Решение № 2-1/2017 2-1/2017(2-227/2016;)~М-133/2016 2-227/2016 М-133/2016 от 27 февраля 2017 г. по делу № 2-1/2017

Дело № 2-1/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 февраля 2017 года г. Аша

Ашинский городской суд Челябинской области в составе

председательствующего судьи Л.Т. Кулагиной

при секретаре Э.Р. Поздеевой,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора дарения, истребовании имущества из чужого незаконного владения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3, с учетом уточнений, о признании недействительным договора дарения квартиры от <дата>, расположенной по адресу: <адрес>, аннулировании записи регистрации в ЕГРП <номер> от <дата> перехода права собственности. Истребовании из владения ФИО3 квартиры, расположенной по адресу: <адрес>; признании недействительным договора купли-продажи квартиры от <дата>, аннулировании записи регистрации в ЕГРП <номер> (т.1 л.д.155).

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО4

В обоснование заявленных требований истец указал, что между ним и его женой, ФИО2, <дата> был заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, согласно которому ФИО2 приняла от него в дар спорную квартиру. Однако в момент заключения сделки дарения он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, поскольку злоупотреблял спиртными напитками и в момент заключения договора находился в состоянии алкогольного опьянения, в процессе длительного запоя. В настоящее время квартира продана ФИО3 по договору купли-продажи от <дата>. Считает, что ФИО2 не имела права отчуждать квартиру, так как сделка совершена с нарушением закона, помимо воли ФИО1, считающего себя собственником имущества.

Истец ФИО1 в судебном заседании уточнил исковые требования. Просил признать недействительным договора дарения квартиры от <дата>, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО1 и ФИО2 Применить последствия недействительности сделки. Погасить запись регистрации в ЕГРП <номер> от <дата> перехода права собственности на квартиру к ФИО2; отменить государственную регистрацию права собственности ФИО2 на вышеуказанную квартиру. Возвратить указанную квартиру в собственность ФИО1 (т.1 л.д.245).

Требования в части признании недействительным договора купли-продажи квартиры от <дата>, аннулировании записи регистрации в ЕГРП <номер>, истребования квартиры из незаконного владения ФИО3 отказался поддерживать по тем основаниям, что уже имеется апелляционное определение Челябинского областного суда, которым сделка купли-продажи спорной квартиры, заключенная между ФИО2 и ФИО3 признана недействительной, квартира возвращена в собственность ФИО2

На исковых требованиях с учетом последних уточнений истец настаивал, в ходе рассмотрения дела и в судебном заседании пояснял, что не намерен был дарить квартиру ФИО2, в тот период злоупотреблял спиртным, не осознавал, что подписывает договор дарения, хотел оформить свои права, думал, что подписывает документы для получения свидетельства о праве собственности. В квартире он проживает до настоящего времени с ФИО2, квитанции за коммунальные платежи идут на его имя, он их оплачивает. О дарении узнал только в 2016 году, когда получил решение о выселении.

Представитель истца, ФИО5, действующая на основании нотариальной доверенности (т.1л.д. 10), исковые требования с учетом последних уточнений поддержала.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании с иском согласилась, пояснила, что до заключения сделки дарения ФИО1 три недели злоупотреблял спиртным, в том числе накануне вечером перед заключением сделки, в регистрационную палату они ходили вдвоем, после чего он продолжил употреблять спиртное. О том, что он не осознает свои действия, она не думала. ФИО1 всегда говорил по- разному, то желал подарить квартиру, то не желал.

Ответчики ФИО3, ФИО4 в судебное заседание не явились, извещены надлежаще, просят о рассмотрении дела без их участия (т.1л.д.237).

Представитель ответчика ФИО3, ФИО6 по нотариальной доверенности (т.1л.д.16), извещен надлежаще (т.1л.д.234) в судебное заседание не явился, ходатайств об отложении дела не поступало.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав истца, его представителя, ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу ч. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п.1, п.2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии с п. 3 ст. 177 ГК РФ если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

В силу абз. 2. и абз. 3 п.1. ст. 171 ГК РФ каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость в деньгах.

Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

Как установлено судом и следует из материалов дела, <дата> между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор дарения, по условиям которого ФИО1 подарил ФИО2 принадлежащую ему на праве собственности квартиру, общей площадью <данные изъяты> расположенную по адресу: <адрес>. (т.1л.д.20).

Переход к ФИО2 прав собственности на недвижимое имущество по вышеназванному договору дарения был зарегистрирован в Управлении Росреестра по Челябинской области в Ашинском отделе, о чем <дата> внесена запись N <номер> (выписка из ЕГРП т.1л.д.78).

В последующем ФИО2 продала указанную квартиру по договору купли-продажи от <дата> ФИО3 (т.1л.д.7, выписка из ЕГРП т.1л.д.78-80). ФИО2 оспорила сделку купли-продажи в суде, и Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 15.12.2016 года было отменено решение Ашинского городского суда Челябинской области от 07.10.2016 года об отказе в исковых требованиях ФИО2 и принято новое решение: признан недействительным договор купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, заключенный <дата> между ФИО2 (продавец) и ФИО3 (покупатель). Применены последствия недействительности сделки. Отменена государственная регистрация права собственности ФИО3 на вышеуказанную квартиру, квартира возвращена в собственность ФИО2 (т.1л.д.241-244).

Оспаривая договор дарения недвижимого имущества от <дата>, истец ссылался на то, что при заключении договора дарения он находился в таком состоянии, когда не был способен понимать значение совершаемых им действий, связанных с отчуждением своего единственного жилья.

В силу п.1 ст. 177 ГК РФ по данному делу юридическое значение имеет выяснение вопроса, мог ли истец на момент заключения договора дарения отдавать отчет своим действиям или руководить ими.

По ходатайству истца была назначена почерковедческая экспертиза. Согласно экспертному заключению эксперта <ФИО>1 <данные изъяты> в рукописной записи (расшифровке) «<данные изъяты>» и в подписи от имени ФИО1 в договоре от <дата> дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, имеются признаки необычных условий выполнения (необычного психофизического состояния). Данные признаки, вероятно, вызваны выполнением рукописной записи и подписи в состоянии опьянения (т.1 л.д.98-106).

Данное заключение суд не принимает в качестве достоверного, доказательства, поскольку вывод эксперта носят предположительный характер, кроме того, в заключение эксперта указано, что признаки необычных условий выполнения рукописной записи (необычного психофизического состояния) характерны для выполнения рукописных записей и подписей в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического), однако могли быть вызваны и другими причинами (болезнь, неудобная поза и т.д.) Установить точную причину проявления признаков необычного исполнения не представляется возможным в связи с отсутствием научно-обоснованной методики (т.1 л.д.101-102). По каким основаниям эксперт сделал вывод о выполнении рукописной записи и подписи в состоянии опьянения, в экспертном заключении не указано, выводы эксперта не мотивированы.

Между тем, доводы истца о невозможности осознавать свои действия и руководить ими в момент заключения сделки дарения нашли свое подтверждение в судебном заседании.

Ответчик ФИО2 в ходе рассмотрения дела и в судебном заседании поясняла, что ФИО1 в течение трех недель до заключения сделки и в последующем злоупотреблял спиртными напитками, в том числе вечером накануне перед совершением сделки. Его намерения относительно сделки дарения постоянно менялись.

Опрошенная в судебном заседании свидетель <ФИО>2, сестра ФИО2, поясняла, что знает ФИО1 около девяти- десяти лет, в период март-апрель 2013 года он употреблял спиртное, периоды его запоя длились две-три недели. В период запоя он был буйным, бывало плохо себя вел, затем не помнил, что делал. После восьмого марта ей позвонила сестра, ФИО2, сказала, что ФИО1 пьет, просилась ночевать, но побоялась оставить ФИО1, одного.

Свидетель <ФИО>3, сестра ФИО1, в судебном заседании пояснила, что у ФИО1 бывают периоды запоев по две-три недели, в этот период он бывает агрессивным, после выхода из запоя не помнит, что делал. В периоды праздников у него бывали запои, две-три недели, вероятно, пил, и в марте-апреле 2013 года, так как было восьмое марта. Он лечился, делал капельницы.

Свидетель <ФИО>4 в судебном заседании пояснил, что ФИО1 работал у него водителем автобуса с 2012 года. У него были периоды запоя, когда он не выходил на работу. Перед ФИО1 он поставил ультиматум, и тот пришел через неделю, сказал, что закодировался. Последние три года он не пьет. Во время запоев он становился неуправляемым, конфликтовал с окружающими.

Оснований не доверять показаниям свидетелей не имеется, в исходе дела они не заинтересованы, показания свидетелей согласуются между собой и не противоречат письменным материалам дела.

ФИО1 на учете нарколога, психиатра не состоял (справки л.д. 71).Между тем, ФИО1 проходил курсы лечения от алкоголизма в 2006 году (договор от 23.03.2006г. т.1 л.д.129, справка т.1 л.д.130), в 2013 году (договор от 10.04.2013г. т.1 л.д.128).

Определением суда по ходатайству истца была назначена амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение экспертизы поручено экспертам <данные изъяты>. Согласно заключению экспертами сделан вывод о том, что по психическому состоянию в момент подписания договора дарения <дата> ФИО1 не способен был понимать значение свих действий и ими руководить (т.1 л.д.143-148).

В виду недостаточной мотивировки выводов экспертов по ходатайству ответчика ФИО3 была назначена повторная судебно-психиатрическая экспертиза. Проведение повторной экспертизы поручено <данные изъяты>». Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов <номер> ФИО1 на момент подписания договора дарения квартиры от <дата> обнаруживал признаки психических и поведенческих расстройств вследствие употребления алкоголя, синдром зависимости, средняя (вторая) стадия зависимости (СКБ10). Об этом свидетельствуют данные анамнеза о запойном употреблении алкоголя длительное время, с формированием синдрома зависимости, употребление суррогатов алкоголя, росте толерантности к алкоголю, что сопровождалось ограничением круга интересов, утратой социального статуса, формированием личности по алкогольному типу с эгоцентризмом, нарушением трудовых установок, что привело к нарушению социальной адаптации, данные о невозможности самостоятельно прекратить употребление спиртного и неоднократном лечении у нарколога (23.03.2006г., 10.04.2013г.). Указанный диагноз подтверждается данными настоящего обследования, выявившего у испытуемого замедление темпа психомоторных реакций, поверхностности суждений, эмоциональную неустойчивость, огрубение, морально-этическое снижение. Анализ материалов дела показал, что указанные изменения психики у ФИО1 на момент подписания договора дарения квартиры от <дата> были выражены значительно, сопровождались фиксированностью на алкоголизации, морально-этическим снижением, нарушением критических способностей, снижением волевого контроля своего поведения, нарушением прогностических способностей, что лишало ФИО1 способности понимать значение своих действий и руководить ими на момент подписания договора дарения квартиры от <дата> (т.1 л.д.224-227).

Суд принимает данное заключение <данные изъяты> в качестве допустимого, достоверного доказательства по делу, поскольку оно соответствует требованиям Федерального закона РФ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", дано компетентными специалистами в области судебной психиатрии, наделенными соответствующими полномочиями и имеющими большой стаж работы по специальности (врачами <ФИО>5- психиатр высшей категории, кандидат медицинских наук, судебно-психиатрический эксперт, стаж работы по специальности 29 лет; <ФИО>6- психиатр первой категории, судебно-психиатрический эксперт, стаж работы -12 лет, <ФИО>7- психиатр первой категории, судебно-психиатрический эксперт, стаж работы 13 лет). Эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. В заключение детально приведены, исследованы и проанализированы все установленные по делу обстоятельства, исследованные доказательства, а также данные медицинской документации в отношении ФИО1, выводы подробно мотивированы.

Таким образом, совокупность исследованных доказательств (свидетельские показания, медицинские документы, заключение экспертов <данные изъяты>.), позволяет прийти к выводу, что на момент подписания договора дарения квартиры от <дата> ФИО1 не понимал значение своих действий и не руководил ими.

При таких обстоятельствах договор дарения квартиры от <дата> подлежит признанию недействительным в виду совершения сделки дарителем, не способным понимать значение своих действий или руководить ими. В качестве применения последствий недействительности сделки государственная регистрация перехода права собственности и права собственности ФИО2 подлежит отмене, квартира подлежит возврату в собственность ФИО1

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать недействительным договора дарения квартиры от <дата>, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО1 и ФИО2.

Применить последствия недействительности сделки. Погасить запись регистрации в ЕГРП <номер> от <дата> перехода права собственности (регистрации права собственности) на квартиру к ФИО2; отменить государственную регистрацию права собственности ФИО2 на вышеуказанную квартиру.

Возвратить квартиру по адресу: <адрес>, в собственность ФИО1.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи жалобы через Ашинский городской суд.

Председательствующий Л.Т. Кулагина