Решение № 5-800/2020 7-1354/2020 от 14 июля 2020 г. по делу № 5-800/2020

Судья: Подносков С.Ю.

УИД 16RS0038-01-2020-001702-15

Дело № 7-1354/2020

Дело № 5-800/2020 (первая инстанция)


РЕШЕНИЕ

15 июля 2020 года город Казань

Судья Верховного Суда Республики Татарстан Верхокамкин Е.В. при секретаре судебного заседания Рязанове В.В., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление судьи Елабужского городского суда Республики Татарстан от 03 мая 2020 года, вынесенное в отношении заявителя по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 20.6.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

УСТАНОВИЛ:

постановлением судьи Елабужского городского суда Республики Татарстан от 03 мая 2020 года ФИО1 привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 20.6.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере пяти тысяч рублей.

ФИО1 обратился с жалобой на указанное постановление в Верховный Суд Республики Татарстан, в которой просил признать административное правонарушение малозначительным и ограничиться устным замечанием.

Проверив материалы дела, изучив доводы жалобы, полагаю, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 20.6.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях невыполнение правил поведения при введении режима повышенной готовности на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации, или в зоне чрезвычайной ситуации, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 6.3 настоящего Кодекса, влечет предупреждение или наложение административного штрафа на граждан в размере от одной тысячи до тридцати тысяч рублей; на должностных лиц - от десяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей; на лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, - от тридцати тысяч до пятидесяти тысяч рублей; на юридических лиц - от ста тысяч до трехсот тысяч рублей.

В целях предупреждения возникновения и развития чрезвычайных ситуаций, снижения размеров ущерба и потерь от чрезвычайных ситуаций, ликвидации чрезвычайных ситуаций был издан Федеральный закон от 21 декабря 1994 года № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» (далее по тексту – Закон № 68-ФЗ), в котором определены общие для Российской Федерации организационно-правовые нормы в области защиты граждан Российской Федерации, иностранных граждан и лиц без гражданства, находящихся на территории Российской Федерации, всего земельного, водного, воздушного пространства в пределах Российской Федерации или его части, объектов производственного и социального назначения, а также окружающей среды от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера.

Для достижения указанных целей законодатель предоставил Правительству Российской Федерации право устанавливать обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации (подпункт «а.2» пункта «а» статьи 10 Закона № 68-ФЗ).

Такие правила утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 02 апреля 2020 года № 417 (далее по тексту – Правила).

Согласно подпункту «б» пункта 3, подпункты «в», «г» пункта 4 Правил при введении режима повышенной готовности на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации, граждане обязаны выполнять законные требования должностных лиц, осуществляющих мероприятия по предупреждению чрезвычайных ситуаций; при угрозе возникновения чрезвычайной ситуации гражданам запрещается осуществлять действия, создающие угрозу собственной безопасности, жизни и здоровью, а также осуществлять действия, создающие угрозу безопасности, жизни и здоровью, санитарно-эпидемиологическому благополучию иных лиц, находящихся на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации.

При этом органы государственной власти субъектов Российской Федерации наделены правом принимать в соответствии с федеральными законами законы и иные нормативные правовые акты в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций межмуниципального и регионального характера и обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, а также с учетом особенностей чрезвычайной ситуации на территории субъекта Российской Федерации или угрозы ее возникновения во исполнение правил поведения, установленных в соответствии с подпунктом «а.2» пункта «а» статьи 10 названного федерального закона, предусматривать дополнительные обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации (подпункт «б» пункта 6 статьи 4.1, пункты «а», «у», «ф» части 1 статьи 11 Закона №68-ФЗ).

Пунктом 2 Указа Президента Российской Федерации от 02 апреля 2020года № 239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» высшим должностным лицам (руководителям высших исполнительных органов государственной власти) субъектов Российской Федерации с учетом положений данного Указа, исходя из санитарно-эпидемиологической обстановки и особенностей распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в субъекте Российской Федерации, предписано обеспечить разработку и реализацию комплекса ограничительных и иных мероприятий, в первую очередь:

а) определить в границах соответствующего субъекта Российской Федерации территории, на которых предусматривается реализация комплекса ограничительных и иных мероприятий, направленных на обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения (далее по тексту – соответствующая территория), в том числе в условиях введения режима повышенной готовности, чрезвычайной ситуации;

б) приостановить (ограничить) деятельность находящихся на соответствующей территории отдельных организаций независимо от организационно-правовой формы и формы собственности, а также индивидуальных предпринимателей с учетом положений пунктов 4 и 5 настоящего Указа;

в) установить особый порядок передвижения на соответствующей территории лиц и транспортных средств, за исключением транспортных средств, осуществляющих межрегиональные перевозки.

В развитие приведенного правового регулирования 19 марта 2020 года Кабинет Министров Республики Татарстан принял постановление № 208 (далее по тексту – постановление № 208), в котором определил комплекс ограничительных и иных мероприятий, направленных на обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения в условиях режима повышенной готовности.

Так, подпунктом «б» пункта 10 постановления (в редакции, действовавшей на момент возникновения обстоятельств, послуживших основанием для возбуждения дела в отношении ФИО1) с 30 марта 2020года до улучшения санитарно-эпидемиологической обстановки гражданам было предписано не покидать места проживания (пребывания), за исключением случаев обращения за экстренной (неотложной) медицинской помощью и случаев иной прямой угрозы жизни и здоровью, а также следования к ближайшему месту приобретения товаров, работ, услуг, реализация которых не ограничена в соответствии с настоящим постановлением, выгула домашних животных на расстоянии, не превышающем 100 метров от места проживания (пребывания), выноса отходов до ближайшего места накопления отходов, передвижения по территории Республики Татарстан в целях осуществления деятельности, которая не была приостановлена в соответствии с законодательством, при наличии документа (справки) работодателя по форме, установленной Кабинетом Министров Республики Татарстан.

Ограничения, установленные абзацами первым - третьим настоящего пункта, не распространялись в том числе на граждан в случае наличия у них специальных разрешений, выданных в порядке, установленном Кабинетом Министров Республики Татарстан.

Такой порядок был утвержден действовавшим на тот момент постановлением Кабинета Министров Республики Татарстан от 31 марта 2020 года № 240 (далее по тексту – Порядок).

Согласно Порядку для получения разрешения лицам, проживающим (пребывающим) на территории Республики Татарстан, требовалось зарегистрироваться на специализированном сервисе.

После этого гражданин, зарегистрированный на специализированном сервисе и претендующий на получение специального разрешения, призван был отправить на номер 2590 СМС-сообщение с текстом «ЦЕЛЬ» либо направить запрос через личный кабинет с указанием цели передвижения путем выбора одного из следующих случаев:

1) посещение суда/военкомата;

2) доставка несовершеннолетних в образовательную организацию (из образовательной организации);

3) посещение медицинской или ветеринарной организации;

4) посещение кладбища;

5) получение/восстановление паспорта;

6) выезд на дачу (загородный дом) / возвращение с дачи (из загородного дома);

7) посещение кредитных организаций и почтовых отделений;

8) доставка лекарств, продуктов питания и предметов первой необходимости нетрудоспособным родственникам, оказание им помощи;

9) изменение места жительства (места пребывания);

10) посещение многофункционального центра предоставления государственных и муниципальных услуг Республики Татарстан (МФЦ)/управлений и клиентских служб Пенсионного фонда Российской Федерации в Республике Татарстан (ПФР);

11) посещение парикмахерской;

12) индивидуальное занятие физической культурой/спортом на открытом воздухе.

Выбор случаев, указанных в подпунктах 10-12 настоящего пункта, мог быть осуществлен только через личный кабинет.

При этом передвижение считалось разрешенным лишь при условии получения ответного СМС-сообщения с уникальным кодом разрешения и указанием периода его действия.

Как видно из материалов дела, компетентное должностное лицо, инициируя в отношении ФИО1 административное преследование, уличило его в том, что 02 мая 2020 года в 11 часов 48 минут он находился вне места своего постоянного проживания на 4 километре автомобильной дороги Елабуга – Лекарево - Армалы, не имея на то правомерных оснований, предусмотренных действовавшей на тот момент редакцией постановления Кабинета Министров Республики Татарстан № 208.

Судья городского суда, приняв дело к своему производству, правовую позицию должностного лица разделил и счел выдвинутое против ФИО1 обвинение обоснованным.

Веских поводов не согласиться с таким выводом нижестоящей инстанции не имеется.

Напротив, событие административно-наказуемого деяния и вина в его совершении фигуранта объективно подтверждаются доказательствами, собранными административным органом и представленными в распоряжении суда, в числе которых протокол об административном правонарушении от 02 мая 2020 года № 2401597 (л.д. 1); рапорт сотрудника полиции, составившего протокол об административном правонарушении (л.д. 2); фотоматериал (л.д. 7); видеозапись (л.д. 33).

В соответствии с требованиями статьи 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях перечисленные доказательства были тщательно и всесторонне исследованы судьей городского суда и с учетом положений статьи 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях справедливо признаны отвечающими предъявляемым к ним критериям допустимости, достоверности и относимости к настоящему делу.

Собранных доказательств достаточно для установления всех юридически значимых обстоятельств, определенных статьей 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в том числе события административного правонарушения, места и времени совершения административного правонарушения, лица, совершившего административное правонарушение, его вины в совершении административного правонарушения.

Они не позволяют усомниться в том, что ФИО1 покинул место своего постоянного проживания, не имея на то правомерных оснований.

Такое поведение является недопустимым и влечет публично-деликтную ответственность по части 1 статьи 20.6.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Суждения автора жалобы о том, что при составлении протокола об административном правонарушении сотрудник полиции отступил от юрисдикционной процедуры, урегулированной статьей 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, несостоятельны.

Вопреки уверениям заявителя, на видеозаписи, приобщенной к материалам дела и зафиксировавшей ход и содержание процессуальных действий, предпринимавшихся сотрудником полиции, видно, что ему исчерпывающе были разъяснены объем и содержание процессуальных прав, которыми наделено лицо, в отношении которого ведется производство по делу.

При этом, реализуя свое право на защиту, ФИО1 в протоколе об административном правонарушении, а затем и на отдельном листе выразил отношение к выдвинутому против него обвинению и привел свою оценку действий сотрудников полиции.

С точки зрения формы и содержания протокол об административном правонарушении в полной мере отвечает требованиям статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. В нем приведены все обстоятельства, необходимые для правильного разрешения дела и выполнения задач административно-деликтного процесса.

На той же видеозаписи запечатлено, что ФИО1, действуя по своей воле и в своем интересе, отказался от получения копии протокола об административном правонарушении.

Более того, сотрудник полиции уведомил его о том, что для участия в рассмотрении дела, которое состоится в 10 часов 03 мая 2020 года в Елабужском городском суде Республики Татарстан посредством использования видео-конференц-связи, ему надлежит явиться по адресу: <...>, кабинет № 100.

С учетом того, что Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не связывает субъектов административной юрисдикции каким-то конкретным способом извещения лиц, вовлеченных в сферу административно-деликтных отношений, о месте и времени разбирательства дела, ориентируя их лишь на то, чтобы он позволял контролировать получение информации лицом, которому оно предназначено, указанный вариант извещения является допустимым и отвечающим целям и задачам законодательства об административных правонарушениях (статья 25.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

Мнение заявителя о том, что постановление вынесено некомпетентным судьей, ошибочно.

В соответствии с частью 3 статьи 23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях рассмотрение дел об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 20.6.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, отнесены к компетенции судей районных судов.

При этом в силу части 1 статьи 36 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 года № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» городские суды, образованные до введения в действие настоящего Федерального конституционного закона, признаются районными судами.

Принимая во внимание, что Елабужский городской суд получил свое нынешнее название еще в 1965 году, настоящее дело правомерно было принято к производству судьи Елабужского городского суда Республики Татарстан в качестве судьи районного суда и разрешено им по существу.

Правовая позиция заявителя о том, что содеянное им является малозначительным, подлежит отклонению.

В пункте 21 Постановления от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений.

Такие обстоятельства, как, например, личность и имущественное положение привлекаемого к ответственности лица, добровольное устранение последствий правонарушения, возмещение причиненного ущерба, не являются обстоятельствами, характеризующими малозначительность правонарушения. Они в силу частей 2 и 3 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях учитываются при назначении административного наказания.

С учетом конкретных обстоятельств дела допущенное ФИО1 нарушение правил поведения в условиях действия режима повышенной готовности не может быть признано малозначительным.

Нельзя согласиться и с утверждением заявителя о том, что к содеянному подлежат применению положения части 2 статьи 1.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

По общему правилу, сформулированному законодателем в части 1 статьи 1.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, лицо, совершившее административное правонарушение, подлежит ответственности на основании закона, действовавшего во время совершения административного правонарушения.

В то же время часть 2 названной статьи указывает, что закон, смягчающий или отменяющий административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом улучшающий положение лица, совершившего административное правонарушение, имеет обратную силу, то есть распространяется и на лицо, которое совершило административное правонарушение до вступления такого закона в силу и в отношении которого постановление о назначении административного наказания не исполнено.

Конституционный Суд Российской Федерации, давая толкование приведенным положениям, в постановлении от 14 июля 2015 года № 20-П отметил, что они относятся к принципам административно-деликтного регулирования и, по существу, воспроизводят предписания статьи 54 Конституции Российской Федерации, конкретизируя их применительно к сфере административных правонарушений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10 октября 2013 года № 1485-О и от 21 ноября 2013 года № 1903-О), и потому не могут рассматриваться как противоречащие Конституции Российской Федерации.

Далее Конституционный Суд Российской Федерации констатировал, что в Российской Федерации как правовом демократическом государстве привлечение виновного лица к административной или уголовной ответственности, которые являются разновидностями публично-правовой ответственности, осуществляется на основании закона, действовавшего на момент совершения им противоправного общественно опасного деяния, при этом в случае усиления общественной опасности совершенного деяния и соответствующего изменения правового регулирования не допускается распространение на лицо, привлекаемое к такой ответственности, закона, ухудшающего его положение, в том числе посредством увеличения размера наказания, предусмотренного за его совершение, или замены его более строгой санкцией.

В то же время исходя из гуманистических соображений на такое лицо распространяются изменения закона, обусловленные снижением общественной опасности наказуемого деяния и ослаблением вследствие этого меры ответственности, в том числе заменяющие вид ответственности на менее строгий, то есть изменения, которые – в контексте общеправового регулирования и с учетом всех правовых последствий нововведений в сложившейся структуре права – могут расцениваться как улучшающие правовое положение лица, совершившего противоправное деяние.

В постановлении, положения которого легли в основу выводов правоприменителей о недозволенном поведении хозяйствующего субъекта, Кабинет Министров Республики Татарстан, действуя в рамках дискреционных полномочий, предоставленных ему подпунктом «б» пункта 6 статьи 4.1, пунктов «а», «у», «ф» части 1 статьи 11 Федерального закона от 21 декабря 1994 года № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера», установил обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения в условиях режима повышенной готовности, в том числе связанные с ограничением свободного передвижения граждан до улучшения сложившейся санитарно-эпидемиологической обстановки.

Отсюда следует, что по замыслу законодателя введение ограничительных мероприятий, направленных на предотвращение распространения новой коронавирусной инфекции, носило временный характер, а продолжительность их действия ставилась в зависимость от достигнутых результатов.

По этой причине последующее смягчение режима повышенной готовности и сопряженная с этим отмена отдельных запретов и ограничений, включая и те, которые были связаны со свободным передвижением граждан по территории Республики Татарстан, были продиктованы улучшением санитарно-эпидемиологической ситуации и существенным снижением темпов роста числа заразившихся высокопатогенным вирусом.

Иначе говоря, такие шаги представителей публичной власти были вызваны заранее непредвиденными факторами, а не стремлением освободить граждан от ответственности за нарушение правил поведения в условиях угрозы возникновения чрезвычайной ситуации и изменением отношения к степени общественной опасности таких деяний, а потому они не могут рассматриваться как улучшающие правовое положение лица, совершившего противоправное деяние.

Напротив, с учетом содержания диспозиции части 1 статьи 20.6.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях нарушение правил поведения при ведении режима повышенной готовности до сих пор остается порицаемым и публично-наказуемым.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности вынесено судьей городского суда с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного частью 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях для данной категории дел.

Таким образом, нормы материального права применены и истолкованы судьей нижестоящей инстанции правильно, существенных нарушений процессуальных норм, предусмотренных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, в ходе производства по делу не допущено.

Состоявшийся по делу судебный акт является законным и обоснованным.

В то же время изучение материалов дела показало необходимость смягчения избранной заявителю меры наказания.

В соответствии с общими правилами назначения административного наказания, основанными на принципах справедливости, соразмерности и индивидуализации ответственности, административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях. При назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность (части 1 и 2 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

В озвученных нормах законодатель фактически призывает субъектов административной юрисдикции к аргументированному и ситуационно уместному выбору мер публично-правового воздействия и их размера (срока).

Вынося спорное постановление, судья наложил на заявителя административный штраф в размере, значительно превышающем его минимальную величину, которая предусмотрена санкцией части 1 статьи 20.6.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, без учета указанного правового регулирования. Он не привел в нем тех соображений и мотивов, по которым счел, что виновное лицо заслуживает более строгого наказания.

Таким образом, учитывая конкретные обстоятельства совершенного заявителем административного правонарушения, а также тот факт, что ранее он привлекался к административной ответственности за однородное административное правонарушение (л.д. 6), полагаю, что назначенный штраф надлежит снизить до одной тысячи ста рублей.

Руководствуясь статьями 30.7-30.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

РЕШИЛ:

постановление судьи Елабужского городского суда Республики Татарстан от 03 мая 2020 года, вынесенное в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 20.6.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Размер административного штрафа, назначенного ФИО1, снизить до одной тысячи ста рублей.

Судья Е.В. Верхокамкин