Решение № 2-1295/2019 2-94/2020 2-94/2020(2-1295/2019;)~М-1252/2019 М-1252/2019 от 3 февраля 2020 г. по делу № 2-1295/2019

Дело № 2-94/2020


Р Е Ш Е Н И Е Именем Российской Федерации

4 февраля 2020 года г. Нытва

Нытвенский районный суд Пермского края в составе

председательствующего судьи Волковой Л.В.,

при секретаре Третьяковой О.Б.,

с участием представителя истца ФИО9,

ответчика ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО11 к ФИО10 о защите чести и достоинства,

установил:

ФИО11 обратился в суд с иском к ФИО10 о защите чести и достоинства, просит: признать не соответствующими действительности и порочащими честь и достоинство ФИО11 сведения о том, что в ночь на 24 октября 2019 в принадлежащем семьей А-ных автомобиле им были разбиты стекла; обязать ФИО10 в течение месяца со дня вступления решения суда в законную силу перед трудовым коллективом детского сада «Березка», расположенного по адресу: <...>, сделать устное опровержение распространенных ею сведений о том, что в ночь на 24 октября 2019 в принадлежащем семьей А-ных автомобиле ФИО11 были разбиты стекла; взыскать с ФИО10 в пользу ФИО11 в счет компенсации морального вреда 100 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО11 не явился, направил представителя.

Представитель истца ФИО9 исковые требования поддержал, пояснил, что утверждения ответчика являются оговором, затрагивают честь истца. Такие обвинения ставят под сомнение доброе имя истца, честь и достоинство человека. Любое обвинение в совершении антиобщественного проступка задевает честь человека, характеризует человека отрицательно. ФИО1 стали поступать звонки. 24 октября ФИО10 заявила ФИО1 в присутствии других лиц, что сын ФИО1 повредил их машину. А поскольку в семье ФИО1 только один сын, то всем присутствующим было ясно, что речь идет о ФИО11. Со стороны ФИО10 имело место утверждение. Истец не должен отвечать за то, чего он не делал. Между ответчиком и ФИО1 неприязненные отношения, но это не дает право обвинять другое лицо в антиобщественном поведении. Поскольку информация была в устной форме, то имеется только один способ подтвердить ее – показания свидетелей, что и было сделано. Видеозапись подтверждает, что ФИО1 не была довольна разговором, вышла в коридор, выясняет отношения, ФИО10 совершенно спокойна, ничем не задета. Иных причин для обсуждений ответчик не назвала.

Ответчик ФИО10 в судебном заседании с требованиями не согласна, представила письменный отзыв (л.д. 15), также пояснила, что при разговоре с ФИО1 присутствовал только ее муж ФИО4, ФИО8 не было. Она пришла с мужем в кабинет заведующей, чтоб отпроситься в суд. ФИО1 сказала ей, чтоб она за 15 минут до начала дела уехала, на что она возразила ФИО1, что не успеет, т.к. ночью их обстреляли. Это было уже в коридоре, в коридоре больше никого не было. Она отпросилась у ФИО1 и пошла получать обед, а потом пошла наверх, а ФИО1 пошла за ней и стала кричать. ФИО7 в то время уже пришла с детьми с прогулки. Она накрывала на стол, а ФИО1 зажала ее в угол и стала толкать. Отрицает, что говорила ФИО1 о том, что ее сын разбил их машину. Она даже не знает сына ФИО1. Какое решение принято по поводу повреждения их машины, не знает. С ФИО1 отношения напряженные. Знает о том, что у ФИО1 один сын. Со свидетелями отношения нормальные. 25 числа ФИО1 обратилась в полицию, ее вызывали, она предлагала участковому изъять видеозапись, но он этого не сделал. Считает, что против нее сговор.

Суд, заслушав представителя истца, ответчика, свидетелей, изучив материалы дела, обозрев гражданское дело № 2-1039/2019, материалы КУСП, обозрев видеозапись, считает иск подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) определяет, что защита гражданских прав осуществляется путем, в том числе, восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; самозащиты права; а также иными способами, предусмотренными законом.

В соответствии со ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ), заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В силу ч. 1 ст. 152 ГК РФ, гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" разъяснено следующее:

7. По делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок (например, не могут быть опровергнуты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации сведения, изложенные в приказе об увольнении, поскольку такой приказ может быть оспорен только в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом Российской Федерации).

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

9. В силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

В соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

10. Статьей 33 Конституции Российской Федерации закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок.

Судам необходимо иметь в виду, что в случае, когда гражданин обращается в названные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.

Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (пункты 1 и 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

15. Статья 152 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставляет гражданину, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, право наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда. Данное правило в части, касающейся деловой репутации гражданина, соответственно применяется и к защите деловой репутации юридических лиц (пункт 7 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений в отношении юридического лица.

Компенсация морального вреда определяется судом при вынесении решения в денежном выражении. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание обстоятельства, указанные в части 2 статьи 151 и пункте 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Если не соответствующие действительности порочащие сведения распространены в средствах массовой информации, суд, определяя размер компенсации морального вреда, должен учесть характер и содержание публикации, а также степень распространения недостоверных сведений. При этом подлежащая взысканию сумма компенсации морального вреда должна быть соразмерна причиненному вреду и не вести к ущемлению свободы массовой информации.

Требование о компенсации морального вреда может быть заявлено самостоятельно, если, например, редакция средства массовой информации добровольно опубликовала опровержение, удовлетворяющее истца. Это обстоятельство должно быть учтено судом при определении размера компенсации морального вреда.

Судам следует иметь в виду, что моральный вред, хотя он и определяется судом в конкретной денежной сумме, признается законом вредом неимущественным и, следовательно, государственная пошлина должна взиматься на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, а не в процентном отношении к сумме, определенной судом в качестве компенсации причиненного истцу морального вреда.

В Обзоре практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016, указано следующее:

Положения части 1 статьи 21, статей 23 и 34, статьи 45 и части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации гарантируют каждому право на судебную защиту своей чести и доброго имени.

В силу предписания части 3 статьи 17, статьи 29 Конституции Российской Федерации устанавливается возможность выражения каждым своего мнения и убеждения любым законным способом, не нарушающим права и свободы других лиц. Это обязывает суд как орган правосудия при разрешении возникающих споров обеспечивать баланс конституционно защищаемых прав человека на свободное выражение взглядов и прав на защиту всеми своей чести, достоинства и деловой репутации.

Реализация конституционных прав, направленных на защиту нематериальных благ, осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 12, пунктом 5 статьи 19, статьями 150, 152, 1099 и 1100, пунктом 3 статьи 1251, пунктом 2 статьи 1266 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). Требования об их защите сроком давности не ограничены (статья 208 ГК РФ), исключение из этого правила установлено в пункте 10 статьи 152 ГК РФ в отношении сведений о гражданине, распространенных в средствах массовой информации.

Пункт 10 статьи 152 ГК РФ гарантирует судебную защиту в случаях распространения о лицах не только сведений, порочащих их честь, достоинство или деловую репутацию, но также любых распространенных о них сведений, если эти сведения не соответствуют действительности.

Решение об удовлетворении иска о защите чести, достоинства и деловой репутации выносится судом в случае установления совокупности трех условий: сведения должны носить порочащий характер, быть распространены и не соответствовать действительности. При этом заявитель обязан доказывать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, и порочащий характер этих сведений. На ответчика же возложена обязанность доказать, что распространенные им сведения соответствуют действительности.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

П. 2. Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В п. 3 Пленума указано, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Родителями ФИО11 являются ФИО1 и ФИО2 (л.д. 31).

ФИО10 обращалась в СУ СК России по Пермскому краю с заявлением о систематическом нанесении воспитателем детского сада «Березка» ФИО3 ее малолетнему сыну (л.д. 17-18).

Прокуратурой Нытвенского района проводилась проверка по заявлению ФИО10 По результатам рассмотрения заявления внесено представление в РУО об устранении нарушений законодательства об образовании, юридическое лицо - детский сад «Березка» и должностное лицо - заведующая детским садом ФИО1 привлечены к административной ответственности по ч. 2 ст. 5.57 КоАП РФ, ФИО11 привлечен к ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. <данные изъяты> КоАП РФ (л.д. 19-20, 23-26).

Решением Нытвенского районного суда от 24.10.2019, вступившим в законную силу 03.12.2019, взыскано с ФИО11 в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 7 000 руб.

25.10.2019 ФИО1 обращалась в ОВД с заявлением о том, что 24.10.2019 ФИО10 в присутствии сотрудников распространяет заведомо ложные сведения, порочащие честь и достоинство ее и ее сына, обвиняет ее сына в преступлении, клевещет на нее (КУСП №). 04.11.2019 должностным лицом ОМВД России по Нытвенскому району вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в действиях ФИО10 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ (л.д. 21-22).

24.10.2019 ФИО4 обратился в ОВД с заявлением, просил привлечь к ответственности неизвестное лицо, которое повредило его автомобиль (повреждено заднее боковое левое стекло). 22.01.2020 должностным лицом ОВД вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении. В ходе проверки лицо, повредившее имущество ФИО4, не установлено.

По сообщению ИП ФИО5, не имеется технической возможности изъять запись с видеокамеры за 24.10.2019, т.к. запись ведется циклически, глубина архива 45 дней, последние записи архивов удаляются автоматически.

Свидетель ФИО1 пояснила, что истец - ее сын, 24.10.2019 ФИО10 подошла к ней, а была с мужем, но муж был в коридоре, ФИО10 стала отпрашиваться с работы, чтобы съездить в суд, при этом ответчик ей сказала, что ей нужно будет теперь больше времени потратить на поездку, потому что на их машине разбили стекла. При этом ФИО10 спросила у нее, не знает ли она, кто это сделал. На ее вопрос к ответчику, почему она должна об этом знать, ответчик сказала ФИО1, что это сделал ее (ФИО1) сын, что у них есть камера и есть видеосъемка. Она сказала ответчику, что теперь во всех бедах будут обвинять их, ФИО1, на что ответчик еще раз утвердительно сказала, что это сделал ее сын. После этого ответчик ушла выдавать обед. Разговор при этом продолжался уже в коридоре, где находились их коллеги ФИО8 и ФИО6. Она очень расстроилась, решила еще раз все уточнить, поднялась в группу к ФИО10, спросила: «вы продолжаете утверждать, что это сделал мой сын?», на что ФИО10 ответила: «да, это сделал ваш сын», все это было сказано с усмешкой. Она сначала позвонила мужу, рассказала ему обо всем и попросила позвонить сыну, сын сказал, что находится в Москве, был возмущен, оскорблен, говорил, за что на него такие оговоры. Потом по поселку пошла информация, у нее спрашивали, что такое натворил Женя. Ее сын ФИО11 в поселке бывает редко, сын знаком с ФИО4 – мужем ответчика. На ответчика не наговаривает, как все было, так и рассказала. Также пояснила, что у ответчика был конфликт с педагогом группы, в которую ходит сын ответчика. Они работают в разных корпусах, ответчик по большей части работает в «Теремке», а в тот день была в «Березке», к ответчику по работе бывают замечания. Знает, что ее сын был привлечен к административной ответственности, о решении суда также знает.

Свидетель ФИО6 пояснила, что работает младшим воспитателем в детском саду, постоянно работает в «Березке», шла по коридору, слышала разговор. ФИО10 отпрашивалась, ФИО1 ей сказала – туда и назад, на что ФИО10 ответила, что у них обстреляли машину. ФИО1 вышла из кабинета и сказала: «хочешь сказать, что я?», на что ФИО10 ответчика: «ваш сын». ФИО1 ответила, что ее сына нет в поселке, на что ФИО10 ответила: «ну значит, ваш муж или знакомые сына». ФИО1 и ФИО10 разговаривали на эмоциях, при этом ФИО10 именно утверждала, что сын ФИО1 повредил их машину. ФИО1 это высказывание оскорбило. В коридоре была еще ФИО8, которая могла все слышать. В разговор она не вмешивалась. ФИО10 приходила с мужем, он только просил отпустить жену с работы. У ФИО1 сын один, поэтому она сразу поняла, что речь идет о ФИО11. С ФИО10 у нее отношения нормальные.

Свидетель ФИО7 пояснила, что работает в детском саду воспитателем, в корпусе детского сада «Березка». В тот день ФИО10 работала у нее младшим воспитателем. Она с детьми зашла с прогулки в раздевалку, услышала громкий разговор, зашла в группу, ФИО10 обвиняла ФИО1, что ее сын разбил стекло в машине на что ФИО1 ответила, что этого не может быть, что ее сын находится в Москве. ФИО1 была взволнована, возмущена, разговор был на повышенных тонах. Взаимоотношения а с ФИО10 нормальные, оснований для ее оговора нет. У ФИО1 один сын – Евгений. Знает, что разговор начался на 1 этаже, а потом продолжился на 2 этаже, в ее группе.

Свидетель ФИО8 пояснила, что работает кладовщиком в детском саду «Березка», она шла в кабинет ФИО1, но туда зашла ФИО10 с мужем, она остановилась подождать, слышала, что ФИО10 отпрашивалась с работы в Нытву, ФИО1 просила съездить побыстрее, туда и обратно. ФИО10 вышла из кабинета, ФИО1 ей сказала: «вы теперь нас будете обвинять?» на что ФИО10 повернулась и с ухмылкой сказала: «Это сделал ваш сын». ФИО1 возразила, что ее сын в Москве, но ФИО10 ответила, что его видели в поселке. ФИО10 разговаривала громко, утверждала, что сын ФИО1 повредил их машину. Рядом проходила ФИО6 и все слышала. Она стояла за камерой, в зале. Потом ФИО1 просила у нее успокаивающее. У ФИО1 один сын, поэтому она поняла, что речь шла о Евгении. Муж ФИО10 стоял рядом, ее успокаивал.

Свидетель ФИО2 пояснил, что истец - его сын, ФИО1 – его жена. 24 октября жена ему позвонила, взволнованным голосом рассказала, что у А-ных разбили машину, и что ФИО10 сказала, что есть видеозапись и видели, что их сын это сделал. Жена спросила, где сын. Он засомневался, тут же позвонил сыну, тот удивился, сказал, что ночью прилетел из Калининграда в Москву. Он перезвонил жене, сообщил, что сын в Москве. Потом сыну стали звонить из поселка, спрашивать, что произошло. После этого дня он заходил за женой на работу, попросил у делопроизводителя включить запись, переснял себе на телефон ту часть видео, которая его интересовала, звука на видеозаписи нет.

Свидетель ФИО4 пояснил, что ответчик – его жена, он состоит на учете в сурдологическом центре с диагнозом «тугоухость 2 ст.». 24 октября у него был суд с сыном заведующей - ФИО11, ему нужно было ехать в суд, он попросил жену ехать с ним свидетелем, поэтому они пошли в детский сад отпрашиваться. Когда нужно было ехать, он обнаружил, что в машине разбито стекло, жена в это время уже ушла на работу, он сообщил ей об этом по телефону. Они подошли к заведующей вместе, отпросились, конфликта не было. Об их машине в коридоре разговоров не было. жена сказала, что ночью разбили стекла, надо будет ехать на автобусе. По коридору в это время проходила т. Валя, жена пошла получать обед. Он ждал жену на 1 этаже, на 2 этаж не поднимался. Когда он вышел из садика, позвонил жене, слышал, что ФИО1 ей что-то громко говорит. Потом спросил у жены, почему ФИО1 так с ней разговаривала, та ответила, что не знает. С ФИО11 знаком, учились в параллельных классах. Предполагает, что они так делают в отношении его жены, т.к. у них проблема с детским садом из-за ребенка, были суды, был конфликт с заведующей, сын заведующей его из-за этого оскорблял. Жена даже не знакома к ФИО11, как она может про него что-то говорить. У жены конфликт только с заведующей, со свидетелями конфликта нет. Какое решение принято по поводу повреждения их машины, не знает.

В судебном заседании по ходатайству представителя истца обозрена видеозапись. Несмотря на отсутствие звука, из записи видно, что между ФИО10 и ФИО1 состоялся разговор, видно эмоциональное состояние ФИО1. Также на записи видно, что по коридору в момент разговора проходила свидетель ФИО6

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 N 3 не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

При рассмотрении данной категории дел (заявлений) следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые, являясь выражением субъективного мнения и взглядов хозяйствующего субъекта, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Указанный подход подтвержден также в пункте 6 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016, согласно которому при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо учитывать, что содержащиеся в оспариваемых высказываниях ответчиков оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, если только они не носят оскорбительный характер.

Руководствуясь вышеназванными правовыми нормами, руководящими разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении от 24.02.2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", суд считает, что факт распространения ответчиком оспариваемых истцом сведений, не соответствующих действительности, порочащих его честь и достоинство, нашел свое подтверждение в ходе судебного заседания.

Так, из показаний свидетелей установлено, что 24.10.2019 ответчик ФИО10 в коридоре детского сада «Березка» в разговоре с заведующей детского сада ФИО1, в присутствии сотрудников детского сада ФИО8 ФИО6 высказалась о том, что сын ФИО1 повредил их машину, а именно разбил в ней стекла. Поскольку в судебном заседании достоверно установлено, что в семье ФИО1 имеется только один ребенок – ФИО11, то суд считает установленным факт распространения ответчиком сведений о том, что ФИО11 повредил принадлежащую ФИО10 машину.

Высказывая несогласие с показаниями свидетелей ФИО7, ФИО8 ФИО6 ФИО1, ответчик указывает на их заинтересованность. Между тем, доказательств, опровергающих показания указанных свидетелей, не представляет, в судебном заседании ответчик также не воспользовалась правом задать указанным свидетелям вопросы с целью опровергнуть их показания.

Учитывая принцип состязательности, суд считает, что не доверять показаниям вышеуказанных свидетелей не имеется, поскольку они согласуются между собой, соответствуют показаниям свидетеля ФИО1, их заинтересованность в исходе дела не доказана. Также суд учитывает, что в ходе проведения проверки по заявлению ФИО1 в порядке ст. 114-145 УПК РФ свидетели давали аналогичные пояснения.

Кроме того, обозренная по ходатайству представителя истца видеозапись, несмотря на отсутствие звука, тем не менее подтверждает тот факт, что между ответчиком и свидетелем ФИО1 имел место конфликт, на записи видна реакция свидетеля ФИО1, что косвенно также подтверждает доводы истица.

Показания свидетеля ФИО4 о том, что со стороны ответчика не было никаких высказываний, опровергаются показаниями свидетелей ФИО1, ФИО7 ФИО6 ФИО8. Кроме того, суд учитывает, что свидетель ФИО4 имеет проблемы со слухом, состоит на учете в медицинском учреждении. Также суд учитывает, что ФИО4 не присутствовал при разговоре ФИО10 и ФИО1, происходившем на 2 этаже, поэтому не может опровергнуть показания свидетеля ФИО7

Сведения, оспариваемые истцом по настоящему делу, представляют собой информацию о незаконном и недобросовестном поведении истца, а именно – умышленном повреждении чужого имущества и сформулированы ответчиком в форме утверждений. Изложение информации не указывает на то, что факты, описанные в ней, предполагаются автором или лично автор таким образом оценивает поведение истца. Избранный автором стиль изложения (а именно - высказывание в форме утверждения) указывает на наличие описываемых фактов в реальной действительности. При таких обстоятельствах, поскольку высказывания ответчика могут быть проверены на их соответствие реальной действительности, в данном случае имеет место утверждение о фактах.

Материалом проверки КУСП № не доказан факт повреждения имущества А-ных истцом ФИО11

Ответчиком же в нарушение ст. 56 ГПК Российской Федерации не представлено доказательств соответствия распространенных в отношении истца сведений действительности, как не доказан и факт нераспространения указанных сведений.

При таких обстоятельствах, поскольку высказывание ответчика в сторону истца прозвучало в утвердительной форме, публично и содержало сведения, носящие негативный, порочащий характер, поскольку истец обвинен в совершении противоправного деяния, а для истца и членов его семьи важна репутация, суд считает подлежащими удовлетворению исковые требования ФИО11 о признании данных сведений не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца, и о необходимости опровержения указанных сведений.

Избирая способ опровержения не соответствующих действительности сведений суд соглашается с доводами истца то том, что это следует сделать в помещении детского сада «Березка» в присутствии трудового коллектива, т.е. там же, где имело мест распространение порочащих сведений.

Тот факт, что истец не проживает постоянно в поселке Уральский, на территории которого произошло распространение не соответствующих действительности сведений, не лишает истца права на защиту своего доброго имени, поскольку истцу после событий 24.10.2019 стали поступать телефонные звонки, у его родителей, проживающих в поселке, жители поселка интересовались, что наделал их сын Евгений.

Решая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд учитывает характер нравственных страданий истца: ему было стыдно общаться с родными и близкими людьми, неприятно встречаться с жителями поселка, он был вынужден оправдываться, опровергать распространенные ответчиком сведения.

С учетом фактических обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда в сумме 5 000 руб.

Судом рассмотрен иск в пределах заявленных требований, с учетом представленных сторонами доказательств, которые оценены в их совокупности, с учетом их относимости и допустимости, в соответствии с требованиями ч.1 ст.56, ст. 59, 60, 67, 196 ГПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 194-198, 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Признать не соответствующими действительности и порочащими честь и достоинство ФИО11 сведения о том, что в ночь на 24 октября 2019 в принадлежащем семьей А-ных автомобиле им были разбиты стекла.

Обязать ФИО10 в течение месяца со дня вступления решения суда в законную силу перед трудовым коллективом детского сада «Березка», расположенного по адресу: <...>, сделать устное опровержение распространенных ею сведений о том, что в ночь на 24 октября 2019 в принадлежащем семьей А-ных автомобиле ФИО11 были разбиты стекла.

Взыскать с ФИО10 в пользу ФИО11 в счет компенсации морального вреда 5 000 руб. (пять тысяч рублей).

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Нытвенский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Л.В. Волкова