Решение № 2А-1404/2023 2А-82/2024 2А-82/2024(2А-1404/2023;)~М-1406/2023 М-1406/2023 от 11 февраля 2024 г. по делу № 2А-1404/2023

2а-1-82/2024

64RS0007-01-2023-003180-49


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 февраля 2024 года город Балашов

Балашовский районный суд Саратовской области в составе:

председательствующего судьи Тарараксиной С.Э.,

при секретаре Ланиной К.А.,

с участием административного истца ФИО1,

представителя административных ответчиков по доверенностям ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 к ФКУТ УФСИН России по <адрес>, УФСИН России по <адрес>, ФСИН России о признании незаконным действий должностных лиц, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,-

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском о признании незаконным действий должностных лиц ФСИН России, совершенных в отношении него и его личных вещей при проведении ДД.ММ.ГГГГ полного личного обыска и досмотра с применением физической силы в ФКУТ УФСИН России по <адрес>. В счет компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении просит взыскать 300000 руб.

В обоснование требований указывает, что административный ответчик ФКУТ УФСИН России по <адрес> нарушил его право на свободу и личную неприкосновенность путем применения ДД.ММ.ГГГГ в отношении него физической силы. Применение физической силы обусловлено отказом от проведения полного личного обыска. Полагает, что такие действия совершены сотрудниками ФСИН России в нарушение установленного порядка совершения таких действий, не были вызваны служебной необходимостью, в связи с чем не соответствовали критериям разумности и соразмерности допущенного проступка. Считает, что помещение, в котором проводился обыск, не отвечало требованиям п. 342 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений. По мнению автора административного иска, полный личный обыск должен был проводиться за ширмой, независимо от применения физической силы. Полагает административный истец, что при проведении в отношении него полного личного обыска были нарушены требования п.. 338, 342 ПВР ИУ, а досмотр его вещей произведен в форме включающей действия, унижающие его личное достоинство.

Административный истец ФИО1 в судебном заседании, проведенном путем использования системы видеоконференц-связи, настаивал на удовлетворении заявленных требований. В ходе судебных заседаний дополнил, что отказался исполнять требование сотрудников ИУ о полном личном обыске, полагая его незаконным, поскольку считает применимыми в рассматриваемом случае к нему п. 347.3 ПВР ИУ, в соответствии с которым при проведении обыска в запираемых помещениях, камерах тюрем, ДИЗО, ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, ТПП, одиночных камерах, камерах ИК особого режима для размещения осужденных, отбывающих пожизненное лишение свободы должен проводиться личный неполный обыск осужденного. Основания, предусмотренные п. 343 ПВР ИУ для проведения полного личного обыска на момент проведения обысковых мероприятий отсутствовали. Помещение, в котором проводился обыск не относится к помещениям, непосредственно предназначенных для проведения личного обыска осужденного в соответствии требованиями п. 342 ПВР ИУ, а также Приказа ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ N 512, которым утверждены нормы обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, поскольку отсутствовали предусмотренные стол, стулья. Вещи (верхняя и нижняя одежда) в ходе обыска были разбросаны по полу, поскольку их некуда было положить. Основанием к отказу выполнить требование сотрудников УИС послужило непредназначенность помещения для проведения личного обыска. Полагает незаконным и само применение к нему физической силы. В ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ дополнил административный иск основанием, по которым считал незаконным действия сотрудников УИС при производстве его личного полного обыска, поскольку сотрудник руководивший, проводимым в отношении него личным полным обыском старший прапорщик ФИО9 не мог быть уполномоченным лицом, ввиду наличия в составе группы сотрудников имеющих звания старше (офицеры). Показания свидетелей считает ошибочными ввиду неправильной оценки ситуации. Поскольку после применения физической силы четверо сотрудников полностью его раздели, все вещи находились на полу. Кроме того обратил внимание, что распоряжение о применении физической силы отдано за 4 секунды до истечения предоставленных 30 секунд на принятие решения. Считает предоставленное время для принятия решения недостаточным. Оснований для применения физической силы не было, так как никакого сопротивления им не оказывалось.

В ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 усомнился в достоверности представленного стороной административного ответчика документа, которым ФИО9 уполномочен быть старшим группы при производстве обыскных мероприятий ДД.ММ.ГГГГ, поскольку приказом, на основании которого организовано проведение общего обыска, подготовка плана общего обыска, руководство силами и средствами при проведении обыскных мероприятий, а также контроль за исполнением приказа возложены на начальника оперативного отдела УФСИН России по <адрес> ФИО10, поэтому только данное лицо вправе определять полномочия групп по проведению обысковых мероприятий.

Представитель административных ответчиков ФКУТ УФСИН России по <адрес>, УФСИН России по <адрес>, ФСИН России по доверенностям ФИО2 просил в удовлетворении требований ФИО1 отказать в полном объеме по доводам письменных возражений, считая заявленные требования не подтвержденными и необоснованными.

Представитель Саратовской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях <адрес> по доверенности ФИО3 в судебном заседании участия не принимал, извещен надлежащим образом.

Анализируя в совокупности, имеющиеся в деле доказательства и законодательство, подлежащее применению к рассматриваемому спору, суд приходит к следующему.

Согласно частям 1, 2 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение. Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (часть 1 статьи 227.1 КАС РФ).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5).

Режим в исправительных учреждениях - это установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания. В исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации (ч. 1,3 ст. 82 УИК РФ).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 приговором Липецкого областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом кассационного определения Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ осужден к наказанию в виде лишения свободы сроком на 23 года с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Постановлением Правобережного районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ переведен в тюрьму сроком на 2 года 11 месяцев 10 дней. Прибыл ФИО1 в ФКУТ УФСИН России по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ из ФКУ ИК-6 УФСИН России Липецкой <адрес> на основании указания № от ДД.ММ.ГГГГ.

По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 содержался в камере № режимного корпуса № ФКУТ УФСИН России по <адрес>.

В силу статьи 11 УИК РФ осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов. Осужденные обязаны вежливо относиться к персоналу, иным лицам, посещающим учреждения, исполняющие наказания, а также к другим осужденным. Неисполнение осужденными возложенных на них обязанностей, а также невыполнение законных требований администрации учреждений и органов, исполняющих наказания, влекут установленную законом ответственность.

Согласно п. 5 ст. 82 УИК РФ осужденные, а также помещения, в которых они проживают, могут подвергаться обыску, а вещи осужденных - досмотру.

Порядок производства обысков и досмотров определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации (п. 7 ст. 82).

На момент возникновения спорных правоотношений действовали Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ № (ПВР).

Согласно п. 336 раздела XX ПВР осужденные к лишению свободы, а также помещения, в которых они проживают, могут подвергаться обыску.

Обыск и досмотр в ИУ должны проводиться в пределах, необходимых для обнаружения запрещенных в ИУ вещей и предметов, в форме, исключающей действия, унижающие личное достоинство и причиняющие вред здоровью обыскиваемых (досматриваемых) лиц, а также нарушение конструктивной целостности принадлежащих им вещей и предметов, за исключением случаев, когда имеются достаточные основания полагать, что в досматриваемых вещах и предметах сокрыты запрещенные в ИУ вещи и предметы (п. 338).

Приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №-дсп утвержден Порядок проведения обысков и досмотров в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы и прилегающих к ним территориях, на которых установлены режимные требования (далее - Порядок).

Согласно указанному Порядку одним из видов обыска в исправительных учреждениях УИС является общий обыск (подп. 3 п. 7).

В силу п. 14 Порядка предусмотрено, что при общем обыске проводится комплекс мероприятий, осуществляемых администрацией УИС с привлечением в необходимых случаях специальных подразделений (кроме воспитательных колоний), сотрудников других учреждений и органов УИС. Общий обыск производится по решению начальника учреждения УИС или начальника территориального органа ФСИН России. При этом обыску подвергаются, в том числе и все осужденные. Общий обыск с привлечением личного состава отдела специального назначения проводится на основании приказа за подписью начальника территориального органа ФСИН России (п. 15).

Приказом Врио начальника УФСИН России по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ в ФКУТ УФСИН России по <адрес> организовано проведение общего обыска с привлечением сотрудников внештатной мобильной группы УФСИН России по <адрес>, сотрудников отдела специального назначения.

Как указывает административный истец, указанным приказом (п. 7) подготовку плана проведения общего обыска, руководство силами и средствами при проведении обыскных мероприятий, а также контроль за исполнением приказа возложен на начальника оперативного отдела УФСИН России по <адрес> ФИО10, в связи с чем полагает, что только данное лицо уполномочено определять лиц, ответственных за проведение ДД.ММ.ГГГГ обыскных мероприятий в ФКУТ УФСИН России, в связи с чем полагает неправомерным определение начальником отдела режима и надзора ФКУТ УФСИН России по <адрес> ФИО4 старшим группы прапорщика ФИО9, ввиду отсутствия на это соответствующих полномочий. На основании такой позиции ФИО1 считает незаконными требования ФИО9, предъявляемые к нему в ходе спорного обыскного мероприятия.

Суд не может согласиться с такой позицией административного истца.

Исходя из положений п. 5 вышеназванного приказа начальник ФКУТ УФСИН России по <адрес> уполномочен на утверждение списка личного состава, иных сил и средств для проведения внепланового общего обыска ДД.ММ.ГГГГ.

Стороной административного ответчика представлена справка за подписью начальника отдела режима и надзора ФКУТ УФСИН России по <адрес> ФИО4, согласно которой, старшим группы обыска назначен инспектор отдела режима и надзора ФКУТ УФСИН России по <адрес> прапорщик внутренней службы ФИО9

В подтверждение данных доводов представлен план проведения внепланового общего обыска в ФКУТ УФСИН России по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, утвержденный начальником учреждения ФИО14, согласно которому определены силы, привлекаемые к обыску в количестве 109 человек личного состава, среди которых указан участок №: камеры режимного корпуса №, расположенные на втором этаже №, 86-91, душевая, молельные комнаты, служебные кабинеты и подсобные помещения. К проведению обыскных мероприятий привлечены сотрудники УИС в количестве 20 человек, среди которых значится старшим группы прапорщик внутренней службы ФИО9, старший лейтенант внутренней службы ФИО15, прапорщик внутренней службы ФИО16

У суда нет оснований ставить под сомнение законность представленного документа в части наделения определенными полномочиями ФИО9, который назначен старшим группы, проводившей ДД.ММ.ГГГГ в рамках общего обыска в учреждении личный полный обыск ФИО1, в пределах предоставленных приказом УФСИН России по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ начальнику ФКУТ УФСИН России по <адрес> полномочий, и приходит к выводу о необоснованности довода ФИО1 об отсутствии у ФИО9 законных оснований осуществлять руководство спорным обыскным мероприятием, в том числе с отдачей соответствующих распоряжений, как сотрудникам УИС, так и осужденным, подвергаемым обыску.

Таким образом, распоряжения и требования ФИО9 как старшего группы, проводившей в ходе общего обыска личный полный обыск ФИО1 были обязательны к исполнению последним в силу норм действующего законодательства.

Суд считает ошибочной позицию административного истца в том, что в спорном случае в отношении него должны быть применяться нормы п. 347.3 ПВР ИУ, в соответствии с которым при проведении обыска в запираемых помещениях, камерах тюрем, ДИЗО, ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, ТПП, одиночных камерах, камерах ИК особого режима для размещения осужденных, отбывающих пожизненное лишение свободы должен проводиться личный неполный обыск осужденного, а основания, предусмотренные п. 343 ПВР ИУ для проведения полного личного обыска на момент проведения обысковых мероприятий отсутствовали.

Суд находит доказанным обстоятельство проведения личного полного обыска в отношении ФИО1 производилось в рамках общего обыска, в соответствии с подп. 3 п. 7, п. 14, 15 Порядка, проводимого на основании УФСИН России по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ.

В основание административного иска ФИО1 также приведены обстоятельства, по которым он считает нарушенными свои права действиями сотрудников ФСИН России, а именно: несоответствие помещения, в котором проводился его личный полный обыск, установленным нормам; необоснованное применение к нему сотрудниками УИС физической силы при производстве его личного полного обыска

Пунктом 341 ПВР ИУ предусмотрено, что личный обыск осужденного к лишению свободы проводится сотрудниками исправительного учреждения одного пола c обыскиваемым.

Данное требование при проведении полного личного обыска ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками исправительного учреждения соблюдено, что установлено в судебном заседании, стороной административного истца не оспаривалось.

Пунктом 342 главы 20 ПВР ИУ предусмотрено, что личный полный обыск осужденного к лишению свободы проводится в отдельном помещении ИУ, оснащенном напольным ковриком, температурный режим в котором должен соответствовать санитарно-эпидемиологическим требованиям. Для обеспечения приватности в указанном помещении при использовании в ИУ аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля устанавливаются ширмы. Личный полный обыск осужденного к лишению свободы проводится за ширмой». С учетом приведенной информации, довод об обязательном наличии в комнате для проведения обысков столов и стульев, суд считает несостоятельным, ввиду отсутствия прямого указания в данном пункте ПВР ИУ на обязательное наличие таких предметов мебели.

Полномочия сотрудников УИС РФ и порядок применения физической силы и специальных средств урегулированы статьей 28.1 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-I "Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации" согласно положениям которой, при применении физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия сотрудник уголовно-исполнительной системы обязан: предупредить о намерении их применения, предоставив достаточно времени для выполнения своих требований, за исключением случаев, если промедление в применении физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия создает непосредственную опасность жизни или здоровью персонала, иных лиц, осужденных или лиц, заключенных под стражу, может повлечь иные тяжкие последствия или если такое предупреждение в создавшейся обстановке является неуместным либо невозможным. В случае применения физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия в составе подразделения (группы) указанное предупреждение делает один из сотрудников уголовно-исполнительной системы, являющийся старшим подразделения (группы); обеспечить наименьшее причинение вреда осужденным, лицам, заключенным под стражу, и иным лицам, безотлагательное предоставление пострадавшим медицинской помощи и проведение необходимых мероприятий по фиксированию медицинскими работниками полученных указанными лицами телесных повреждений; доложить непосредственному начальнику и начальнику учреждения уголовно-исполнительной системы в письменной форме в возможно короткий срок, но не позднее 24 часов с момента применения физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия о каждом случае их применения.

Применение сотрудником уголовно-исполнительной системы физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия при наличии возможности фиксируется переносным видеорегистратором либо иными штатными аудиовизуальными средствами фиксации.

Сотрудник уголовно-исполнительной системы при применении физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия действует с учетом создавшейся обстановки, характера и степени опасности действий лиц, в отношении которых применяются физическая сила, специальные средства или огнестрельное оружие, характера и силы оказываемого ими сопротивления.

Согласно статье 29 названного закона, сотрудник уголовно-исполнительной системы имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять физическую силу, в том числе боевые приемы борьбы, если несиловые способы не смогли обеспечить выполнение возложенных на него обязанностей, в следующих случаях: для пресечения преступлений и административных правонарушений; для задержания осужденного или лица, заключенного под стражу; для пресечения неповиновения или противодействия законным требованиям сотрудника уголовно-исполнительной системы.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в ходе личного полного обыска осужденного ФИО1 последний, указав на несоответствие помещения, в котором проводились обысковые мероприятия, установленным нормам, отказался выполнять требования сотрудников, а именно снять с себя одежду. После предупреждения о применении к административному истцу физической силы в случае его отказа от выполнения требований, а также последовавшего за этим отказа ФИО1 сотрудниками УИС в отношении административного истца применена физическая сила, путем загиба рук за спину с последующим удержанием на полу. С ФИО1 снята одежда до нижнего белья. После того как ФИО1 прекратил противоправные действия применение физической силы сотрудниками УИС прекращено, административный истец самостоятельно снял нижнее белье.

Данные обстоятельства подтверждены в ходе судебного разбирательства пояснениями административного истца и представителя административных ответчиков, показаниями свидетелей, просмотренной видеозаписью проведения личного полного обыска ФИО1 с видеорегистратора «DOZOR-78», представленной на запрос суда, а также исследованными письменными доказательствами по делу.

Из представленных в материалы дела рапортов сотрудников УИС ФИО15 и ФИО17 следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 23 минуты на втором этаже режимного корпуса № ФКУТ УФСИН России по <адрес>, в соответствии со ст. 29 Закона РФ "Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации" в отношении осужденного ФИО1 при проведении полного личного обыска применена физическая сила. Основанием для применения физической силы послужил отказ ФИО1 выполнить законные требования сотрудников УИС, при этом указано на предоставление достаточного времени на принятие решения для выполнения такого требования и отказа от своих противоправных действий

Данные обстоятельства, изложенные в рапорте, нашли свое подтверждение показаниями свидетелей ФИО15 и ФИО17, допрошенных в судебном заседании. Которые пояснили, что нашли невозможным несиловым способом обеспечить выполнение возложенных на сотрудников УИС обязанностей, в целях пресечения неповиновения законным требованиям сотрудников УИС с наименьшим причинением вреда здоровью примерно в 15 часов 25 минут по команде инспектора отдела режима и надзора ФКУТ УФСИН России по <адрес> ФИО9, указанными лицами к ФИО1 применена физическая сила путем загиба рук за спину с последующим удержанием на полу. Примерно в 15 часов 27 минут осужденный ФИО1 отказался от своих противоправных действий и был освобожден от захвата, после чего самостоятельно предоставил нательное белье для досмотра. Факт нарушения ФИО1 установленного порядка отбывания наказания ДД.ММ.ГГГГ, а также порядок применения в отношении него физической силы зафиксирован на портативный видеорегистратор «DOZOR-78».

На основании вышеуказанных рапортов сотрудников УИС составлен акт о применении физической силы ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, в котором отражены обстоятельства происшествия. Данный акт утвержден руководителем исправительного учреждения.

После применения к ФИО1 физической силы последний был осмотрен фельдшером филиала МЧ-1 ФКУЗ –МСЧ-64 ФСИН России по <адрес> ФИО18 Согласно медицинскому заключению ФИО1 был осмотрен ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 26 минут в обысковой комнате режимного корпуса №. В ходе осмотра осужденным жалоб не высказано, открытых травматических повреждений не выявлено.

Факт применения физической силы к ФИО1 в ходе проведения общего обыска в связи с отказом последнего от выполнения законных требований сотрудников УИС, отражен в Журнале формы № Регистрации информации о происшествиях

По факту проведения общего обыска ДД.ММ.ГГГГ с применением физической силы к осужденным, в том числе и административному истцу, в ФКУТ УФСИН России по <адрес> проведена проверка, по результатам которой

согласно заключению по результатам данной проверки от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного руководителем исправительного учреждения, нарушений законности со стороны сотрудников УИС при применении физической силы не выявлено. Применение физической силы, в том числе и в отношении ФИО1 признано законным и соответствующим требованиям ч. 1 ст. 86 УИК и ст. 28.1, п. 3 ст. 29, п. 8 ст. 30 Закона РФ «Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы РФ».

Справкой старшего инспектора отдела и режима ФКУТ УФСИН России по <адрес> ФИО19 подтверждены приведенные выше обстоятельства применения физической силы в отношении ФИО1 при производстве личного полного обыска ДД.ММ.ГГГГ. При этом указано на соответствие помещения, в котором проводились обыскные мероприятия осужденных, требованиям п. 342 главы 20 ПВР ИУ. Видеокамерой данное помещение не оборудовано, напольный коврик имелся в наличии, температурный режим соблюден.

По факту применения к осужденному ФИО1 физической силы при проведении общего обыска ДД.ММ.ГГГГ в ФКУТ УФСИН России по <адрес> Саратовской прокуратурой по надзору за соблюдением законности в исправительных учреждениях области также проведена проверка. Согласно заключению, утвержденному прокурором ФИО20 ДД.ММ.ГГГГ, не выявлено нарушений требований действующего законодательства.

Показания допрошенных в качестве свидетелей ФИО9, ФИО15, ФИО17 опровергают доводы ФИО1 о нарушении его прав при личном полном обыске с применением физической силы ввиду невыполнения законных требований сотрудников УИС. Разночтения в показаниях в части количества времени, предоставленного для принятия осужденным решения о прекращении противоправного поведения, а также наличие или отсутствие действий по раздеванию осужденного с применением физической силы не свидетельствует о незаконности действий сотрудников УИС в ходе проведения обыскных мероприятий, поскольку таких нарушений не установлено.

Согласно представленной видеозаписи с видеорегистратора «DOZOR-78» ФИО1 находился в отдельном помещении, ему объявлено о проведении в отношении него личного обыска, неоднократно предложено самостоятельно раздеться, на что последний ответил отказом, мотивируя отказ незаконностью предъявленного требования, поскольку помещение не предназначено для производства обыска. В случае отказа добровольно исполнить требование сотрудника УИС предупрежден о применении к нему физической силы. Требования о самостоятельном снятии одежды для обыска ФИО1 выполнены не были, в том числе и в предоставленное для принятия решения время, в связи с чем сотрудниками УИС к ФИО1 применена физическая сила путем загиба рук за спину с последующим удержанием на полу. После чего ФИО1 вновь предложено самостоятельно раздеться для проведения личного обыска, и сообщено о продолжении удержания до момента его согласия с требованиями сотрудников проводивших обыскные мероприятия. Последний согласия не высказал, и сотрудниками УИС с ФИО1 снята одежда до нижнего белья. После прекращения ФИО1 противоправных действий, последний освобожден от силового удержания. Самостоятельно снял нижнее белье, при этом отказался от предложенной ему для соблюдения приватности личного полного обыска ширмы.

Доводы административного истца, что снятая в ходе обыска одежда лежала на полу не нашли своего подтверждения (видеозапись), поскольку после осмотра одежда складывалась на широкий пластиковый подоконник данного помещения.

Не могут быть приняты во внимание и доводы ФИО1 об отсутствии напольного коврика и ширмы в комнате, где проводился его личный полный обыск.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, в том числе из пояснений представителя административных ответчиков и свидетелей, комната в которой проводился личный полный обыск ФИО1 оборудована ширмой и напольным ковриком, который необходим для расположения на нем осужденного добровольно снявшего обувь. По своим размерам коврик не предназначен для покрытия всей поверхности пола помещения для обыска и в случае применения физической силы не применяется. От предложенной ширмы при снятии нижнего белья ФИО1 отказался сам.

Позицию ФИО1, что основания для применения в отношении него физической силы ввиду отсутствия с его стороны сопротивления (просто стоял), суд считает ошибочной. В ходе судебного разбирательства установлено, что предъявляемые к ФИО1 требования при проведении личного полного обыска носили законный характер, последний обязан был выполнить, однако категорически отказался. Несмотря на отсутствие сопротивления сотрудникам УИС ФИО1, не предпринимал каких-либо действий, свидетельствующих о готовности выполнить законные требования сотрудников УИС.

Таким образом, со стороны ФИО1 имело место неповиновение законным требованиям сотрудников УИС, что в силу п. 3 абз. 1 ст. 29 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 5473-I "Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации" позволяет сотрудникам УИС применение к осужденному физической силы.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", к бесчеловечному обращению относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Основаниями для наступления ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом на потерпевшем лежит бремя доказывания обстоятельств, связанных с тем, что он перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.

Административный истец по делам данной категории обязан подтвердить, что оспариваемым решением, действием (бездействием) нарушены или могут быть нарушены его права, свободы и законные интересы либо возникла реальная угроза их нарушения (пункт 2 части 2 статьи 62 КАС РФ).

Нарушений со стороны административных ответчиков прав и законных интересов (в том числе и личных неимущественных прав) административного истца, изложенных в административном иске, судом не установлено. Все распорядительные действия исправительного учреждения в отношении ФИО1 не выходят за рамки, предусмотренных законодательством ограничений, связанных с исполнением наказания в виде лишения свободы, соответствуют принципам и целям отбывания наказания - исправление осужденного, обеспечение его социальной адаптацией при освобождении.

Анализируя собранные по делу доказательства, в их совокупности, суд не находит оснований к удовлетворению требований ФИО1 о признании незаконным действий, учитывая отсутствие доказательств нарушения прав сотрудниками УИС при проведении в отношении последнего личного полного обыска ДД.ММ.ГГГГ ФКУТ УФСИН России по <адрес>, в том числе факта незаконности действий должностных лиц УИС.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения, и не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Анализируя собранные по делу доказательства в их совокупности, учитывая отказ в удовлетворении требований ФИО1 о признании незаконными действий должностных лиц УИС, суд считает не подлежащими удовлетворению и требования о взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

Руководствуясь ст.ст. 175-180, 227 КАС РФ, суд

решил:

в удовлетворении административных исковых требований ФИО1 к ФКУТ УФСИН России по <адрес>, УФСИН России по <адрес>, ФСИН России о признании незаконным действий должностных лиц, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме (ДД.ММ.ГГГГ) путем подачи жалобы через Балашовский районный суд.

Судья С.Э. Тарараксина