Апелляционное определение № 33-688/2026 от 28 апреля 2026 г.

Председательствующий по делу судья Страмилова Н.В.

Дело № 33-688/2026 (№ дела в суде 1-й инст. 2-1668/2025) УИД 75RS0001-02-2025-000811-03


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Забайкальского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Епифанцевой С.Ю.,

судей Погореловой Е.А., Радюк С.Ю.,

с участием прокурора Апрелковой В.С.,

при секретаре Ваулиной Ю.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Чите 29 апреля 2026 г. гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2, индивидуальному предпринимателю ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 о взыскании компенсации морального вреда, штрафа, убытков,

по апелляционной жалобе представителя ответчика ИП ФИО2 –ФИО8,

на решение Центрального районного суда г. Читы от 17 октября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Епифанцевой С.Ю., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО1 обратилась в суд с указанным иском, указав в обоснование, что <Дата> истец в торговом зале магазина «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, выбирая товар, споткнулась на выступе, который имеет напольное покрытие, и упала, от чего получила <данные изъяты>. В связи с полученной травмой истец понесла расходы на лечение. По данному факту истец обращалась в УМВД России по г. Чите. На основании постановления УМВД России по г. Чите Государственным учреждением здравоохранения «Забайкальское бюро судебно-медицинской экспертизы» проведена судебно-медицинская экспертиза, согласно которой полученные истцом повреждения могли образоваться незадолго до обращения за медпомощью, в результате воздействия тупого предмета (предметов), а также при падении и ударе об них. Из экспертного заключения также следует, что истцу причинен вред здоровью средней степени тяжести. Согласно акту обследования торгового зала указанного магазина, проведенного МЧС России по <адрес>, на полу имеется незначительный перепад высот, который не препятствует безопасной эвакуации посетителей. При этом в торговом зале предупреждающих знаков, объявлений о наличии перепада (ступеньки) установлено не было.

С учетом уточнений исковых требований просила взыскать солидарно с ответчиков ИП ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ИП ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.; расходы на лечение в размере 29 573,20 руб.; расходы по оплате почтовых услуг в размере 455 руб., а также расходы по оплате юридических услуг в размере 3 000 руб. (т. 1 л.д. 6-8, 199-200).

Определением от 14 февраля 2025 г. к участию в деле привлечен прокурор Центрального района г. Читы (т. 1 л.д.3-4).

Определением, занесенным в протокол судебного заседания от 09 апреля 2025 г., к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечено ГУЗ «Городская клиническая больница №», которое было исключено из числа участников процесса определением, занесенным в протокол судебного заседания от 19 августа 2025 г. (т. 1 л.д. 77, 207).

Определением, занесенным в протокол судебного заседания от 02 июня 2025 г., к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечена ИП ФИО3 (т. 1 л.д. 90-92).

Определением, занесенным в протокол судебного заседания от 23 июня 2025 г., к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ИП ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 (т. 1 л.д. 158-160).

Решением Центрального районного суда г. Читы от 17 октября 2025 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. С ФИО2 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда взыскано 50 000 руб., в счет возмещения материального ущерба – 29 573,20 руб., судебные расходы по оплате почтовых услуг в размере 455 руб., по оплате услуг юриста в размере 3 000 руб. В остальной части исковых требований к ФИО2 отказано. В требованиях к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 отказано (т. 2 л.д. 14-19).

Не согласившись с решением суда, представителем ответчика ФИО2 – ФИО8 подана апелляционная жалоба, в которой просит решение суда в части удовлетворения исковых требований к ФИО2 о взыскании с последней денежных средств отменить, принять по делу нового решения, которым отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО2 в полном объеме.

В жалобе приводит доводы об ошибочности вывода суда первой инстанции о доказанности причинения вреда здоровью истца именно в результате падения в торговом зале магазина, арендуемого ФИО2, ссылаясь на отсутствие в материалах дела допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих данный факт.

Отмечает, что обращение истца в правоохранительные органные не повлекло возбуждения административного или уголовного производства, рапорт № от <Дата> констатирует лишь факт обращения, но не содержит процессуально закрепленных выводов о событии правонарушения, включая результаты осмотра места происшествия, опроса возможных свидетелей или сотрудников магазина, что свидетельствует о невыполнении истцом возложенной на него законом обязанности по доказыванию обстоятельств, на которые он ссылается, как на основание своих требований в нарушение ст. 56 ГПК РФ.

Также указывает, что судом дана неправильная оценка заключению судебно-медицинской экспертизы № от <Дата>, которое, будучи сформулированным в вероятностной форме («могло образоваться незадолго до обращения», «при падении и ударе»), не содержит и не может содержать категоричных выводов о времени, месте и конкретных обстоятельствах причинения повреждений, при этом экспертное обследование основывалось преимущественно на медицинских документах от <Дата> что не позволяет установить причинно-следственную связь между получением травм истца днем <Дата> и именно в помещении указанного магазина.

Также не нашло своего подтверждения противоправность поведения ответчика, поскольку проведенный сотрудниками Главного управления МЧС России по Забайкальскому краю осмотр не выявил нарушений требований пожарной безопасности, а наличие в торговом зале незначительного перепада высот, не препятствующее безопасной эвакуации, не может рассматриваться в качестве противоправного. Выражает несогласие с выводом суда о необходимости размещения знаков «на уровне глаз» является умозрительным и не основанным на конкретных нормах федерального законодательства, поскольку предоставленная ответчиком в материалы дела фототаблица от <Дата> наглядно свидетельствует о наличии предупреждающей разметки, что опровергает довод истца об отсутствии каких-либо обозначений, подтверждает надуманность претензий.

Полагает, что данное в судебном заседании суда первой инстанции заключение прокурора, поддержавшего позицию истца, не освобождает истца от обязанности представлять суду доказательства, подтверждающие заявленные требования, а само заключение прокурора подлежит оценке наравне с иными доказательствами.

Выражает несогласие с присужденной суммой компенсации морального вреда, поскольку не было учтено имущественное положение ответчика – пенсионера, прекратившего предпринимательскую деятельность, данная сумма не соотносится с тяжестью фактически доказанных страданий и отклоняется от сложившейся практики рассмотрения аналогичных дел.

Также обращает внимание на недобросовестное поведение истца ФИО1, которое имеет признаки системного злоупотребления процессуальными правами с целью необоснованного извлечения материальной выгоды. Судом не была дана надлежащая правовая оценка тому обстоятельству, что истец не сообщила о факте падения и получения травмы персоналу магазина в день предполагаемого инцидента, не потребовала составления акта, не обратилась немедленно за медицинской помощью, а инициировала обращение в правоохранительные органы спустя несколько дней, что не характерно для добросовестного потерпевшего.

Указывает, что при взыскании с ответчика расходов на платное лечение и обследование (МРТ), суд судом не был исследован вопрос о наличии у истца возможности получить необходимую медицинскую помощь бесплатно в рамках программы обязательного медицинского страхования (ОМС). Ссылаясь на судебную практику, отмечает, что расходы на платное лечение могут быть взысканы с причинителя вреда только в случае, если потерпевший докажет, что необходимый вид помощи не мог быть оказан бесплатно в рамках ОМС, таким образом, данные расходы не могут быть возложены на ответчика (т. 2 л.д. 28-32).

В дополнениях к апелляционной жалобе представитель ответчика ФИО2 – ФИО8 приводит доводы, аналогичные изложенным в апелляционной жалобе. Дополнительно отмечает, что истцом не подтверждено наличие у нее намерений приобрести какой-либо товар или воспользоваться услугой в магазине ответчика, то есть не доказан факт возникновения между сторонами отношений, регулируемых Законом «О защите прав потребителей». Также указывает, что судом первой инстанции не дана оценка пояснениям свидетеля – руководителя магазина ФИО9 о том, что в предполагаемый день падения в магазине находилось три продавца, и в этот день никаких происшествий с падением людей не было. Кроме того, поскольку по делу установлено, что истица не направила ответчику претензию, указанное позволяет сделать вывод о том, что продавец был лишен возможности удовлетворения требований потребителя, в действиях истца имеется злоупотребление правом, влекущее отказ во взыскании штрафа.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились: ответчики ФИО10, ИП ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, представитель ФИО10 – ФИО8 просил о рассмотрении дела без его участия.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав истца ФИО1, возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, заключение прокурора Апрелковой В.С., полагавшей возможным снизить размер компенсации морального вреда с учетом имущественного положения ответчика, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Нарушений, влекущих отмену постановленного решения судом первой инстанции при разрешении заявленного спора, допущено не было.

В силу ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе и вследствие причинения вреда другому лицу.

Согласно положениям ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Факт нарушения личных неимущественных прав потерпевшего либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага может подтверждаться любыми средствами доказывания, предусмотренными статьей 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе объяснениями сторон и третьих лиц, показаниями свидетелей, письменными доказательствами (включая сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, и точного времени ее получения), а также вещественными доказательствами, аудио- и видеозаписями, заключениями экспертов (пункт 66 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Таким образом, исходя из приведенных положений закона и разъяснений по их применению, а также обстоятельств дела, для применения ответственности в виде возмещения истцу материального ущерба и компенсации морального вреда вследствие незаконных действий (бездействий) ответчика юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в результате посягательства причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности поведения, а также отсутствия вины.

Отсутствие хотя бы одного из указанных элементов делает невозможным удовлетворение требований о возложении на лицо, причинившее вред, обязанности по возмещению ущерба.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, истец ФИО1 <Дата>, находясь в торговом зале магазина «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, разглядывая товар на полках, споткнулась на выступе на полу, и упала. При падении она получила травму <данные изъяты>, от чего ощутила физическую боль.

В этот же день <Дата> ФИО1 обратилась к травматологу в Травматологический пункт <данные изъяты> с жалобой на боль <данные изъяты>.

При осмотре врачом травматологом отмечено со слов пострадавшей, травма от <Дата>, споткнулась и упала в магазине. При осмотре ФИО1 врачом отмечено <данные изъяты> (т. 1 л.д. 19).

<Дата><данные изъяты> (т. 1 л.д. 20-21).

Ввиду того, что боль не проходила, <Дата> истец обратилась в <данные изъяты>, где ей проведено <данные изъяты> (т. 1 л.д. 18).

<Дата> ФИО1 находилась на лечении-обследовании в травматологическом пункте <данные изъяты> где ей установлен диагноз: <данные изъяты> (т. 1 л.д. 17).

<Дата> ФИО1 обратилась с заявлением в УМВД России по г. Чите, просила провести проверку по факту ее падения в магазине «<данные изъяты>» в <адрес> получения травмы правой руки и плеча, что зафиксировано врачом-травматологом. Обстоятельства получения травмы отражены в объяснениях, взятых сотрудником УУП ОУУП и ПДН УМВД России по г. Чите у ФИО1 <Дата> ФИО1 была предупреждена об уголовной ответственности по ст. 306 УК РФ за заведомо ложный донос, при оформлении и подаче данного заявления (т. 1 л.д. 48,49).

<Дата> в адрес ФИО1 направлено уведомление, где сообщено, что по результатам проверки по факту сообщения в полицию, зарегистрированного в КУСП № от <Дата> принято решение о приобщении данного материала в номенклатурное дело № в связи с отсутствием признаков состава уголовно-наказуемого деяния либо административного правонарушения. Разъяснено право на обращение в суд в порядке гражданско-правового спора (л.д. 50).

<Дата> ФИО1 обратилась с заявлением в МЧС России по Забайкальскому краю с просьбой провести проверку по факту ее падения в магазине «<данные изъяты>» <Дата> и дать ответ о наличии либо отсутствии угрозы жизни и здоровью граждан имеющийся перепад высот пола в торговом зале магазина (т.1 л.д. 52).

<Дата> сотрудниками отдела надзорной деятельности и профилактической работы Управления надзорной деятельности и профилактической работы Главного управления МЧС России по Забайкальскому краю проведено выездное обследование, в ходе которого проведен осмотр торгового зала <данные изъяты>» по адресу: <адрес>, нарушений требований пожарной безопасности на территории торгового объекта не установлено, наличие незначительного перепада высот в помещении торгового зала не препятствует безопасной эвакуации людей. Результаты осмотра отражены в протоколе осмотра и акте выездного обследования (т.1 л.д. 55-60).

Из заключения эксперта <данные изъяты>» № от <Дата>, проведенного на основании постановления УУП ОУУП и ПДН УМВД России по г. Чите от <Дата> усматривается, что ФИО1 получила травму в магазине <данные изъяты> по адресу: <адрес> при падении с высоты собственного роста. Со слов обследуемой <Дата> она упала в магазине по адресу: <адрес>. В выводах, исходя из исследованных документов, в том числе медицинской документации, эксперт указывает повреждения: <данные изъяты>. Данное повреждение могло образоваться незадолго до обращения за медицинской помощью (<Дата>), в результате воздействия тупого предмета (предметов), а также при падении и ударе о таковые, о чем свидетельствуют данные медицинской документации и согласно п. 7.1 приложения к Приказу Минздравсоцразвития от 24 апреля 2008 г. №н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» и «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 г. №522 и нормативно-правовых актов, повлекли за собой длительное расстройство здоровья на срок более трех недель и по этому признаку квалифицируются как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью (т. 1 л.д. 12-13).

Указанное нежилое помещение по адресу: <адрес> принадлежит на праве долевой собственности по 1/5 доли ФИО7, ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО6(т. 1 л.д. 108-120).

<Дата> собственники нежилого помещения по адресу: <адрес> передали указанное помещение по договору аренды № ИП ФИО2 для размещения магазина. Срок действия данного договора предусмотрен на 5 лет (п. 7.1 Договора).

В этот же день по акту приема-передачи указанное нежилое помещение было передано индивидуальному предпринимателю ФИО2 во исполнение договора аренды.

<Дата> Управлением Росреестра по Забайкальскому краю произведена государственная регистрация договора аренды (т. 1 л.д. 140-148).

Соглашением от <Дата> договор аренды № расторгнут сторонами с <Дата> (т. 1 л.д. 137-138)

<Дата> ФИО2 в ЕГРИП внесена запись о прекращении физическим лицом деятельности в качестве индивидуального предпринимателя (т. 1 л.д. 139).

Указывая на то, что травмирование произошло в связи с отсутствием предупреждающих знаков, объявлений об имеющемся перепаде высот в торговом зале магазина, ФИО1, обратилась в суд с данным иском.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, установив, что травма получена истцом в результате падения на имеющемся выступе в торговом зале в магазине «<данные изъяты>», находящегося на праве аренды в пользовании ответчика ФИО2, на которой лежит обязанность обеспечивать безопасность посетителей магазина, в том числе путем размещения предупреждающих о ступеньке знаков о необходимости быть осторожными, пришел к выводу, что вред здоровью истца причинен по вине данного ответчика.

Принимая во внимание фактические обстоятельства причинения вреда, характер и тяжесть полученных истцом повреждений, длительность нахождения на лечении, степень физических и нравственных страданий, безусловность наличия морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, а также имущественное положение ответчика ФИО2, суд, исходя из принципа разумности и справедливости, определил ко взысканию с ответчика ФИО2 в счет компенсации морального вреда 50 000 рублей.

Установив нуждаемость истца в обследовании и последующем лечении полученных повреждений, взыскал понесенные истцом расходы в размере 29 573,20 рублей.

В связи с частичным удовлетворением требований истца суд взыскал с ответчика ФИО2 понесенные истцом судебные расходы в виде оплаты почтовых услуг в размере 455 рублей и юридических услуг в размере 3 000 рублей.

При этом, разрешая и отказывая в удовлетворении требований истца о взыскании штрафа, предусмотренного Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I «О защите прав потребителей», суд первой инстанции исходил из установления вины ответчика ФИО2 в причинении вреда здоровью истца непосредственно в ходе судебного разбирательства, а также отсутствия направленной истцом претензии в адрес ФИО2

Проверяя решение суда по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия с выводом суда о наличии оснований для удовлетворения требований к ответчику ФИО2 соглашается, отклоняя доводы жалобы как несостоятельные. Вместе с тем, судебная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца штрафа за отказ в добровольном порядке удовлетворить требования потребителя сделаны с нарушением норм материального и процессуального права.

Факт нахождения помещения магазина «МПР товары для дома», расположенного в здании по адресу: <адрес>, в пользовании ответчика ИП ФИО2, оказывающей услуги торговли, участвующими в деле лицами не оспаривался.

Факт падения истца <Дата> в торговом зале магазина <данные изъяты>» по адресу: <адрес>, на выступе на полу подтверждается пояснениями истца, данными в ходе рассмотрения дела, в том числе при обращении в отдел полиции.

Оснований сомневаться в добросовестности пояснений истца у суда не имелось, так как данные ими пояснения являются последовательными, обстоятельства дела в них изложены четко, подробно, неясностей, неточностей и двусмысленного толкования не содержат, а также согласуются с представленными в материалы дела доказательствами, в том числе заявлением ФИО1 в правоохранительные органы, где она была предупреждена об уголовной ответственности за заведомо ложный донос, обращением в Главное управление МЧС по Забайкальскому краю и государственную инспекцию Забайкальского края, а также сведениями медицинских выписок при обращении истца к врачу травматологу.

Из пояснений истца следует, что причиной падения явилось наличие выступа на полу в торговом зале магазина, а также отсутствие предупреждающих знаков, объявлений об имеющемся препятствии.

Наличие данного выступа подтверждается представленным в материалы дела протоколом осмотра Главного управления МЧС России по Забайкальскому краю от <Дата> с фототаблицами (т. 1 л.д. 55-58).

Ссылка в жалобе на злоупотребление правом со стороны истца, не сообщившей сотрудникам магазина о падении, является необоснованной, поскольку на момент падения истец не могла предполагать о получении ей каких-либо травм.

В соответствии с положениями пунктов 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу пункта 1 статьи 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни, здоровью гражданина вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

Согласно требованиям пункта 2 статьи 1096, статьи 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем). Продавец или изготовитель товара, исполнитель работы или услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения.

Статьей 11 Федерального закона от 30 декабря 2009 г. N 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» предусмотрено, что здание или сооружение должно быть спроектировано и построено, а территория, необходимая для использования здания или сооружения, должна быть благоустроена таким образом, чтобы в процессе эксплуатации здания или сооружения не возникало угрозы наступления несчастных случаев и нанесения травм людям - пользователям зданиями и сооружениями в результате скольжения, падения, столкновения, ожога, поражения электрическим током, а также вследствие взрыва.

В соответствии со статьями 8, 11 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 5 «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» индивидуальные предприниматели и юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны выполнять требования осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц; обеспечивать безопасность для здоровья человека выполняемых работ и оказываемых услуг, а также продукции производственно-технического назначения, пищевых продуктов и товаров для личных бытовых нужд при их производстве, транспортировке, хранении, реализацию населению. Граждане имеют право на возмещение в полном объеме вреда, причиненного их здоровью или имуществу, вследствие нарушения другими гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами санитарного законодательства.

В силу статьи 35 Федерального закона от 30 декабря 2009 г. N 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» строительство, реконструкция, капитальный и текущий ремонт здания или сооружения, консервация объекта, строительство которого не завершено, должны осуществляться таким образом, чтобы негативное воздействие на окружающую среду было минимальным и не возникала угроза для жизни и здоровья граждан, имущества физических или юридических лиц, государственного или муниципального имущества, жизни и здоровья животных и растений.

Приказом Минстроя России от 19 мая 2022 года N 389/пр (с последующими изменениями) утвержден Свод правил СП 118.13330.2022 «СНиП 31-06-2009 Общественные здания и сооружения».

Пунктом 6.1 настоящих Правил предусмотрено, что здание должно быть возведено и оборудовано таким образом, чтобы предупредить возможность получения травм посетителями и работающими в нем при передвижении внутри и около здания, при входе и выходе из здания, а также при пользовании его подвижными элементами и инженерным оборудованием.

В связи с чем, эксплуатация здания должна осуществляться таким образом, чтобы не допустить причинения вреда жизни и здоровью граждан.

В соответствии с пунктом 1 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан пользоваться арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды, а если такие условия в договоре не определены, в соответствии с назначением имущества.

Согласно пункту 2 статьи 616 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не установлено законом или договором аренды.

Таким образом, по смыслу закона арендатор обязан обеспечить безопасность потребителей в точке розничной торговли, за исключением случаев наличия в соответствующем договоре аренды условия, прямо возлагающего названную обязанность на арендодателя. При этом, юридическое лицо может быть освобождено от ответственности за причинение вреда, причиненного здоровью гражданина в результате ненадлежащего исполнения обязательных требований по обеспечению безопасности потребителей при нахождении в точке розничной торговли, только в случае если докажет, что в силу действующего законодательства и конкретных обстоятельств дела вред причиненный здоровью гражданина должно возместить иное лицо.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции, установив, что падение истца произошло в торговом зале магазина в связи имеющимся выступом на полу, переданном собственниками арендатору для организации магазина, приняв во внимание условия договора аренды от 02 февраля 2022 г., согласно которым арендатор обязался соблюдать на Объекте требования Госсанэпиднадзора, Управления государственной противопожарной службе, иных отраслевых правил и норм, установленных для предприятий, учреждений и организаций данного вида деятельности.

Доказательств того, что о наличии выступа на полу торгового зала имелись предупреждающие знаки, разметки, объявления об имеющейся ступеньки на полу и необходимости соблюдения мер безопасности, на момент получения истцом травмы <Дата>, в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, поскольку выступ на полу расположен непосредственно в торговом зале арендуемого ФИО2 помещения, на которую возложена обязанность по обеспечению безопасности передвижения по торговому залу, в данном случае правомерно возложена районным судом на арендатора ФИО2

Как верно отмечено судом первой инстанции прекращение статуса индивидуального предпринимателя не освобождает ответчика от обязанности исполнения обязательств, возникших в период осуществления предпринимательской деятельности.

Исходя из изложенного, вопреки доводам апелляционной жалобы, то обстоятельство, что при осмотре сотрудниками Главного управления МЧС России по Забайкальскому краю не выявлено нарушений требований пожарной безопасности, а наличие в торговом зале незначительного перепада высот, не препятствующего безопасной эвакуации, не свидетельствует об отсутствии вины за вред, причиненный истцу ответчиком ФИО2, поскольку вред ФИО1 причинен в результате не обеспечения ей безопасного нахождения в торговом зале магазина.

Оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика у судебной коллеги не имеется.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о завышенном размере взысканной судом первой инстанции компенсации морального вреда судебная коллегия полагает необоснованными.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Вопреки доводам апелляционной жалобы взысканный судом размер компенсации морального вреда, по мнению судебной коллегии, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьей 21 и 53 Конституции Российской Федерации), степени вины ответчика, который не надлежащим образом обеспечил безопасные условия для здоровья потребителей, а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Как следует из пояснений истца в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, после случившегося ФИО1 длительной время испытывала физическую боль, вынуждена была в связи с непрекращающейся болью в поврежденной руке обращаться к врачам, приобретать лекарства, проходить реабилитацию.

Из справки травматологического пункта <данные изъяты>», следует, что ФИО1 проведено лечение: <данные изъяты> (т. 1 л.д. 17).

В данном случае, при определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции в достаточной степени оценены характер и тяжесть полученных истцом в результате падения травмы, обстоятельства, при которых истец получила травму, связанные с этим неудобства, выразившиеся в невозможности ведения привычного образа жизни, учитывая продолжительность периода лечения, объем и характер причиненных ей физических и нравственных страданий, с учетом требований разумности и справедливости, степени вины ответчика, материального положения ответчика, суд счел возможным удовлетворить заявленные истцом требования, взыскав с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Выводы суда подробно мотивированы, соответствуют собранным по делу доказательствам, и оснований для признания их ошибочными, судебная коллегия не усматривает.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Определенная судом первой инстанции компенсация в размере 50 000 рублей отвечает указанным признакам, оснований для ее изменения судебная коллегия не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы о том, что при определении размера компенсации морального вреда суд не учел материальное положение ответчика, являющейся пенсионером, подлежат отклонению в силу следующего.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Уменьшение размера возмещения вреда в соответствии с правилами пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации является, с учетом конкретных обстоятельств дела, правом, а не обязанностью суда.

ФИО2 с целью подтверждения тяжелого материального положения представлена справка о назначенных пенсиях и социальных выплатах от <Дата>, подтверждающая получение ответчиком пенсии по старости с <Дата>, приобщенной судом апелляционной инстанции к материалам дела в качестве нового доказательства. Из указанной справки следует, что на <Дата> размер страховой пенсии и фиксированной выплаты к страховой пенсии составляет <данные изъяты> руб.

Вместе с тем, приведенное обстоятельство не свидетельствует о тяжелом материальном положении ответчика, в связи с чем, оснований для снижения подлежащего взысканию в пользу истца размера компенсации морального вреда по доводам жалобы ФИО2 у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом судебная коллегия учитывает, что до <Дата> ответчик ФИО2 осуществляла предпринимательскую деятельность.

В то же время судебная коллегия полагает заслуживающими внимания отдельные доводы апелляционной жалобы ответчика ФИО2 о необоснованном взыскании расходов на лечение.

Пунктом 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ «Об основах, охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и статьи 4 Федерального закона от 29 ноября 2010 г. N 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», застрахованному лицу гарантируется бесплатное оказание медицинской помощи при наступлении страхового случая в рамках территориальной программы обязательного медицинского страхования и базовой программы обязательного медицинского страхования.

В соответствии со статьей 16 Федерального закона от 29 ноября 2010 г. N 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», застрахованные лица имеют право на: бесплатное оказание им медицинской помощи медицинскими организациями при наступлении страхового случая: на всей территории Российской Федерации в объеме, установленном базовой программой обязательного медицинского страхования; на территории субъекта Российской Федерации, в котором выдан полис обязательного медицинского страхования, в объеме, установленном территориальной программой обязательного медицинского страхования.

В подпункте «б» пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включаются расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в случае причинения вреда здоровью гражданина расходы на его лечение и иные понесенные им дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, подлежат возмещению такому гражданину (потерпевшему) причинителем вреда или иным лицом, на которого в силу закона возложена такая обязанность, при одновременном наличии следующих условий: нуждаемости потерпевшего в этих видах помощи и ухода, отсутствии права на их бесплатное получение, наличии причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и ухода и причиненным его здоровью вредом. При доказанности потерпевшим, имеющим право на бесплатное получение необходимых ему в связи с причинением вреда здоровью видов помощи и ухода, факта невозможности получения такого рода помощи качественно и своевременно на лицо, виновное в причинении вреда здоровью, или на лицо, которое в силу закона несет ответственность за вред, причиненный здоровью потерпевшего, может быть возложена обязанность по компенсации такому потерпевшему фактически понесенных им расходов.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения спора об объеме подлежащих возмещению потерпевшему расходов на его лечение и иных понесенных им дополнительных расходов в связи с причинением вреда его здоровью, обязанность доказать которые законом возложена на истца (потерпевшего), относятся: наличие расходов на лечение и иных дополнительных расходов, связанных с восстановлением здоровья, отсутствие права на бесплатное получение этих видов медицинской помощи либо невозможность их получения качественно и в срок, а также наличие причинно-следственной связи между понесенными потерпевшим расходами и вредом, причиненным его здоровью.

Удовлетворяя требования истца в части взыскания с ответчика материального ущерба в общем размере 29 573,20 рублей, сложившегося из приобретения лекарственных средств, получение лечения и консультации врача травматолога, суд первой инстанции исходил из доказанности фактов несения истцом указанных расходов и их необходимости в связи с полученной ФИО1 травмой.

При этом расчет материального ущерба сложился из следующих затрат:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Так, <Дата> после полученной травмы истец обратилась в травматологический пункт <данные изъяты>», где ей рекомендовано: <данные изъяты> (т. 1 л.д. 19).

<Дата> истцу проведено в <данные изъяты> (т. 1 л.д. 18).

<Дата> ФИО1 находилась на лечении-обследовании в травматологическом пункте <данные изъяты> где ей установлен диагноз: <данные изъяты> (т. 1 л.д. 17).

Истцом представлены кассовые чеки на приобретение указанных лекарств на общую сумму 16 030,20 руб. (т.1 л.д. 25, 29, 30). <данные изъяты>.

При этом, суду не был представлен кассовый чек на приобретение лекарств на сумму 873 руб., 545 руб., в связи с чем оснований для взыскания указанных сумм у суда не имелось.

Судебная коллегия, в соответствии с частью 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» с целью установления юридически значимых обстоятельств приняла и дала оценку новым доказательствам.

Как следует из ответа <данные изъяты>» от <Дата> № на судебный запрос, в период с <Дата> по <Дата> в поликлиническом подразделении № КМЦ г. Читы осуществлял работу врач хирург Г и врач хирург совместитель на 0,5 ставки Г Прием указанными врачами осуществляется по предварительной записи, но при оказании первичной медико-социальной помощи в неотложной форме в течение 2-х часов с момента обращения пациента. Также при обращении в регистратуру поликлинического подразделения № пациенты по неотложным состояниям направляются без предварительной записи, без талонов на прием к дежурному врачу. Кроме того, указано, что в консультативно-диагностическом подразделении КМЦ г. Читы осуществляется прием врача травматолога-ортопеда, проведение <данные изъяты>. Также сообщено о том, что по данным амбулаторной карты в медицинской информационной системе «Ариадна» ФИО1 зарегистрированы обращения <Дата> к врачу физиотерапевту, диагноз: Посттравматический теносиновит надостной и надлопаточной области справа. Проведен курс лечения с 31 июля по <Дата> (т. 2 л.д. 90).

Из указанного следует, что ФИО1 не была лишена возможности получить медицинскую помощь без взимания платы в рамках Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи и территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

Доказательств, подтверждающих, что медицинские услуги не могли быть оказаны ей в рамках программы обязательного медицинского страхования, носили экстренный неотложный характер, в связи с чем потребовалось их платное получение, стороной истца представлено не было.

В связи с изложенным у суда отсутствовали основания для взыскания с ответчика понесенных расходов на платные медицинские услуги на прием врача травматолога первичный, повторный в ООО «Прима Мед» (2 600 руб., 1 600 руб.); магнитно-резонансная томографию сустава (6 535 руб.); инъекции и введение лекарственных средств (600 руб., 800 руб.).

Таким образом, решение в части размера взысканного с ответчика ФИО2 в пользу ФИО1 материального ущерба подлежит изменению, взысканию с ответчика подлежит материальный ущерб в размере 16 030,20 рублей.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции на основании абзаца второго части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе в интересах законности проверить обжалуемое судебное постановление в полном объеме вне зависимости от доводов жалобы.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», под интересами законности с учетом положений статьи 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует понимать необходимость проверки правильности применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов участников.

Согласно преамбуле Закон Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Исполнителем является организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

Продавцом является организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, реализующие товары потребителям по договору купли-продажи.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом о защите прав потребителей, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Исходя из положений преамбулы названного закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что к потребителю относится, в том числе гражданин, как совершивший действие по приобретению товара, так еще и не совершивший действие по приобретению товара, но имевший намерение заказать или приобрести либо заказывающий или приобретающий товары (работы, услуги).

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя.

При этом, как указано в абзаце 10 преамбулы этого же закона, под безопасностью товара (работы, услуги) понимается безопасность товара (работы, услуги) для жизни, здоровья, имущества потребителя и окружающей среды при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации, а также безопасность процесса выполнения работы (оказания услуги).

В силу абзаца 3 пункта 2 статьи 7 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие необеспечения безопасности товара (работы), подлежит возмещению в соответствии со статьей 14 данного закона.

Пунктом 1 статьи 14 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.

Согласно пункту 135 «ГОСТ Р 51303-2023. Национальный стандарт Российской Федерации. Торговля. Термины и определения», утв. Приказом Росстандарта от 30 июня 2023 г. N 469-ст, (действующему на момент падения истца 26 июля 2024 г.) под безопасностью услуги торговли понимается комплекс свойств услуги, проявление которых при обычных условиях ее оказания не подвергает недопустимому риску жизнь, здоровье и имущество покупателя (потребителя).

Из приведенных положений следует вывод о праве покупателя на безопасное оказание услуги торговли.

Согласно пункту 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

С учетом изложенного, к сложившимся между сторонами спора правоотношениям подлежит применению Закон Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей», тогда как досудебный порядок урегулирования спора о компенсации морального вреда в рассматриваемых правоотношениях не предусмотрен, само наличие судебного спора по заявленным ФИО1 требованиям, в том числе по поводу компенсации морального вреда и удовлетворение судом требований потребителя указывает на несоблюдение ответчиком добровольного порядка удовлетворения требований потребителя и является основанием взыскания штрафа в соответствии с пунктом 6 статьи 13 данного Закона.

В связи с чем, судебная коллегия полагает необходимым изменить решение суда указанием на взыскание штрафа, поскольку согласно разъяснениям, данным в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», следует, что суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Таким образом, в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 33 015,10 (50 000+16 030,20 х 50%).

Также суд первой инстанции при разрешении спора не разрешил вопроса о взыскании государственной пошлины в порядке статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, от уплаты которой истец освобождена в соответствии с подпунктами 3, 4 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 3 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации судебная коллегия определяет ко взысканию с ответчика ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 7 000 руб. (4 000 руб. государственная пошлина за требования имущественного характера + 3 000 руб. государственная пошлина за требования неимущественного характера).

Исходя из вышеизложенного, решение суда первой инстанции в силу п. 4 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит изменению.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Центрального районного суда г. Читы от 17 октября 2025 г. изменить в части размера взысканного материального ущерба.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения материального ущерба 16 030,20 рублей.

То же решение дополнить указанием на взыскание с ФИО2 в пользу ФИО1 штрафа за нарушение прав потребителя в размере 33 015,10 рублей.

То же решение дополнить указанием на взыскание с ФИО2 в доход местного бюджета государственной пошлины в размере 7 000 рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступило в законную силу и может быть обжаловано в трехмесячный срок со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции – Центральный районный суд г. Читы.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 07 мая 2026 г.