Апелляционное определение № 02-10401/2024 02-3089/2025 02-3089/2025(02-10401/2024)~М-9313/2024 33-9496/2026 М-9313/2024 от 11 марта 2026 г. по делу № 02-10401/2024

Судья 1-ой инстанции: ФИО1 В.№ 33-9496/2026 (Ж-7665/2026)

УИД 77RS0018-02-2024-019137-27


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Москва12 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе

председательствующего судьи Князева А.А.

и судей Абалакина А.Р., Грибовой М.В.

с участием прокурора Кумпан А.С.

при помощнике судьи Ерицян А.Ж.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Князева А.А.

гражданское дело № 2-3089/2025 по иску Никулинского межрайонного прокурора ЗАО города Москвы в интересах ФИО3 Е*В* к ПАО «Банк ВТБ» о признании кредитного договора недействительным,

по апелляционной жалобе ответчика ПАО «Банк ВТБ», подписанной его представителем ФИО2 Ж*С*, на решение Никулинского районного суда города Москвы от 21 мая 2025 года (в редакции определения того же суда от 06 октября 2025 года об исправлении описки), которым иск Никулинского межрайонного прокурора ЗАО города Москвы в интересах ФИО3 Е*В* удовлетворен,

УСТАНОВИЛА:

Никулинский межрайонный прокурор ЗАО города Москвы в интересах ФИО3 обратился в суд с иском к ПАО «Банк ВТБ» о признании кредитного договора недействительным, ссылаясь на нарушение прав потерпевшей по уголовному делу.

Решением Никулинского районного суда города Москвы от 21 мая 2025 года (в редакции определения того же суда от 06 октября 2025 года об исправлении описки) иск Никулинского межрайонного прокурора ЗАО города Москвы в интересах ФИО3 удовлетворен.

В апелляционной жалобе ответчик ПАО «Банк ВТБ» выражает несогласие с данным судебным решением, считая его незаконным и необоснованным.

В судебное заседание судебной коллегии представитель ответчика ПАО «Банк ВТБ» - ФИО4 явился; апелляционную жалобу поддержал.

В судебное заседание судебной коллегии прокурор Кумпан А.С. и истец ФИО3 явились; апелляционную жалобу не признали.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения участников процесса, явившихся в судебное заседание судебной коллегии, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что между ПАО «Банк ВТБ» в качестве кредитора и ФИО3 в качестве заемщика заключен кредитный договор от 25 октября 2023 года № *** на сумму кредита в размере *** рублей.

В рамках настоящего спора прокурор, действующий в интересах ФИО3, являющейся потерпевшей по уголовному делу, полагал такой кредитный договор недействительным по основаниям, охватываемым положениями ст. 168 ГК РФ (сделка, нарушающая требования закона), ст. 178 ГК РФ (сделка, совершенная под влиянием существенного заблуждения) и п. 2 ст. 179 ГК РФ (сделка, совершенная под влиянием обмана), в рамках которых ссылался на то, что ФИО3 заключила такой договор под влиянием недобросовестного психологического воздействия со стороны иных лиц.

Соответственно, при вынесении решения суд по мотивам, приведенным в судебном решении, пришел к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований по мотиву того, что означенная сделка совершена ФИО3 под влиянием существенного заблуждения и обмана, сославшись на заключение амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, проведенной по уголовному делу.

Вместе с тем, означенные суждения суда на законе и фактических обстоятельствах настоящего дела по существу не основаны, а равно явно противоречат принципу единства судебной практики, определяемой Верховным Судом Российской Федерации (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 16 декабря 2025 года N 5-КГ25-174-К2).

Из дела видно, что в материалах дела отсутствуют какие-либо достоверные доказательства того, что данная сделка была заключена под влиянием обмана именно со стороны сотрудников ПАО «Банк ВТБ».

Заявленный обман ФИО3 при совершении сделки со стороны иных лиц, не являющихся сотрудниками ПАО «Банк ВТБ», в настоящем случае правового значения не имеет, так как доказательств того, что ПАО «Банк ВТБ» знал или должен был знать об обмане, не представлено (п. 99 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

За указанные со стороны ФИО3 обстоятельства, побудившие ее заключить кредитный договор, банк согласно закону ответственности изначально не несет.

О наличии какого-либо заблуждения у ФИО3 при заключении сделки банк также не знал и заведомо не должен был знать.

Недобросовестное психологическое воздействие на ФИО3 со стороны неустановленных лиц в целях заключения сделки само по себе о наличии существенного заблуждения не свидетельствует, так как заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (ст. 178 ГК РФ).

Требованиям закона условия данного кредитного договора также не противоречат; предоставление банком денежных средств в пользу заемщика в кредит само по себе недобросовестным поведением на стороне банка очевидно признано быть не может (ст. 168 ГК РФ).

Содержание кредитного договора носит ясный и определенный характер, а равно никакого двоякого понимания содержащихся в нем условий изначально не допускает (ст. 431 ГК РФ), в связи с чем объективно исключает какое-либо существенное заблуждение на стороне ФИО3, в том числе в отношении природы сделки.

Суждение суда относительно заблуждения ФИО3 при заключении сделки сделано без учета особенностей данного вида сделки – кредитного договора, сущность и порождаемые которым гражданско-правовые последствия (предоставление денежных средств заемщику на условиях обязанности заемщика по их возврату с уплатой процентов за пользование этими денежными средствами) являются общеизвестными (ст. 819 ГК РФ).

При этом, понижение стандарта понимания природы кредитного договора с учетом субъективного критерия заемщика не может являться в настоящем случае добросовестным, справедливым и разумным (ст. 1, 10 ГК РФ).

Данный кредитный договор, как следует из материалов дела, заключен ФИО3 непосредственно в офисе ПАО «Банк ВТБ», а кредитные денежные средства зачислены на банковский счет ФИО3, сняты ею в наличной форме и использованы впоследствии по ее личному усмотрению.

Варианты и способы фактического использования ФИО3 полученных ею кредитных денежных средств правового значения в рамках предмета настоящего спора не имеют, так как в силу ст. 845 ГК РФ банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие не предусмотренные законом или договором банковского счета ограничения права клиента распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению.

Любое лицо, обладающее сходным с ФИО3 уровнем познаний и опыта, проявляя должную степень осмотрительности и заботливости, ожидаемую от данного участника гражданского оборота при вступлении в правоотношения, объективно должно осознавать наличие правовых последствий у совершаемой сделки как юридического акта.

Как прямо обращалось внимание Верховным Судом Российской Федерации в ранее упомянутом кассационном определении, дееспособный гражданин должен в первую очередь самостоятельно отвечать за последствия своего поведения, что следует в том числе из смысла положений закона, закрепляющих основные начала гражданского законодательства (ст. 1 ГК РФ).

При разрешении споров об оспаривании сделок, совершенных гражданином под влиянием заблуждения, сформированного третьими лицами при совершении в отношении такого гражданина имущественного преступления, предоставлять другой стороне сделки меньший объем защиты, чем предоставлено законом контрагенту при оспаривании договора по мотивам ее заключения под влиянием обмана (абзац третий пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которого сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона знала или должны была знать об обмане), являлось бы неверным.

Представленное в материалы дела заключение экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела, фактически не может подтверждать обстоятельства существенного заблуждения ФИО3 в момент совершения оспариваемой ею сделки (кредитного договора), поскольку, как следует из поставленных по уголовному делу на разрешение судебной психолого-психиатрической экспертизы вопросов и ее выводов, предметом исследования являлась способность ФИО3 понимать характер и значение совершаемых в отношении нее противоправных действий, а также ее способность правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания в качестве потерпевшей, в связи с чем примененные неустановленными лицами методы (способы) воздействия на ФИО3 и ее психологический отклик по существу выходят за рамки предмета доказывания по настоящему гражданскому делу.

Тем самым, какие-либо правовые основания для признании кредитного договора недействительным по правилам ст. 168, ст. 178, п. 2 ст. 179 ГК РФ в настоящем случае объективно отсутствуют.

При таких данных, судебное решение является явно необоснованным (ч. 1 ст. 330 ГПК РФ), а равно принято с существенным нарушением норм материального права, в связи с чем законным признано быть не может и подлежит отмене в апелляционном порядке с одновременным принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении иска в полном объеме по ранее приведенным мотивам.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Никулинского районного суда города Москвы от 21 мая 2025 года (в редакции определения того же суда от 06 октября 2025 года об исправлении описки) – отменить; принять по делу новое решение; в удовлетворении иска Никулинского межрайонного прокурора ЗАО города Москвы в интересах ФИО3 Е*В* к ПАО «Банк ВТБ» о признании кредитного договора недействительным – отказать.

Председательствующий:

Судьи: