020~М-234/2020 М-234/2020 от 29 октября 2020 г. по делу № 2-1039/2020

Дело № 2-1039/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 октября 2020 г. г. Уфа

Октябрьский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Баженовой Е.Г.,

при секретаре Ахмеровой Г.Р.,

с участием истца ФИО1, представителя истца– Юнусовой А.Ф., действующего на основании доверенности, ответчика ФИО2, представителя ответчика - ФИО3, предоставившей удостоверение и ордер,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась с иском к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, мотивируя свои требования тем, что Истцу на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу <адрес>

ДД.ММ.ГГГГ умер сын истца ФИО4. Истец сильно переживала из-за кончины сына, в связи, с чем находилась в морально подавленном состоянии. Ответчик, являясь дочерью умершего от первого брака, через несколько дней после смерти сына, воспользовавшись ее возрастом, отсутствием у Истца познаний в области права и опыта в заключение каких либо сделок, а также тем, что Истец пребывает в крайне «подавленном» психологическом и эмоциональном состоянии, путём введения Истца в заблуждение принудила 84-хлетнюю бабушку подписать договор дарения квартиры. Также ответчик пояснила истцу, что в связи со смертью сына, за истцом теперь не кому ухаживать и истца непременно поместят в дом престарелых или психиатрическую лечебницу, чтобы этого не допустить, необходимо документально подтвердить наличие у истца родственников.

В момент подписания договора истец не понимала, какой документ в действительности подписывает, как и то, что совершает сделку по отчуждению принадлежащей ей квартиры. Истец не имела намерения отчуждать квартиру в пользу Ответчика, так как кроме Ответчика имеет еще двух внуков (детей покойного сына от второго брака). В подтверждение этого свидетельствует отсутствие каких-либо завещаний, выданных Истцом в пользу кого-либо. Сама же истец намеревалась после своей смерти оставить квартиру внукам в равных долях, не выделяя кого –либо.

В первое время Ответчик в действительности ухаживала за Истцом, убиралась в квартире, ходила за продуктами. Но в последующем поведение Ответчика, как и её отношение к Истцу кардинально изменилось. Ответчик перестала ухаживать за восьмидесяти четырехлетней бабушкой, стала закрывать её в маленькой комнатке, перестала убираться в квартире, готовить пищу, начала приводить в квартиру гостей, в квартире помимо нее постоянно начал проживать сожитель ответчицы, который в настоящее время является ее мужем.

Супруг ответчика неоднократно намекал истцу на то, что она в любой момент может умереть, а также на то, что он вместе с ответчиком в любой момент может отправить истца в психиатрическую лечебницу.

В настоящее время проживание истца в собственной квартире стало мучительно не выносимым, кроме устных оскорблений и насмешек, ответчик со своим супругом в буквальном смысле ограничивают передвижения истца по квартире, закрывая ее в маленькой комнате, тем самым лишая истца возможности по необходимости или желанию посетить санузел, принять водные процедуры или покушать.

Недавно истец услышала, как ответчик сказала, что квартира принадлежит ей, после чего ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в Управление Росреестра по РБ и ДД.ММ.ГГГГ получила выписку из ЕГРН об основных характеристиках объекта недвижимости, а также прошитую и надлежащим образом заверенную копию договора дарения квартиры в многоквартирном доме № от ДД.ММ.ГГГГ из которых истцу стало ясно, что собственником квартиры стала ответчик на основании заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ними договора дарения.

Истец не знала, что подписывает договор дарения, не имела намерений отчуждать квартиру в пользу ответчика, была с легкостью введена в заблуждение своей внучкой, в силу преклонного возраста, наличия родственных отношений с ответчиком, а также в силу пребывания в подавленном морально психологическом состоянии, вызванном смертью единственного сына.

На основании вышеизложенного, уточнив требования, просит признать недействительным договор дарения квартиры в многоквартирном доме № от ДД.ММ.ГГГГ заключенный между ФИО1 и ФИО2, применить последствия недействительности сделки, прекратив запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество регистрации права собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> взыскать с ФИО5 в пользу ФИО1 сумму в размере 300 рублей в качестве компенсации судебных расходов, понесенных Истцом по оплате госпошлины, сумму в размере 22000 рублей в качестве компенсации судебных расходов, понесенных Истцом по оплате услуг представителя.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО6 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержали, просили удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО2 и ее представитель ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признали, просили отказать в полном объеме.

Представители третьих лиц Управление Росреестра по РБ, филиала Кадастровой палаты Республики Башкортостан на судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

На основании ст.167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся.

Выслушав участников процесса, опросив свидетелей, исследовав и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

На основании п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с п.1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно ч.3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка). Согласно ч.1 ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Часть 1 ст.422 ГК РФ устанавливает необходимость соответствия договора обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В соответствии с ч.1 ст.572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ч.1 и ч.3 ст.574 дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи.

Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 являлась собственником принадлежащей ей на праве собственности квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, общей площадью № состоящей из №

ДД.ММ.ГГГГ году умер сын истца ФИО4, у которого была дочь от первого брака ФИО5

ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком заключен договор дарения, согласно которому истец подарила, а ответчик принял в дар жилое помещение (квартиру) в многоквартирном доме, расположенное по адресу: <адрес>, общей площадью № состоящей из №

Согласно п.6.3. Договора дарения стороны подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть Договора, а также, что отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данный Договор.

ДД.ММ.ГГГГ произведена регистрация права собственности ответчика ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

На основании ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с ч.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с ч.1 ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Как следует из объяснений истца ФИО1 истец квартиру не дарила, не помнит данное обстоятельство, не имела на это намерений, кроме одной внучки у истца имеется еще две внучки- дети сына от второго брака, истец хотела бы, чтобы квартира досталась после ее смерти внукам поровну, истец договорилась с ответчиком, что последняя будет проживать с ней, ухаживать за ней, процесс оформления дарения квартиры не помнит, какие документы давали подписывать не может вспомнить, ей просто указывали пальцем, где подписывать, ничего не объясняя, о том, что не является собственником квартиры узнала случайно, в декабре 2019 года запросила выписку из Управления Росреестра в РБ, из которой ей стало известно о смене собственника квартиры с истца на ответчика.

Из объяснений ответчика в судебном заседании следует, что истец добровольно подарила ей квартиру, с условием проживания истца в данной квартире, о чем было указано в договоре дарения

По обстоятельствам спора были допрошены свидетели ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14

Из показаний свидетеля ФИО7 следует, что ФИО1 является ее соседкой по лестничной площадке, показала, что неприязненных отношений между ФИО1 и ФИО15 не было, истец в один день принесла платежку за коммунальные услуги и пожаловалась, что повысилась плата за воду, из нее свидетель увидела, что истец не является собственником квартиры, о чем сказала истцу, которая сильно удивилась, после смерти сына соседка совсем плохо себя чувствовала, не ела, с постели не вставала, было большое артериальное давление, жаловалась и приходила в слезах, говорила, что ее хотят в психбольницу сдать и потом в дом престарелых, о дарении своей квартиры она не говорила, она всегда сама оплачивала жилищно-коммунальные услуги за квартиру.

Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что истец является ее соседкой, живут в одном подъезде, знает ответчика, внучку видела не один раз в доме истца, о событии узнала, когда истец выходила из подъезда дома, была очень расстроена, сказала, что ее из дома выгоняют, так как она больше не собственник своей квартиры, также сказала, что у нее помимо этой внучки есть еще две внучки от второго брака, о желании подарить квартиру она не говорила, сама узнала только недавно.

Из показаний свидетеля ФИО9 следует, что она была супругой покойного сына истца, ответчика хорошо знает, ответчик является дочерью мужа от первого брака, о том, что собственником квартиры стала внучка А. узнала, когда брала справку в домоуправлении для предоставления в пенсионный фонд, о том как получилось передать в собственность ответчика указанную квартиру ей истец не поясняла, так как сама плохо помнит, сказала только что- то подписывала, какие то документы, отношения между свидетелем и свекровью хорошие, вместе хоронили супруга из ее дома. Истец очень переживала смерть сына, про квартиру не разговаривали, после переезда Н. свекровь звонила свидетелю и жаловалась, что ее внучка обижает, плохие слова говорит, по просьбе Н. свидетель выписала свою дочь Соню из спорной квартиры, о дарении квартиры истец не говорила, все документы на квартиру были у покойного, после похорон приходила ответчик и забрала все документы на квартиру.

Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что она дочь покойного сына Н.А., пояснила, что бабушка очень сильно переживала кончину сына, не ела, лежала, стала забывчивой, не могла вспомнить куда положила вещи; документы на квартиру, деньги на похороны хранились в их семье, после похорон приходила Настя и забрала документы и деньги, для каких целей не поясняла; бабушка всегда говорила, что квартиру поровну нужно поделить между нами троими внучками, о договоре дарения не знает.

Из показаний свидетеля ФИО11 следует, что он является другом ответчицы А.И., ранее заходил в гости к Н.А., помогал по дому, возил на кладбище, слышал, что бабушка Насте предлагала переехать жить к ней в квартиру, разговоры о передаче квартиры при нем не велись.

Из показаний свидетеля ФИО12, следует, что он является супругом матери и отчимом А.И., пояснил, что бабушка Насти после похорон сказала, что подарила квартиру внучке, в ДД.ММ.ГГГГ хорошо общались, о том, что была оформлена дарственная узнал от Н.

Из показаний свидетеля ФИО13 следует, что она является матерью ответчицы и бывшей снохой истца, разговоров о дарении квартиры не было, отношения между ней и бывшей снохой замечательные, она только говорила, что все должно достаться Н., о договоре дарения узнала от Н.

Из показаний свидетеля ФИО14 следует, что он является супругом ответчицы А.И., в ДД.ММ.ГГГГ он переехал в квартиру к бабушке супруги для того, чтобы смотреть за бабушкой, она же сама и сказала, что квартиру оформит на Н., после переезда он с супругой вставил замок в комнате, так как у них была породистая собака и нельзя было перекармливать, а бабушка собаку подкармливала и у собаки появилась аллергия; в связи с чем истец подарила квартиру супруге не знает.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству представителя истца была назначена судебно-психиатрическая экспертиза, перед экспертами были поставлены следующие вопросы: могла ли ФИО1 на дату подписания договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ понимать значение своих действий и (или) руководить ими, осознавать их последствия, в том числе и с учетом смерти сына, ее возврата, образования, интеллектуальных способностей; находилась ли истец на момент подписания договора дарения квартиры (ДД.ММ.ГГГГ) в состоянии растерянности, болезни, душевного волнения, которые повлияли на факт подписания договора дарения; находилась ли истец на момент подписания договора дарения квартиры (ДД.ММ.ГГГГ) под чьим – либо влиянием/воздействием, в том числе путем уговоров, обмана и тп.

Согласно результатам заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ имеются признаки <данные изъяты>). Об этом свидетельствуют данные анемнеза о наличии у нее <данные изъяты>. Как показывает анализ материалов гражданского дела, медицинской документации, свидетельских показаний, в сопоставлении с данными настоящего психиатрического освидетельствования, в интересующий суд период (подписания договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ) ФИО1 обнаруживала признаки органического непсихотического расстройства со снижением психических функций, эмоционально-волевыми нарушениями №), однако уточнить степень снижения психических функций и степень выраженности эмоционально-волевых нарушений, то есть уточнить на тот период её психиатрический диагноз, а также оценить ее способность понимать значение своих действий и руководить ими, не представляется возможным ввиду противоречивости медицинской документации и свидетельских показаний о ее психическом состоянии на указанный период времени.

При указанных выше обстоятельствах, оценив собранные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, учитывая обстоятельства дела и личность истца, которой на момент заключения сделки было 82 года, учитывая, что истец страдает множеством заболеваний, в частности, ЦВЗ, атеросклерозом, хронической анемией головного мозга с вестибулопатией, гипертонической болезнью первой степени, постинфарктный кардиосклероз, учитывая, что квартира является её единственным жильем, договор дарения оформлен в простой письменной форме без предварительного установления волеизъявления истца на такой договор, руководствуясь положениями ст.ст. 166, 167, 178, 572 ГК РФ, суд приходит к выводу, что заявленные истцом требования подлежат удовлетворению, поскольку фактическое волеизъявление истца на оформление договора дарения ничем не подтверждено, из объяснений истца и ответчика следует, что спорный договор дарения был направлен скорее на оформление с ответчиком договора ренты на спорное имущество, поскольку и истец и ответчик высказывают доводы о необходимости ухода за истцом.

Заблуждение со стороны истца о природе заключаемого договора имело место на момент совершения сделки и было существенным, поскольку дарение предусматривает безвозмездную передачу имущества, а рента предусматривает приобретение имущества в собственность при выполнении условий содержания рентополучателя.

Истец заблуждалась относительно природы заключаемого договора, так как она не имела намерения дарить свою квартиру и желала, чтобы её внучка А. проживала у нее и заботилась о ней.

После совершения сделки право собственности на квартиру, принадлежавшую истцу ранее, истец утратила.

Ответчиком не представлено доказательств того, что текст договора был прочитан истцом или зачитан для неё вслух.

Таким образом, возраст истца, состояния её здоровья, подтверждает факт, что последняя заблуждалась при совершении сделки относительно её природы, что является основанием для признания сделки недействительной в силу положений ст. 178 ГК РФ.

При указанных обстоятельствах, исковые требования ФИО1 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки подлежат удовлетворению.

Довод ответчика о том, что истец лично сдавала в МФЦ договор дарения, не может быть принят во внимание, поскольку не опровергает выводы суда о заблуждении истца относительно природы совершенной сделки.

Указанный договор дарения квартиры в силу ст. 572 ГК РФ и текста Договора не отвечает интересам истицы ФИО1, которая в результате заключения указанного договора лишается права собственности на единственное принадлежащее ей жилое помещение.

Судом установлено, что сделка в виде договора дарения является ничтожной, поскольку в соответствии со ст.572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не может признаваться дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные п.2 ст.170 ГК, согласно которой притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. Соответственно, к сделке, которую стороны действительно имели ввиду, с учетом существа сделки, применяются именно относящиеся к ней правила.

На основании ч.2 ст.167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а при невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Таким образом, признание сделок недействительными, связано с устранением тех имущественных последствий, которые возникли в результате их исполнения. Общим правилом является возврат сторон в то положение, которое имело место до исполнения недействительной сделки. Каждая из сторон обязана возвратить другой стороне все полученное по недействительной сделке. В связи с тем, что ничтожная сделка не порождает юридических последствий, она может быть признана недействительной лишь с момента ее совершения.

Таким образом, совокупность представленных доказательств и их анализ позволяет суду сделать вывод о том, что заявленные ФИО1 требования обоснованы и доказаны.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности суд отклоняет как необоснованные, поскольку о переходе права собственности на спорную квартиру истцу стало известно из выписки из Единого государственного реестра недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ (доказательств обратного не представлено), в то время как с исковым заявлением в суд истец обратиласьДД.ММ.ГГГГ, то есть в срок установленный законодательством.

По общему правилу, предусмотренному ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

С учетом изложенного, суд взыскивает с ответчика в пользу истца – расходы по оплате услуг представителя в размере 10000 руб., исходя из принципа разумности, что прямо предусмотрено ст. 100 ГПК РФ, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 193-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО5 о признании договора дарения недействительным- удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения квартиры в многоквартирном доме № от ДД.ММ.ГГГГ г., заключенный между ФИО1 и ФИО2

Применить последствия недействительности сделки, стороны привести в первоначальное положение, прекратив право собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>

Признать за ФИО1 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>

Решение является основанием для внесения Управлением Росреестра по Республике Башкортостан записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество о погашении права собственности ФИО2 на квартиру, расположенную: <адрес> и восстановлении записи о праве собственности ФИО1 на указанную квартиру.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 10000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Башкортостан через Октябрьский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Резолютивная часть решения объявлена 30 октября 2020 года.

Решение в окончательной форме изготовлено 09 ноября 2020 года.

Судья Баженова Е.Г.