Определение № 33-2054/2026 от 25 марта 2026 г.

Судья Кузнецова Н.А. № 33-2054/2026

Дело № 2-3479/2025

УИД: 52RS0016-01-2024-004513-60

Мотивированное
определение изготовлено 26 марта 2026 года.

НИЖЕГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Нижний Новгород 24 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе:

председательствующего Винокуровой Н.С.,

судей Карпова Д.В., Сивохиной И.А.,

при секретаре Хомяковой Д.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании

апелляционную жалобу ФИО1

на решение Кстовского городского суда Нижегородской области от 06 октября 2025 года

по гражданскому делу по иску АО «ТБанк» к ФИО1 о взыскании задолженности по договору кредитной карты,

по встречному иску ФИО1 к АО «ТБанк» о признании кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности договора,

заслушав доклад судьи Нижегородского областного суда Карпова Д.В.,

УСТАНОВИЛА:

АО «ТБанк» обратился с иском к ФИО1, указав, что АО «ТБанк» и ФИО1 [дата] заключили договор кредитной карты [номер] с лимитом задолженности 84 000 рублей.

В связи с систематическим неисполнением ответчиком своих обязательств по Договору, [дата] Банк в соответствии с УКБО расторг Договор и направил должнику Заключительный счет, в котором проинформировал о востребовании суммы задолженности, образовавшейся в период с [дата] по [дата] подлежащий оплате в течении 30 дней с даты его формирования, что является подтверждением факта порядка досудебного урегулирования.

На момент расторжения Договора размер задолженности Ответчика был зафиксирован Банком, дальнейшего начисления комиссий и процентов Банк не осуществлял.

В связи с изложенным, истец просит взыскать с ФИО1 просроченную задолженность за период с [дата] по [дата] в размере 106 088,29 рублей, из которых:

- 86 548,20 рублей – основной долг;

-17 835,55 рублей - проценты;

- 1 704,54 руб. – сумма штрафов.

Ответчик ФИО1, не признав иск, обратилась со встречным иском, в котором просила признать спорный кредитный договор недействительным, применить последствия недействительности кредитного договора.

В обоснование встречного иска указала, что в период времени [дата] с 15 часов 49 минут по 16 часов 40 минут, [дата] неизвестные лица позвонили ей через приложение «Скайп» и предложили работу через сеть «Интернет». Для оформления на работу ей нужно было перейти по ссылке, присланной в предложении «Скайп» и зарегистрировать личный кабинет на сайте «<данные изъяты>». Для завершения регистрации, звонивший мужчина предложил ей пройти в приложение «Сбербанк. Онлайн» и приложение «ТБанк» (тогда Тинькофф Банк»), где путем обмана неизвестные лица совершили тайное хищение денежных средств на общую сумму 387 686 рублей.

Кроме того, в результате указанных мошеннических действий через приложение банка мошенниками был заключен спорный договор, а денежные средства были перечислены в адрес неустановленного лица с банковского счета истца.

По результатам совершения вышеуказанных действий, истец поняла, что стала жертвой мошенников, в связи с чем, незамедлительно обратилась в полицию с заявлением о возбуждении уголовного дела в связи с причинением ей материального ущерба.

[дата] возбуждено уголовное дело [номер] по ее заявлению. [дата] она была признана потерпевшей по указанному уголовному делу.

Истец полагает, что заключенный кредитный договор является недействительным, так как был заключен в нарушение требований законодательства о потребительском кредитовании при недобросовестности банка (л.д.97-99).

Решением Кстовского городского суда Нижегородской области от 06 октября 2025 года первоначальный иск удовлетворен, во встречном – отказано.

В апелляционной жалобе поставлен вопрос об отмене решения суда со ссылкой на то, что суд не дал оценки нарушению требований законодательства о потребительском кредитовании и недобросовестности банк при оформлении кредитного договора.

Определением от 24 февраля 2026 года коллегия перешла к рассмотрению настоящего гражданского дела по правилам производства в суде первой инстанции, без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, привлекла к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора АО "Т-СТРАХОВАНИЕ".

Повторно исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности и взаимной связи, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда приходит к следующему.

Доказательствами по делу подтверждается, что ФИО1, [дата] года рождения, с [дата] является клиентом АО «ТБанк » в рамках договора расчетной карты, текущий счет [номер] (л.д.93).

АО «ТБанк», обращаясь в суд с иском о взыскании с ФИО1 задолженности, в обоснование требований представило заявление-анкету от [дата] и индивидуальные условия договора -потребительского кредита (об.сторона л.д.11-12).

Из указанных документов следует, что [дата] от имени ФИО1 дистанционным способом поступила заявка на оформление кредитной карты, содержащая номер телефона +[номер], рассмотрев которую АО «ТБанк» приняло положительное решение о выдаче кредита (л.д.11 об.).

Договор кредитной карты [номер] заключён посредством подписания [дата] заявления-анкеты и индивидуальных условий договора потребительского кредита одной простой электронной подписью, состоящей из 4-х цифр - [номер](л.д.11-12).

В соответствии с заявлением-анкетой ФИО1 предлагает АО «ТБанк» заключить универсальный договор на условиях, указанных в заявлении-анкете, условиях комплексного банковского обслуживания, размещенных на сайте банка <данные изъяты> и тарифах. Универсальный договор заключается путем акцепта банком оферты, содержащейся в заявке. Акцептом является активация банком кредитной карты и получение банком первого реестра операций.

Обращаясь в суд, Банк указал, что АО «ТБанк» и ФИО1 [дата] заключили договор кредитной карты [номер] с лимитом задолженности 84 000 рублей, между тем, в действительности, спорная ситуация имела место [дата].

По условиям индивидуальных условий договора потребительского кредита, сумма кредита или лимит кредитования – максимальный лимит задолженности 700000 рублей. Срок действия договора не ограничен. Срок возврата кредита определяется сроком действия договора.

Лимит задолженности по кредитной карте, в соответствии с разделом «Предоставление и обслуживание кредита», Общих условий и обслуживания кредитных карт УКБО, устанавливается банком в одностороннем порядке и в любой момент может быть изменен в сторону повышения либо понижения без предварительного уведомления клиента.

Процентная ставка: на покупки и платы при выполнении условий беспроцентного периода 0 % годовых, на покупки, совершенные в течение 30 дней с даты первой расходной операции, 29,9 % годовых, на покупки при невыполнении условий беспроцентного периода 59,9 % годовых, на платы, снятие наличных и прочие операции 59,9 % годовых.

АО «ТБанк », обращаясь в суд с иском о взыскании с ФИО1 задолженности, в обоснование требований представило заявление-анкету от [дата] (об. л.д.11-12) и индивидуальные условия договора -потребительского кредита.

Согласно выписке по движению денежных средств по договору [номер] кредитный лимит по карте составил 84 000 рублей.

Факт выполнения манипуляций в мобильном приложении банка ФИО1 подтвердила в судебном заседании, пояснив, что она не намеревалась получать кредитные средства, денежные средства ей поступили на счет, которые она впоследствии перевела неизвестным людям. Однако данные действия она делала под влиянием телефонных мошенников, которые ей позвонили в связи с поиском ею работы.

По данному факту обратилась в полицию.

Как следует из материалов дела [дата] ФИО1 обратилась в ОМВД «Кстовский» с заявлением по факту хищения денежных средств (л.д.60).

В тот же день [дата] по данному факту было возбуждено уголовное дело (л.д.61), ФИО1 признана потерпевшей по данному делу (л.д.62).

Из объяснений ФИО1, содержащихся в материалах уголовного дела следует, что [дата] в период времени с 14 часов 49 минут ей в приложении Скайп звонили люди по поводу ее заявки об удаленной работе, для чего необходимо переводить заработную плату на ее банковский счет, на определенном этапе в 15 чаов 45 минут позвонил мужчина и представился сотрудником банка, будет с ней заниматься и выводить денежные средства с сайта. Он сказал ей, что нужно зайти в приложение Тбанка и создать на ее имя карту Тинькофф Платинум. Затем он сказал, что нужно оформить кредит. Он ей диктовал, что нужно делать, она все делала. После выполнения определенных команд ей начислялись кредитные средства 82 000 рублей. Потом она перевела данные денежные средства тремя платежами поступившие денежные средства (л.д.90-92).

Из мобильного приложения, осмотренного в рамках предварительного следствия, и представленных следствию сведений банка видно, что операции переводов на карту другого банка имели место в 16.06, 16.08 и 16.10 часов [дата] (л.д.86 об., 94)

В рамках расследования уголовного дела банк отказался предоставить следствия какую-либо техническую информацию (л.д.93).

[дата] ответчик обратилась в банк для перевыпуска карты на иных условиях (тарифный план 7.11) – л.д.21.

[дата] производство по уголовному делу приостановлено до установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого (л.д.95).

[дата] Банк направил ответчику Заключительный счет, указав, что спорный договор заключен [дата], основной долг составил 86 548,20 руб. (л.д.14).

Разрешая спор и удовлетворяя первоначальный иск, суд исходил из того, что предоставленные доказательства свидетельствуют о том, что оспариваемый кредитный договор был заключен в офертно-акцептной форме путем направления клиентом в банк заявления на получение кредита и акцепта со стороны банка путем выдачи денежных средств клиенту. При этом банк в полном объеме исполнил свои обязательства по договору, предоставив ответчику денежные средства, которыми ответчик распоряжалась по своему усмотрению.

Отказывая во встречном иске, суд принял во внимание, что банковские операции совершены с использованием подтверждающих одноразовых паролей, отправленных банком на доверенный номер телефона истца, являющихся конфиденциальной информацией, необходимой для совершения спорной сделки, оформление кредитного договора и получение кредитных денежных средств третьими лицами обусловлено исключительно обстоятельствами, связанными с действиями заемщика (ФИО1 сама оформила кредит и распорядилась денежными средствами) и никак не с действиями банка, который проинформировал заемщика о полной стоимости кредита, до заключения договора кредитной карты, путем указания ПСК (полной стоимости кредита) в тексте Заявления-Анкеты.

При этом суд учел, то в соответствии с п.2.1. Указания Банка России № 2008-У от 13 мая 2008 г. «О порядке расчета и доведения до заемщика - физического лица полной стоимости кредита» в расчет ПСК включаются платежи заемщика по кредитному договору, связанные с заключением и исполнением кредитного договора, размеры и сроки платы которых известны на момент заключения кредитного договора. ПСК, вытекающая из договора кредитной карты, не может быть рассчитана детально, поскольку графика платежей и точных дат погашения задолженности по договору кредитной карты не устанавливается, а погашение текущей задолженности зависит только от поведения Клиента.

Между тем Указание Банка России № 2008-У от 13 мая 2008 г. утратило силу с 1 июля 2014 года в связи с изданием Указания Банка России от 30.04.2014 N 3254-У.

Доводы ФИО1, о том, что банк выдал кредит на сумму 82 000 рублей ей, как 18-летней, не имеющей дохода незаконно, воспользовавшись ее положением, а также под психологическим прессингом со стороны мошенников и юридической неграмотностью, суд признал недостоверными.

При этом суд первой инстанции не учел следующее.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 статьи 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)", заключению договора должно предшествовать обращение заемщика с заявлением о предоставлении кредита, а в соответствии с пунктом 6 этой же статьи договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств.

В пункте 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите установлено, что документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с указанной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет". При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с этим федеральным законом (пункт 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите).

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной (пункт 2 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 435 указанного кодекса офертой признается адресованное одному или нескольким конкретным лицам предложение, которое достаточно определенно и выражает намерение лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение. Оферта должна содержать существенные условия договора.

В соответствии со статьей 820 названного кодекса кредитный договор должен быть заключен в письменной форме.

Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

В силу пункта 1 статьи 160 этого кодекса сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

В части 2 статьи 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. N 63-ФЗ "Об электронной подписи" определено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

В части 2 статьи 6 указанного закона закреплено, что информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям статьи 9 данного закона.

Электронный документ согласно статье 9 названного закона считается подписанным простой электронной подписью при выполнении в том числе одного из следующих условий:

1) простая электронная подпись содержится в самом электронном документе;

2) ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ.

В части 2 этой же статьи указано, что нормативные правовые акты и (или) соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать, в частности:

1) правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи;

2) обязанность лица, создающего и (или) использующего ключ простой электронной подписи, соблюдать его конфиденциальность.

Таким образом, при заключении договора потребительского кредита, а также при предложении дополнительных услуг, оказываемых кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, в том числе с помощью электронных либо иных технических средств кредитором до сведения заемщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заемщиком индивидуально.

В случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств его письменная форма считается соблюденной, если эти средства позволяют воспроизвести на материальном носителе содержание договора в неизменном виде (в частности, при распечатывании).

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Согласно позиции Банка России, изложенной в информационном письме от 3 февраля 2022 г. N ИН-02-59/6 "О порядке согласования с заемщиками индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа)", индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) подлежат отражению в табличной форме и подписанию заемщиком. При этом частью 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите установлена возможность подписания заемщиком индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа) также с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность заемщику в соответствии с требованиями федеральных законов.

Банком России выявлено использование кредиторами практик заключения договора потребительского кредита (займа), при которых согласие заемщика выражается посредством совершения действий, свидетельствующих о его согласии с предлагаемыми кредитором индивидуальными условиями (конклюдентные действия), либо телефонного звонка в адрес кредитора с информированием последнего о согласии на получение потребительского кредита (займа) на предложенных индивидуальных условиях. Как в первом, так и во втором случае, по мнению Банка России, устанавливающего правила проведения банковских операций, заемщиком индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) не подписываются ни собственноручной подписью, ни ее аналогом.

Таким образом, по мнению Банка России, подобные практики не могут быть признаны надлежащими и соответствующими требованиям Закона о потребительском кредите.

Данная правовая позиция выражена в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2026 N 78-КГ25-38-К3.

Как установлено судебной коллегией, действия ФИО1 по заключению договора потребительского кредита и договора страхования выполнены путем набора цифрового кода-подтверждения, при этом Заявление-анкета и Индивидуальные условия кредита подписаны одной электронной подписью – [номер] (л.д.11об.-12).

Суд первой инстанции, признав заявление-анкету офертой ФИО1, не дал оценки тому обстоятельству, что ФИО1 не является профессиональным участником кредитных отношений, не знакома с практикой заключения подобного рода договоров, не владеет информацией об условиях кредитования в АО «ТБанк» и не способна составить документ, имеющейся на л.д.11 об., содержащий сведения, требующие специальных познаний. Равным образом ФИО1 не могла составить индивидуальные условия кредитного договора на л.д.12.

Соответственно, данные документы составлены банком, однако, до их одномоментного подписания от имени ФИО1 простой электронной подписью, содержащей набор цифр, документы ФИО1 для ознакомления и согласования не представлялись.

Таким образом, оферта, т.е. предложение заключить договор, содержащее его существенные условия, вопреки выводу суда, ФИО1 банку не направлялась, напротив, документы составлены банком без предварительного согласования с клиентом.

Указанный порядок действий АО «ТБанк» противоречит вышеуказанному правовому регулированию, поскольку допускает и подачу заявки на кредит, и подписание условий договора одним действием, а также исключает информирование об индивидуальных условиях, на которых банк готов выдать кредит.

Следовательно, в нарушение требований законодательства о потребительском кредитовании ФИО1 как заемщик была лишена возможности ознакомиться с условиями, на которых она получает кредитные денежные средства, и согласовать их.

Также не указано банком, каким образом согласован с ФИО1 договор страхования на условиях коллективного страхования по программе №[номер] от [дата] (л.д.24).

Между тем, в статье 5 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" подробно указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заемщика при заключении договора, включая не только общие, но и индивидуальные условия договора потребительского кредита, при этом последние в соответствии с пунктом 9 этой статьи согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.

Обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, предусмотрена также статьей 10 Закона о защите прав потребителей.

Ссылаясь на надлежащее исполнение Банком обязанности при заключении и исполнении договора потребительского кредита, суд не дал оценки добросовестности поведения Банка, обязанного учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг, хотя это имело существенное значение для разрешения спора.

В пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12 Закона о защите прав потребителей). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей.

Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований по общему правилу возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).

Данная правовая позиция выражена в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2025 N 41-КГ25-69-К4.

Между тем, из настоящего дела видно Тарифный план банком также не доведен до сведения ФИО1

Имеется лишь заявление о перевыпуске карты от [дата], т.е. после заключения оспариваемого договора (л.д.21).

В порядке подготовки дела к апелляционному разбирательству судебная коллегия в определении от 24.02.2026 истребовала у банка:

- детализацию СМС-сообщений на доверенный номер телефона, использованный при заключении кредитного договора с указанием их содержания, статуса доставки и времени отправки и доставки, в частности конкретное содержание условий кредитного договора и одноразовых кодов (паролей);

- служебные логи, содержащие информацию об HTTP-запросах, протокол проведения операций в автоматизированной системе АО «ТБанк», совершенные от имени ФИО1

- сведения об ознакомлении заемщика с условиями кредитного договора, Тарифного плана и Правилами кредитования.

Однако, запрошенная информация банком не представлена, что лишило судебную коллегию возможности установить, каким образом до заемщика была доведена информация об условиях кредитного договора, которые фактически с ней не согласовывались и ей не подписывались, что и являлось основанием встречного иска ФИО1

Вопреки утверждению банка, сам факт перечисления в пользу заемщика денежных средств обозначением их в качестве кредита не свидетельствует о соблюдении письменной формы кредитного договора на императивных условиях законодательства о потребительском кредитовании.

Суд первой инстанции, разрешая спор, ошибочно отождествил понятие «получение денежных средств» и «заключение кредитного договора», которые не являются равнозначными, поскольку имеют разное правое содержание и отличные друг от друга правовые последствия.

Из объяснений ФИО1, протоколов допросов и осмотра по уголовному делу следует, что последняя не имела намерений на заключение спорного кредитного договора в представленном банком виде, такой договор заключен вопреки ее интересам под влиянием мошенников, которые обусловили привязку банковского приложения через кредитный продукт в качестве условия предоставления работы.

В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27 сентября 2018 г. N ОД-2525 (действующим на момент возникновения спорных отношений), к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

Как разъяснено Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 13 октября 2022 г. N 2669-О, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Таким образом, учитывая перечисление денежных средств с карты ФИО1 непосредственно после открытия кредитного лимита, Банку надлежало установить, что порядок подписания договора соблюден, то есть убедиться, что клиент информирован об условиях предоставления кредита и с ними согласен.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. N 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В этой связи, надлежит установить, действовал ли банк с достаточной степенью заботливости и осмотрительности, которые ожидались от него как от профессионального участника гражданского оборота.

Между тем по настоящему делу судебная коллегия приходит к выводу о том, что банк не предоставил необходимой в силу закона информации и не согласовал условия кредитования, что в ситуации ФИО1, имевшей возраст 18 лет и являющейся инвалидом детства, на фоне искажения ее воли под влиянием третьих лиц, привело к возложению на нее заведомо обременительных обязательств, вопреки ее интересам и в нарушение ее потребительских прав.

Добросовестность ФИО1 ни банком, ни следствием, ни судом под сомнение не поставлена, с чем судебная коллегия соглашается.

Как видно из расчета задолженности по карте, никаких иных расходных операций, кроме спорных перечислений непосредственно после оформления карты, ответчиком не проводилось (л.д.22-23), денежные средства ею частично возвращены, в свою очередь, данных о том, что дистанционное кредитование выступает для ФИО1 источником дохода не имеется и банк на них не ссылается.

При таких обстоятельствах в силу ст.168 ГК РФ спорный кредитный договор является ничтожным как заключенный с нарушением письменной формы и потребительских прав истца со стороны банка, заинтересованного в продвижении дорогостоящего кредитного продукта по кредитной карте.

Согласно п. 1 и п. 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В пункте 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.1998 N 13/14 "О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами" разъяснено, что при признании недействительной по иску лица, получившего денежную сумму, оспоримой сделки (займа, кредита, коммерческого кредита), предусматривавшей уплату процентов на переданную на основании этой сделки и подлежащую возврату сумму, суд с учетом обстоятельств дела может прекратить ее действие на будущее время (пункт 3 статьи 167 Кодекса). В этом случае проценты в соответствии с условиями сделки и в установленном ею размере начисляются до момента вступления в силу решения суда о признании оспоримой сделки недействительной. После вступления в силу решения суда проценты за пользование денежными средствами начисляются на основании пункта 2 статьи 1107 Кодекса.

Судебная коллегия, с учетом криминального источника искажения воли ФИО1, не находит оснований для прекращения действия кредитного договора на будущее время и применения по настоящему делу положений пункта 3 статьи 167 Кодекса.

Таким образом, в результате заключения спорного кредитного договора никаких юридических последствий, кроме связанных с его недействительностью, не возникло, что означает отсутствие обязанности ФИО1 по уплате процентов и штрафных санкций, вследствие чего первоначальный иск подлежит оставлению без удовлетворения.

Вместе с тем в силу вышеуказанных правовых норм недействительность сделки в силу императивного требования п. 2 ст. 167 ГК РФ влечет обязанность лица, получившего надлежащее исполнение, по возврату полученных денежных средств, поскольку, независимо от нарушений со стороны банка, установлено, что ФИО1 лично распорядилась перечисленными ей банком денежными средствами 82 000 руб.

Представленный в дело расчет содержит сведения о поступлениях денежных средств на карту: [дата], [дата], [дата], [дата], [дата], [дата], [дата], [дата], [дата], [дата] и [дата], из чего усматривается, что в общей сложности ФИО2 внесено на карту и списано банком 37 270,98 руб. (л.д.22-23), соответственно, подлежит возврату в пользу банка 44 792,02 руб. из полученных 82 000 руб.

С учетом изложенного постановленное по делу решение подлежит отмене как принятое с нарушением материального и процессуального права (ст.330ГПК РФ) с вынесением нового решения об отказе в первоначальном иске и удовлетворении встречного иска.

Руководствуясь ст.ст. 328-329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Кстовского городского суда Нижегородской области от 06 октября 2025 года отменить и принять новое решение.

Признать недействительным договор кредитной карты [номер] от [дата] и применить последствия в виде возвращения сторон в первоначальное положение.

Взыскать с ФИО1 в пользу АО «ТБанк» денежные средства 44 792,02 руб.

Взыскать с АО «ТБанк» в пользу ФИО1 расходы по госпошлине 3000 руб.

В иске АО «ТБанк» отказать.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трёх месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в порядке, предусмотренном главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи