Апелляционное определение № 33-893/2026 от 15 апреля 2026 г.

КИРОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 16 апреля 2026 г. по делу № 33-893/2026

Судья Данилина С.А. Дело № 2-4/86/2025

УИД 43RS0035-04-2025-000169-51

Судебная коллегия по гражданским делам Кировского областного суда в составе председательствующего судьи Дубровиной И.Л.,

судей Митяниной И.Л., Лебедевой С.П.,

при секретаре Охмат С.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Кирове гражданское дело по иску прокурора Пижанского района в интересах Г.В. к КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционным жалобам КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ», Г.В. на решение Советского районного суда Кировской области от 20 ноября 2025 г., которым постановлено:

Исковые требования прокурора Пижанского района, обратившегося в суд в интересах Г.В., к КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» в пользу Г.В. компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Заслушав доклад судьи Митяниной И.Л., объяснения Г.В., старшего прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе прокуратуры Кировской области Новиковой И.В., представителя КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» А.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

прокурор Пижанского района Кировской области обратился в суд в интересах Г.В. к КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда, указав, что прокуратурой района по обращению Г.В. о некачественном предоставлении медицинских услуг ее супругу В.А. была проведена проверка деятельности КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ», в ходе которой выявлены нарушения требований действующего законодательства. Установлено, что <дата> В.А. поступил в приемное отделение КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» с жалобами на боли в животе, по результатам осмотра был направлен в инфекционное отделение, в котором проходил лечение в стационарных условиях в период с <дата> по <дата>, после чего выписан домой, ему рекомендовано наблюдение в амбулаторных условиях. <дата> В.А. снова обратился за медицинской помощью в КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ», был направлен на лечение в стационарных условиях в хирургическое отделение КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ», где проходил лечение в период с <дата> по <дата>, ввиду ухудшения состояния здоровья <дата> направлен для проведения дополнительного обследования в КОГБУЗ «Советская ЦРБ». По результатам обследования в КОГБУЗ «Советская ЦРБ» В.А. установлен основной диагноз – <данные изъяты>. <дата> В.А. от медицинского вмешательства в КОГБУЗ «Советская ЦРБ» отказался, в связи с чем был доставлен в КОГКБУЗ «Больница скорой медицинской помощи» г. Киров, где проходил лечение в период с <дата> по <дата>. <дата> в КОГКБУЗ «Больница скорой медицинской помощи» г. Киров констатирована смерть В.А., причиной смерти явилось <данные изъяты>. На основании постановления следователя Советского МСО СУ СК России по Кировской области в рамках проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ по факту смерти В.А. проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, согласно заключению которой при оказании медицинской помощи В.А. медицинскими работниками КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» имелись недостатки, которые не имеют прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти В.А., однако, могли являться сопутствующим фактором, который повлек смертельный исход пациента, в силу чего между действиями ответчика и смертью В.А. имеется опосредованная (косвенная) причинно-следственная связь. Просил взыскать с КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» в пользу Г.В. компенсацию морального вреда в размере 1000000 руб.

Судом постановлено решение, резолютивная часть которого приведена выше.

В апелляционной жалобе КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» ставит вопрос об отмене решения суда. Диагноз, указанный в причине смерти В.А. – <данные изъяты>, ставится только по результатам гистологического исследования, которое можно получить после оперативного вмешательства. У ответчика такой возможности не было, в условиях КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» такие операции не проводятся. Ответчик оказывал медицинскую помощь по диагнозу <данные изъяты>, подтвержденному медицинскими учреждениями, которые в последующем обследовали В.А. По данному диагнозу ответчиком проведено лечение, в результате состояние пациента улучшилось. Недостатки медицинской помощи, указанные в заключении страховой компании, не могут быть расценены в качестве основания для удовлетворения исковых требований. Пациент умер не у ответчика, а в КОГКБУЗ «Больница скорой медицинской помощи» г. Киров, экспертиза качества оказанной медицинской помощи в названном медицинском учреждении не проведена. Лечением пациента занимался не только ответчик, медицинская помощь оказывалась еще в двух лечебных учреждениях. Заключением эксперта № установлено отсутствие прямой причинно-следственной связи между недостатками оказанной ответчиком медицинской помощи и наступлением смерти ФИО1 решение суда отменить.

В апелляционной жалобе (поименована возражениями на апелляционную жалобу, т.1, л.д. 230-233) Г.В., излагая хронологию оказания медицинской помощи ее супругу, считает, что действия хирурга стационара КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» нанесли вред здоровью больного, назначение препаратов, противопоказанных при <данные изъяты>, непринятие мер для экстренной хирургической операции для устранения <данные изъяты>, которые в последующем привели к осложнению, развитию перитонита и смерти больного. Просит удовлетворить исковые требования в полном объеме.

В дополнительных возражениях на апелляционную жалобу Г.В. указала, что лечащие врачи КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» должным образом не применяли клинические рекомендации и стандарты специализированной медицинской помощи. Полагает, что эксперты не ответили на вопросы, какое заболевание является причиной смерти В.А. и имела ли место постановка неправильного диагноза. Указывает на недостатки оказанной медицинской помощи, выявленные страховой компанией «СОГАЗ-Мед». Судом не мотивировано снижение компенсации морального вреда, не учтено, что она пенсионерка с низким доходом, она видела страдания супруга, если бы не халатное отношение врачей, он мог бы жить дольше. Просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

В возражениях на апелляционную жалобу КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» прокуратурой Пижанского района указано на необоснованность доводов апелляционной жалобы, ответчиком не доказано наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи. Просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО2 «Пижанская ЦРБ» указанно на необоснованность ее доводов. Истец не согласна с экспертным заключением, при этом не приводит каких-либо достоверных и допустимых доказательств своей позиции.

Разрешив вопрос о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, заслушав Г.В., принимавшую участие в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи на базе Советского районного суда Кировской области, настаивавшую на доводах апелляционной жалобы, старшего прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе прокуратуры Кировской области Новикову И.В., полагавшую, что размер компенсации морального вреда подлежит увеличению, представителя КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» А.В., поддержавшую доводы апелляционной жалобы, возражавшую против доводов апелляционной жалобы Г.В., обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений на них, проверив материалы дела и решение суда первой инстанции в пределах, предусмотренных ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ), судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что истец Г.В.,<дата> г.р. является супругой В.А., <дата> г.р.

<дата> в 11:30 В.А. поступил в КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ, с жалобами на общую слабость, боли по всему животу, рвоту; был осмотрен врачом-инфекционистом. На момент осмотра состояние В.А. расценивалось как относительно удовлетворительное. На основании данных осмотра пациенту был установлен предварительный диагноз: <данные изъяты>. В.А. был госпитализирован в инфекционное отделение (стационар), где проходил лечение с <дата> по <дата>, после чего был выписан.

<дата> В.А. в связи с ухудшением самочувствия вновь обратился в КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ», где осмотрен врачом общей практики, при осмотре заподозрено <данные изъяты>, в связи с чем были назначены исследования: <данные изъяты>. В этот же день В.А. осмотрен врачом-хирургом О.С., направлен на госпитализацию в хирургическое отделение КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» для обследования и лечения, от госпитализации в КОГБУЗ «Советская ЦРБ» отказался.

При поступлении в стационар хирургического отделения КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» В.А. был осмотрен врачом-хирургом В.Ю., проведена <данные изъяты>. В.А. пробыл в хирургическом отделении с <дата> по <дата>, ему было назначено консервативное лечение.

<дата> состоялся врачебный консилиум, по результатам которого принято решение о переводе В.А. в КОГБУЗ «Советская ЦРБ» для проведения КТ.

<дата> в КОГБУЗ «Советская ЦРБ» В.А. проведена КТ <данные изъяты>, установлены признаки <данные изъяты>. В.А. осмотрен врачом-хирургом И.М., по результатам осмотра и исследования предложена госпитализация в стационар КОГБУЗ «Советская ЦРБ» для возможного оперативного вмешательства, В.А. отказался, в связи с чем был транспортирован в КОГКБУЗ «Больница скорой медицинской помощи» г. Кирова.

<дата> В.А. поступил в хирургическое отделение КОГКБУЗ «Больница скорой медицинской помощи» г. Кирова. На основании осмотра и результатов обследования установлен предварительный диагноз: <данные изъяты> Были выявлены показания для оперативного лечения, в связи с чем В.А. <дата> в 16 часов 35 минут проведена операция – <данные изъяты>. <дата> у В.А. внезапно произошла остановка кровообращения, проведены реанимационные мероприятия, однако, <дата> в 03 часа 00 минут констатирована биологическая смерть. Диагноз заключительный клинический: <данные изъяты>.

Согласно протоколу паталогоанатомического вскрытия № от <дата> установлен паталогоанатомический диагноз: <данные изъяты>.

По обращению Г.В. в страховую компанию «СОГАЗ-Мед» по поводу оказания медицинской помощи В.А. проведена экспертиза качества медицинской помощи в КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ», КОГБУЗ «Советская ЦРБ» и КОГКБУЗ «Больница скорой медицинской помощи». Согласно заключениям экспертизы при предоставлении медицинской помощи в КОГБУЗ «Советская ЦРБ» нарушений не выявлено; КОГКБУЗ «Больница скорой медицинской помощи» не представила медицинскую документацию; в КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ», установлены следующие нарушения: нарушение сроков ожидания медицинской помощи, установленных территориальной программой обязательного медицинского страхования; невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту лечебно-диагностических мероприятий, оперативных вмешательств; нарушение по вине медицинской организации преемственности в оказании медицинской помощи (перевод пациента в медицинскую организацию более высокого уровня), что привело к удлинению сроков оказания медицинской помощи; необоснованное назначение лекарственных препаратов, одновременное назначение лекарственных препаратов со схожими фармакологическими действиями, нерациональная лекарственная терапия, в том числе не соответствие дозировки, кратности и длительности приема лекарственных препаратов клиническим рекомендациям и стандартам медицинской помощи, связанные с риском для здоровья пациента.

По факту смерти В.А. следователем МСО СУ СК России по Кировской области осуществлялась проверка в порядке ст. 144-145 УПК РФ, в рамках которой проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза в отношении В.А., производство которой поручено <данные изъяты>.

Согласно заключению эксперта № причиной смерти В.А. явилось <данные изъяты>. Установлены следующие недостатки оказания медицинской помощи В.А.: медицинскими работниками КОГБУЗ «Пижанская центральная районная больница» в период с <дата> по <дата>: не оформлен письменный отказ от перевода в КОГБУЗ «Советская центральная районная больница» <дата> с подписью пациента; при подозрении на <данные изъяты> В.А. не выполнялась <данные изъяты>; не выполнялась оценка эффективности проводимой консервативной (медикаментозной) терапии каждые 6 часов; пациенту в период с <дата> по <дата> не была выполнена компьютерная томография <данные изъяты>, однако пациент, согласно дневниковым записям, от перевода в КОГБУЗ «Советсая ЦРБ» для проведения данного обследования отказывался. Пациенту в период с <дата> по <дата> не были выполнены <данные изъяты>. Указанные недостатки не имеют прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти В.А.

Объективных данных, свидетельствующих о дефектах оказания медицинской помощи В.А. медицинскими работниками КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» в период с <дата> по <дата>, дефектах и недостатках оказания медицинской помощи В.А. медицинскими работниками КОГБУЗ «Советская ЦРБ» <дата> и медицинскими работниками КОГКБУЗ «Больница скорой медицинской помощи» в период с <дата> по <дата>, не установлено.

На всех этапах оказания медицинской помощи общее состояние В.А. было оценено верно. Госпитализация пациента <дата> и <дата> в КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» проводилась своевременно, по показаниям. Перевод пациента в КОГБУЗ «Советская ЦРБ» не был проведен своевременно, в связи с отказом пациента от перевода. Медицинская помощь В.А. медицинскими работниками КОГБУЗ «Советская ЦРБ» <дата> и медицинскими работниками КОГКБУЗ «Больница скорой медицинской помощи» в период с <дата> по <дата> оказана своевременно, правильно и в полном объеме, соответствует установленным В.А. диагнозам. Диагнозы на всех этапах оказания медицинской помощи установлены верно. На начальном этапе заболевание (<данные изъяты>) имело нетипичную клиническую картину, носило частичный характер, что затрудняло постановку диагноза в более ранние сроки.

Прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) медицинских работников по оказанию (не оказанию) медицинской помощи не имеется. Учитывая распространенность опухолевого процесса у В.А. и наличие <данные изъяты>, прогноз для выздоровления у пациента был неблагоприятным изначально.

Рассматривая заявленные исковые требования, районный суд пришел к выводу, что имеющиеся дефекты оказания медицинской помощи В.А. могли являться сопутствующим фактором, который повлек смертельный исход пациента, в силу чего между действиями ответчика и смертью супруга истца имеется опосредованная (косвенная) причинно-следственная связь, в связи с чем взыскал с ответчика компенсацию морального вреда в размере 200000 руб.

Судебная коллегия не может в полной мере согласится с выводами районного суда в части размера присужденной в пользу материального истца компенсации морального вреда исходя из следующего.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из нормативных положений п. 1, 3, 9, 21 ч. 1 ст. 2, ст. 4, ч. 2 и 3 ст. 98 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье,.. . иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В абзаце третьем п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, право на охрану здоровья и медицинскую помощь) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 ГК РФ.

Согласно п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, беспомощности, стыда, разочарования, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33).

В соответствии с п. 49 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33 требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

На ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Из материалов дела следует, что дефекты оказания медицинской помощи имели место в медицинском учреждении ответчика, что подтверждено заключением эксперта № и не опровергнуто ответчиком.

Доводы апелляционной жалобы КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» об отсутствии прямой и непрямой (косвенной) причинно-следственной связи между выявленной совокупностью дефектов оказания медицинской помощи и наступлением неблагоприятных последствий в виде смертельного исхода, нетипичная клиническая картина заболевания, наличие объективных обстоятельств, затрудняющих диагностирование основного заболевания, прохождение лечения в иных медицинских учреждениях и наступление смерти не в медицинском учреждении ответчика, не являются основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности вследствие наличия самих дефектов оказания медицинской помощи именно в КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ».

При оказании и получении медицинской помощи, гражданин имеет гарантированное право на качественное ее получение и ожидает получения именно качественной медицинской помощи. Поэтому, в случае неполучения качественной медицинской помощи в организации, созданной и имеющей своей целью охрану жизни и здоровья, физические и нравственные страдания гражданина, особенно усугубляются. Это, в силу особого статуса медицинских учреждений по охране здоровья граждан, указывает на их повышенную социальную ответственность при возмещении вреда здоровью и компенсации морального вреда, причиненных в результате некачественного оказания медицинской помощи.

В рассматриваемом случае, заключением экспертизы, не опровергнутым ответчиком, выявлен ряд недостатков оказания медицинской помощи В.А. Приведенные выше недостатки оказания медицинской помощи судебная коллегия оценивает как нарушения, повлекшие нравственные страдания для Г.В., выразившиеся в переживаниях по поводу состояния здоровья супруга, в дальнейшем его смерти, что является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, а также право на родственные и семейные связи, является тяжелым событием в жизни, влекущим состояние стресса и эмоционального расстройства.

Несмотря на правильно установленный диагноз, верную оценку общего состояния В.А., сотрудниками медицинского учреждения ответчику не были проведены все необходимые и возможные исследования по медицинским показаниям.

Не соглашаясь в выводом районного суда в части размера компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции исходит также из недостатков оказанной медицинской помощи, определенных АО «СК СОГАЗ-Мед», приведенных выше. Помимо выявленных нарушений лечебно-диагностических мероприятий, аналогично установленным заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы, страховой компанией также были выявлены организационные недостатки оказания медицинской помощи в результате чего произошло нарушение сроков ожидания медицинской помощи, удлинение сроков оказания медицинской помощи. В период с <дата> по <дата> не были выполнены в полном объеме диагностические мероприятия, не проведена консультация хирурга, что создало риск прогрессирования основного заболевания (т.1, л.д. 42, 45, 46) Заключение страховой компании медицинским учреждением оспорено не было.

Г.В. испытала нравственные страдания в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя. В результате гибели супруга, с которым истец длительное время находилась в браке, разрушены совместные семейные планы на достойную и счастливую старость с близким человеком, ее страдания носили нарастающий характер, взаимосвязанный с состоянием В.А., которое не улучшалось после проведенного лечения, при этом ее переживания усиливались в связи с осознанием того, что супруг находился в больнице, где ему должны были оказать квалифицированную помощь, спасти, однако этого не произошло.

Учитывая наличие недостатков оказанной медицинской помощи, фактические обстоятельства, при которых моральный вред был причинен, индивидуальные особенности, возраст (<данные изъяты>) Г.В., ее длительное совместное проживание в браке с В.А. (<данные изъяты>), судебная коллегия, принимая во внимание, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, полагает необходимым увеличить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» в пользу Г.В. до 300 000 руб.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы Г.В., судебная коллегия не находит оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере.

Заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы, проведенной в рамках проверки сообщения о преступлении, является письменным доказательством по настоящему гражданскому делу, которому дана оценка наряду с иными доказательствами. Оснований сомневаться в выводах, изложенных в заключении судебно-медицинской экспертизы, не имеется. Оно основано на тщательном анализе представленных на экспертизу медицинских документов (медицинских карт, выписок из истории болезни, результатов проведенных медицинских исследований), содержит подробное описание проведенных исследований, сделанные в результате их выводы и ответы на поставленные вопросы, ссылки на законодательство и методическую литературу, примененные при производстве экспертизы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Заключение составлено экспертами, имеющими право на проведение такого рода экспертизы. В обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из представленных в их распоряжение материалов, указывают на применение методов исследований, основываются на исходных объективных данных. Выводы экспертов мотивированны, не содержат неясностей, противоречий, исключают вероятностный характер заключения.

Указанное заключение не опровергнуто, от проведения по делу экспертизы Г.В. отказалась.

Вопреки доводам апелляционной жалобы Г.В. при проведении судебно-медицинской экспертизы применены Клинические рекомендации, одобренные Министерством здравоохранения Российской Федерации «Острая кишечная непроходимость опухолевой этиологии» 2024 г. (раздел заключения использованная литература).

Рассматривая ходатайства материального истца о необходимости привлечения к участию в деле в качестве соответчика КОГКБУЗ «Больница скорой медицинской помощи», третьего лица – АО «СК СОГАЗ-Мед», судебная коллегия не нашла оснований для их удовлетворения, поскольку предметом настоящего спора являются требования о компенсации морального вреда ввиду недостатков оказанной медицинской помощи КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ», решение по делу не затрагивает права и обязанности АО «СК СОГАЗ-Мед».

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Моральный вред, являясь оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету и предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания, в связи с чем взыскание компенсации морального вреда исключительно в размере определенном потерпевшим, не отвечало бы требованиям закона.

Руководствуясь ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Советского районного суда Кировской области от 20 ноября 2025 г. изменить в части размера компенсации морального вреда, изложив абзац второй резолютивной части решения в следующей редакции:

Взыскать с КОГБУЗ «Пижанская центральная районная больница» (ИНН <***>) в пользу Г.В. компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23 апреля 2026 г.