Решение № 2-111/2020 2-111/2020(2-4105/2019;)~М-3107/2019 2-4105/2019 М-3107/2019 от 18 сентября 2020 г. по делу № 2-111/2020

54RS0№...-40

Дело №...


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 сентября 2020 г. г. Новосибирск

Новосибирский районный суд Новосибирской области в составе судьи Поповой М.В. при секретаре Мусихиной Т.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 ча, ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о компенсации морального вреда, возложении обязанности запретить изменять направление видеокамеры,

установил:

ФИО4, ФИО1 обратились в суд с иском к ФИО2, ФИО3, в котором с учетом уточнения исковых требований просили запретить ответчикам изменять направление видеокамеры, расположенной в верхней части щипца (наверху торцевой стены дома, фронтоне жилого дома под скатом крыши), жилого <адрес> по адресу Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес>, <адрес>, при котором в обзор видеокамеры может входить земельный участок, расположенный по адресу Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес>, <адрес> находящиеся на нем строения; взыскать компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

В обоснование иска указано, истцы и третье лицо - ФИО5 являются собственниками (в равных долях) земельного участка, площадью ... кв.м., расположенного по адресу: Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес><адрес>, с кадастровым номером №..., что подтверждается соответствующими свидетельствами о государственной регистрации права, выданными Управлением федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Новосибирской области.

В настоящее время на указанном земельном участке расположены хозяйственные постройки в виде бани и сараев для содержания животных, птиц, а также начато строительство индивидуального жилого дома.

Соседний смежный земельный участок, общей площадью ... кв.м. с кадастровым номером: №..., расположенный по адресу: Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес>, <адрес>, участок №... по генплану и расположенным на нем жилом доме с кадастровым номером №..., общей площадью ... кв.м, принадлежит на праве собственности ответчику ФИО2

В конце 2017 г. ответчиками на указанном жилом доме со стороны участка, принадлежащего истцам, на верху торцевой стены жилого дома было установлено две видеокамеры. Как следует из представленных фотографий, одна камера расположена непосредственно под свесом крыши на стыке скатов кровли, вторая слева - возле окна. При этом, камеры направлены непосредственно на земельный участок, принадлежащий истцам и находящийся в их использовании.

Судя по световым датчикам на камерах в темное время суток, видеонаблюдение ведется круглосуточно.

Истцы своего разрешения на съемку ни их земельного участка, ни их самих не давали.

Указанные видеокамеры фиксируют передвижения истцов по земельному участку, тем самым ответчик нарушает вышеуказанные нормы, производя сбор информации о частной жизни истцов.

Находясь под постоянным «прицелом» видеокамер истец ФИО1 испытывает нравственные, душевные страдания, выражающиеся в состоянии волнении и беспокойства, испытывания неловкости и отсутствия уединения и защищенности, находясь на собственном земельном участке, у себя дома.

В данном случае фактом подтверждения наличия морального вреда, является лишь само заявление лица, которому причинен такой вред. И никто другой, кроме этого лица не может лучше знать о наличии или отсутствии морального вреда и о степени переживаний, которые оно испытывает.

Решение данной проблемы во внесудебном порядке не представляется возможным, ввиду неприязненных отношений между сторонами.

Полагают, что установление ответчиком без согласия ФИО4 и ФИО1 камер видеонаблюдения, с обзором и видеофиксацией принадлежащих истцам земельного участка, сбор данных о частной жизни истцов, нарушает права последних на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

Истцы ФИО1 и ФИО4 в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом.

Представитель ФИО4 ФИО6 в судебном заседании исковое заявление поддержала, дав пояснения аналогичные доводам, изложенным в иске, просила запретить ответчикам изменять направление видеокамеры, расположенной в верхней части щипца (наверху торцевой стены дома, фронтоне жилого дома под скатом крыши), жилого <адрес> по адресу Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес><адрес>, при котором в обзор видеокамеры может входить земельный участок, расположенный по адресу Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес>, <адрес> находящиеся на нем строения.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск не признала, полагала, что основания для удовлетворения иска отсутствует.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании иск не признал, в обоснование возражений пояснил, что решением Новосибирского районного суда Новосибирской области по гражданскому делу №... на ФИО1, ФИО7, ФИО4 ча возложена обязанность снести – хозяйственные постройки для содержания сельскохозяйственных животных и птиц, находящиеся на земельном участке с кадастровым номером №..., расположенном по адресу: Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес>. Было возбуждено исполнительное производство, в ходе которого был наложен запрет на эксплуатацию хозяйственных построек. Однако истцы нарушили запрет, наложенный судебным приставом-исполнителем. Для подтверждения факта нарушения со стороны истцов запрета судебного пристава-исполнителя им была произведена видеосъемка, результаты которой направлены в службу судебных приставов по Новосибирскому району. Однако видеосъемка была однократной, в остальное время камеры не фиксируют изображение, размещены на фасаде дома с целью охраны периметра и расположенных на земельном участке строений.

Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещена надлежащим образом.

Выслушав пояснения представителя истца, ответчиков, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. Данный запрет является одной из гарантий лица на частную жизнь.

Процедуру сбора и обработки фото- и видеоизображений регламентирует Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 152-ФЗ "О персональных данных", предусматривающий следующее: персональными данными является любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных) (п. 1 ст. 3), что включает фото- и видеоизображение человека. Согласно статье 2 данного Федерального закона, его целью является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

Федеральный закон "О персональных данных" определяет, что обработка персональных данных осуществляется с согласия на это субъекта (п. 1 ч. 1 ст. 6), в связи с чем, получение фото- и видеоизображений людей путем установки видеокамер, обработка биометрических персональных данных могут осуществляться только при наличии согласия в письменной форме (ч. 4 ст. 9) субъекта персональных данных (ст. 11).

В то же время, согласно ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу требований ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Из системного толкования приведенных норм права следует, что обстоятельствами, подлежащими доказыванию по делу о возмещении морального вреда, является претерпевание истцами нравственных и (или) физических страданий в результате нарушения иих неимущественных прав и наличие причинно-следственной связи между указанными страданиями и действиями ответчиков.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, ФИО2 является собственником жилого дома, общей площадью ... кв.м. и земельного участка площадью ... кв.м., расположенных по адресу: Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес>, что подтверждается выпиской из ЕГРН (т. 1 л.д. 14-28).

ФИО1, ФИО4, ФИО5 на праве общей долевой собственности принадлежат жилой дом, общей площадью ... кв.м. и земельный участок ... кв.м., расположенные по адресу: Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес>, что подтверждается свидетельствами о праве собственности (т. 1 л.д. 11-13).

Вступившим в законную силу решением Новосибирского районного суда Новосибирской области от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу №... по иску ФИО2, ФИО3 к ФИО1, ФИО8, ФИО4 чу об устранении нарушений прав собственника не связанного с лишением владения, на ФИО1, ФИО7, ФИО4 ча возложена обязанность снести – хозяйственные постройки для содержания сельскохозяйственных животных и птиц, находящиеся на земельном участке с кадастровым номером №..., расположенном по адресу: Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес>.

В отношении истцов и третьего лица были возбуждены исполнительные производства №..., №..., №....

ДД.ММ.ГГГГ в отдел судебных приставов по Новосибирскому району Новосибирской области ФИО3, действующим в интересах ФИО2 по доверенности, было подано заявление, в котором он просил привлечь ФИО1, ФИО4, ФИО5 к административной ответственности за нарушение запрета на эксплуатацию хозяйственных построек, наложенного судебным приставом-исполнителем. В подтверждение своих доводов представлены фотоматериалы на 5 листах, а также сообщено о наличии видеозаписи данного нарушения (т. 1 л.д. 61-64).

Судом по делу была проведена судебная техническая экспертиза, для установления технических характеристик, угла обзора (направление) двух видеокамер, расположенных на щипце жилого дома по адресу Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес>, <адрес>, а также определения площади земельного участка, расположенного по адресу Новосибирская область, Новосибирский район, Криводановский сельсовет, <адрес>, находящегося в секторе обзора указанных видеокамер, производство экспертизы было поручено ФБУ Сибирский РЦСЭ Минюста России.

В соответствии с заключением ФБУ Сибирский РЦСЭ Минюста России №... от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что в результате осмотра щипца дома по адресу Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес>, <адрес>, на нем было обнаружено две видеокамеры, подключенные к видеорегистратору «H.VIEW», расположенному внутри дома в подсобном помещении, наверху полки. Установленная на щипце дома верхняя камера присоединена к питанию и каналу записи CAM1, нижняя - к питанию к каналу CAM4. При включении видеорегистратора «H.VIEW» после инициализации операционной системы, установленной в энергонезависимой памяти видеорегистратора, на экране монитора воспроизводится видеоизображение с подключенных камер. Согласно технических характеристик видеокамер у них отсутствует функция хранения данных, отсутствует функция поддержки мобильных систем. При просмотре изображения на экране монитора установлено, что в поле зрения видеокамеры CAM1 попадает часть окна, камера 4, стена дома первого этажа, придомовая территория, часть забора. Территория соседнего участка в поле зрения видеокамеры не просматривается. Изображение в канале CAM4 отсутствует. При подключении другой видеокамеры, имеющейся у ФИО3, к данному каналу, на мониторе появляется изображение, свидетельствующее о неисправности камеры №.... Земельный участок, расположенный по адресу Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес> сельсовет, <адрес> находится вне сектора обзора видеокамеры №..., расположенной на щипце жилого дома по адресу Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес> сельсовет, <адрес>.

Суд принимает заключение судебной экспертизы, поскольку оно выполнено в соответствии с ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» экспертом ФИО9, который имеет высшее техническое образование по специальности «Конструирование и технология радиоэлектронных средств», дополнительное профессиональное образование по экспертной специальности 7.3 «Исследование видеоизображений, условий, средств, материалов и следов видеозаписей », стаж экспертной работы по указанной специальности с 2009 года, выводы эксперта обоснованы, изложены ясно и подробно и не оспаривались сторонами; в заключении отражены все предусмотренные ч. 2 ст. 86 ГПК РФ сведения.

Как усматривается из материалов дела, истцами не представлено доказательств совершения ответчиками действий, нарушающих неприкосновенность частной жизни истцов, оскорбляющих честь, достоинство истцов и членов их семьи.

Факт устройства видеокамер в пределах земельного участка ответчика ФИО2 не свидетельствует о совершении действий по хранению, использованию, распространению сведений о частной жизни истцов. При этом, суд полагает, что предоставление информации в ОСП по Новосибирскому району Новосибирской области не может являться распространением сведений об истцах. Каких-либо вредных последствий в виде незаконного использования видеозаписей с изображением истцов не наступило. Кроме того, полученные записи не несут значимой и персонифицированной информации об истцах, качество съемки не позволяет достоверно идентифицировать полученные при съемке изображения с конкретными лицами.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что ответчик, реализуя свои права собственника имущества - дома и земельного участка по адресу: Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес> с помощью ФИО3 установила на принадлежащей ей территории систему видеонаблюдения, что не запрещено действующим законодательством.

Как следует из пояснений ответчиков, установка системы видеонаблюдения произведена в целях обеспечения личной безопасности и безопасности членов семьи, имущества.

Видеонаблюдение на принадлежащей ответчику ФИО2 территории не влечет вмешательства в частную жизнь истцов, учитывая результаты судебной экспертизы, поэтому требование истцов о запрете изменять направление видеокамеры, расположенной в верхней части щипца (наверху торцевой стены дома, фронтоне жилого дома под скатом крыши), жилого <адрес> по адресу Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес> сельсовет, <адрес>, при котором в обзор видеокамеры может входить земельный участок, расположенный по адресу Новосибирская область, Новосибирский район, <адрес> сельсовет, <адрес> находящиеся на нем строения, не подлежит удовлетворению.

Право граждан на защиту тайны личной жизни имеет свои границы, которые определяются разумными социальными ожиданиями по поводу сохранности их личных и деловых качеств. В ходе рассмотрения настоящего дела истцами не представлено достаточных, относимых, допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о сборе, хранении и использовании информации о частной жизни истцов, посредством фиксации и видеозаписи дома и его территории, на камеры видеонаблюдения, установленных на доме.

Проведенной следственными органами проверкой не выявлены в действиях ответчиков признаки незаконного сбора и распространения сведений о частной жизни истцов, что подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, учитывая, что доказательств, с достоверностью подтверждающих факт записи на камеры видеонаблюдения территории дома истцов, материалы дела не содержат, суд не усматривает оснований для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

В силу ст. 11 ГК РФ судебной защите подлежат нарушенные гражданские права.

Материалами дела не установлено нарушений прав истцов со стороны ответчиков.

Законом не запрещена установка камер в целях защиты своего имущества. Поэтому действия одного из собственников соседних домов по установке камер на территории принадлежащего ему земельного участка не является действием, посягающим на личную жизнь истцов.

Проанализировав установленные обстоятельства, оценив доказательства по делу, суд приходит к выводу о том, что действиями ответчиков не нарушены права истцов на частную жизнь, поскольку установка на стене свое дома видеокамер произведена в целях личной безопасности и сохранности принадлежащего имущества, что не является нарушением прав истцов на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну. Истцы, предъявив к ответчикам данные требования, в действительности лишь предполагают возможное нарушение своих прав.

Суд не принимает в качестве доказательства заключения АНО «Институт Экспертных исследований» №..., №..., поскольку оно выполнено в отсутствие доступа к видеокамерам, без учета их технических характеристик, при этом экспертом принимались за основу среднестатистические данные относительно угла обзора видеокамер.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебная экспертиза, производство которой поручено ФБУ Сибирский РЦСЭ Минюста России. Судебная экспертиза экспертным учреждением проведена, в суд было представлено экспертное заключение. Однако доказательств выполнения обязанности по оплате за проведение экспертизы суду не представлено.

Таким образом, истцы должны исполнить возложенную определением суда от ДД.ММ.ГГГГ обязанность и оплатить экспертному учреждению расходы за проведение судебной экспертизы в сумме 68 400 руб., учитывая результат рассмотрения дела, в пользу экспертного учреждения с ФИО4 подлежат взысканию расходы по оплате судебной экспертизы в размере 34 200 руб., с ФИО1 – 34 200 руб.

Возражений о размере заявленных экспертным учреждением расходов в адрес суда не поступало, доказательств иной стоимости проведенной экспертами работы не представлено.

Руководствуясь ст.ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с ФИО4 ча в пользу ФБУ Сибирский РЦСЭ Минюста России расходы по оплате судебной экспертизы в размере 34 200 руб.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФБУ Сибирский РЦСЭ Минюста России расходы по оплате судебной экспертизы в размере 34 200 руб.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд через Новосибирский районный суд Новосибирской области в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья М.В. Попова