Решение № 2-273/2019 2-273/2019~М-195/2019 М-195/2019 от 3 июля 2019 г. по делу № 2-273/2019

Дело № 2-273/2019 (УИД 24RS0040-03-2019-000193-46)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

4 июля 2019 года город Норильск

Норильский городской суд в районе Кайеркан г. Норильска Красноярского края

в составе председательствующего судьи Бурхановой Ю.О.,

при секретаре судебного заседания Завацкой Ю.Г.,

с участием прокурора Рыбаковой Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о признании утратившим право пользования жилым помещением,

установил:

ФИО3 через своего представителя ФИО5, действующую на основании нотариально удостоверенной доверенности, обратился в суд с иском к ФИО4 о признании утратившим право пользования жилым помещением, в обоснование заявленных требований (с учетом дополнений к исковому заявлению) указав, что является собственником жилого помещения по адресу: <адрес>, на основании договора купли-продажи. 15 октября 1997 года в жилом помещении был поставлен на регистрационный учет ответчик как супруг его матери ФИО5 В последствии квартира была приватизирована ФИО5, ответчик право на участие в приватизации жилого помещения утратил, поскольку ранее уже участвовал в приватизации квартиры по адресу: <адрес>. На основании договора купли-продажи от 6 июня 2014 года квартира была продана ФИО5 ФИО1, по согласованию с новым собственником жилья ответчик остался состоять в указанной квартире на регистрационном учете и имел право пользования ею совместно со своей женой на условиях оплаты коммунальных услуг. На протяжении всего последующего периода нахождение ответчика по месту регистрации носило периодический характер. Отношения между мамой и отчимом не сложились, он страдает хроническим алкоголизмом, снимет пенсию и уезжает неизвестно куда, все пропивает, ведет себя неадекватно, не отвечает за свои действия и последствия, три раза внезапно улетал на материк, приходилось разыскивать его через полицию. В настоящее время ответчик выехал из спорного жилого помещения, адрес места жительства назвать отказывается, при проведении оперативных действий по розыску ФИО4 на основании заявления от 2 мая 2019 года сотрудниками полиции ответчик был установлен, в телефонном разговоре сообщил, что в квартиру для проживания не вернется, назвать адрес места жительства отказался. Фактически в спорной квартире ответчик не проживает, его вещей в жилом помещении нет, обязательства по оплате жилья и коммунальных услуг он не исполняет. Изложенное свидетельствует о том, что ФИО4 не пользуется спорной жилой площадью по собственному волеизъявлению. Препятствий в пользовании жилым помещением ответчику не чинилось. Фактически семейные отношения между ФИО5 и ФИО4 прекращены. Родственные отношения между ним и ответчиком отсутствуют, он был вселен в жилое помещение как иной гражданин, признаваемый в силу ч. 1 ст. 31 ЖК РФ членом семьи собственника. В настоящее время членом семьи истца ФИО4 не является, какого-либо соглашения о пользовании жилым помещением сторонами не достигнуто.

Просит суд признать ФИО4 утратившим право пользования спорным жилым помещением.

В судебное заседание истец ФИО3 не явился, о времени и месте его проведения извещен надлежаще, об уважительности причин неявки суд не уведомил, об отложении судебного разбирательства, рассмотрении дела в его отсутствие не просил.

Представитель истца ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержала по изложенным в иске основаниям, дополнительно суду пояснив, что с ответчиком в настоящее время состоит в зарегистрированном браке, обратилась в суд с иском о расторжении брака ввиду поведения ФИО4, злоупотребления им спиртным. ФИО4 зарегистрирован в спорной квартире, которая в настоящее время принадлежит ее сыну, с 1997 года. На момент регистрации в спорном жилом помещении они с ответчиком также состояли в браке, он был зарегистрирован в квартире в качестве члена ее семьи. В дальнейшем квартира была приватизирована, продана ФИО1, по согласованию с которым фактически они со ФИО4 продолжали проживать в жилом помещении. В 2018 году квартиру купил ее сын. ФИО4 в квартире проживал периодически, выезжал из нее на длительные периоды времени, в том числе без предупреждения вылетал на материк, неоднократно она обращалась в органы внутренних дел для его розыска. Каких-либо препятствий в пользовании жилым помещением ответчику она или ее сын не чинили, непроживание ФИО4 в квартире связано с его аморальным образом жизни, злоупотреблением спиртным. С 23 апреля 2019 года ответчик в квартире не проживает, ею принимались меры к его розыску, сотрудниками полиции ФИО4 был установлен, в телефонном режиме отказался назвать адрес места жительства, сообщил, что никто не удерживает его насильно, в квартиру он не вернется. В июне 2019 года по просьбе ФИО4 их общие знакомые вывезли из квартиры оставшиеся вещи ответчика, она помогала в их перевозке. В период проживания в каких-либо расходах по содержанию жилья ответчик участия не принимал. В настоящее время с сыном совместно они не проживают, сын проживает отдельно в <адрес>, где у него организован свой быт, сын имеет самостоятельный бюджет. ФИО4 членом семьи ФИО3 не является, против его проживания в квартире ФИО3 возражает. Просит исковые требования удовлетворить.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещался заказной почтовой корреспонденцией по месту регистрации, а также телефонограммами, доказательств уважительности причин неявки в судебное заседание, также как и письменных возражений по существу иска не представил, об отложении судебного разбирательства, рассмотрении дела в его отсутствие не просил.

В связи с неизвестностью фактического места жительства ответчика, которое не было установлено судом и в ходе судебного разбирательства дела, поскольку, будучи уведомленным о времени и месте судебного разбирательства телефонограммой, ответчик адрес фактического места жительства назвать отказался, подтвердив факт непроживания в спорном жилом помещении, ответчику ФИО4 в соответствии со ст. 50 ГПК РФ был назначен представитель адвокат Хлыстиков К.Г., который в судебном заседании исковые требования не признал, указав, что ответчик был вселен в жилое помещение в качестве члена семьи нанимателя, а в последующем собственника квартиры. Не смотря на передачу жилого помещения в собственность иных лиц ФИО4 продолжал пользоваться жилым помещением с согласия его собственников. В настоящее время со ФИО5 он состоит в зарегистрированном браке, они ведут общее хозяйство, имеют единый бюджет, совместно планируют выехать за пределы г. Норильска, т.е. продолжают быть одной семьей, в том числе и с собственником квартиры ФИО3, который приходится ФИО5 сыном. Выезд ответчика из жилого помещения носит вынужденный и временный характер ввиду конфликтных отношений с супругой, в квартире остались личные вещи ФИО4 Просит в удовлетворении исковых требований отказать.

В соответствии со ст. 167, 119 ГПК РФ гражданское дело рассмотрено судом в отсутствие неявишихся лиц.

Заслушав участников судебного разбирательства, исследовав письменные доказательства, заслушав заключение прокурора Рыбаковой Ю.В., полагавшей исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО5 является матерью истца ФИО3

ФИО4 и ФИО5 состояли в зарегистрированном браке с 24 мая 1997 года по 14 сентября 2010 года. 19 марта 2011 года между ФИО4 и ФИО5 вновь зарегистрирован брак, который на текущий момент не расторгнут.

Квартира по адресу: <адрес>, находилась в муниципальной собственности и на основании договора социального найма жилого помещения № 326 от 7 июля 2008 года была предоставлена в бессрочное владение и пользование нанимателю ФИО5 на состав семьи из трех человек, включая супруга ФИО4, сына ФИО3

6 октября 2009 года между Управлением жилищного фонда Администрации г. Норильска и ФИО5 был заключен договор передачи жилого помещения в собственность граждан № 74440, на основании которого 26 апреля 2010 года было зарегистрировано право собственности ФИО5 на жилое помещение.

На момент приватизации ФИО5 жилого помещения равным с нанимателем жилого помещения правом пользования им обладали члены ее семьи ФИО3 и ФИО4, каждым из которых было оформлено заявление (согласие) об отказе от участия в приватизации жилого помещения. При этом ФИО4 ранее реализовал право на приватизацию жилого помещения, что подтверждается материалами приватизационного дела на жилое помещение по адресу: <адрес>, которое на основании договора о передаче квартиры в собственность граждан № 7371 от 12 мая 1993 года было передано в долевую собственность ФИО4 и несовершеннолетней ФИО2

6 июня 2014 года жилое помещение по адресу: <адрес>, было отчуждено ФИО5 по договору купли-продажи ФИО1, право собственности которого, возникшее из указанного договора, зарегистрировано 18 июня 2014 года.

4 сентября 2018 года между ФИО1 и ФИО3 заключен договор купли-продажи спорного жилого помещения, по условиям которого стороны пришли к соглашению, что в указанной квартире на момент заключения договора остаются зарегистрированными ФИО4, ФИО5

15 сентября 2018 года на основании вышеуказанного договора купли-продажи зарегистрировано право собственности ФИО3 на жилое помещение по адресу: <адрес>, которое является актуальным в настоящее время.

Согласно выписке из домовой книги и финансово-лицевого счета на жилое помещение, в квартире <адрес> зарегистрированы по месту жительства собственник жилого помещения ФИО3 (с 19 апреля 1989 года), ФИО5 (с 13 ноября 1992 года), ФИО4 (с 15 октября 1997 года).

Из пояснений в судебном заседании представителя истца ФИО5 следует, что с момента регистрации в спорном жилом помещении, не смотря на переходы прав собственности на него, ответчик ФИО4 проживал в квартире по адресу: <адрес>, выехав из нее в апреле 2019 года.

Из характеризующей справки на ответчика следует, что ФИО4 зарегистрирован в жилом помещении по адресу: <адрес>, где фактически с 23 апреля 2019 года не проживает.

В соответствии со ст.ст. 209, 288 ГК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения жилым помещением в соответствии с его назначением.

Собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом. Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, Жилищным кодексом РФ (ст. 30 ЖК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 31 Жилищного кодекса РФ равным с собственником правом пользования жилым помещением (если иное не установлено соглашением с собственником) обладают члены его семьи, к которым в силу ч. 1 указанной нормы относятся проживающий совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении супруг, а также дети и родители данного собственника.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", семейные отношения характеризуются, в частности, взаимным уважением и взаимной заботой членов семьи, их личными неимущественными и имущественными правами и обязанностями, общими интересами, ответственностью друг перед другом, ведением общего хозяйства.

В силу ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. По смыслу ч.ч. 1, 4 ст. 31 ЖК РФ к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. Под прекращением семейных отношений между супругами следует понимать расторжение брака в органах записи актов гражданского состояния, в суде, признание брака недействительным. Отказ от ведения общего хозяйства иных лиц с собственником жилого помещения, отсутствие у них с собственником общего бюджета, общих предметов быта, неоказание взаимной поддержки друг другу и т.п., а также выезд в другое место жительства могут свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения, но должны оцениваться в совокупности с другими доказательствами, представленными сторонами.

Основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом, в силу ч. 2 ст. 292 ГК РФ является также переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу.

В соответствии со ст. 19 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» № 189-ФЗ от 29 декабря 2004 года действие положений ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Исходя из правовой позиции, сформулированной в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного Кодекса Российской Федерации», к названным в ст. 19 Вводного закона бывшим членам семьи собственника жилого помещения не может быть применен п. 2 ст. 292 ГК РФ, так как, давая согласие на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна (ст. 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»), они исходили из того, что право пользования данным жилым помещением для них будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу (например, купля-продажа, мена, дарение, рента, наследование). Аналогичным образом при переходе права собственности на жилое помещение к другому лицу должен решаться вопрос о сохранении права пользования этим жилым помещением за бывшим членом семьи собственника жилого помещения, который ранее реализовал свое право на приватизацию жилого помещения, а затем вселился в иное жилое помещение в качестве члена семьи нанимателя по договору социального найма и, проживая в нем, дал необходимое для приватизации этого жилого помещения согласие.

Анализ установленных при рассмотрении гражданского дела обстоятельств с учетом приведенных выше законоположений позволяет суду прийти к выводу, что ФИО4 был вселен в спорное жилое помещение в качестве члена семьи нанимателя жилого помещения и имел равные с нанимателем жилого помещения права пользования им.

Поскольку, исходя из содержания ст. 2 Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции, действовавшей до внесения в нее изменений Федеральным законом от 16 октября 2012 года № 170-ФЗ), реализация права на приватизацию жилого помещения была поставлена в прямую зависимость от наличия согласия всех лиц, занимающих его по договору социального найма, которое предполагало достижение договоренности о сохранении за теми из них, кто отказался от участия в приватизации, права пользования приватизированным жилым помещением, приватизация жилого помещения по адресу: <адрес>, ФИО5 была невозможна без соответствующего согласия ФИО4, не смотря на то, что ранее ответчиком уже было реализовано право на приватизацию иного жилого помещения.

Учитывая, что при приватизации спорной квартиры ответчик ФИО4, являясь членом семьи нанимателя жилого помещения, в силу ст.ст. 53, 54 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшего на момент вселения ФИО4 в жилое помещение, а также ст. 69 ЖК РФ, действовавшего на момент приватизации жилого помещения, имел равные права пользования спорным жилым помещением с нанимателем и иными членами его семьи; приватизация квартиры без согласия ответчика была невозможна, по смыслу ст. 19 Федерального закона № 189-ФЗ от 29 декабря 2004 года за ответчиком сохраняется право пользования приватизированным жилым помещением, которое носит бессрочный характер независимо от прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения и перехода права собственности на жилое помещение к другим лицам. Изложенное свидетельствует, что, вопреки доводам стороны истца, отчуждение жилого помещения ФИО5 ФИО1, а им в свою очередь ФИО3, безусловным основанием для прекращения у ответчика права пользования жилым помещением не является.

В этом случае реализация права пользования жилым помещением зависит от усмотрения самого ФИО4 Исходя из этого, юридически значимыми и подлежащими доказыванию по настоящему делу являются следующие обстоятельства: по какой причине и как долго ФИО4 отсутствует в спорном жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный или добровольный характер, временный или постоянный, не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, исполняет ли ответчик обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг. Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением, по смыслу закона, может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина.

Как следует из пояснений в судебном заседании представителя истца, с апреля 2019 года ФИО4 в спорном жилом помещении не проживает, членом семьи его собственника по смыслу ч. 1 ст. 31 ЖК РФ в настоящее время не является, поскольку общего хозяйства с ним не ведет, единого бюджета и быта не имеет, расходов по оплате жилья и коммунальных услуг не несет.

Не оспаривая факта непроживания ответчика в спорном жилом помещении, возражая против удовлетворения заявленных требований, представитель ответчика в судебном заседании ссылался на вынужденный характер непроживания ФИО4 в квартире виду конфликтных отношений с супругой, вместе с тем, каких-либо достоверных и допустимых доказательств в обоснование указанных доводов суду не представил. Из пояснений в судебном заседании представителя истца ФИО5 следует, что препятствий в пользовании жилым помещением собственном квартиры или ею как фактически проживающим в жилом помещении по соглашению с истцом лицом, не чинилось, выезд ответчика из жилого помещения носил добровольный характер. Указанные доводы стороны истца, вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ, возлагающей на ответчика бремя доказывания возражений против заявленных требований, не опровергнуты, будучи осведомленным о сути спора, рассматриваемого судом, сам ФИО4 доказательств вынужденного характера выезда из жилого помещения либо временности его отсутствия в нем, а также доказательств, свидетельствующих о том, что после прекращения проживания в жилом помещении он предпринимал реальные меры к осуществлению прав и несению обязанностей, связанных с пользованием жилым помещением, суду не представил.

Согласно ч. 7 ст. 31 Жилищного кодекса РФ гражданин, пользующийся жилым помещением на основании соглашения с собственником данного помещения, имеет права, несет обязанности и ответственность в соответствии с условиями такого соглашения. В силу ч. 1 ст. 35 Жилищного кодекса РФ в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным законом или договором, гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им).

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что ФИО4, являясь по отношению к жилому помещению бывшим членом семьи бывшего собственника жилого помещения, в настоящее время добровольно отказался от права пользования указанным жилым помещением. Соглашение о порядке пользования жилым помещением с нынешним его собственником ФИО3 у ответчика ФИО4 отсутствует, собственник жилого помещения возражает против проживания в нем ответчика. При таких обстоятельствах истец как собственник жилого помещения в силу ст. 304 ГК РФ вправе требовать устранения любого нарушения его права, хотя бы это нарушение и не было соединено с лишением владения, а потому требования ФИО3 о признании ФИО4 утратившим право пользования спорным жилым помещением являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить.

Признать ФИО4 утратившим право пользования жилым помещением – <адрес>.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в месячный срок со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Норильский городской суд в районе Кайеркан г. Норильска Красноярского края.

Судья Ю.О. Бурханова

Решение суда в окончательной форме принято 12 июля 2019 года.