Решение № 2-12230/2025 2-1858/2026 2-1858/2026(2-12230/2025;)~М-6594/2025 М-6594/2025 от 14 июня 2026 г. по делу № 2-12230/2025

Гражданское дело № 2-1858/2026

УИД: 78RS0002-01-2025-010953-54


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 марта 2026 года Санкт-Петербург

Выборгский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Шевченко А. П.,

при секретаре Сивак Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, расходов по оплате государственной пошлины,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Выборгский районный суд Санкт-Петербургу с иском к ФИО2, в котором просила о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в размере 8600000 руб., неосновательного обогащения в размере 2305000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 18 декабря 2024 года по 12 февраля 2025 года в размере 75540,64 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 13 февраля 2025 года по дату фактического исполнения обязательства по возврату неосновательного обогащения, расходы по оплате госпошлины в размере 90432 руб.

В обоснование иска указано то, что между сторонами были заключены договоры инвестирования, согласно которым истец передает ответчику денежные средства на разработку проектов. Согласно договору о совместной деятельности № 1, после получения чистой прибыли в размере инвестируемых денежных средств, ответчик обязался перечислять истцу 60% от суммы полученной им чистой прибыли. Согласно договору инвестирования в развитие бизнеса № 2, ответчик гарантирует истцу 10% в компании Dentappl LLC 15442 Ventura BLVD STE 101 SHERMAN OAKS CA. В сумме по исполнение обязательств по двум договорам истец передала ответчику денежные средства в размере 8600000 руб., однако, до настоящего времени со стороны ответчика истцу не представлены сведения о реализации предусмотренных указанными договорами проектов, не исполнены обязательства по передаче долей в компании, выплате процентов прибыли, в связи с чем истец полагала, что переданные ей средства были использованы ответчиком на его личные нужды, и таким образом на стороне ФИО2 возникло неосновательное обогащение в размере 8600000 руб. Кроме того, за период с ноября 2021 года по октябрь 2023 года истец осуществляла перечисление ответчику денежных средств на личные нужды последнего, согласно устной договоренности сторон перечисленные средства подлежат возврату в течение 30 дней с момента предъявления истцом соответствующего требования. 15 октября 2024 года истец направила ответчику претензию о возврате денежных средств, которая была оставлена им без ответа. В связи с тем, что в добровольном порядке ответчик денежные средства истцу не возвратил, истец обратилась с иском в суд.

Истец в судебное заседание не явилась, доверила представление своих интересов ФИО3, которая в судебном заседании заявленные требования поддержала.

Ответчик в судебное заседание не явился, доверил представление своих интересов ФИО4, который просил в удовлетворении заявленных требований отказать, поддержал доводы возражений.

Руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей сторон, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 названного кодекса.

Лицо, обратившееся с требованием о возмещении неосновательного обогащения, обязано доказать факт пользования ответчиком принадлежащего истцу имуществом, отсутствие правовых оснований такого пользования, а также размер неосновательного обогащения.

Кроме того, из приведенных норм права следует, что обязательство из неосновательного обогащения возникает тогда, когда имеет место приобретение или сбережение имущества, которое произведено за счет другого лица, и это приобретение или сбережение имущества не основано ни на законе, ни на сделке, то есть происходит неосновательно.

Согласно подпункту 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Из материалов дела следует, что 9 сентября 2016 года между сторонами был заключен договор о совместной деятельности № 1, по условиям которого ФИО1 передает ФИО2 (разработчик) денежные средства в размере 300000 руб. на разработку мобильного приложения. Разработчик обязуется после получения чистой прибыли в размере инвестированных средств ежемесячно начислять инвестору 60% от суммы чистой прибыли. Инвестор обязан выделять 5000 руб. ежемесячно после запуска проекта в магазине приложений AppStore, оплачивать необходимые расходы на содержание и поддержку проекта. В случае невыполнения разработчиком условий о целевом использовании денежных средств, инвестор вправе потребовать от него досрочного возврата инвестиционных средств. Договор заключен на срок до 09.09.2017 г., прекращает свое действие досрочно после получения инвестором процентов от прибыли на общую сумму 500000000 руб. (пункты 1.1., 1.4., 2.3.3.1, 7.1., 7.5. договора) (л.д. 16-18).

20 мая 2018 года между сторонами был заключен договор инвестирования в развитие бизнеса № 2, по условиям которого ФИО1, (инвестор) передает ФИО2 (разработчику), денежные средства для стартапа Dentalapp в размере 2000000 руб. Разработчик гарантирует инвестору 10% в компании Dentappl LLC 15442 Ventura BLVD STE 101 SHERMAN OAKS CA. В случае невыполнения разработчиком условий о целевом использовании инвестиционных средств, инвестор вправе потребовать от разработчика досрочного возврата инвестиционных средств. Договор заключен на срок до 31.11.2018 г. (пункты 1.1., 3.1., 7.1 договора) (л.д. 19-20).

Дополнительным соглашением к договору № 2 от 20 мая 2018 года от 8 октября 2019 года в договор № 2 были внесены изменения. Так, согласно пункту 1.2 соглашения, инвестор передает разработчику денежные средства для стартапа Dentalapp в размере 4500000 руб., а разработчик гарантирует инвестору 10% в компании Dentappl LLC 15442 Ventura BLVD STE 101 SHERMAN OAKS CA. Кроме того, из копии дополнительного соглашения, представленного истцом, усматривается, что в текст соглашения между строками 3 и 4 пункта 1 содержится рукописный текст следующего содержания: «по договорам № 1 и № 2 инвестор передал средства разработчику 410000». (л.д. 21)

В связи с изложенным, суд приходит к выводу о том, что между сторонами существовали договорные правоотношения. Одновременно с этим, в нарушение положений статей 56 Гражданского процессуального кодекса РФ истцом не представлено доказательств передачи ответчику денежных средств по исполнение обязательств по договорам №1, №2.

Доводы истца о том, что дополнительное соглашение к договору № 2 от 20 мая 2018 года является распиской, подтверждающей передачу денежных средств, не могут быть учтены судом ввиду следующего.

Согласно статье 431 Гражданского кодекса РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Вместе с тем, из буквального толкования содержащихся в дополнительном соглашении к договору № 2 от 20 мая 2018 года выражений не следует, что ответчиком от истца были получены денежные средства в каком-либо размере.

15 октября 2024 года истцом ответчику была направлена претензия о возврате денежных средств в размере 8600000 руб., почтовое отправление адресатом получено не было. (л.д. 64-67).

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности в части требований о взыскании неосновательного обогащения в размере 8600000 руб.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного кодекса.

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Частью 2 названной статьи предусмотрено, что по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Конституционный Суд РФ неоднократно указывал, что пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда РФ от 4 июля 2022 № 27-П, определения Конституционного Суда РФ от 28 февраля 2019 года).

Из приведенных нормативных положений, разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по их применению, правовой позиции Конституционного Суда РФ следует, что, определяя исковую давность как срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, гражданское законодательство закрепляет общий срок исковой давности, составляющий три года, исчисляемых - если законом не предусмотрено иное - со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, то есть право на иск по общему правилу возникает с момента, когда о нарушении такого права и о том, кто является надлежащим ответчиком, стало или должно было стать известно правомочному лицу. Именно с этого момента у данного лица возникает основание для обращения в суд за принудительным осуществлением (принудительной защитой) своего права и начинает течь срок исковой давности. При этом суд, разрешая вопрос о соблюдении истцом срока исковой давности (давностного срока), о применении которого заявлено ответчиком, определяет момент начала течения этого срока, если законом не предусмотрено иное, исходя из фактических обстоятельств дела

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Учитывая, что настоящее исковое заявление подано в суд 18 июня 2025 года, договор от 8 сентября 2016 года заключен на срок до 9 сентября 2017 г., договор 20 мая 2018 года заключен срок до 31 ноября 2018 года, истцом пропущен срок исковой давности по требованиям о взыскании денежных средств в размере 8600000 руб.

При этом, суд отклоняет доводы истца о том, что срок исковой давности ей не пропущен в связи с тем, что отношения сторон носят длящийся характер, и о нарушении своего права она узнала в 2024 года, принимая во внимание то обстоятельство, что в договорах сторонами были определены сроки их действия, и истцу с момента истечения указанных сроков было известно о нарушении ее права. При этом, ожидаемое истцом поведение ответчика не может являться критерием к оценке юридически значимых обстоятельств по делу, и влечь дисбаланс для сторон при применении норм законодательства.

Таким образом, принимая во внимание отсутствие состава неосновательного обогащения, поскольку в ходе рассмотрения дела судом установлено наличие договорных отношений между ФИО1 и ФИО2, отсутствие доказательств передачи истцом ответчику денежных средств в размере 8600000 руб., пропуск истцом срока исковой давности по требованиям о взыскании денежных средств в размере 8600000 руб., суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований о взыскании с ответчика в пользу истца неосновательного обогащения в размере 8600000 руб.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в размере 2305000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами по дату фактического исполнения обязательства по возврату неосновательного обогащения, суд исходит из следующего.

Согласно справке о движении денежных средств, чекам по операции АО «Тинькофф банк» ФИО1 в период с 29 ноября 2021 года по 30 октября 2023 года осуществляла неоднократные переводы денежных средств получателю Д. С., с номером телефона №, общая сумма перечисленных денежных средств составила 2140000 руб. (л.д. 22-26, 36-60)

Согласно чекам по операции ПАО Сбербанк, ФИО1 в период с 7 августа 2021 года по 19 сентября 2022 года осуществляла неоднократные переводы денежных средств получателю Д. С., с номером телефона №, общая сумма перечисленных денежных средств составила 165000 руб.( л.д. 27-35).

15 октября 2024 года истцом ответчику была направлена претензия о возврате денежных средств в размере 2305000 руб., почтовое отправление адресатом получено не было. (л.д. 68-70).

Как следует из ответа на запрос суда, представленного ООО «Т2 Мобайл», абоненту ФИО2 принадлежит номер телефона №. (л.д. 86).

Ответчиком получение от истца денежных средств в размере 2305000 руб. не оспаривалось.

Вместе с тем, спорные денежные средства переводились истцом ответчику систематически, добровольно и намеренно, без условий о возвратности. При этом, истец знала о цели перевода (внесения) указанных денежных средств и не могла не знать и не понимать, что денежные средства выплачивались ей во исполнение несуществующего обязательства. Неоднократно перечисляя денежные средства, истец имела возможность урегулировать с ответчиком оформление договорных отношений, однако, документы, подтверждающие данный факт, суду не представлены. В связи с изложенным суд не усматривает оснований для взыскания с ответчика в пользу истца денежных средств в размере 2305000 руб.

Учитывая, что в удовлетворении основной части иска отказано, суд не усматривает оснований для удовлетворения производной части требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов.

В силу части 3 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса РФ принятые определением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 8 декабря 2025 года меры по обеспечению иска подлежат отмене при вступлении настоящего решения в законную силу.

Руководствуясь положениями статей 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, расходов по оплате государственной пошлины, - оставить без удовлетворения.

Меры по обеспечению иска, принятые определением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 8 декабря 2025 года по гражданскому делу № 2-12230/2025 (№2-1858/2026) в виде ареста на имущество ФИО2, на сумму 10905000 руб., отменить при вступлении настоящего решения в законную силу.

На решение суда в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Выборгский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья:

Мотивированное решение

изготовлено 15 июня 2026 года