Решение № 2-483/2020 2-483/2020~М-467/2020 М-467/2020 от 18 октября 2020 г. по делу № 2-483/2020

УИД 66RS0031-01-2020-000871-77

Дело № 2-483/2020


Решение в окончательной форме принято 19 октября 2020 года.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 октября 2020 года город Качканар

Качканарский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Закировой О.А.,

при секретаре Коноваловой Е.А.,

с участием помощника прокурора г. Качканара Губич А.Д.,

представителя ответчика Государственного автономного учреждения социального обслуживания Свердловской области «Центр социальной помощи семье и детям г. Качканара» ФИО1, действующей на основании доверенности № от 09 июня 2020 года,

рассмотрев в зале суда в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора г. Качканара, действующего в интересах ФИО2, к Государственному автономному учреждению социального обслуживания Свердловской области «Центр социальной помощи семье и детям г. Качканара» о взыскании задолженности по заработной плате,

установил:

в Качканарский городской суд поступило исковое заявление прокурора города Качканара, действующего в интересах ФИО2 к Государственному автономному учреждению социального обслуживания Свердловской области «Центр социальной помощи семье и детям г. Качканара» (далее - Учреждение) о взыскании задолженности по заработной плате.

В обоснование иска указано, что прокуратурой г. Качканара проведена проверка по обращению ФИО2 по вопросу о нарушении её трудовых права в части оплаты труда, в ходе которой установлено, что ФИО2 работает в Учреждении с 04 июля 2018 года в должности младшего воспитателя с окладом 3 814 рублей, с 01 октября 2018 года с окладом 3 967 рублей, а с 01 октября 2019 года с окладом 4 137 рублей. Таким образом, оклад был установлен меньше минимального размера оплаты труда в данный период, который с 01 января 2020 года составляет 12 130 рублей. Работодателем производилась оплата труда истцу согласно главе 3 Положения об оплате труда, утвержденном 01 февраля 2018 года, и главой 3 Коллективного договора от 26 июля 2018 года, а именно на оклад насчитывались компенсационные выплаты за особые условия труда в размере 35 % от оклада, за работу во вредных условиях труда в размере 10 % от оклада.Затем производится доплата до минимального размера оплаты труда, на эту сумму начисляется районный коэффициент 15 %. Таким образом, фактически суммы доплат за работу в условиях, отличающихся от нормальных, поглощаются минимальным размером оплаты труда, что противоречит федерального законодательству. Прокурор города Качканара, действующий в интересах ФИО2, просит суд взыскать с Государственного автономного учреждения социального обслуживания Свердловской области «Центр социальной помощи семье и детям г. Качканара» задолженность по заработной плате в размере 50 479 рублей 20 копеек.

Прокурор Губич А.Д. в судебном заседании поддержала исковые требования, просила их удовлетворить, полагая, что представленный прокуратурой расчет является верным.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще о дате, времени и месте судебного разбирательства, представила ходатайство о рассмотрении дела в её отсутствие, просила удовлетворить иск.

Представитель ответчика Государственного автономного учреждения социального обслуживания Свердловской области «Центр социальной помощи семье и детям г. Качканара» ФИО1 исковые требования не признала. Пояснила, что размер заработной платы устанавливается Министерством социальной политики Свердловской области. С 2020 года по распоряжению Министерства производится доплата к окладу до размера МРОТ, а затем уже начисляются все остальные доплаты.

Учитывая надлежащее извещение истца о судебном заседании и наличие от неё ходатайства о рассмотрении дела в её отсутствие, а также позиции явившихся участников судебного разбирательства, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ФИО2 на основании ч. 5 ст. 167 ГРК РФ.

Выслушав доводы прокурора, возражения представителя ответчика, учитывая позицию истца, исследовав письменные документы, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что ФИО2 состоит в трудовых отношениях с Государственным автономным учреждением социального обслуживания Свердловской области «Центр социальной помощи семье и детям г. Качканара» с 18 января 2013 года на основании трудового договора №. На основании дополнительного соглашения к трудовому договору от 04 июля 2018 года истец переведена на должность младшего воспитателя отделения социальной реабилитации (временный приют) (л.д. 22), ей был установлен оклад в размере 3 814 рублей. С 01 октября 2019 года оклад увеличен до 4 137 рублей в месяц (л.д. 23-25), аналогичный размер оклада установлен и с 07 марта 2020 года (л.д. 26), что меньше минимального размера оплаты труда в данный период, который с 01 января 2020 года составляет 12 130 рублей

Истец работала 40-часовую рабочую неделю во вредных условиях труда, при работе в таких условиях ответчиком установлена доплата 10%, а также в за работу в особых условиях труда истцу ответчиком была установлена доплата 35%. Также коллективным договором (л.д. 12-21) установлена доплата за стаж 30 %, за ночное время в соответствии со ст. 154 ТК РФ в размере 50% части должностного оклада за час работы работника, расчет части должностного оклада за час работы определяется путем деления должностного оклада работника на месячное количество рабочих часов. Заработная плата за работу в выходные и нерабочие праздничные дни установлена в соответствии со ст. 153 ТК РФ. Эти суммы начислялись на оклад, после чего производилась доплата до минимального размера оплаты труда, на минимальный размер оплаты труда начислялся районный коэффициент 15%. Таким образом, фактически суммы доплат за работу в условиях, отличающихся от нормальных, поглощались минимальным размером оплаты труда.

Доплаты за работу во вредных условиях труда и за работу в особых условиях труда являются компенсационными выплатами (ч. 1 ст. 129, ст. ст. 147, 149 Трудового кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем вПостановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07 декабря 2017 года № 38-П указано, что во исполнение требований статей 7 (часть 2) и 37 (часть 3) Конституции Российской Федерации федеральным законом устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда. При этом, как следует из указанных положений Конституции Российской Федерации, вознаграждение за труд не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда гарантируется каждому, а, следовательно, определение его величины должно основываться на характеристиках труда, свойственных любой трудовой деятельности, без учета особых условий ее осуществления. Это согласуется с социально-экономической природой минимального размера оплаты труда, которая предполагает обеспечение нормального воспроизводства рабочей силы при выполнении простых неквалифицированных работ в нормальных условиях труда с нормальной интенсивностью и при соблюдении нормы рабочего времени.

Институт минимального размера оплаты труда по своей конституционно-правовой природе предназначен для установления того минимума денежных средств, который должен быть гарантирован работнику в качестве вознаграждения за выполнение трудовых обязанностей с учетом прожиточного минимума (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27 ноября 2008 года № 11-П).

Трудовой кодекс Российской Федерации в соответствии с требованиями Конституции Российской Федерации предусматривает, что месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда(часть третья статьи 133); величина минимального размера оплаты труда является одной из основных государственных гарантий по оплате труда работников (статья 130).

Согласно части первой статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно подчеркивал необходимость при установлении системы оплаты труда в равной мере соблюдать как норму, гарантирующую работнику, полностью отработавшему за месяц норму рабочего времени и выполнившему нормы труда (трудовые обязанности), заработную плату не ниже минимального размера оплаты труда, так и правила статей 2, 132, 135, 146, 148, 315, 316 и 317 Трудового кодекса Российской Федерации, в томчисле правило об оплате труда, осуществляемого в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, в повышенном размере по сравнению с оплатой идентичного труда, выполняемого в нормальных климатических условиях (определения от 01 октября 2009 года№ 1160-О-О, от 17декабря 2009 года№ 1557-О-О, от 25 февраля 2010 года № 162-О-О и от 25 февраля 2013 года № 327-О).

Приведенная позиция согласуется с предусмотренной Конституцией Российской Федерации, ее статьей 37 (часть 3), гарантией вознаграждения за труд без какой бы то ни было дискриминации, а также с закрепленным в ее статье 19 (части 1 и 2) общеправовым принципом юридического равенства, который, помимо прочего, обусловливает необходимость предусматривать обоснованную дифференциацию в отношении субъектов, находящихся в объективно разном положении.

Аналогичные подходы применимы и к вопросам компенсационных выплат за работу во вредных условиях труда, в особых условиях труда, т.к. это работа в условиях, отличающихся от нормальных.

Повышенная оплата труда в связи с работой в условиях, отличающихся от нормальных (во вредных условиях, особых условиях труда), должна производиться после определения размера заработной платы и выполнения конституционного требования об обеспечении минимального размера оплаты труда, а значит, доплаты за работу в таких условиях не могут включаться в состав минимального размера оплаты труда.

В противном случае месячная заработная плата работников, полностью отработавших норму рабочего времени в нормальных условиях (с допустимыми условиями труда и вне работы в особых условий труда), могла бы по своему размеру не отличаться от оплаты труда лиц, работающих во вредных условиях труда, при выполнении работы в особых условиях. Таким образом, гарантия повышенной оплаты труда в связи с работой в особых условиях (ст. ст. 147, 149 Трудового кодекса Российской Федерации) утрачивала бы реальное содержание, превращаясь в фикцию, а право истца на компенсацию повышенных затрат, обусловленных работой во вредных и особых условий труда, являлось бы нарушенным. Нарушались бы и конституционные принципы равенства и справедливости, из которых вытекает обязанность государства установить такое правовое регулирование в сфере оплаты труда, которое обеспечивает основанную на объективных критериях, включая учет условий осуществления трудовой деятельности, заработную плату всем работающим и не допускает применения одинаковых правил к работникам, находящимся в разном положении.

Поглощение выплат, специально установленных для возмещения дополнительных материальных и физиологических затрат работников, связанных с работой во вредных условиях труда, работой в особых условиях труда, минимальным размером оплаты труда, по существу, приводило бы к искажению правовой природы как этой гарантии, так и самих указанных выплат, что недопустимо в силу предписаний статьи 37 (часть 3) Конституции Российской Федерации и принципов правового регулирования трудовых правоотношений.

С точки зрения характера выплат выплаты за работу во вредных условиях труда, в особых условиях труда и районный коэффициент являются компенсационными выплатами, поэтому к спорным выплатам выводы, содержащиеся в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07 декабря 2017 года№ 38-П относительно невозможности начисления районного коэффициента на оклад, который меньше минимального размера труда, применимы.

Истец правомерно требует взыскания доплаты заработной платы, обоснованно указывает на то, что компенсационные выплаты за работу во вредных и особых условиях труда работодатель обязан начислять на минимальный размер оплаты труда (в случае, если истцом за месяц отработана норма рабочего времени), а не на оклад в указанных выше размерах.

Тот факт, что в локальном акте ответчика предусмотрено начисление компенсационных выплат на оклад, не может быть основанием для отказа истцу в иске, так как такое правовое регулирование (в случае, когда оклад работника ниже минимального размера оплаты труда) прямо противоречит трудовому законодательству (ст. ст. 2, 133, 147, 149 Трудового кодекса Российской Федерации), а потому применяться не может (ч. 4 ст. 8Трудового кодекса Российской Федерации).

Суд, с учетом выполненногоистцом расчета, представленных доказательств об отработанном истцом в спорном периоде времени, окладеистца и установленных надбавках, приходит к выводу о необходимости удовлетворить иск частично, поскольку исключению из расчета подлежат стимулирующие выплаты, размер которых устанавливается работодателем.

Прокурор, исходя из расчетов, указанных в иске (л. д. 3-6), фактически просит взыскать недополученные суммы за период с 01 января по май 2020 года, так как расчет требуемой ко взысканию суммы произведен именно за этот период. Однако за май 2020 года суд принимает к расчету период с 01 по 20 мая, поскольку из расчетного листка за май следует, что с 21 по 31 мая 2020 года ФИО2 на работе отсутствовала.

По состоянию на01 января 2020 года истец работала в качестве младшего воспитателя.По представленному дополнительному соглашениюк трудовому договору от 01 октября 2019 года и 07 марта 2020 года и расчетными листками (л.д. 23-26, 10-11) по этой должности оклад истца составлял 4 137 рублей, надбавка за особые условия труда - 35%, за работу во вредных условиях - 10%, за работу в ночное время и в не рабочие и праздничные дни, районный коэффициент - 15%, сведений об изменении этих условий договора нет, поэтому в указанный период суд расчет производит исходя из этих значений.

В период с 01января 2020 года минимальный размер оплаты труда составляет12 130 рублей (Федеральный законот 27 декабря 2019года № 463-ФЗ).

В январе 2020 года истец отработала 144 часа при норме 136 часов (что следует из расчетного листка). Соответственно, размер оклада за фактически отработанное время составил 12 843 рубля 36 копеек (12 130 руб. : 136 часов х 144 часа), размер надбавки за особые условия труда должен составлять 4 495 рублей18 копейки (12 843,36 x 0,35), за работу во вредных условиях–1 284 рубля34 копейки (12 843,36 x 0,1), за работу в ночное время – 1 284 рубля34 копейки (12 130 руб. : 144 часа : 50 % х 48 часов), за праздничные дни – 2 647 рублей 80 копеек(12 130 руб. х 12 мес. : 1979 (количество рабочих часов за год) х 36 часов), итого оплата труда с начислением районного коэффициента должна составлять 26 923 рубля27 копеек((12 843,36 руб. + 4 495,18 руб. + 1 284,34 руб. + 2 140,8 руб. + 2 647,8 руб.) x 1,15). Данная сумма включает в себя налог на доходы физических лиц (НДФЛ).

Фактически начисленная сумма с НДФЛ за январь 2020 года составила 16 868 рублей98 копеек, недоначисленная сумма 10 054 рубля29 копейки (26 923,27 руб. – 16 868,98 руб.).

Согласно расчетному листку в феврале 2020 года ФИО2 отработала 153 часа при норме 152 часа. Соответственно, размер оклада за фактически отработанное время составил 12 209 рублей 40 копеек (12 130 руб. : 152 часа х 153 часа), размер надбавки за особые условия труда должен составлять 4 273 рубля 29 копеек (12 209,4 руб. x 0,35), за работу во вредных условиях – 1 220 рублей 94 копейки (12 209,4 руб. x 0,1), за работу в ночное время – 2 234 рубля 40 копеек (12 130 руб. : 152 часа : 50 % х 56 часов), за работу в праздничные дни – 882 рубля 60 копеек, итого оплата труда с начислением районного коэффициента должна составлять 23 943 рубля 72 копейки ((12 209,4 руб. + 4 273,29 руб. + 1 220,94 руб. + 2 234,4 руб. + 882,6 руб.) x 1,15). Данная сумма включает в себя налог на доходы физических лиц (НДФЛ).

Фактически начисленная сумма с НДФЛ за февраль 2020 года составила 27 700 рублей 38 копеек. При этом в данную сумму вошла доплата доМРОТ за январь 2020 года в размере 8 463 рубля 18 копеек. Таким образом за январь фактически начислено 25 332 рубля 16 копеек (16 868,98 руб. + 8 463,18 руб.). С учетом произведенного судом расчета, за январь 2020 года недоначисленная сумма, подлежащая выплате ФИО2 составляет 1 591 рубль11 копеек (26 923,27 руб. – 25 332,16 руб.), а за февраль 4 706 рублей 52 копейки (23 943,72 руб. – (27 700,38 руб. – 8 463,18 руб.)).

В марте 2020 года истец отработала 114 часов при норме 168 часов. Размер оклада за фактически отработанное время должен был быть 8 230 рублей 80 копеек (12 130 руб. : 168 часов х 114 часов), размер надбавки за особые условия труда составляет 2 880 рублей78 копеек (8 230,8 руб. x 0,35), за работу во вредных условиях – 823 рубля 08 копеек (8 230,8 руб. x 0,1), за работу в ночное время – 1 516 рублей 20 копеек (12 130руб. : 168 часов : 50 % х 42 часа), за работу в праздничные дни – 588 рублей 40 копеек. Итого оплата труда с начислением районного коэффициента должна составлять 16 145 рублей15 копеек ((8 230,8 руб. + 2 880,78 руб. + 823,08 руб. + 1 516,2 руб. + 588,4 руб.) x 1,15). Данная сумма включает в себя налог на доходы физических лиц (НДФЛ).

Фактически начисленная сумма с НДФЛ за март 2020 года составила 16 417 рублей27 копеек, следовательно, задолженность отсутствует.

ФИО2 в апреле 2020 года отработала 116 часов, хотя норма составляла 175 часов по производственному календарю. Следовательно, оклад за этот месяц составил 8 039 рублей 69 копеек (12 130 руб. : 175 часов х 116 часов), размер надбавки за особые условия труда 2 813 рублей 97 копеек (8 039,96 руб. x 0,35), за работу во вредных условиях – 803 рубля 06 копеек (8 039,96 руб. x 0,1), за работу в ночное время – 2 703 рубля48 копеек (12 130 руб. : 175 часов : 50 % х 78 часов). Итого оплата труда с начислением районного коэффициента должна составлять 12 482 рубля02 копейки ((8 039,96 руб. + 2 813,97 руб. + 803 руб. + 2 703,48 руб.) x 1,15). Данная сумма включает в себя налог на доходы физических лиц (НДФЛ).

За апрель 2020 года истцу начислили с учетом НДФЛ заработную плату 12 798 рублей 10 копеек, поэтому задолженность отсутствует.

За май 2020 года ФИО2 отработала 93 часа при норме рабочего времени 135 часов. С учетом расчета по МРОТ размер оклада за этот месяц составил 8 356 рублей 05 копеек (12 130 руб. : 135 часов х 93 часа), размер надбавки за особые условия труда составляет 2 924 рубля 61 копейка (8 356,05 руб. x 0,35), за работу во вредных условиях – 835 рублей 61 копейка (8 356,05 руб. x 0,1), за работу в ночное время – 1 797 рублей 20 копеек (12 130 руб. : 135 часов : 50 % х 40 часов), за работу в нерабочие праздничные дни – 1 765 рублей 20 копеек ( 12 130 руб. х 12 мес. : 1979 часов (норма рабочих часов за год) х 24 часа). Таким образом размер оплаты труда с начислением районного коэффициента за май 2020 года должен составлять 18 030 рублей 47 копеек ((8 356,05 руб. + 2 924,61 руб. + 835,61 руб. + 1 797,2 руб. + 1 765,2 руб.) x 1,15). Данная сумма включает в себя налог на доходы физических лиц (НДФЛ).

Фактически начисленная сумма с НДФЛ замая 2020 года составила 18 738 рублей 88 копеек, при таких обстоятельствах задолженность отсутствует.

Таким образом недоплата по заработной плате имела место только в январе и феврале 2020 года и составляет 6 297 рублей 63 копейки (1 591,11 руб. + 4 706,52 руб.). Именно эту сумму (с удержанием при выплате НДФЛ) суд взыскивает с ответчика в пользу истца.

При вынесении решения суд обязан решить вопрос о взыскании госпошлины (ст. 98 ГПК РФ). Истец при подаче иска была освобождена от уплаты государственной пошлины, поэтому с ответчика, на основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в доход местного бюджета пропорционально удовлетворенным требованиям надлежит взыскать государственную пошлину в сумме 400 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

иск прокурора г. Качканара, действующего в интересах ФИО2, к Государственному автономному учреждению социального обслуживания Свердловской области «Центр социальной помощи семье и детям г. Качканара» о взыскании задолженности по заработной плате удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного автономного учреждения социального обслуживания Свердловской области «Центр социальной помощи семье и детям г. Качканара» в пользу ФИО2 задолженность по заработной плате за период с 01 января по 20 мая 2020 года в размере 6 296 (шесть тысяч двести девяносто шесть) рублей 87 копеек.

Взыскать с Государственного автономного учреждения социального обслуживания Свердловской области «Центр социальной помощи семье и детям г. Качканара» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 400 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Качканарский городской суд.

Судья О.А. Закирова