Решение № 2-1-6833/2020 2-6833/2020 2-6833/2020~М-4982/2020 М-4982/2020 от 13 октября 2020 г. по делу № 2-1-6833/2020

Дело № 2-1-6833/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Калужский районный суд Калужской области

в составе председательствующего судьи Буторовой О.В.,

при ведении протокола помощником судьи Пономаренко Е.В.,

с участием прокурора Исаева Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Калуге 14 октября 2020 года гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному автономному учреждению здравоохранения Калужской области «Калужский областной специализированный центр инфекционных заболеваний и СПИД», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Калужской области «Калужская областная больница скорой медицинской помощи» им. К.Н.Шевченко о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

От истца 16.07.2020 года в суд поступило исковое заявление к ответчикам, в котором он просил взыскать с каждого из ответчиков в счет компенсации морального вреда по 500000 рублей. Истцом указано, что он являлся супругом ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ДД.ММ.ГГГГ года супруга, находившаяся на тот момент в состоянии беременности (13-14 недель), в 08.10 часов была доставлена бригадой скорой медицинской помощи по поводу симптомов общего недомогания организма в ГАУЗ КО «Калужский областной специализированный центр инфекционных заболеваний СПИД», откуда в 16.15 часов была направлена на консультацию в ГБУЗ КО «Калужская областная больница скорой медицинской помощи» им. К.Н. Шевченко, где в 19.50 часов наступила ее смерть от криптогенного сепсиса, инфекционно-токсического шока. По факту ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО15 16.08.2017 года СО по г. Калуге СУ СК РФ по Калужской области было возбуждено уголовное дело. Постановлением следователя от 18.06.2018 года производство по уголовному делу прекращено в связи с отсутствием в действиях лечащих врачей составов преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 124, ч. 2 ст. 238, ч. 2 ст. 109 УК РФ. В ходе расследования уголовного дела установлены недостатки оказания медицинской помощи ФИО15 в лечебных учреждениях ответчиков, медицинская помощь оказана несвоевременно и не в полном объеме. Истец указывает, что ему причинены нравственные страдания в связи с утратой супруги и неродившегося ребенка.

Истец в судебном заседании не присутствовал. Его представитель по доверенности ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал.

Представитель ответчика ГАУЗ КО «Калужский областной специализированный центр инфекционных заболеваний СПИД» в суд не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель ответчика ГБУЗ КО «Калужская областная больница скорой медицинской помощи» им. К.Н. Шевченко по доверенности ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска. В случае удовлетворения иска просил снизить размер компенсации морального вреда.

Третьи лица – ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 в судебном заседании не присутствовали.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, материалы гражданского дела № 2-1-8329/2019, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск удовлетворить, суд приходит к следующему.

Согласно статье 41 Конституции Российской Федерации каждому гарантировано право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В соответствии со статьей 4 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» основными принципами охраны здоровья являются, приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

В соответствии со статьей 37 Закона медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

В соответствии со статьей 79 Закона медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи; обеспечивать условия для проведения независимой оценки качества оказания услуг.

В силу статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» органы государственной власти и органы местного самоуправления, должностные лица организаций несут ответственность за обеспечение реализации гарантий и соблюдение прав и свобод в сфере охраны здоровья, установленных законодательством Российской Федерации. Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Как установлено судом, истец являлся супругом ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО15, находившаяся в состоянии беременности (13-14 недель), в 08.10 часов была доставлена бригадой скорой медицинской помощи по поводу симптомов общего недомогания организма в ГАУЗ КО «Калужский областной специализированный центр инфекционных заболеваний СПИД», была госпитализирована и проходила там лечение; откуда в 16.15 часов того же дня была направлена на консультацию в ГБУЗ КО «Калужская областная больница скорой медицинской помощи» им. К.Н. Шевченко, где в 19.50 часов наступила ее смерть в результате дыхательной недостаточности с развитием отека мозга, вследствие респираторного дистресс-синдрома в сочетании с полиорганной недостаточностью по причине синдрома диссеминированного внутрисосудистого свертывания.

По факту ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО15 16.08.2017 года СО по г. Калуге СУ СК РФ по Калужской области возбуждено уголовное дело №, которое прекращено 18.06.2018 года в связи с отсутствием в действиях лечащих врачей ФИО4, ФИО5-о., ФИО6, ФИО19., ФИО9, составов преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 124, ч. 2 ст. 238, ч. 2 ст. 109 УК РФ.

В ходе расследования уголовного дела по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО15 проведены две комиссионные судебно-медицинские экспертизы (заключения № от 22.09.2017 года и № от 19.04.2018 года).

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы ГБУЗКО «КОБСМЭ» № 1 от 19.04.2018 года, причиной смерти ФИО15 явилась молниеносная форма криптогенного (с неустановленными входными воротами) сепсиса (двухстороння тотальная серозно-геморрагическая пневмония, серозно-геморрагический миокардит, септическая метаплазия селезенки), осложнившийся развитием респираторного дистресс-синдрома взрослых (РДСВ), ДВС-синдрома, отека головного мозга и легких, на фоне иммуносупрессии, связанной с беременностью 13-14 недель.

При этом, комиссией экспертов установлено, что при оказании медицинской помощи ФИО15 в ГАУЗ КО «Калужский областной специализированный центр инфекционных заболеваний и СПИД» в период времени с 08-10 часов до 16-15 часов ДД.ММ.ГГГГ имелись следующие недостатки: - позднее выполнение клинического анализа крови - неверная оценка результата клинического анализа крови; - не выполнены необходимые исследования (гемостазиограмма, электролиты крови, посев крови на стерильность и др.); - недооценена тяжесть состояния ФИО15; - не назначены антибиотики до получения результатов бактериологического исследования мазков из носа и зева и посева крови на стерильность; - проводилась недостаточная инфузионная терапия; - не выполнены исследования на HBsAg, anti-ВГС, ВИЧ; - не снята электрокардиограмма; - не выполнена рентгенография органов грудной клетки.

Кроме того, согласно выводам экспертного заключения, основной диагноз ФИО15 выставлен неверно, так как результаты клинического анализа ее крови указывали на наличие бактериальной инфекции, а не вирусной.

Согласно выводам экспертного заключения, при оказании медицинской помощи в ГБУЗ КО «Калужская областная клиническая больница СМП» ДД.ММ.ГГГГ с 16-20 часов до 19-15 часов (момента резкого ухудшения состояния) имелись следующие недостатки: - недооценена тяжесть состояния при поступлении; - с момента поступления и до момента резкого ухудшения состояния не выполнены необходимые лабораторные исследования; - не выполнены ЭКГ, рентгенография органов грудной клетки, ультразвуковое исследование органов брюшной полости; - не назначены антибиотики широкого спектра действия в максимальных суточных дозах; - не применены антибиотики в комбинации с метроиидазолом или фторхинолоны последнего поколения; - не выполнены необходимые исследования.

Таким образом, комиссией экспертов сделан вывод о том, что медицинская помощь ФИО15 оказана лечебными учреждениями - ответчиками несвоевременно и не в полном объеме.

Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Калужского районного суда Калужской области от 26.11.2019 года по иску ФИО10 к ГАУЗ КО «Калужский областной специализированный центр инфекционных заболеваний СПИД», ГБУЗ КО «Калужская областная больница скорой медицинской помощи» им. К.Н. Шевченко о взыскании компенсации морального вреда, и в силу ст. 61 ГПК РФ не должны оспариваться и доказываться вновь.

Также вышеуказанным решением суда установлено, что Территориальным органом Росздравнадзора по Калужской области по факту оказания медицинской помощи ФИО15 была проведена проверка в отношении ГАУЗ КО «Калужский областной специализированный центр инфекционных заболеваний и СПИД», и установлено, что в нарушение «Стандарта оказания специализированной медицинской помощи при острой респираторной вирусной инфекции тяжелой степени тяжести» (приказ Минздрава РФ № 657) ответчиком не проведены необходимые лабораторные исследования, а именно: реакция Вассермана, определение антигенов вирусов гриппа А, В, С в крови; не произведен общий клинический анализ крови развернутый на момент нахождения пациентки в отделении; из инструментальных методов исследования не проводилась регистрация электрокардиограммы и цифровая флюорография; из лекарственных препаратов не вводились растворы электролитов, интерферон; не производилась ингаляция кислородом.

Исходя из рекомендаций Минздрава России (письмо от 15.01.2016 года, 27.05.2015 года), с учетом всех критериев тяжести состояния, пациентку необходимо было поместить в блок интенсивной терапии, что ответчиком не выполнено. Кроме того, установлено, что внутренний контроль качества проведен ответчиком ненадлежащим образом.

По результатам проведенной проверки Территориальным органом Росздравнадзора по Калужской области 10.04.2017 года был составлен акт проверки № 43, в котором отражены указанные выше недостатки оказанной ФИО15 медицинской помощи лечебным учреждением.

В связи с тем, что установленные недостатки медицинской помощи, оказанной ФИО15 расценены Росздравнадзором как грубое нарушение лицензионных требований, 31.05.2017 года должностным лицом Территориального органа Росздравнадзора по Калужской области в отношении ГАУЗ КО «Калужский областной специализированный центр инфекционных заболеваний и СПИД», был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст.19.20 КоАП РФ, - осуществление медицинской деятельности с грубым нарушением лицензионных требований. Постановлением судьи Калужского районного суда Калужской области от 04.08.2017 года производство по делу об административном правонарушении по ч. 3 ст. 19.20 КоАП РФ в отношении ГАУЗ КО «Калужский областной специализированный центр инфекционных заболеваний и СПИД» прекращено на основании пункта 6 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности.

Согласно статье 15 Закона «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законом и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Как разъяснено в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Согласно пункту 9 данного Постановления законодательство о защите прав потребителей применяется к отношениям по предоставлению медицинских услуг в рамках как добровольного, так и обязательного медицинского страхования.

Таким образом, нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, проведения диагностики и лечения является нарушением требований к качеству медицинской услуги, нарушением прав в сфере охраны здоровья, что следует рассматривать как основание для компенсации морального вреда.

В соответствии с частью 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что ответчиками в случае с ФИО15 нарушены требования, предъявляемые к качеству медицинской помощи, включая ее полному и своевременность.

Поскольку факт оказания ФИО15 ненадлежащей медицинской помощи установлен, права ФИО17 как потребителя медицинских услуг были ответчиками нарушены, требования истца о компенсации морального вреда являются обоснованными.

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от 6 февраля 2007 г.), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац первый пункта 2 названного постановления Пленума).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзац второй пункта 2 названного постановления Пленума).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Как установлено судом, истцу причинены нравственные страдания не только в связи со смертью супруги и неродившегося ребенка, потерей близкого и родного человека, но и в связи с тем, что в ходе расследования уголовного дела было установлено, что медицинская помощь ей была оказана несвоевременно и с недостатками, что причинило также истцу нравственные страдания.

В силу близких отношений, духовной и эмоциональной связи между супругами, учитывая, что ФИО15 - потребитель медицинских услуг ввиду наступившей смерти не может реализовать право на обращение в суд с иском о возмещении причиненного вреда, суд признает обоснованным предъявление к ответчиком требований ее супругом.

Исходя из установленных судом обстоятельств, несмотря на отсутствие установленной причинно-следственной связи между выявленными дефектами лечения и наступившими последствиями, что следует из вывода комиссии экспертов, с ответчиков подлежит взысканию компенсация морального вреда ввиду установленного факта нарушения прав потребителя при оказании медицинской помощи.

При определении размера компенсации морального вреда в соответствии со ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ суд учитывает степень вины каждого из ответчиков, объем недостатков оказанной ФИО15 медицинской помощи, а также принимает во внимание, что в действиях ГАУЗ КО «Калужский областной специализированный центр инфекционных заболеваний и СПИД» актом проверки Росздравнадзора установлены грубые нарушения лицензионных требований при оказании медицинской помощи ФИО15 Кроме того, ответчиком неверно выставлен первоначальный диагноз, в течение 8 часов нахождения пациентки в учреждении не произведены необходимые исследования.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ГБУЗ КО «БСМП» суд учитывает объем недостатков оказанной ФИО15 медицинской помощи, непродолжительный период нахождения ФИО15 в указанном учреждении (3,5 часа), а также, что при ее поступлении ответчиком выставлен верный диагноз, а перед смертью ФИО15 наступило резкое ухудшение ее состояния ввиду развития трудно поддающихся лечению осложнений.

Кроме того, суд учитывает, что причинно-следственная связь между допущенными ответчиками дефектами оказанной медицинской помощи и наступлением смерти ФИО15 отсутствует, оказание медицинской помощи в полном объеме на всех этапах не гарантировало наступление благоприятного исхода в виде сохранения жизни ФИО15

На основании изложенного, в пользу истца подлежит взысканию в счет компенсации морального вреда, с учетом требований разумности и справедливости, с ГАУЗ КО «Калужский областной специализированный центр инфекционных заболеваний СПИД» в размере 100000 рублей, с ГБУЗ КО «Калужская областная больница скорой медицинской помощи» им. К.Н. Шевченко – в размере 25000 рублей.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчиков в пользу истца подлежит взысканию госпошлина в размере 300 рублей, в равных долях.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Государственному автономному учреждению здравоохранения Калужской области «Калужский областной специализированный центр инфекционных заболеваний и СПИД», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Калужской области «Калужская областная больница скорой медицинской помощи» им. К.Н.Шевченко о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Калужской области «Калужский областной специализированный центр инфекционных заболеваний и СПИД» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Калужской области «Калужская областная больница скорой медицинской помощи» им. К.Н.Шевченко в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 25000 рублей.

Взыскать в равных долях с Государственного автономного учреждения здравоохранения Калужской области «Калужский областной специализированный центр инфекционных заболеваний и СПИД» и Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Калужской области «Калужская областная больница скорой медицинской помощи» в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в сумме 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке и прокурором принесено представление в Калужский областной суд через Калужский районный суд Калужской области в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ: Буторова О.В.

копия верна: судья

мотивированное решение изготовлено 05.11.2020