Апелляционное определение № 33-3878/2025 33-83/2026 от 13 января 2026 г.

Судья Даушева Э.С. дело № 2-1088/2025

№33-83/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Астрахань 14 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда в составе:

председательствующего Метелевой А.М.,

судей областного суда Лапшиной Л.Б., Алтаяковой А.М.,

при помощнике судьи Андрияновой Т.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Лапшиной Л.Б. дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ахтубинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по иску ФИО4 к ФИО1 о признании недостойным наследником, лишении права на денежные выплаты,

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО1 о признании недостойным наследником, лишении права на денежные выплаты, в обоснование которого указала, что состояла с ответчиком в зарегистрированном браке, ДД.ММ.ГГГГ у них родился сын ФИО5. Семья распалась по вине ответчика, который ушел к другой женщине, в связи с чем брак был расторгнут в 2009 году.

После расторжения брака ребенок остался проживать с матерью, ответчик добровольно материально сына не содержал, судом были взысканы алименты, от уплаты которых ФИО1 уклонялся, постоянно менял место работы, со стороны судебных приставов принимались меры к установлению места нахождения должника, розыску его имущества и доходов.

Ответчик уклонялся от исполнения свои родительских обязанностей, не принимал участия в воспитании и содержании ФИО5, не заботился о его здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, не интересовался его судьбой, какой-либо материальной помощи не оказывал.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, проходивший военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, погиб при исполнении обязанностей военной службы в ходе участия в специальной военной операции на территориях <адрес><адрес>. Все расходы, связанные с его погребением несла истец. После его смерти родители имеют право на социальные выплаты, наследственного имущества у погибшего сына не имеется. Кроме нее наследниками первой очереди после смерти ФИО2 являются: супруга ФИО2 - ФИО31 и отец наследодателя ответчик ФИО1

Считает, что ФИО2, как родитель погибшего военнослужащего, не имеет права на получение выплат, поскольку уклонялся от выполнения обязанностей родителя, не имел тесной эмоциональной связи с погибшим сыном, не оказывал ему поддержки и помощи. Поскольку она одна воспитала сына, содержала его до совершеннолетия, просила суд признать ФИО1 недостойным наследником после смерти ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ и лишить ответчика права на получение выплат, в связи с гибелью сына ФИО2 при исполнении им обязанностей военной службы в ходе специальной военной операции.

Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены АО «Согаз», Министерство обороны Российской Федерации, войсковая часть №, ФКУ «Военный комиссариат по <адрес>», Министерство социального развития и труда <адрес>, ФИО31, нотариус нотариального округа ФИО3 <адрес> ФИО12

В судебное заседание истец ФИО4, представитель истца ФИО30 просили удовлетворить исковые требования.

Ответчик ФИО1 и его представитель ФИО32 просили исковые требования оставить без удовлетворения.

Третье лицо ФИО31 в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Министерство обороны Российской Федерации, АО «Согаз», войсковая часть №, ФКУ «Военный комиссариат по <адрес>», Министерство социального развития и труда <адрес>, нотариус нотариального округа ФИО3 <адрес> ФИО12, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, участия в судебном заседании не принимали.

Решением Ахтубинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО4 удовлетворены частично.

ФИО1 лишен права на получение установленных действующим законодательством Российской Федерации денежных выплат, предусмотренных Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации№, Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 117-ФЗ «О накопительной ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих», предоставляемых в связи с гибелью военнослужащего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ, при исполнении воинской обязанности.

Требование о признании ФИО1 недостойным наследником после смерти ФИО2 оставлено без удовлетворения.

В апелляционной жалобе ФИО1 ставит вопрос об отмене принятого судом решения в части лишения его права на получение социальных выплат после смерти сына. Полагает, что суд ошибочно пришел к выводу о том, что он ненадлежащим образом занимался воспитанием сына, не исполнял обязанностей по его содержанию. Указывает, что выводы суда основаны на показаниях истца и свидетелей с ее стороны, показаниям свидетелей со стороны ответчика суд необоснованно дал критическую оценку. На момент достижения ФИО2 совершеннолетия, ответчик исправно выплачивал алименты на его содержание, задолженность при этом отсутствовала.

До исполнения ФИО1 16 лет ответчик помогал финансово бывшей супруге и детям, со стороны которой претензий не было, суд не дал оценки тому доказательству, что истец длительное время сама не предъявляла исполнительный лист к исполнению.

Полагает, что при вынесении решения суд необоснованно взял за основу в качестве доказательств характеристику, выданную <данные изъяты> по ФИО3, согласно которой ответчик зарекомендовал себя по месту жительства с отрицательной стороны, однако по адресу ответчик не проживает с 2009 года, то есть с момента расторжения брака. При этом согласно характеристике УУП по месту настоящего жительства ответчик характеризуется удовлетворительно, в злоупотреблении спиртными напитками не замечен, со стороны родственников и соседей жалоб не поступало.

Указывает, что принятая в качестве доказательства характеристика, выданная директором МКОУ ФИО3 СОШ № ФИО13 не может быть учтена судом, поскольку согласно выписке из ЕГРЮЛ от ДД.ММ.ГГГГ директор ФИО13 назначена на должность директора школы с ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем она не могла знать ФИО1

Считает, что в материалах дела отсутствуют достаточные и убедительные доказательства, свидетельствующие об уклонении ответчика от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию сына, отсутствии между ними фактических семейных связей. Данный вывод опровергается фотоматериалами, скриншотами переписки, протоколом осмотра доказательств, характеристиками, детализацией звонков, не обращением истицей к судебным приставам с целью принудительного взыскания. Просит решение в обжалуемой части отменить, принять новое решение в этой части об отказе истцу в удовлетворении исковых требований.

В возражениях представитель ФИО4 по доверенности ФИО30 и прокурор ФИО3 г. ФИО6 считают доводы апелляционной жалобы несостоятельными, принятое по делу решение законным и обоснованным.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части.

Решение районного суда в части отказа в удовлетворении исковых требований о признании ФИО1 недостойным наследником после смерти ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ, сторонами не оспаривается и не является предметом проверки суда апелляционной инстанции.

ФИО1, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного заседания, участия в судебном заседании не принимал.

На заседание судебной коллегии ФИО31, Министерство обороны Российской Федерации, АО «Согаз», войсковая часть №, Министерство социального развития и труда <адрес>, нотариус нотариального округа ФИО3 <адрес> ФИО12, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, не явились, о причинах неявки не уведомили, представили заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Военный комиссариат по <адрес> представил заявление о рассмотрении дела без участия представителя.

Учитывая, что информация о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Астраханского областного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», судебная коллегия, исходя из требований статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав докладчика, объяснения представителей ответчика ФИО1 по доверенности ФИО14 и ФИО15, поддержавших доводы апелляционной жалобы, ФИО4 и ее представителя ФИО30, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, выслушав заключение прокурора ФИО16, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда в обжалуемой части, исходя из следующего.

Из материалов дела следует, что ФИО2, родился ДД.ММ.ГГГГ, его родителями являются ФИО4 и ФИО1, которые состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ.

Решением мирового судьи судебного участка № ФИО3 <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обязан уплачивать в пользу ФИО4 алименты на содержание сыновей ФИО5 и Самата в размере 1/3 заработка и (или) иного дохода ежемесячно до достижения совершеннолетнего возраста детей.

Решением мирового судьи судебного участка № ФИО3 <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ брак ФИО17 и ФИО1 расторгнут, что подтверждается записью акта о расторжении брака № от ДД.ММ.ГГГГ, составленной ОЗАГС ФИО3 <адрес>.

Начиная с 2009 года на основании исполнительного листа, направленного по месту прохождения службы ответчика ФИО1 удерживались алименты на содержание детей. Согласно записи на исполнительном листе по достижении ФИО2 совершеннолетия выплата алиментов на него была прекращена, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ задолженность отсутствовала.

ДД.ММ.ГГГГ на основании исполнительного листа, выданного на основании решения мирового судьи судебного участка № ФИО3 г. ФИО6 в отношении ФИО1 возбуждено исполнительное производство №-ИП о взыскании алиментов на содержание несовершеннолетних детей в пользу ФИО35 (ФИО34) Б.М., поскольку была установлена задолженность по уплате алиментов. Постановлением о запрете регистрационных действий судебного пристава-исполнителя от ДД.ММ.ГГГГ наложен запрет на совершение регистрационных действий и действий по исключению из госреестра в отношении транспортного средства, принадлежащего ответчику: автомобили «Москвич» и «Мазда».

Согласно записи акта о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ, составленной Отделом службы записи актов гражданского состояния <адрес> по закрытому административно-территориальному образованию ФИО6 <адрес>, истец ФИО35 (до брака ФИО34) Б.М. ДД.ММ.ГГГГ заключила брак с ФИО18

ДД.ММ.ГГГГг. погибший ФИО2 зарегистрировал брак с ФИО34 (до брака <данные изъяты> о чем имеется актовая запись о заключении брака №, составленной ОЗАГС <адрес>. Государственная регистрация заключения брака произведена в <данные изъяты> №» УФСИН России по <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, проходивший военную службу по контракту в войсковой части № с ДД.ММ.ГГГГ, погиб при выполнении боевого задания в ходе проведения специальной военной операции на территориях Донецкой Народной <адрес>

Согласно ответу нотариуса ФИО12 наследственное дело к имуществу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ отсутствует (т.1 л.д.80).

Заявляя требования о лишении ФИО1 права на получение мер социальной поддержки ФИО4 указала, что её сын военнослужащий ФИО2 проживал совместно с ней, а ФИО1 после расторжения брака и фактического прекращения проживания с ФИО4 участия в воспитании и содержании несовершеннолетнего сына не принимал, не заботился о его здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, не предпринимал каких-либо мер для надлежащего выполнения своих обязанностей по воспитанию сына. Также полагала, что ответчик должен быть признан недостойным наследником и отстранен от наследования имущества, оставшегося после смерти сына.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования ФИО4 в части лишения ФИО1 права на получение единовременного пособия, страховой суммы по обязательному государственному страхованию, единовременной выплаты, единовременной материальной помощи в связи с гибелью при исполнении обязанностей военной службы их сына ФИО2, суд первой инстанции исходил из того, что право родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с военнослужащим, погибшим при исполнении обязанностей военной службы, не относится к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Разрешая вопрос о наличии либо отсутствия у ФИО1 права на получение спорных выплат, районный суд, руководствуясь статьями 18 и 27 Конвенции о правах ребенка, положениями статей 7, 38, 39 Конституции Российской Федерации, статьями 61, 63, 66, 69, 71, 80 Семейного кодекса Российской Федерации, статьей 969 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 1, 18, 24 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», статьями 1, 2, 4, 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации», статьей 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», статьей <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-ОЗ «О мерах социальной поддержки участников специальной военной операции и членов их семей», разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав», оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о том, что ФИО1 не принимал участия в жизни и воспитании сына ФИО2, не оказывал ему моральную, физическую, духовную и материальную поддержку, каких-либо мер для создания сыну условий жизни, необходимых для его развития не предпринимал, фактические семейные и родственные связи между ними отсутствовали, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии у него права на получение указанных выплат. Периодическое общение ответчика с сыном после его совершеннолетия не свидетельствует об обратном.

Судебная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм материального права.

Российская Федерация - это социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система, социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации). Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (пункт 2 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ).

В силу положений статьи 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся, в том числе военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

Выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица, в частности, родители (усыновители) застрахованного лица (абзацы первый, третий пункта 3 статьи 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ).

В статье 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования, среди которых гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

В статье 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям, размер которых ежегодно увеличивается (индексируется) с учетом уровня инфляции в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных страховых сумм принимается Правительством Российской Федерации. Указанные страховые суммы выплачиваются в размерах, установленных на день выплаты страховой суммы (абзац девятый пункта 2 статьи 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ).

Так, согласно абзацу второму пункта 2 статьи 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, страховая сумма выплачивается в размере 2000000 рублей выгодоприобретателям в равных долях.

Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» (далее - Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 306-ФЗ) также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих - единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, размеры которых подлежат ежегодному увеличению (индексации) с учетом уровня инфляции (потребительских цен) в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных пособий принимается Правительством Российской Федерации (часть 16 статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 306-ФЗ).

В случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных им при исполнении обязанностей военной службы, до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, выплачивается в равных долях единовременное пособие в размере 3000000 рублей (часть 8 статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 306-ФЗ).

В соответствии с положениями части 9 статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 306-ФЗ в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация.

Пунктом 2 части 11 статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 306-ФЗ к членам семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой же статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу, как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты «в», «м»), - обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус производен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, их пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 25 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации») и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П).

Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № установлены дополнительные социальные гарантии военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей.

В соответствии с подпунктом «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн рублей в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществленная в соответствии с подпунктом «б» этого пункта. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и частью 11 статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».

Получение единовременных выплат, установленных данным Указом, не учитывается при определении права на получение иных выплат и при предоставлении мер социальной поддержки, предусмотренных законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации (пункт 2 Указа Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

В соответствии с частями 1, 2 статьи <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-ОЗ «О мерах социальной поддержки участников специальной военной операции и членов их семей» в случае гибели (смерти) участника специальной военной операции при исполнении обязанностей супруге (супругу), его детям, не достигшим на день гибели (смерти), признания в установленном порядке безвестно отсутствующим или объявления умершим участника специальной военной операции возраста 18 лет, родителям предоставляется единовременная материальная помощь. Единовременная материальная помощь указанным лицам предоставляется в размере 1000000 рублей.

Из приведенных нормативных положений и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, а также принимавшим участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семьи военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы. К числу таких мер относятся страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, единовременная выплата, единовременное пособие, ежемесячная компенсация, которые подлежат выплате, в том числе родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы. Цель названных выплат - компенсировать лицам, в настоящем случае родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих, в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, в данном случае в статье 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ, статье 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 306-ФЗ, подпункте «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, статье <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-ОЗ «О мерах социальной поддержки участников специальной военной операции и членов их семей» круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели (смерти) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью (смертью) их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (часть 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права) (пункт 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абзацы первый и второй пункта 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (пункт 1 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из воспитательных учреждений, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя (пункт 4 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу второму статьи 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» разъяснено, что уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.

Пунктом 1 статьи 71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87 Кодекса), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Из разъяснений, данных в абзаце 1 и 2 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав», следует, что Семейный кодекс Российской Федерации, закрепив приоритет в воспитании детей за их родителями, установил, что родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами ребенка; при осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию, а способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей (пункт 1 статьи 62, пункт 1 статьи 65 СК РФ). Родители, осуществляющие родительские права в ущерб правам и интересам ребенка, могут быть ограничены судом в родительских правах или лишены родительских прав (пункт 1 статьи 65, статьи 69 и 73 СК РФ).

В пункте 13 данного Постановления разъяснено, что лишение родительских прав является крайней мерой ответственности родителей, которая применяется судом только за виновное поведение родителей по основаниям, указанным в статье 69 СК РФ, перечень которых является исчерпывающим.

Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.

Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.

Из приведенных положений семейного законодательства, а также разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом требований добросовестности, разумности и справедливости, общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойным защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка.

С учетом характера спорных правоотношений, заявленных исковых требований и возражений ответчика в данном случае юридически значимыми для правильного разрешения спора являлись установление следующих обстоятельств: принимал ли ответчик какое-либо участие в воспитании сына, оказывал ли ему моральную, физическую, духовную поддержку, содержал ли сына материально, включая уплату алиментов на его содержание, предпринимал ли какие-либо меры для создания сыну условий жизни, необходимых для его развития, имелись ли между отцом и сыном фактические семейные и родственные связи.

Права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанные на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае уклонения от выполнения обязанностей родителей.

При разрешении настоящего спора судом первой инстанции учтены положения приведенных норм материального права в их системной взаимосвязи с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации о целях правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы.

Оценив в совокупности представленные по делу доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ответчик не выполнял родительские обязанности в отношении своего несовершеннолетнего сына ФИО5, установленные семейным законодательством Российской Федерации, в связи с чем у суда имелись основания для удовлетворения исковых требований в части лишения ответчика права на получение социальных выплат после смерти ФИО2

Доводы апелляционной жалобы о надлежащем исполнении ответчиком родительских обязанностей в отношении ФИО2 опровергаются представленными в дело доказательствами, в частности показаниями свидетелей, характеризующими данными в отношении ответчика, согласно которым после прекращения семейных отношений в 2007 году, ответчик никакой материальной помощи на содержание своим несовершеннолетним детям не оказывал, их жизнью, здоровьем, успехами в школе не интересовался, в период возникновения проблем с поведением у старшего сына ФИО5, приведших к необходимости вмешательства официальных органов, никаких воспитательных мер к сыну не применял, не беседовал с целью воздействовать на его поведение, не выяснял в связи с чем возникли такие обстоятельства и какие существуют методы их решения.

Так, из характеристики, выданной директором МКОУ ФИО3 СОШ № ФИО13, следует, что ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, за время обучения в школе показал себя добросовестным и старательным учеником, принимал участие в общественной жизни класса и школы. ФИО5 воспитывался в не полной семье. Отношения с мамой уважительные, добрые. Мама принимала активное участие в школьной жизни сына, посещала родительские собрания, поддерживала связь с классным руководителем. Папа в воспитании сына участия не принимал. Связь со школой не поддерживал. Родительские собрания и школьные мероприятия не посещал. На звонки и просьбы классного руководителя не отвечал.

В ходе рассмотрения делам судом первой инстанции в целях установления фактической семейной и родственной связи между ответчиком ФИО1 и погибшим сыном ФИО2 допрошены свидетели со стороны истца, являющиеся ее родственниками и соседями ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, а также младший сын ФИО35 ФИО40 и ФИО1 - ФИО24, которые не подтвердили факта участия ФИО1 в воспитании сына, его материальной поддержке.

Кроме указанных свидетелей были допрошены ФИО25 - специалист Центра социальной поддержки населении ФИО3 г. ФИО6, ФИО26 - педагог в Центре детского творчества, которым также известна семья ФИО4, поскольку они проводили работу с указанной семьей в целях оказания ей материальной и социальной помощи как малоимущей.

Так из показаний ФИО19 следует, что ФИО1 отрицательно ею характеризуется, как лицо, злоупотребляющее спиртными напитками, неоднократно уходил из семьи, воспитанием несовершеннолетних детей не занимался, материально их не содержал. После того, как ушел из семьи и прекратил общение с детьми. На дни рождения подарки не дарил, не поздравлял, алименты не платил. ФИО1, как отец, в период, когда начались проблемы с поведением сына в школе и родителей стали приглашать на заседания комиссии по делам несовершеннолетних, а также после привлечения сына к уголовной ответственности какого - либо положительного воздействия не оказывал, не пытался с ним поговорить в воспитательных целях, повлиять на сложившуюся ситуацию.

Согласно пояснениям свидетеля ФИО25, которая работает в ГКУ «Центр социальной поддержки населения ФИО3 г. ФИО6» на протяжении 20 лет, следует, что семья ФИО4 состояла на учете как малоимущая семья, начиная с 2007 года, которой регулярно предоставлялись меры социальной поддержки. На тот момент ФИО5 было 14 лет, а младшему сыну - 11 лет. ФИО25 как специалист неоднократно посещала семью, и отметила, что семья жила очень бедно, постоянно нуждалась в еде и одежде. Ей известно, что единственным источником существования являлась заработная плата ФИО4, из которой она также платила кредит банку. При посещении семьи отца детей ни разу она не видела, из беседы с детьми и истцом при посещениях ей известно, что ФИО1 создал другую семью, материальной помощи не оказывает. На тот момент уже были проблемы с поведением ФИО5, однако отец самоустранился от воспитания.

Из показаний двоюродного брата истца ФИО20 и снохи ФИО21, также следует, что после развода ФИО4 и ФИО1 в 2007 году несовершеннолетние дела остались проживать с матерью. ФИО1 при этом ушел из семьи к другой женщине, детьми не интересовался. В период совместного проживания ФИО4 постоянно жаловалась на ответчика, который злоупотреблял спиртными напитками, не давал денег, вследствие чего она постоянно работала на нескольких малооплачиваемых работах, брала деньги в долг, чтобы содержать детей. После распада семьи отец детьми не интересовался, ФИО5 один раз по собственной инициативе съездил к отцу и сказал, что больше не поедит.

Согласно показаниям свидетеля ФИО22 инициатором развода с супругом была ФИО4, так как ФИО1 ушел к другой женщине. Свидетель проживала по соседству с истцом, и за все время проживания не видела, чтобы отец поддерживал отношения с сыновьями. Алименты на содержание детей ФИО1 добровольно не платил, о чем ей известно со слов истца.

Согласно показаниям свидетеля ФИО23, она знакома с истцом достаточно давно, так как вместе работали в совхозе. ФИО1 постоянно не было дома, сама истец всю жизнь работала уборщицей, так как денег в семье не хватало, постоянно занимала деньги в долг. После расторжения брака с супругом, дети обучались в школе и проживали с матерью. У ФИО5 были приводы в полицию, в связи с тем, что ему не хватало отцовского воспитания, однако отец никакого влияния на поведение сына не оказывал, устранившись от его воспитания. В ходе общения с ФИО5, он никогда не упоминал об отце, о матери всегда отзывался положительно.

Из показаний свидетеля ФИО26, которая является педагогом Центра детского творчества с 2007 года, следует, что истец ей знакома по работе, так как истец работала в Центре уборщицей. Ей известно, что ФИО4 одна воспитывала двоих несовершеннолетних детей, бралась за любую работу, постоянно занимала деньги, так как денег не хватало, а супруг материально семью не содержал. ФИО4 постоянно было на связи с сыном, который позже проживал в <адрес>, передавала через ее дочь продукты для него. Ответчик в воспитании детей участия не принимал.

Из показаний свидетеля ФИО24 также установлено, что он является младшим сыном ФИО4 и ФИО1

Он сообщил суду, что никакой поддержки со стороны отца никогда не было, он с братом всегда был на обеспечении матери. В период совместного проживания отец постоянно злоупотреблял спиртными напитками, были неоднократные факты рукоприкладства в отношении матери. В период распада семьи ему было 11 лет, а ФИО5 – 14 лет. Мать хотела сохранить семью, прощала ФИО1, поэтому долго не подавала на алименты, однако отец материально семью не содержал и ФИО4 подала на алименты.

После прекращения семейных отношений мать никогда не запрещала общаться с отцом, но отец сам не хотел общения с ними, на дни рождения отец их не поздравлял, подарки никогда не дарил, их делами не интересовался, участия в воспитании не принимал.

С подросткового возраста у ФИО5 начались приводы в полицию из – за плохого поведения, драки. Позже в 19 лет он был привлечен к уголовной ответственности и ему назначено наказание в виде лишения свободы. В это время отец также ФИО5 не поддерживал.

В 2022 году после освобождения ФИО5 не хотел видеться с отцом, потому что во время отбывания в колонии ФИО5 звонил отцу с просьбой дать ему денег, на что отец отреагировал на данную просьбу агрессивно, а также запрещал бабушке помогать деньгами ФИО5. Отец знал, что ФИО5 находился в больнице <адрес>, но при этом ни разу его не навестил, хотя на тот момент он находился в городе.

Показания свидетелей о ненадлежащем исполнении ответчиком родительских обязанностей в отношении сына ФИО2 в период его несовершеннолетнего возраста подтверждаются также показаниями истца.

Кроме того, показания истца ФИО4 и свидетелей о ненадлежащем исполнении родительских обязанностей в спорный период подтвердил и сам ответчик ФИО1, который как в суде первой инстанции, так и в суде апелляционной инстанции в ходе судебного заседания пояснил, что между ним и истцом в период совместной жизни сложились личные неприязненные отношения. С 2004 года фактически отношения испортились, так как у него сложились отношения с другой женщиной. С марта 2007 года фактически брачные отношений между супругами прекратились, так как ФИО1 ушел к другой женщине, с которой позже он создал новую семью. Дети от первого брака остались проживать в ФИО4

ФИО1 показал, что никакой материальной поддержки своей бывшей семье после прекращения семейных отношений он не оказывал, имея постоянное место работы, так как он с 2003 года являлся военнослужащим, проходил службу в войсковой части, не оказывал, ФИО4 денежные средства на ведение хозяйства и содержание несовершеннолетних детей не давал. Причины такого отношения е детям ответчик пояснить суду не смог, пояснив, что иногда он лишь давал незначительные суммы сыну ФИО5 на мелкие карманные расходы. Продукты питания, одежду и обувь он для сына не приобретал.

ФИО1 пояснил, что он никогда не интересовался делами ФИО5 в школе, не посещал школу и педагогов, не интересовался его поведением, его здоровьем, его переживаниями и проблемами. После 2007 года сын иногда приходил в гости к нему по новому месту жительства, однако, сам ФИО1 мер к общению сыном не предпринимал, хотя со стороны бывшей супруги никаких препятствий к их общению не имелось.

Кроме того ФИО1 пояснил суду апелляционной инстанции о том, что ему было неизвестно о том, что решением мирового судьи в 2007 году с него были взысканы алименты на содержание несовершеннолетних детей. Об этом он узнал только в 2009 году, когда получил заработную плату в меньшем размере, и обратившись за разъяснениями к работодателю, узнал, что имеется исполнительный лист о взыскании с него алиментов на содержание несовершеннолетних детей.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному и объективному выводу о том, что показания свидетелей о ненадлежащем исполнении ответчиком родительских обязанностей в отношении ФИО2 в период его несовершеннолетнего возраста нашли полное подтверждение в ходе судебного разбирательства. Ответчик сам не оспаривал тот факт, что после прекращения семейных отношений с ФИО4 от полностью устранился от содержание несовершеннолетних детей и исполнения родительских обязанностей, связанных с их воспитанием, оказание моральной помощи и поддержки, так как в период обучения сына в школу по собственной инициативе не приезжал, не посещал родительские собрания, школьные мероприятия, линейки, что не оспаривалось ответчиком и подтверждено представленными в материалы дела доказательствами, в том числе характеристикой с места учебы сына, которые верно были приняты судом первой инстанции во внимание как доказательства уклонения ответчика от выполнения родительских обязанностей.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы о том, что характеристика, выданная МКОУ ФИО3 СОШ №, согласно которой только мать занималась воспитанием сына и интересовалась его делами в школе, является необъективной по тем основаниям, что директор школы, подписавший характеристику, был назначен только в 2025 году и не мог знать о событиях, относящихся к периоду обучения ФИО5 в школе, подлежат отклонению, поскольку в деле имеется личное дело ФИО5, работают учителя, которые помнят его и могут охарактеризовать, а также поскольку сам ответчик не оспаривал обстоятельств своего неучастия в жизни школы и отсутствия интереса к успехам сына в период его учебы.

Указанные доказательства в совокупности указывают, что фактически отец жизнью сына не интересовался, не проявлял заботы о нем, не оказывал ему никакой моральной и духовной поддержки, в период его обучения в школу по собственной инициативе не приезжал, не посещал родительские собрания, школьные мероприятия, линейки, не оказывал помощи в приготовлении домашних заданий, школьных учителей сына не знает, процессом его обучения не интересовался, при этом большого участия в жизни сына ответчик принимать не желал и не стремился, что следует из его объяснений, данных им в ходе рассмотрения дела.

В период, когда у ребенка начались проблемы с поведением, появились сведения о его драках, отец никак не отреагировал на эти сведения, не выяснил причину такого поведения ребенка, что можно сделать, чтобы положительно повлиять на поведение сына и избежать более тяжких последствий. Эти обстоятельства ответчик и сам не оспаривал в судебном заседании. Все вопросы относительно воспитания сына решала только мать.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованности выводов суда о его уклонении от содержания несовершеннолетнего сына также подлежат отклонению, как несостоятельные.

В целях проверки доводов апелляционной жалобы и установления юридически значимых обстоятельств по делу, которые не были в полном объеме установлены судом первой инстанции, в порядке статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции истребовано в судебном участке № ФИО3 г. ФИО6 и изучено гражданское дело № по иску ФИО27 к ФИО1 о взыскании алиментов на содержание несовершеннолетних детей ФИО2 и ФИО24

Согласно протоколу судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО1 принимал участие в судебном заседании, и, следовательно, ему было известно о том, что решением мирового судьи судебного участка № ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ с него взысканы алименты на содержание несовершеннолетних детей в размере 1/3 части заработка до совершеннолетия детей, начиная с ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, доводы жалобы о том, что ответчик не уклонялся от уплаты алиментов и содержания подлежат отклонению, поскольку его показания о том, что ему не было известно о взыскании алиментов в 2007 году опровергаются материалами изученного гражданского дела.

Следовательно, достоверно зная о наличии у него алиментных обязательств, ФИО1 с 2007 года алименты детям не платил без уважительных причин, хотя он имел постоянное место работы. Добровольно материальной помощи на содержание детей также не оказывал, о чем он пояснил в судебном заседании.

На основании исполнительного листа № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного мировым судьей судебного участка № ФИО3 <адрес> ДД.ММ.ГГГГ возбуждено исполнительное производство №-ИП в отношении должника ФИО1 о взыскании задолженности по алиментам в размере 40 409,39 рублей.

Указанная задолженность возникла в результате неисполнения должником требований, изложенных в исполнительном листе № от ДД.ММ.ГГГГ.

В рамках исполнительного производства судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о розыске счетов должника и наложении ареста на денежные средства, вынесено постановление об обращении взыскания на заработную плату и иные доходы должника, запрете регистрационных действий в отношении транспортного средства, а также о временном ограничении на выезд должника из Российской Федерации.

Требования исполнительного документа о взыскании задолженности по алиментам в отношении должника ФИО1 не были исполнены судебным приставом-исполнителем вследствие отсутствия у должника денежных средств, поскольку ФИО1 не работал.

Должник ФИО1 судебным приставом-исполнителем в письменном форме был предупрежден об уголовной ответственности за злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей, ему вручено письменное предупреждение о временном ограничении на пользование специальным правом.

Доводы о том, что документы, составленные в рамках исполнительного производства (предупреждение от ДД.ММ.ГГГГ, постановление о запрете регистрационных действий в отношении транспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ) имеют отношение к задолженности по его младшему сыну ФИО24, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а не к ФИО2, не подтверждены доказательствами.

Кроме того каких либо доказательств, достоверно свидетельствующих о выполнении ФИО1 своих обязанностей по регулярному содержанию своего сына ФИО2 с момента фактического прекращения брачных отношений с ФИО4 не имеется, в материалы дела не представлены.

Алиментные обязательства ответчик начал выполнять лишь с 2009 года, когда истец в принудительном порядке обратила исполнительный лист о взыскании алиментов к исполнению. Поскольку истец имел постоянное место работы, то после возбуждения исполнительного производства алименты удерживались в установленном законом порядке, и к достижению ФИО5 совершеннолетия в 2011 году задолженности по алиментам не имелось, согласно записям в исполнительном листе. Однако, позже, в 2014 году размер алиментов был пересчитан, и установлено, что имеется задолженность по уплате алиментов, в связи с чем вплоть до 2016 года истцом предпринимались меры к ее погашению, о чем свидетельствует решение Ахтубинского районного суда <адрес> от июня 2016 года по иску ФИО34 Б.М. об обжаловании действий судебного пристава-исполнителя, постановление судебного пристава-исполнителя от ДД.ММ.ГГГГ о запрете регистрационных действий в отношении принадлежащих ответчику ФИО1 транспортных средств в целях взыскания имеющейся у него задолженности по уплате алиментов.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд не принял во внимание показания свидетелей со стороны ответчика, судебная коллегия также отклоняет, поскольку это опровергается материалами дела.

Суд принял во внимание и проанализировал показания свидетеля ФИО34 Б., являющейся матерью ответчика и бабушкой ФИО2, из которых установлено, что она принимала участие в жизни о воспитании внука, расходах на приобретение необходимых ему вещей, могла дать денег, когда он приезжал к ней. В период отбывания наказания ФИО2 в колонии, ему помогала бабушка, она передавала сумки с продуктами, ездила к нему на свидания. Отец такой регулярной помощи не оказывал. Посещение отца со стороны ФИО5 в новой семье носили нерегулярный разовый характер, и скорее всего свидетельствовали об отношении сына к отцу, а не отца к сыну, который никакой инициативы для установления отношений с ребенком не предпринимал.

Эти же свидетели показали, что в период обучения в школе отец жизнью ребенка не интересовался, на совместный отдых не выезжали, в период отбывания наказания по приговору суда бабушка оказывала постоянную финансовую помощь и интересовалась внуком. Отношения между сыном и отцом только установились в совершеннолетнем возрасте

Те обстоятельства, что после достижения совершеннолетия ФИО2 поддерживал общение с отцом, что подтвердили свидетели ФИО34 Б., ФИО28, ФИО33, являющиеся родственниками ответчика, сведения о телефонных соединениях между ФИО2 и ответчиком, не свидетельствуют о незаконности судебного решения, поскольку обстоятельства надлежащего исполнения ответчиком родительских обязанностей в отношении погибшего сына относится к периоду его несовершеннолетнего возраста.

Судебная коллегия соглашается с оценкой суда первой инстанции показаний допрошенных свидетелей, поскольку она полностью согласуется с фактическими обстоятельствами дела.

С учетом установленных обстоятельств судебная коллегия соглашается с выводом районного суда о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО4 в части лишении ответчика ФИО1 права на получение выплат в связи с гибелью военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы в ходе специальной военной операции, и взыскании с него в пользу истца полученных сумм единовременного пособия и единовременной материальной помощи. Данный вывод соответствует содержанию и смыслу правового регулирования отношений по предоставлению мер социальной поддержки родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы и предназначению этих мер социальной поддержки - возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы.

Доводы ФИО1 о несогласии со справкой-характеристикой, выданной УУП ОМВД России по ФИО3 Р.А. являются ошибочными, поскольку основаны на субъективном восприятии ответчиком ФИО7 Р.А. в качестве друга ФИО4

Представленная в опровержении новая рапорт-характеристика, выданная инспектором <данные изъяты> ФИО3 ФИО41, согласно которой ФИО1 по месту своего проживания характеризуется удовлетворительно, жалоб со стороны родственников и соседей в адрес него не поступало, в употреблении спиртными напитками, наркотическими веществами замечен не был, ранее к административной ответственности не привлекался, приобщенная судебной коллегией в порядке статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не подтверждает то обстоятельство, что ответчик занимался воспитанием сына в период прекращения брачных отношений с истцом, а характеризует его на сегодняшний день.

Приложенные в материалы дела ответчиком фотографии также не подтверждают исполнение ответчиком надлежащим образом своих родительских обязанностей в отношении погибшего сына, поскольку из показаний истца и представленных ею фотографий установлено, что на фотографиях, представленных ФИО1, изображен не ФИО5, а другой сын.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы об обратном являются правовой позицией ответчика, изложенной в суде первой инстанции, не содержат какой-либо дополнительной аргументации, сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции об обстоятельствах данного дела. Указанные доводы являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции и по приведенным выше основаниям были обоснованно признаны несостоятельными по мотивам, приведенным в постановленном по делу решении.

Учитывая, что обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции определены верно на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, судебная коллегия оснований к отмене оспариваемого решения не усматривает.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда,

определила:

решение Ахтубинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23 января 2026 года.

Председательствующий

Судьи областного суда