Решение № 2-153/2020 2-153/2020(2-5456/2019;)~М-5871/2019 2-5456/2019 М-5871/2019 от 5 июля 2020 г. по делу № 2-153/2020

КОПИЯ

УИД 03RS0005-01-2019-007338-06

дело № 2-153/2020


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

06 июля 2020 года г.Уфа

Октябрьский районный суд Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Зиновой У.В.,

при секретаре Хасановой З.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 о признании завещания недействительным. В обоснование заявления указала на то, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ее родная сестра - ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Наследников первой очереди у ФИО3 не было, наследниками второй очереди после смерти ФИО3 являются истец и ФИО4 - сестра по отцу. ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась с заявлением о принятии наследства после смерти родной сестры к нотариусу ФИО5, наследственное дело к имуществу ФИО3 открыто ДД.ММ.ГГГГ. В состав наследственного имущества входит объект недвижимости: однокомнатная квартира по адресу <адрес>. Ранее истец с сестрой общались и встречались ежедневно, однако, с начала весны 2018 года сестра очень изменилась, постоянно ощущала слабость, головную боль и головокружение, ходила она, опираясь на окружающие предметы, речь ее была невнятной, как будто у нее во рту что-то мешало. Находясь в стационаре, сестра вела себя странно, она не ходила в туалет, справляла нужду под себя, при этом делала вид, что она тут ни при чем, прятала еду и еда портилась, отказывалась от процедур. Истец договорилась с ответчиком об уходе за сестрой, взамен она решила завещать ответчику 1/2 доли в своей однокомнатной <адрес> в <адрес>. Ломонос согласилась. После смерти сестры ФИО2 заявила, что имеется завещание на квартиру ФИО3 Истец считает указанное завещание от 22.11.2018 недействительным, поскольку на момент его оформления ее сестра ФИО3 была очень больна и не могла в таком состоянии понимать значение своих действий по распоряжению имуществом. Впоследствии уточнила исковые требования, указав на то, что ФИО3 знать не знала никогда рукоприкладчика ФИО6, была недоверчива к чужим и не приглашала ее. ФИО3 не была неграмотной, у нее были целыми руки, не была парализована. Из пояснений ФИО6, данных в суде, она была приглашена для подписания завещания за ФИО3 по причине того, что у ФИО3 сломана правая рука. Однако кисть правой руки ФИО3 была подвижна и свободна от гипса, гипс на руку был наложен ДД.ММ.ГГГГ без гипсования кисти. Способность поставить подпись, пусть и корявую, но свою собственную, подтверждается тем, что в истории болезни в согласии на процедуры ФИО3 поставила подпись собственноручно. В данном случае 22 ноября 2018 года рукоприкладчик ФИО6 была приглашена дочерью ответчика ФИО10 не по причине перелома, а именно потому, что ФИО3 не могла на тот момент понимать значение своих действий и руководить ими (Щецяк - подруга ФИО10). Данная причина не указана в ст. 1125 ГК Российской Федерации как основание для возможности подписания завещания вместо завещателя другим гражданином, таким образом, сделка в виде завещания ФИО3 от 22.11.2018г. нарушает требования закона. Со ссылкой на ст. 166, 167, 168, 177 Гражданского кодекса Российской Федерации просит признать недействительным завещание ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенное нотариусом нотариального округа <адрес> Республики Башкортостан ФИО7

ФИО1, ФИО4 на судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, ответчик ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие.

ФИО4 на судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, о причинах неявки не сообщила.

Нотариус ФИО5 на судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Нотариус ФИО7 не явилась, извещена надлежащим образом, ранее направила отзыв на исковое заявление, в котором указала на то, что при удостоверении завещания от имени ФИО3 сомнения в ее дееспособности у нотариуса отсутствовали. У завещателя был перелом лучевой кости правой руки и наложен гипс, поэтому указанная гражданка не могла подписать завещание. Ввиду ее болезни по личной просьбе в присутствии нотариуса подписалась ФИО6, которую до этого нотариус не знала, она была приглашена для подписи завещания самим завещателем.

Суд в силу ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотрение гражданского дела в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Представитель истца ФИО8 поддержала заявленные исковые требования с учетом их уточнения, а также письменные объяснения, приобщенные к материалам дела, указала на недостоверность проведенной по делу судебной психиатрической экспертизы, поскольку не учтена тяжелая степень анемии умершей, доказательств того, что умершая не могла подписать сама завещание также в материалах дела не имеется, а потому оснований к подписанию завещания рукоприкладчиком не имелось.

Представители ответчика ФИО9, ФИО10 с иском не согласились, поддержали доводы письменного возражения, просили отказать в удовлетворении иска, указав на недоказанность доводов истца.

ФИО6 с иском не согласилась, просила отказать в его удовлетворении.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, оценив все юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 35 Конституции РФ гарантируется право наследования. Право частной собственности охраняется законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

В силу п.1 ст. 1119 ГК РФ, завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч.ч. 1, 2, 5 ст. 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Завещание является односторонней сделкой, к нему применяются правила о недействительности сделок, предусмотренные в главе 9 ГК РФ (ст. ст. 166 - 181 ГК РФ).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 29.05.2012 г. N 9 «О судебной практике по делам о наследовании» в п. 27 разъяснил, что завещания относятся к числу недействительных сделок вследствие ничтожности при несоблюдении установленных ГКРФ требований: обладания гражданином, совершающим завещание, в этот момент дееспособностью в полном объеме (п. 2 ст. 1118 ГК РФ), недопустимости совершения завещания через представителя либо двумя или более гражданами (п. п. 3 и 4 ст. 1118 ГК РФ), письменной формы завещания и его удостоверения (п. 1 ст. 1124 ГК РФ), обязательного присутствия свидетеля при составлении, подписании, удостоверении или передаче завещания нотариусу в случаях, предусмотренных п. 3 ст. 1126, п. 2 ст. 1127 и абз. 2 п. 1 ст. 1129 ГК РФ (п. 3 ст. 1124 ГК РФ), в других случаях установленных законом.

В силу п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, сделка по составлению завещания является оспоримой по основаниям приведенных норм ст. ст. 177, 1118 ГК РФ, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в ч.1 ст. 177 ГК РФ, согласно положениям ст. 56 ГПК РФ обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.

Из материалов дела следует, что ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умерла ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти IV-АР №, актовая запись № от ДД.ММ.ГГГГ.

Также установлено, что после смерти ФИО3 открылось наследство в виде квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, ул,ФИО11, <адрес>.

Согласно завещанию от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенному нотариусом нотариального округа <адрес> Республики Башкортостан ФИО7, ФИО3 завещала все свое имущество. какое на момент смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы оно не заключалось и где бы оно ни находилось сестер ФИО1 и ФИО2 в равных долях. В случае если ФИО1 умрет до открытия наследства либо одновременно с ФИО3, не успев его принять, либо не примет наследство по другим причинам, завещала ФИО12.

Ввиду болезни ФИО3 по ее личной просьбе в присутствии нотариуса подписалась ФИО6 с разъяснением ей положений статей 1123, 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом были допрошены свидетели ФИО13: ФИО14: ФИО15: ФИО16, которые суду показали следующее.

Так, ФИО13 указала, что последний раз была в гостях у ФИО3 07 ноября 2018 года. ФИО3 находилась в плохом состоянии, практически не разговаривала, на вопрос, как у нее дела, она махнула рукой, повернулась и закрыла глаза, как такового диалога не состоялось, она разговаривала с ее родной сестрой ФИО1, которая находилась с ФИО3 и открыла дверь. ФИО3 ничего не отвечала, просто кивала головой, далее просто слушала наш с ФИО1 разговор, была при этом совершенно безучастной, свидетеля она узнала. По телефону, в последний раз непосредственно общалась с ФИО3, в начале 2017 года умер брат, она так же поддержала по телефону. в последние годы общались исключительно по телефону в связи с тем, что ФИО3 ото всех отстранилась.

Свидетель ФИО14 указала, что проживает по адресу: <адрес> на 3 этаже с 2002 года, ФИО3 проживала на 1 этаже, общались с ней через день. В последний раз общались с ФИО3, осенью 2018 года. Работает в аптеке, каждый раз, когда возвращалась с работы, ФИО3 прогуливалась возле дома, часто беседовали на тему медикаментов, она увлекалась журналом «ЗОЖ», свидетель убеждала ее, что данный журнал является антинаучным, ей необходимо лечиться проверенными медикаментами и обращаться к врачам, она была категорически против этого. Был перерыв в общении, примерно в сентябре 2018 года встретила ее на улице, она выглядела сильно подудевшей, лицо желто-зеленого цвета. Спросила ее о самочувствии, на что она ответила, что простыла. ФИО3 в последний раз видела в ноябре 2018 года, на приветствие свидетеля она никак не отреагировала, даже не повернула голову.

Свидетель ФИО15 указала, что были соседями с 1991 года. Общались часто. В последний раз осенью 2018 года, примерно в сентябре или октябре шла с работы, а она – с рынка, на вопрос о том, как у нее дела, ФИО3 ответила, что все нормально.Был непосредственный контакт с ФИО3, она говорила, что собирается получить субсидию за квартплату, кроме того, ФИО3 всегда знала, какие цены в каких магазинах. ФИО3 собирала документы на субсидию каждые полгода, предлагала свидетелю оформить субсидию тоже. Она выглядела нормально. ФИО3? проживала одна. Знает, что у нее была сестра Людмила, которая проживала в этом же доме на 8 этаже, но они постоянно ругались.Потом узнала, что она упала и сломала руку. С осени 2018 года не общались. Знала, что ФИО2 ухаживала за ФИО3, когда последняя сломала руку: кормила ее, мыла, убиралась в квартире. Люда попросила ФИО2, чтобы она ухаживала за ФИО3, поскольку она брезгует. ФИО2 помогала ФИО3 в связи с тем, что у последней была сломана рука.

Свидетель ФИО16 указала, что были соседями с 1991 года. Общались каждый день, с другими соседями выходили гулять во двор, ФИО3 тоже прогуливалась в это время, подходила к ним, они разговаривали. Общались с ФИО3 в последний раз примерно в октябре 2018 года, когда она сломала руку, затем она попала в больницу, после возвращения из больницы свидетель не заходила к ФИО3, однако видела, что ФИО2 часто заходила к ФИО3, чтобы покормить. Указала, что накануне перелома руки общалась с ФИО3, она выходила на улицу, разговаривали обо всем, могли поговорить о ценах в магазинах, она помнила, где какие цены. Выглядела ФИО3 нормально, она была общительной, общалась со многими соседями, никогда не конфликтовала. После перелома руки ФИО3 большее ее не видела и не общалась, дверь в ее квартиру была открыта слышала, как ФИО3 разговаривала с ФИО2 В последний раз ФИО2 была расстроена тем, что ФИО1 вырвала из ее рук тарелку с едой и выбросила в мусорное ведро, аргументиров это тем, что она слишком часто кормит ФИО3 Между ФИО3 и ФИО1 постоянно возникали конфликты, однажды Людмила сама призналась, что ударила сестру. с ФИО17 знакома, она приходится соседкой, они дружат. Ломонос кормила, мыла ФИО3, стирала, убиралась в ее квартире. Помощь ФИО2 ФИО3 была обусловлена переломом руки последней. Об этом она узнала со слов Людмилы, сам гипс не видела.

В ходе рассмотрения дела, с целью правильного разрешения спора и в связи с необходимостью по делу была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

На разрешение экспертов были поставлены вопросы:

1. страдала ли ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, умершая ДД.ММ.ГГГГ, на момент совершения завещания ДД.ММ.ГГГГ каким-либо психическим заболеванием, если страдал, каким именно?

2. Могла ли ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, умершая ДД.ММ.ГГГГ, в момент совершения завещания ДД.ММ.ГГГГ по состоянию своего здоровья понимать значение своих действий и руководить ими?

Проведение экспертизы поручено экспертам ГБУЗ Республиканская психиатрическая больница № МЗ РБ, в распоряжение экспертов были предоставлены материалы гражданского дела № по иску ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным с представленными в нем копией заключения эксперта № по результатам судебной медицинской экспертизы трупа ФИО3, копией заключения эксперта № судебно-медицинской экспертизы кусочков органов и тканей в количестве 7 объектов, медицинская карта № стационарного больного, медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №. Экспертному учреждению разрешено привлечение необходимых сторонних специалистов с целью исполнения экспертизы, в том числе врача-гематолога.

Из заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов от 17.03.2020 года № 260 следует, что ФИО3 на момент совершения завещания 22 ноября 2018 года. обнаруживала признаки органического непсихотического расстройства со снижением психических функций, эмоционально-волевыми нарушениями (F06.828) (ответ на вопрос №1). Об этом свидетельствуют данные анамнеза и медицинской документации о возрасте подэкспертной, наличии у нее цереброваскулярного заболевания, связанного с атеросклеротическим поражением сосудов головного мозга, а также других соматических заболеваний (ИБС, постинфарктный кардиосклероз, анемия), что в целом сопровождалось замедлением психических процессов, колебаниями настроения. Однако, как показывает анализ материалов гражданского дела и медицинской документации, на дату совершения завещания 22 ноября 2018 года у нее не наблюдалось грубых нарушений памяти, мышления, интеллекта, критических и прогностических способностей; она была способна к самостоятельному принятию решений, саморегуляции, произвольному поведению и реализации своих решений, критической оценке и прогнозированию последствий совершаемой сделки, и могла понимать значение своих действий и руководить ими.

По ходатайству представителя истца был допрошен эксперт ФИО18, имеющая высшее образование, являющаяся судебно-психиатрическим экспертом первой категории, со стажем 14 лет, заведующей отделением № 15.

ФИО18 суду пояснила, что являлась докладчиком по исследованию ФИО3, указала, что ошибки в заключении не имеется, заболевания у ФИО3, действительно наблюдались, но они не достигли такой выраженности, чтобы она не могла понимать значения своих действий, поэтому ответ дан в заключении, что на могла понимать значение своих действий в период совершения сделки. При этом указала. Что действительно диагноз F06ю828 входит в раздел F06.8 – другие уточненные психические расстройства, обусловленные повреждением и дисфункцией головного мозга или соматической болезнью. Какова была стадия цереброваскулярной болезни умершей эксперты не уточняли, но она была не конечная, не исключила, что прогрессирующая. Ответ на второй вопрос дан по результатам исследования в совокупности истории болезни, где врачи указывали на ясность состояния ФИО3, показаниями свидетелей, само церебровасклуярное заболевание приводит к кислородному голоданию мозга. Анемия приводит к гипоксии. Пояснила, что ограничение недееспособности и сделкоспособность это разные понимания. Стадия анемии отражена в тексте заключения, тяжелая соматическая болезнь не свидетельствует о не понимании своих действий. Если человек составляет документ в пользу двух человек это уже говорит о сохранении критики. Даже при тяжелом соматическом состоянии мнестические функции могут быть не снижены. Оценка состоянию ФИО3, дана экспертами в совокупности со всеми представленными документам, включая данные о тяжелой степени анемии.

Согласно части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Таким образом, заключение судебной экспертизы оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Оценивая заключение эксперта, сравнивая соответствие заключения поставленному вопросу, определяя полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что данное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством.

Заключение эксперта составлено организацией, имеющей статус экспертного учреждения, выводы, изложенные в нем, сделаны экспертом, имеющим специальные познания и опыт работы. Как следует из заключения эксперта, им были детально изучены представленные материалы дела, показания свидетелей, медицинская документация. Заключение эксперта мотивировано, в нем указано: кем и на каком основании проводились исследования, их содержание, дан обоснованные и объективные ответы на поставленные перед экспертом вопросы.

Экспертное заключение является одним из доказательств по делу и оценивается в совокупности с иными доказательствами, собранными по делу, что в данном случае в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации произведено судом.

Оценив экспертное заключение, составленное по результатам проведения дополнительной экспертизы, оценив в совокупности показания свидетелей данные при настоящем рассмотрении, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным по основанию статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Наряду с этим, ФИО1 указано на то. Что необходимости в рукоприкладчике не имелось, и это также свидетельствует о том, что ФИО3, не могла понимать значения своих действий, однако, указанные доводы опровергнуты представленными суду доказательствами.

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу положений статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. Удостоверение завещания другими лицами допускается в случаях, предусмотренных пунктом 7 статьи 1125, статьей 1127 и пунктом 2 статьи 1128 настоящего Кодекса. Несоблюдение установленных настоящим Кодексом правил о письменной форме завещания и его удостоверении влечет за собой недействительность завещания.

Согласно части 3 статьи 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации Завещание должно быть собственноручно подписано завещателем.

Если завещатель в силу физических недостатков, тяжелой болезни или неграмотности не может собственноручно подписать завещание, оно по его просьбе может быть подписано другим гражданином в присутствии нотариуса. В завещании должны быть указаны причины, по которым завещатель не мог подписать завещание собственноручно, а также фамилия, имя, отчество и место жительства гражданина, подписавшего завещание по просьбе завещателя, в соответствии с документом, удостоверяющим личность этого гражданина.

Из завещания усматривается, что завещание от имени ФИО3 подписано рукоприкладчиком ФИО6

В отзыве на исковое заявление нотариус ФИО7 указала. Что рукоприкладчик был привлечен по личной просьбе завещателя, ФИО6 же утверждала, что ей позвонила ФИО10 (дочь ответчика) и просила подъехать для подписания завещания.

Между тем, суд не находит противоречий между указанными фактами, поскольку при удостоверении завещания в кабинете нотариуса находятся двое - нотариус и завещатель и в случае, если привлечен рукоприкладчик – то соответственно и рукоприкладчик, в этой связи просьба о подписании за ФИО3 завещания рукоприкладчиком ФИО6 могла быть и подлежала высказыванию непосредственно нотариусу при удостоверении завещания.

Тот факт, что ФИО6 является подругой ФИО10 (дочери ответчика) и именно она ее вызвала, не опровергают волеизъявление ФИО3 на подписание завещания от ее имени именно ФИО6, зафиксированное нотариусом.

Тот факт, что в карте пациента ФИО3, подписывала свои согласия и отказы от проведения медицинских вмешательств. суд не находит основанием утверждать, что она могла подписывать и завещание в день его удостоверения самостоятельно, поскольку гипс на момент совершения завещания снят не был, а предполагать какие болевые ощущения она испытывала именно в этот день у суда оснований не имеется.

Получение травмы руки, наложение гипса на правый лучезапястный сустав, что подразумевает скованность движения запястья, подтверждены представленной суду картой пациента, и привлечение рукоприкладчика соответствует требованиям статьи 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации, и оснований к признанию завещания недействительным по основанию, предусмотренному статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации суд также не усматривает.

Доводы представителя истца о том, что нотариусом в адрес суда направлена копия журнала регистрационных действий не заверенная надлежащим образом, на вывод суда не влияет, поскольку сам по себе факт проведения нотариальных действий по удостоверению завещания от имени ФИО3,, как и доверенности и завещания от самой ФИО1, произведенных в тот же день, истцом не оспаривался.

Проанализировав установленные судом обстоятельства в совокупности с представленными доказательствами, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Октябрьский районный суд города Уфы Республики Башкортостан

Судья Октябрьского

районного суда г.Уфы РБ подпись У.В. Зинова