Решение № 33-1959/2019 от 17 марта 2019 г.

Судья Кирдяпина Н.Г. № 33-1959/2019, А- 2.127

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

18 марта 2019 года г. Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего Гаус Т.И.

судей Лоншаковой Е.О., Гавриляченко М.Н.

при секретаре Кончаковой М.Г.

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Лоншаковой Е.О., гражданское дело по исковому заявлению Боготольского межрайонного прокурора, действующего в интересах муниципального образования г. Боготол и неопределенного круга лиц к администрации г. Боготола Красноярского края, ФИО2, ФИО3 о признании недействительными договора социального найма от 01 июня 2009 года, распоряжения администрации г. Боготола № 461-р от 23 сентября 2014 года, договора социального найма№ 177 от 29 сентября 2014 года, договора№ 50 от 10 октября 2014 года о безвозмездной передаче в собственность жилого помещения, договора купли-продажи квартиры от 29 сентября 2015 года, применении последствий недействительности сделок,

встречному исковому заявлению ФИО3 к муниципальному образованию г. Боготол Красноярского края о признании добросовестным приобретателем,

по апелляционной жалобе дополнениям к ней ФИО3

на
решение Боготольского районного суда Красноярского края от 05 июля 2018 года, которым, постановлено:

«Исковые требования Боготольского межрайонного прокурора, действующего в интересах муниципального образования г. Боготол и неопределенного круга лиц к администрации г. Боготола Красноярского края, ФИО2, ФИО3 о признании недействительными договора социального найма от 01.06.2009 г., распоряжения администрации г. Боготола от 23.09.2014 № 461-р, договора социального найма от 29.09.2014 № 177, договора от 10.10.2014 № 50 о безвозмездной передаче в собственность жилого помещения, договора купли-продажи квартиры от 29.09.2015 г., применении последствий недействительности сделок удовлетворить.

Признать недействительным договор социального найма жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, заключенный 01.06.2009 между администрацией города Боготола Красноярского края и ФИО2.

Признать недействительным распоряжение администрации города Боготола от 23.09.2014 г. № 461-р о предоставлении ФИО2 по договору социального найма жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>.

Признать недействительным договор № 177 социального найма жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес> заключенный 29.09.2014 г. между администрацией города Боготола Красноярского края и ФИО2.

Признать недействительным договор № 50 о безвозмездной передаче в собственность жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, заключенный 10.10.2014 г. между администрацией города Боготола Красноярского края и ФИО2.

Признать недействительным договор от 29.09.2015 купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО4, действующим от имени ФИО2 на основании доверенности от 27.04.2015, и ФИО3.

Прекратить право собственности ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>

Истребовать из незаконного владения ФИО3 квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, путем возврата в собственность муниципального образования г. Боготол.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 к муниципальному образованию г. Боготол Красноярского края о признании добросовестным приобретателем отказать».

Заслушав докладчика, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

Боготольский межрайонный прокурор, действующий в интересах муниципального образования г. Боготол и неопределенного круга лиц, обратился в суд с иском к администрации г. Боготола, ФИО2, ФИО3 о признании недействительными договора социального найма, договора о безвозмездной передаче в собственность жилого помещения, договора купли-продажи, применении последствий недействительности сделок.

Требования мотивированы тем, что по результатам проверки исполнения жилищного законодательства в администрации г. Боготола в части переселения граждан из аварийного жилищного фонда установлено, что постановлением администрации г. Боготола от 31 декабря 2009 года многоквартирный дом <адрес> признан аварийным и подлежащим сносу. 01 июня 2009 года между администрацией г. Боготола и ФИО2 заключен договор социального найма в отношении жилого помещения, по <адрес>. По условиям муниципального контракта от 04 июня 2014 года администрацией г. Боготола приобретено у ООО «Альянс-МК», в том числе жилое помещение по <адрес>, стоимостью 1 938 076 рублей, для предоставления гражданам, проживающим в многоквартирных жилых домах, признанных в установленном порядке непригодными для проживания, и нуждающимся в жилых помещениях. 25 сентября 2014 года за муниципальным образованием г. Боготол зарегистрировано право собственности на указанную квартиру. Распоряжением администрации г. Боготола от 23 сентября 2014 года ФИО2 по договору социального найма жилого помещения от 29 сентября 2014 года передано в бессрочное владение и пользование, находящееся в муниципальной собственности жилое помещение по <адрес>, общей площадью 53,2 кв.м. 10 октября 2014 года заключен договор о безвозмездной передаче ФИО2 указанного жилого помещения, зарегистрированный в установленном законом порядке 23 октября 2014 года. Впоследствии ФИО2 через своего представителя ФИО4 по доверенности, по договору купли-продажи от 29 сентября 2015 года продала спорную квартиру ФИО3 В ходе проверки установлено, что ФИО2 в квартиру по ул. <адрес> никогда не вселялась и не проживала, регистрации по указанному адресу не имела, документы, подтверждающие основания заключения 01 июня 2009 года договора социального найма на указанное жилое помещение, в администрации г. Боготола отсутствуют, в связи с чем договор является ничтожным, и как следствие, все последующие сделки, основанные на первоначальной, являются недействительными на основании ч. 2 ст. 168 ГК РФ. Учитывая, что жилое помещение по <адрес> предоставлено ФИО2 без законных на то оснований, права распоряжения данным жилым помещением ФИО2 не имела, в связи с чем, необходимо применить последствия недействительности сделки в виде возвращения квартиры в муниципальную собственность.

Просил признать недействительным договор социального найма от 01 июня 2009 года, заключенный между администрацией г. Боготола и ФИО2 о предоставлении жилого помещения по <адрес>, признать недействительным распоряжение администрации г. Боготола от 23 сентября 2014 года № 461-р о предоставлении ФИО2 по договору социального найма жилого помещения по <адрес>; признать недействительным договор социального найма от 29 сентября 2014 года № 177, заключенный между администрацией г. Боготола и ФИО2 в отношении данного помещения и договор от 10 октября 2014 года № 50, заключенный между администрацией г. Боготола и ФИО2 о безвозмездной передаче его в собственность; признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 29 сентября 2015 года, заключенный ФИО2, в лице представителя по доверенности ФИО4, и ФИО3; применить последствия недействительности сделки: прекратить право собственности ФИО3 на жилое помещение по <адрес>, вернув указанную квартиру в собственность муниципального образования г. Боготол Красноярского края.

ФИО3 обратилась со встречным иском к муниципальному образованию г. Боготол, в котором просила признать ее добросовестным приобретателем квартиры по <адрес>

Ссылалась на то, что при совершении договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу <адрес> приняла все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества: ознакомилась со всеми правоустанавливающими документами на квартиру, до приобретения квартиры выяснила кто в ней был прописан. Представленные документы не вызывали сомнений в наличии у ФИО2 полномочий на её отчуждение.

Указывала на то, что поскольку спорное жилое помещение выбыло из владения муниципального образования по воле собственника в силу ч.1 ст.304 ГК РФ оно не может быть истребовано у ФИО3, которая является добросовестным приобретателем.

Судом постановлено приведенное решение

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней ФИО3 просит отменить решение. Считает, что судом неверно установлены юридически значимые обстоятельства, применимые для правоотношений сторон и разрешения дела по существу; что суд не установил баланс сторон; судом не соблюдены ее законные интересы на законно приобретенное жилье. Отмечает, что решение нарушает единообразие правоприменительной практики, поскольку по некоторым аналогичным искам собственники аналогичных квартир признаны добросовестными приобретателями. Также считает, что указанные судом обстоятельства того, как ФИО2 получила право собственности на квартиру, не могут служить основанием для признания сделки между ней и ФИО2 недействительной, поскольку она на законных основаниях приобрела спорную квартиру. Полагает, что истцом пропущен срок исковой давности, указывая, что срок исковой давности привязан не к дате проверки исполнения жилищного законодательства администрацией г. Боготола, а к моменту издания оспариваемых распоряжений и подписания договора социального найма, поскольку администрация г. Боготола знала об оспариваемых актах с момента их издания. Также указывает, что сделка между ней и ФИО2 соответствует всем требованиям закона, договор содержал все существенные условия, применимые к договору купли-продажи; что она приобрела спорное имущество добросовестно и возмездно, доказательств ее недобросовестности в материалах дела не имеется. Считает, что применение реституции путем возврата в собственность муниципального образования г. Боготол квартиры с прекращением ее права собственности на спорную квартиру, является ошибочным. Кроме того, считает, что в данном случае прокурор не обладает правом выступать в интересах неопределённого круга лиц, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства обращения к прокурору таких лиц, а также нарушения прав и законных интересов этих лиц. Указывает, что иск прокурора нарушает ее конституционные и гражданские права как добросовестного приобретателя жилья; что спорная квартира является единственным жильем для нее и что она не может нести ответственность за все предыдущие сделки, которые никакого отношения к ней не имеют.

В возражениях на апелляционную жалобу заместитель Боготольского межрайонного прокурора полагает, что решение является законным и обоснованным.

В отзыве на апелляционную жалобу представитель администрации г. Боготола – ФИО5 просит учесть, что ФИО3 является добросовестным приобретателем, в связи с чем полагает решение в части признания недействительным договора купли-продажи спорной квартиры, заключенного между ФИО2 и ФИО3 полежит отмене.

Представитель администрации г. Боготола, ФИО2, третье лицо ФИО6, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд апелляционной инстанции не явились, о причинах своего отсутствия суд не уведомили, в силу положений ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, решение суда в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы и дополнениям к ней, выслушав ФИО3, ее представителя – ФИО7, поддержавших доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 60 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору социального найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующие от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим Кодексом.

В силу ч. 1 ст. 61 ЖК РФ договор социального найма жилого помещения заключается в письменной форме на основании решения о предоставлении жилого помещения жилищного фонда социального использования.

В соответствии с положениями ч.ч. 1 и 2 ст. 49 ЖК РФ по договору социального найма предоставляется жилое помещение государственного или муниципального жилищного фонда. Малоимущим гражданам, признанным по установленным настоящим Кодексом основаниям нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, жилые помещения муниципального жилищного фонда по договорам социального найма предоставляются в установленном настоящим Кодексом порядке.

На основании ч. 1 ст. 52 ЖК РФ жилые помещения по договорам социального найма предоставляются гражданам, которые приняты на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях, за исключением установленных настоящим Кодексом случаев.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», основанием заключения договора социального найма является принятое с соблюдением требований Жилищного кодекса Российской Федерации решение органа местного самоуправления о предоставлении жилого помещения гражданину, состоящему на учете в качестве нуждающегося в жилом помещении (части 3 и 4 статьи 57, статья 63 ЖК РФ). Указанное решение может быть принято и иным уполномоченным органом в случаях, предусмотренных федеральным законом, указом Президента Российской Федерации или законом субъекта Российской Федерации (пункт 6 статьи 12, пункт 5 статьи 13, части 3, 4 статьи 49 ЖК РФ).

Вместе с тем, Жилищный кодекс РФ не предусматривает оснований, порядка и последствий признания решения о предоставлении жилого помещения по договору социального найма недействительным.

В связи с этим судам следует исходить из того, что нарушение требований Жилищного кодекса РФ при принятии решения о предоставлении жилого помещения по договору социального найма с учетом положений пункта 2 части 3 статьи 11 ЖК РФ и части 4 статьи 57 ЖК РФ может служить основанием для предъявления в судебном порядке требования о признании этого решения, а также заключенного на его основании договора социального найма недействительными и выселении проживающих в жилом помещении лиц. Поскольку указанные требования связаны между собой, в целях правильного и своевременного рассмотрения и разрешения дела они подлежат рассмотрению судом в одном исковом производстве (статья 151 ГПК РФ).

Согласно части 1 статьи 85 ЖК РФ граждане выселяются из жилых помещений с предоставлением других благоустроенных жилых помещений по договорам социального найма в случае, если дом, в котором находится жилое помещение подлежит сносу (п.1).

В силу статьи 86 ЖК РФ, если дом, в котором находится жилое помещение, занимаемое по договору социального найма, подлежит сносу, выселяемым из него гражданам органом государственной власти или органом местного самоуправления, принявшими решение о сносе такого дома, предоставляются другие благоустроенные жилые помещения по договорам социального найма.

Согласно ст. 11 Закона РФ от 04 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» каждый гражданин имеет право на приобретение в собственность бесплатно, в порядке приватизации, жилого помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде социального использования один раз.

Согласно п. 1 ст. 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

В соответствии с п. 1 ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу ст. 168 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения договора от 20 октября 2008 года) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 25 сентября 2014 года произведена государственная регистрации права собственности муниципального образования г. Боготол на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, Управлением Росреестра по Красноярскому краю выдано свидетельство серии № (т.1 л.д. 37).

Основанием для регистрации права собственности послужило: разрешение на ввод объекта в эксплуатацию от 31 июля 2014 года, акт приема-передачи квартир от 22 сентября 2014 года, муниципальный контракт от 04 июня 2014 года № 2014.106848 (л.д. 68-72).

В этот же день 25 сентября 2014 года указанная квартира по адресу: <адрес> вместе с комплектом ключей передана ФИО2, что подтверждается актом приема-передачи (т.1 л.д. 39).

Впоследствии подписано распоряжение администрации г. Боготола от 26 сентября 2014 года № 467-р (л.д. 73, 76) о принятии указанной квартиры в муниципальную казну г. Боготола и включении в реестр муниципальной собственности.

29 сентября 2014 года администрацией г. Боготола на основании распоряжения от 23 сентября 2014 года № 461-р с ФИО2 заключен договор социального найма № 177 (т.1 л.д. 55) на данное жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>

10 октября 2014 года администрацией г. Боготола заключен с ФИО2 договор № 50 (л.д. 52) о безвозмездной передаче указанной квартиры в собственность ФИО2 Договор зарегистрирован в установленном законом порядке в Управлении Росреестра по Красноярскому краю 23 октября 2014 года.

По данному адресу ФИО2 была зарегистрирована непродолжительное время - в период с 09 октября 2014 года по 25 октября 2014 года, после чего выбыла в <адрес>, что следует из адресных справок ОВМ МО МВД России «Боготольский» (т.1 л.д. 22), управления по вопросам миграции ГУ МВД России по Красноярскому краю (т.1 л.д. 23), выписок из домовой книги (т.1 л.д. 53, 67), справки помощника прокурора Октябрьского района Ростовской области о результатах выездной проверки (т.1 л.д. 30).

С 26 октября 2014 года до 22 октября 2015 года в спорной квартире на регистрационном учете никто не состоял, что подтверждается выпиской из домовой книги (т.1 л.д. 67), копиями паспортов ФИО3 (т.1 л.д. 85), ФИО6 (т.1 л.д. 126).

Спорная квартира по указанному выше адресу: <адрес> согласно п. 1.3 распоряжения администрации г. Боготола от 23 сентября 2014 года № 461-р предоставлена ФИО2 в связи с реализацией региональной адресной программы «Переселение граждан из аварийного жилищного фонда в Красноярском крае» на 2013 - 2017 годы, утвержденной Постановлением Правительства Красноярского края от 06 мая 2013 года № 228-п, и сносом в том числе многоквартирного дома, находящегося по адресу: <адрес>, признанного аварийным и подлежащим сносу на основании постановления администрации г. Боготола от 31 декабря 2009 года № 2026-п (т.1 л.д. 17) с учетом постановления администрации г. Боготола от 13 мая 2014 года № 0812-п (т.1 л.д. 19).

В материалы дела стороной истца по первоначальному иску представлен типовой договор социального найма от 01 июня 2009 года (т.1 л.д. 33), заключенный между администрацией г. Боготола и ФИО2, по условиям которого ответчику ФИО2 предоставлено жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>.

На регистрационном учете по данному адресу ФИО2 не значилась, что подтверждается адресной справкой от 27 июня 2018 года, кроме того, по сведениям администрации г. Боготола ФИО2 на учете в качестве нуждающейся не состояла, малоимущей признана не была, документы, подтверждающие основания для заключения с ФИО2 договора социального найма на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> в администрации г. Боготола отсутствуют (т.1 л.д. 14).

Из показаний свидетеля ФИО1., допрошенной судом первой инстанции следует, что она проживала по адресу <адрес> с 2007 по 2017 года по соседству с квартирой <адрес>. Ей известно, что жители квартиры№ умерли до 2007 года, после чего квартира № сгорела. ФИО2 в квартире № никогда не проживала. В период с 2009 года и до сноса дома № 44 квартира № была нежилой (т.1, л.д.200)

Из объяснений участкового уполномоченного полиции МО МВД России «Боготольский» ФИО8, предупрежденного об уголовной ответственности по ст. 307, 308 УК РФ (т.1 л.д. 25), следует, что он работает в данной должности с 2008 года, ФИО2 по адресу: <адрес> никогда не проживала, он ее не знал.

При этом, как следует ответа МО МВД России «Боготольский» (т.1 л.д. 24) многоквартирный дом по <адрес> входит в административный участок, который обслуживал УУП МО МВД России «Боготольский» ФИО8

29 сентября 2014 года между наймодателем администрацией г. Боготола и нанимателем ФИО2 подписано «Соглашение № 1 о расторжении типового договора социального найма № б/н от 01.06.2009» (т.1 л.д. 38), по условиям которого расторжению подлежит типовой договор социального найма № б/н от 15 марта 2009 года (п. 1), при этом адрес жилого помещения не указан.

Стороной истца по первоначальному иску в материалы дела представлены постановление от 10 мая 2018 года Боготольского межрайонного прокурора (т.1 л.д. 112-119) о направлении материалов проверки соблюдения требований жилищного законодательства в части переселения граждан из аварийного жилищного фонда в МО МВД России «Боготольский» для решения вопроса об уголовном преследовании по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ по факту предоставления ФИО2 квартиры по адресу: <адрес> в связи со сносом ветхого жилья по <адрес>, постановление МО МВД России «Боготольский» от 28 мая 2018 года (т.1 л.д. 120) о направлении материала проверки КУСП во второе управление по расследованию особо важных дел ГСУ СК РФ по Красноярскому краю.

Разрешая спор, оценив доводы и возражения сторон спора, представленные в материалы дела доказательства в совокупности, в том числе показания свидетелей ФИО9, ФИО8, руководствуясь положениями ст. ст. 49, 51, 52, 57 ЖК РФ, принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», ст. ст. 166, 168 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об удовлетворении исковых требований о признании недействительным договора социального найма от 01 июня 2009 года, поскольку заключение администрацией г. Боготола с ФИО2 договора социального найма жилого помещения не соответствует требованиям жилищного законодательства, регламентирующем порядок предоставления гражданам жилых помещений на условиях социального найма, установленные законом основания для заключения с ФИО2 договора социального найма в отношении жилого помещения – <...> отсутствовали.

Так, в силу положений статьей 57, 60 и 63 Жилищного кодекса РФ основанием заключения договора социального найма является принятое с соблюдением требований жилищного законодательства решение органа местного самоуправления о предоставлении жилого помещения гражданину, состоящему на учете в качестве нуждающегося в жилом помещении.

Вместе с тем, из установленных по делу обстоятельств следует, что на момент заключения договора социального найма от 01 июня 2009 года ФИО2 на учете нуждающихся в жилом помещении не состояла, в установленном законом порядке малоимущей не признавалась, с заявлением о заключении с ней договора социального найма лично не обращалась, договор социального найма не подписывала, решение уполномоченного органа о предоставлении ФИО2 квартиры <адрес> отсутствует.

По делу также достоверно установлено, что ФИО2 в квартиру <адрес> никогда не вселялась и не проживала в ней, регистрации по указанному адресу не имела.

Таким образом, учитывая, что установленные по делу фактические обстоятельства свидетельствуют о фиктивности договора социального найма от 01 июня 2009 года, что влечет его ничтожность и не порождает никаких юридических последствий, не создает каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о признании недействительным распоряжения от 23 сентября 2014 года № 461-р и ничтожности и последующих сделок - договора социального найма жилого помещения от 29 сентября 2014 года, по которому администрацией г.Боготола предоставлено в пользование ФИО2 жилое помещение по адресу: <адрес> в рамках реализации региональной адресной программы «Переселение граждан из аварийного жилищного фонда в Красноярском крае на 2013-2017г.г.», приобретенное администрацией г. Боготола за счет целевых средств, договора от 10 октября 2014 года о безвозмездной передаче жилого помещения в собственность ФИО2 в порядке, предусмотренном Законом РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», поскольку предусмотренные ст.87 ЖК РФ оснований для предоставления ФИО2 спорного жилого помещения на условиях социального найма не имелось.

С данными выводами судебная коллегия соглашается, поскольку они соответствуют установленным обстоятельствам и сделаны при правильном применении норм материального права.

Доводы жалобы о пропуске процессуальным истцом срока исковой давности не могут быть приняты во внимание, поскольку в силу п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения решения судом первой инстанции.

Ответчики, в том числе и ФИО3 в суде первой инстанции не заявляли о пропуске истцом срока исковой давности, доказательств обратного материалы дела не содержат, при таких обстоятельствах у суда отсутствовали правовые основания для применения пропуска срока исковой давности.

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не принималось решение о переходе к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции, в связи с чем доводы о пропуске истцом срока исковой давности, ранее не заявленные суду первой инстанции, судебной коллегией не могут быть приняты во внимание.

Кроме того, судом установлено и следует из материалов дела, что 29 сентября 2015 года ФИО2 через своего представителя ФИО4, действующего на основании нотариально удостоверенной доверенности от 27 апреля 2015 года (т.1 л.д. 65), заключила с ФИО3 договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес> (т.1 л.д. 66), стоимость которой по согласованию сторон составила 1 650 000 рублей (п. 3 договора). Указанный договор купли-продажи зарегистрирован в установленном законом порядке 12 октября 2015 года.

Удовлетворяя требование о признании недействительным договора купли-продажи от 29 сентября 2015 года квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО2, в лице ФИО4 и ФИО3 и возвращая спорную квартиру в собственность муниципального образования - город Боготол, суд исходил из того, что ФИО3 при заключении указанной сделки действовала недобросовестно- денежные средства за квартиру продавцу не передавала.

Между тем, судебная коллегия не может согласиться с данным выводом суда, ввиду следующего.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Обращаясь в суд с заявлением в интересах муниципального образования и неопределенного круга лиц, прокурор выбрал способ защиты нарушенного права, предусмотренный статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть способ, предусматривающий признание недействительности сделки и применении последствий такой недействительности, предусматривающей обязанность каждой из сторон возвратить другой все полученное по сделке. Поскольку сделок было несколько, прокурор просил суд признать недействительными все сделки, включая и договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО2, в лице представителя по доверенности ФИО4 и ФИО3, где последняя выступала покупателем квартиры, а также возвратить квартиру по указанному адресу в собственность муниципального образования.

Таким образом, заявленные прокурором требования предполагают изъятие жилого помещения у ФИО3

В соответствии с разъяснениями, содержащимися пункте 35 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пп. 1, 2 ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях.

Юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению судом по данной категории споров, являются:

1) наличие (отсутствие) права собственности лица, обратившегося с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения;

2) выбытие имущества из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, по воле или помимо их воли;

3) возмездность (безвозмездность) приобретения имущества;

4) наличие у незаконного владельца статуса добросовестного приобретателя, обусловленного тем, что он не знал и не должен был знать о том, что имущество приобретено у лица, не имевшего права на его отчуждение.

Из материалов дела следует, что договор социального найма спорного жилого помещения № 177 от 29 сентября 2014 года, заключенный с ФИО2, а также договор № 50 о безвозмездной передаче в собственность квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, ФИО2 были подписаны руководителем местной администрации г. Боготола ФИО10 (т.1, л.д.52, 55-59), то есть уполномоченным должностным лицом муниципального образования. Договор был передан для осуществления государственной регистрации перехода права собственности специалистом администрации г. Боготола ФИО11, то есть уполномоченным должностным лицом (т.1, л.д.46).

При таких обстоятельства, учитывая, что собственник спорной квартиры являлся участником договора социального найма и договора безвозмездной передачи в собственность квартиры - договоры подписаны уполномоченным должностным лицом, таким образом, собственник выразил свою волю на заключение указанных сделок, судебная коллегия приходит к выводу, что спорная квартира поступила в фактическое владение других лиц по воле самого собственника.

Суд первой инстанции пришел к выводу о безденежности сделки от 29 сентября 2015 года, исходя из того, что на момент заключения договора у ФИО3 отсутствовали денежные средства в размере 1650000 рублей на счете.

Судебная коллегия не может согласиться с такими выводами по следующим основаниям.

Из пункта 3 договора купли-продажи от 29 сентября 2015 года следует, что Продавец продал, а покупатель купил указанную квартиру за 1650000 рублей. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора (т.1, л.д.66).

Согласно справе Сберегательного банка о состоянии вклада ФИО3 за период с 28 сентября 2015 года по 01 октября 2015 года денежные средства в размере 2000000 рублей были зачислены на расчетный счет ФИО3 28 сентября 2015 года, то есть до подписания договора купли-продажи от 29 сентября 2015 года. Списание денежных средств по вкладу в размере 1700200 рублей произведено банком 01 октября 2015 года (т.1, л.д.92).

Допрошенная в суде апелляционной инстанции ФИО3 пояснила, что денежные средства в сумме 1650000 рублей она передала ФИО4 непосредственно после получения денежных средств в отделении Сберегательного банка в филиале Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии после сдачи документов на регистрацию.

Кроме того, из объяснений ФИО4, заключившего договор купли-продажи по доверенности от ФИО2, данных 15 мая 2018 года помощнику прокурора Кировского района г. Новосибирска, следует, что он не оспаривал факт передачи ему денежных средств по договору купли-продажи, пояснил, что часть денежных средств за проданную квартиру он перевел ФИО2 безналичным способом, другую часть, по указанию ФИО2 отдал специально приехавшему для этого человеку (т.1 л.д. 152).

Доказательств использования денежных средств в сумме 1650000 рублей, полученных ФИО3 в качестве компенсации за изъятый объект недвижимости, на иные цели материалы дела не содержат.

Договор купли-продажи от 29 сентября 2015 года ФИО2 по его безденежности не оспаривался.

Таким образом, факт передачи денежных средств подтвержден как письменными доказательствами, так и пояснениями сторон договора, которые иными доказательствами не опровергнуты.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что денежные средства в сумме 1650000 рублей по договору купли-продажи от 29 сентября 2015 года были переданы ФИО3 представителю продавца по доверенности ФИО4 до регистрации сделки 12 октября 2015 года.

Исходя из разъяснений, изложенных в п.34 совместного постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. N 10/22Когда по возмездному договору имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться в суд в порядке ст. 302 ГК Российской Федерации с иском об истребовании имущества из незаконного владения лица, приобретшего это имущество (виндикационный иск). Если же в такой ситуации собственником заявлен иск о признании сделки купли-продажи недействительной и о применении последствий ее недействительности в форме возврата переданного покупателю имущества и при разрешении данного спора судом будет установлено, что покупатель является добросовестным приобретателем, в удовлетворении исковых требований о признании сделки недействительной должно быть отказано.

В соответствии с п. 1 ст. 2 Федерального закона от 21 июля 1997 г. (с последующими изменениями и дополнениями) «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Согласно п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В то же время, как разъяснено в п. 38 совместного постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. N 10/22, ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

О недобросовестности приобретателя могут свидетельствовать обстоятельства, подтверждающие, что он знал или при проявлении разумной осмотрительности должен был знать о приобретении имущества у лица, не имевшего права его отчуждать. Так, судами признаются разумными и осмотрительными действия, свидетельствующие об ознакомлении со сведениями из ЕГРП, подтверждающими право собственности лица, отчуждающего жилое помещение, выяснение наличия обременений, в том числе правами пользования лиц, сохраняющих право пользования жилым помещением, непосредственный осмотр жилого помещения, приобретение его по цене, приближенной к рыночной стоимости.

Из материалов дела следует, что право собственности ФИО2 на спорную квартиру на момент заключения договора купли-продажи от 29 сентября 2015 года было зарегистрировано в установленном законом порядке на основании договора о безвозмездной передаче в собственность жилого помещения от 10 октября 2014 года.

На момент приобретения квартиры ФИО3 права продавца никем не оспаривались и отсутствовали какие-либо притязания третьих лиц, о которых было бы известно ФИО3

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что ФИО3 ознакомившись со сведениями из ЕГРП, подтверждающими право собственности ФИО2 и отсутствии обременений на спорную квартиру, осмотрев квартиру, перед её покупкой, а также приобретая квартиру по цене приближенной к рыночной, проявила разумную осмотрительность и была вправе полагать, что имущество свободно от прав третьих лиц.

Принимая во внимание приведенные обстоятельства, судебная коллегия считает возможным признать ФИО3 добросовестным приобретателем спорной квартиры, поскольку на момент приобретения квартиры она не знала и не могла знать о неправомерности отчуждения имущества ФИО2 и приняла все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества.

Ввиду того, что ФИО3 является добросовестным приобретателем спорной квартиры, спорная квартира поступила в фактическое владение других лиц по воле самого собственника, квартира приобретена ФИО3 у ФИО2 по возмездной сделке, у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для удовлетворения требований процессуального истца о признании договора купли- продажи от 29 сентября 2015 года недействительным.

При таких обстоятельствах решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО3 о признании её добросовестным приобретателем квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, а также в части удовлетворения исковых требований Боготольского межрайонного прокурора о признании недействительным договора купли-продажи от 29 сентября 2015 года, прекращении права собственности ФИО3 на указанную квартиру, истребовании имущества из чужого незаконного владения нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене с принятием в указанной части нового решения, об удовлетворении исковых требований ФИО3, признании её добросовестным приобретателем квартиры, расположенной по адресу: <адрес> и об отказе в удовлетворении исковых требований Боготольского межрайонного прокурора действующего в интересах муниципального образования г. Боготол и неопределенного круга лиц, к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи от 29 сентября 2015 года, прекращении права собственности на указанную квартиру.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст 328 - 330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Боготольского районного суда Красноярского края от 05 июля 2018 года в части удовлетворения исковых требований Боготольского межрайонного прокурора к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 29 сентября 2015 года, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности и истребовании имущества из чужого незаконного владения, а также в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО3 к муниципальному образованию город Боготол о признании её добросовестным приобретателем отменить.

В удовлетворении исковых требований Боготольского межрайонного прокурора к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи от 29 сентября 2015 года квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного между ФИО2, в лице ФИО4 и ФИО3, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности и истребовании имущества из чужого незаконного владения отказать.

В остальной части решение оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 и дополнения к ней – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: