Решение № 2-4778/2023 2-4778/2023~М-3165/2023 М-3165/2023 от 29 августа 2023 г. по делу № 2-4778/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Петропавловск-Камчатский 29 августа 2023 года

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе председательствующего судьи Денщик Е.А., при секретаре Налетовой Т.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО2 предъявили в суде иск к ФИО3 о компенсации морального вреда.

В обоснование требований указали на то, что приговором Усть-Большерецкого районного суда от 9 сентября 2020 года ответчик признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, умышленном причинении смерти их близкому родственнику ФИО7 (дочери и сестре). Преступными действиями ответчика им причинены нравственные страдания, обусловленные потерей близкого человека, тревогой и сильным душевным переживанием, что повлекло ухудшение состояния здоровья. Смерть близкого человека нарушила нормальное течение жизни. На основании изложенного просили взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в пользу ФИО1 в размере 5 000 000 рублей, в пользу ФИО2 – 3 000 000 рублей.

В судебном заседании ФИО1 заявленное требование поддержала по основаниям, изложенным в иске. Пояснила, что убийство дочери явилось сильным потрясением для нее, в результате которого у нее состояние здоровья ухудшилось. При жизни с дочерью они близко общались, делились новостями, не меньше одного раза в неделю созванивались по телефону. Дочь проживала в п. Озерновский с сожителем. До ее переезда в г. Петропавловск-Камчатский в 2017 года они общались очень часто, ходили друг к другу в гости.

ФИО2 заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Пояснил, что до 12 лет проживал с сестрой в п. Озерновский, они очень были дружны. В 2012 году он переехал жить в г. Петропавловск-Камчатский, а сестра осталась жить в поселке. Периодически он приезжал работать на путину в п. Озерновский и они виделись с сестрой. В остальное время общались по телефону, поздравляли друг друга с праздниками. Поддерживали тесные семейные отношения, поддерживали друг друга. После смерти сестры здоровье матери сильно ухудшилось на фоне сильных переживаний и страданий. У нее была диагностирована злокачественная опухоль (онкология) в головном мозге. Сейчас ей требуется дорогостоящее лечение.

Их представитель ФИО4, допущенный к участию в деле по устному ходатайству истцом, заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Полагал, что срок исковой давности истцами не пропущен, поскольку не применяется к спорным правоотношениям. Иск предъявлен истцами по месту их жительства, что не противоречит нормам процессуального права.

ФИО3, участвовавшая в судебном заседании посредством видео-конференцсвязи, вину в совершении преступления признала, раскаялась в содеянном, принесла истцам извинения. Вместе с тем, заявила о пропуске ими срока исковой давности при предъявлении данного иска в суд. Полагала, что данный иск должен был быть рассмотрен судом исключительно в рамках уголовного дела. В случае удовлетворение исковых требований просила снизить размер компенсации морального вреда до 50 000 рублей с учетом ее тяжелого материального положения, отсутствия в собственности какого-либо имущества, наличия заработка в исправительной колонии не более 300 рублей в месяц (работает швеей). Не оспаривала, что ее преступные действия, повлекшие смерть дочери и сестры истцов, причинили им нравственные страдания и усугубили состояние здоровья матери погибшей. Однако просила учесть, что ее мать также понесла нравственные страдания в связи с ее осуждением, что усугубило ее состояние здоровья. Оспаривала наличие между истцами и погибшей близких родственных отношений, указав на то, что истцы не интересовались судьбой Эльвиры при жизни, редко созванивались, поскольку последняя вела антиобщественный образ жизни, не работала, злоупотребляла спиртным, спровоцировала конфликтную ситуацию, в результате которой она причинила ей телесные повреждения несовместимые с жизнью. Полагала также, что иск принят к производству суда с нарушением правил подсудности и подлежит рассмотрению судом по месту ее фактического пребывания в исправительной колонии.

Старший помощник прокурора г. Петропавловска-Камчатского Ляховенко В.В. полагала требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению с учетом установленных судом обстоятельств и наступивших последствий.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, уголовного дела № 1-60/2020, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Исходя из правовой позиции, содержащейся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с правовыми позициями Пленума Верховного Суда РФ, изложенными в п.п. 12, 14, 15 вышеуказанного постановления, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст.ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Согласно ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. В решении суда об удовлетворении иска, помимо ссылки на приговор по уголовному делу, следует также приводить имеющиеся в гражданском деле доказательства, обосновывающие размер присужденной суммы (например, учет имущественного положения ответчика или вины потерпевшего).

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, 18 мая 2020 года ФИО3, находясь по месту своего жительства, на почве личных неприязненных отношений, обусловленных ревностью к своему сожителю ФИО10, умышленно нанесла ФИО7 не менее 40 ударов руками и ногами по телу, после чего не менее 8 ударов ножом в область жизненно-важных органов, что повлекло к ее смерть от двух слепых проникающих колото-резаных ранений задней поверхности грудной клетки справа с повреждением правого легко, приведших к кровотечению в правую плевральную полость и осложнившихся обильной кровопотерей.

В ходе предварительного и судебного следствия по уголовному делу ФИО3 вину в совершении вышеуказанного преступления признала, в содеянном раскаялась. Также пояснила, что конфликт между ней и ФИО7 возник на почве ревности к ее сожителю ФИО10, поскольку она стала случайным очевидцем интимной близости между ним и ФИО7 В момент нанесения потерпевшей ударов ножом, последняя не сопротивлялась, поскольку были сильно избита ею. После совершения преступления она постирала свою одежду с целью скрыть следы крови, труп спрятала в подвал, после чего при содействии ФИО12 сбросила труп в реку.

ФИО2 в рамках уголовного дела пояснил, что с 2017 года его сестра проживала в <...> совместно с мужчиной и вела антисоциальный образ жизни, не работала, злоупотребляла спиртными напитками. Они общались преимущественно по телефону, поздравляли друг друга с праздниками.

ФИО5 в рамках уголовного дела пояснила, что ее дочь жила в <...> и вела антиобщественный образ жизни, не работала, злоупотребляла спиртными напитками, общалась с ФИО3, с которой были регулярные конфликты.

Приговором Усть-Большерецкого районного суда от 9 сентября 2020 года, ФИО3 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, за умышленное причинение смерти ФИО7 в рамках вышеизложенных событий.

Поскольку вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда по делу о гражданско-правовых последствиях действий лица по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом, у суда не имеется оснований входить в обсуждение виновности ответчика в умышленном причинении смерти, поскольку это обстоятельство установлено приговором суда и самим ответчиком не оспаривается.

Как следует из правовой позиции Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно представленным в суд медицинским документам, ФИО1 в октябре 2022 года проведена операция по микрохирургическому удалению экстрацеребрального интрадурального объемного образования в области правых СЧЯ с ростом ПЧЯ с вторичными ишемическими процессами головного мозга. Диагностировано хронический железодефицитная анемия средней степени тяжести, хронический простой бронхит, пиелонефрит, острый правосторонний наружный отит, миринигит, мастоидит. Объективных доказательств иного ухудшении состояния здоровья истицей не представлено (л.д. 46).

Как пояснила она в судебном заседании, убийство дочери явилось сильным потрясением для нее, в результате которого у нее ухудшилось состояние здоровья. При жизни с дочерью они близко общались, делились новостями, не меньше одного раза в неделю созванивались по телефону. Дочь проживала в <адрес> с сожителем. До ее переезда в г. Петропавловск-Камчатский в 2017 года они общались очень часто, ходили друг к другу в гости.

ФИО2 суду пояснил, что до 12 лет проживал с сестрой в п Озерновский, они очень были дружны. В 2012 году он переехал жить в г. Петропавловск-Камчатский, а сестра осталась жить поселке. Периодически он приезжал работать на путину в п. Озерновский и они виделись с сестрой. В остальное время общались по телефону, поздравляли друг друга с праздниками. Поддерживали тесные семейные отношения, поддерживали друг друга. После смерти сестры здоровье матери сильно ухудшилось на фоне сильных переживаний и страданий. У нее была диагностирована злокачественная опухоль (онкология) в головном мозге. Сейчас ей требуется дорогостоящее лечение.

Принимая во внимание установленные обстоятельства, явно свидетельствующие о наличии при жизни погибшего между ним и истцом достаточно близких, родственных взаимоотношений, наличие между ними кровного родства, суд приходит к выводу о том, что в связи со смертью ФИО7 в результате виновных, умышленных, преступных действий ответчика истцам (матери и брату погибшей) причинен моральный вред, выразившей в нравственных страдания и переживаниях в связи со смертью близкого им человека.

При такой ситуации, сам факт причинения нравственных страданий, вызванных смертью близкого человека не подлежит доказыванию. Страдания истцов носят неоспоримый характер ввиду невосполнимой утраты близкого человека. Утрата близкого человека является наиболее сильным психологическим переживанием, препятствующим социальной адаптации человека к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на родственные и семейные связи, что свидетельствует о причинении им нравственных страданий.

Учитывая обстоятельства смерти, степень родства истцов и погибшей, личность погибшей, истцов и их возраст, характер и степень физических и нравственных страданий в результате причинения смерти близкому человеку, степень вины причинителя вреда, с учетом фактических обстоятельств дела, принципов разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу матери погибшей ФИО1 1 400 000 рублей, в пользу брата ФИО2 – 700 000 рублей.

Суд также считает необходимым отметить, что при определении размера компенсации морального вреда учитываются все вышеизложенные в решении суда обстоятельства с учетом пояснений участников процесса, обстоятельства совершения преступления на почве личных неприязненных отношений, обусловленных ревностью, умышленное нанесение ответчиком погибшей не менее 40 ударов руками и ногами по телу, не менее 8 ударов ножом в область жизненно-важных органов, обстоятельства сокрытия преступления (тела погибшей), а также обстоятельства, связанные в последующем с заглаживанием вины со стороны отвечтика, которые являются фактором безусловно влияющим на величину компенсации морального вреда (признание ответчиком вины в совершении преступления, раскаяние, критическое отношение к содеянному, принесение извинений истцам), материальное положение ответчика, осуществляющего в месте лишения свободы трудовую деятельность на возмездной основе, что последней в судебном заседании не оспаривалось.

В силу положений ст. 1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Применительно к ст. 1083 ГК РФ грубой неосторожностью потерпевшего могут быть признаны только такие его неосторожные действия либо бездействие, которые в значительной мере обусловили наступление соответствующего события или обусловили увеличение тяжести его последствий. При этом обязанность по доказыванию грубой неосторожности потерпевшего возложена на владельца источника повышенной опасности.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения данного спора оснований для снижения размера подлежащего возмещению ущерба в соответствии с требованиями ст. 1083 ГК РФ не установлено.

Доводы ответчика о том, что данный иск принят к производству суда с нарушением правил подсудности и подлежит рассмотрению судом по месту ее фактического пребывания в исправительной колонии, а также подлежал рассмотрению судом исключительно в рамках уголовного дела, основаны на неверном толковании норм процессуального права.

В силу ч.ч. 5, 10 ст. 29 ГПК РФ иски о возмещении вреда, причиненного увечьем, иным повреждением здоровья или в результате смерти кормильца, могут предъявляться истцом также в суд по месту его жительства или месту причинения вреда. Выбор между несколькими судами, которым согласно названной статье подсудно дело, принадлежит истцу.

Указанное правило об альтернативной подсудности применяется как в случаях, когда иск о компенсации морального вреда предъявлен лицом, которому непосредственно причинено увечье или иное повреждение здоровья, так и в случаях, когда такой иск заявлен иным лицом (например, близким родственником потерпевшего), полагающим, что в связи с увечьем, иным повреждением здоровья потерпевшего либо в результате смерти потерпевшего нарушены его личные неимущественные права либо допущено посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 58 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 33 от 15 ноября 2022 года «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Право предъявления гражданского иска в суд, обусловленного нарушением материальных или нематериальных прав лица со стороны подсудимого (осужденного) лица, не ограничено рамками уголовного процесса по уголовному делу.

В силу ст. 3 ГПК РФ, ст. 12 ГК РФ компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав. Заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Ссылка ответчика о пропуске истцами срока исковой давности для обращения в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда также несостоятельна, поскольку в силу положений абз. 2 ст. 208 ГК РФ исковая давность на требования о возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, не распространяется.

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляются в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, государственная пошлина, от уплаты которой истцы были освобождены при обращении с данным иском в суд, в силу требований ст. 103 ГПК РФ подлежит взыскать в доход местного бюджета с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 (паспорт 0718 №) в пользу ФИО1 (паспорт 3012 №) компенсацию морального вреда в размере 1 400 000 рублей.

Взыскать с ФИО3 (паспорт 0718 №) в пользу ФИО2 (паспорт 3014 №) компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей.

Взыскать с ФИО3 (паспорт 0718 №) в доход бюджета Петропавловск-Камчатского городского округа Камчатского края государственную пошлину в размере 600 рублей.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Петропавловск-

Камчатского городского суда подпись

Копия верна

Судья Петропавловск-

Камчатского городского суда Е.А. Денщик

Мотивированное решение составлено со дня окончания судебного разбирательства 14 сентября 2023 года.