Апелляционное определение № 33-2796/2025 от 22 декабря 2025 г.

Судья Николаев А.А. дело № 33-2796/2025

дело № 2-493/2025, УИД 12RS0002-01-2025-000590-07


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Йошкар-Ола 23 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Марий Эл в составе:

председательствующего Халиулина А.Д.,

судей Кольцовой Е.В., Лоскутовой Н.Г.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Роженковой Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Звениговского районного суда Республики Марий Эл от 26 августа 2025 года, которым постановлено в иске ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий его недействительности, включении объекта недвижимого имущества в наследственную массу и признании принявшей наследство, отказать.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Марий Эл Лоскутовой Н.Г., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 (после смены фамилии - ФИО3) о признании договора дарения недействительным, применении последствий его недействительности, включении объекта недвижимого имущества в наследственную массу и признании принявшей наследство.

В обоснование иска указала, что она и ответчик являются дочерьми ФИО4, умершего <дата>. ФИО4 принадлежала квартира, расположенная по адресу: <адрес>. В настоящее время истцу стало известно о том, что 5 августа 2015 года был заключен договор дарения указанной квартиры между отцом, от имени которого действовала ФИО5 на основании доверенности от 29 июля 2015 года, и ответчиком (л.д. 9, 10). Истец полагает, что договор дарения, заключенный между ФИО4 и ФИО2 является недействительным, поскольку отец тяжело болел и в силу своего физического и психического здоровья не мог правильно оценивать ситуацию и осознавать последствия своих действий, был введен в заблуждение. Также полагает, что нотариус, удостоверивший вышеуказанную доверенность, не проверил и не убедился в дееспособности отца, в том, что он находится в том состоянии, в котором способен осознавать последствий своих действий.

Судом постановлено вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда отменить, принять новое решение об удовлетворении иска. В обоснование доводов жалобы указано, что вопрос о восстановлении срока исковой давности судом не разрешен. Требования закона о праве истца на предусмотренную статьей 1149 ГК РФ обязательную долю также судом не применены. Указывает, что о продаже ответчиком дома в д. Мари-Отары знала, но о выдаче доверенности на отчуждение спорной квартиры ей известно не было. Полагает, что на дату составления доверенности и договора дарения отец не мог отдавать отчет своим действиям.

В возражении на апелляционную жалобу ФИО6 приводит доводы в поддержку принятого решения.

Заслушав объяснения представителя истца ФИО1 ФИО7, поддержавшего доводы жалобы, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 5 августа 2015 года между ФИО4, от имени которого на основании доверенности от 29 июля 2015 года <№>, удостоверенной нотариусом ФИО8, действовала ФИО5, и ФИО2 был заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

Ответчиком в ходе судебного разбирательства заявлено ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности.

Истец, обращаясь в суд с настоящим иском, указала, что ей не было известно о заключении оспариваемого договора дарения квартиры.

Разрешая заявленные истцом требования, руководствуясь положениями гражданского законодательства, оценив по правилам статьи 67 ГПК РФ представленные по делу доказательства, суд первой инстанции, установив, что с иском об оспаривании договора дарения от 5 августа 2015 года и доверенности от 29 июля 2015 года истец обратилась 16 мая 2025 года, то есть по истечении более 9 лет, приняв во внимание ходатайство ответчика о пропуске срока исковой давности, пришел к выводу об отказе в удовлетворении иска в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам и доказательствам, сделанным при правильном применении норм материального и процессуального права.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражениях относительно жалобы.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Как следует из пункта 2 статьи 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

В силу положений частей 1, 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Установив, что с иском об оспаривании договора дарения от 5 августа 2015 года истец обратилась 16 мая 2025 года, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении иска в связи с пропуском срока исковой давности.

Доводы подателя жалобы о том, что она не знала о заключении спорного договора дарения опровергаются материалами дела.

Из отказного материала КУСП № 42 следует, что <дата> ФИО1 обратилась в ОМВД России по Звениговскому району с заявлением о незаконных действиях ФИО2 в отношении квартиры, расположенной по адресу: <адрес><адрес> (л.д. 2,3 материала КУСП <№>). В данном заявлении ФИО1 указывает, что ответчик квартиру по адресу <адрес><адрес> «…обманным путем, действуя со своим бывшим мужем ФИО9 и его братом ФИО10, она (ФИО2) присвоила себе, оформив дарственную, якобы от нашего отца, ныне покойного, ФИО4, пользуясь его старческой доверчивостью…».

Постановлением от <дата> отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 УК РФ (л.д. 32 материала КУСП <№>).

В отказном материале также имеются объяснения ФИО1 от 14 мая 2019 года, данные старшему УУП ОМВД России по Звениговскому району, из которых следует, что «… Также она (ФИО2) переоформила на основании данной доверенности всю недвижимость, а именно 4-х комнатную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>…», «ФИО2 угрожает ФИО11, что она выселит их из отцовской квартиры, которая принадлежит ФИО2 по праву дарения…» (л.д. 25 материала КУСП <№>).

Таким образом, доводы подателя жалобы в указанной части являются несостоятельными, судом первой инстанции сделан верный вывод о том, что истцом пропущен срок исковой давности о признании договора дарения недействительным.

Согласно пункту 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (абзац первый пункта 1 статьи 167 ГК РФ).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно правовой позиции, отраженной в пункте 15 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020)», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23 декабря 2020 года, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме (пункт 1 статьи 177 ГК РФ) связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле. Не имеет правового значения дееспособность лица, поскольку тот факт, что лицо обладает полной дееспособностью, не исключает наличия порока его воли при совершении сделки.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством в таком случае является установление психического состояния лица в момент совершения сделки.

В соответствии со статьями 56 и 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Истцом в нарушение положений части 1 статьи 56 ГПК РФ не представлено достаточных и бесспорных доказательств, подтверждающих тот факт, что на момент совершения спорной сделки ФИО4 не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, тогда как бремя доказывания данных обстоятельств лежит именно на истце. Решение Звениговского районного суда Республики Марий Эл от 11 июля 2017 года, которым ФИО4 признан недееспособным (дело <№>), об указанном не свидетельствует, поскольку постановлено по истечении почти двух лет после заключения договора дарения от 5 августа 2015 года (л.д. 27).

В рамках рассмотрения Звениговским районным судом Республики Марий Эл гражданского дела <№>, при оспаривании сделки по купле-продаже земельного участка и дома в д. <адрес> - <адрес><адрес> была проведена комплексная психолого-психиатрическая экспертиза подэкспертного ФИО4 В своих выводах эксперты указали, что ответить на вопрос : «мог ли ФИО4 правильно воспринимать важные для него обстоятельства и понимать характер и значение своих действий при совершении 5 августа 2015 года сделки купли-продажи недвижимости … не представляется возможным» (л.д. 66, 68). Таким образом, правомерность применения в рамках данного дела положений пункта 1 статьи 177 ГК РФ истцом не доказана.

Доводы апелляционной жалобы о праве истца на обязательную долю наследства также отклоняются судебной коллегией, так как они основаны на ошибочном толковании норм права.

Согласно части 1 статьи 1149 ГК РФ несовершеннолетние или нетрудоспособные дети наследодателя, его нетрудоспособные супруг и родители, а также нетрудоспособные иждивенцы наследодателя, подлежащие призванию к наследованию на основании пунктов 1 и 2 статьи 1148 настоящего Кодекса, наследуют независимо от содержания завещания не менее половины доли, которая причиталась бы каждому из них при наследовании по закону (обязательная доля), если иное не предусмотрено настоящей статьей.

В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (статья 1112 ГК РФ). Временем открытия наследства является момент смерти гражданина (статья 1114 ГК РФ).

Между тем, в данном случае спорное имущество уже не входит в состав наследственной массы, поскольку было при жизни наследодателя передано по договору дарения, а значит выбыло из наследственного имущества. Собственником такого имущества является лицо, которому оно было подарено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, оснований для его отмены не имеется.

Руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Звениговского районного суда Республики Марий Эл от 26 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Председательствующий А.Д. Халиулин

Судьи Е.В. Кольцова

Н.Г. Лоскутова

Мотивированное апелляционное определение составлено 24 декабря 2025 года.