Апелляционное определение № 33-545/2026 от 18 марта 2026 г.

УИД 13RS0004-01-2025-000395-73

Судья Гнатченко О.А. № 2-388/2025

Докладчик Солдатов М.О. Дело № 33-545/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в составе:

председательствующего Верюлина А.В.,

судей Ионовой О.Н., Солдатова М.О.,

при секретаре Пахомовой А.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 19 марта 2026 г. в г. Саранске гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Ардатовского районного суда Республики Мордовия от 25 декабря 2025 г.

Заслушав доклад судьи Солдатова М.О., судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском к ФИО2 Заявленные требования истец мотивировала тем, что являясь собственником жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, которое является для нее единственным жильем, 2 марта 2016 г. заключила с ответчиком ФИО2 договор дарения указанной квартиры. Переход права собственности зарегистрирован в установленном законном порядке 14 марта 2016 г. Полагает, что сделка не соответствует закону, противоречит волеизъявлению истца, поскольку она является инвалидом третьей группы, у нее плохое зрение, является пожилым человеком, на момент заключения договора находилась под диспансерным наблюдением в ГБУЗ РМ «Ардатовская районная больница» с диагнозом «<данные изъяты>». В связи с чем, считает, что указанная сделка ничтожна в силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Решением Ардатовского районного суда Республики Мордовия от 25 декабря 2025 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

С ФИО1 в пользу ФИО2 в счёт возмещения судебных расходов по оплате услуг представителя, связанных с рассмотрением гражданского дела, постановлено взыскать 14 000 руб.

Истец ФИО1 подала апелляционную жалобу на решение суда, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме, указывая на то, что оно принято с нарушением норм материального права. Обращает внимание, что при вынесении решения суда не дана оценка ее личностным особенностям в силу преклонного возраста, состояния здоровья, поскольку является инвалидом третьей группы и находилась под диспансерным наблюдением у врача-психиатра, а ФИО2, обещавшая до сделки ей во всем помогать, став собственником квартиры, напротив, стала создавать для нее психотравмирующие ситуации. Полагает, что срок исковой давности не пропущен.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик ФИО2 просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, при этом просит рассмотреть дело без ее участия.

При таких обстоятельствах и на основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие ответчика.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, заслушав истца ФИО1, поддержавшую апелляционную жалобу, рассмотрев дело в порядке статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в жалобе и возражениях, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу положений пункта 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 574 ГК РФ, дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных подпунктами 2 и 3 настоящей статьи.

Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

Договор дарения недвижимого имущества, заключенный между гражданами, подлежит нотариальному удостоверению (пункт 3 статья 574 ГК РФ, в ред. Федерального закона от 13 декабря 2024 г. № 459-ФЗ), а в ранее действовавшей редакции договор дарения недвижимого имущества подлежал государственной регистрации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 и пунктом 1 статьи 574 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Как установлено статьей 167 и пунктом 1 статьи 574 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 2 марта 2016 г. между ФИО1 и ФИО2 заключен договор дарения квартиры общей площадью 46,9 кв.м, расположенной по адресу: <адрес>, по условиям которого ФИО1 подарила ФИО2 квартиру путем символической передачи технической документации на предмет договора.

Согласно пункту 4 договора, стороны подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознавать суть настоящего договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие заключать настоящий договор на крайне невыгодных для себя условиях.

В соответствии с пунктом 9 договора, ФИО2 приобретает право собственности на квартиру после государственной регистрации перехода права в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Мордовия.

Согласно выписки из Единого государственно реестра недвижимости № <№> от 20 октября 2025 г. право собственности на квартиру по адресу: <адрес>, зарегистрировано за ФИО2 14 марта 2016 г.

Согласно справок администрации Тургеневского городского поселения Ардатовского муниципального района Республики Мордовия № 661 и № 663 от 27 ноября 2025 г., ФИО1, <дата> года рождения, зарегистрирована и проживает по адресу: <адрес>. В квартире также зарегистрирован ее сын К.Н.А. <дата> года рождения.

Из бытовой характеристики от 27 ноября 2025 г. на ФИО1, представленной администрацией Тургеневского городского поселения, следует, что истец зарегистрирована и проживает в квартире по вышеуказанному адресу, является пенсионеркой, за время проживания на территории поселения зарекомендовала себя с удовлетворительной стороны, жалоб и заявлений на ее поведение в администрацию поселения не поступало.

Из представленных ГБУЗ РМ «Ардатовская районная больница им.Доктора Святителя Луки (Войно-Ясенецкого)» справок № 1727, № 1728, № 1729 усматривается, что ФИО1, <дата> года рождения, на учете у врача-нарколога не состоит, получает консультативную помощь у психиатра, является инвалидом по зрению.

ФИО1, является инвалидом 3 группы по общему заболеванию бессрочно с 20 марта 1995 г. с ограничением трудоспособности-противопоказаны работы с подъемом тяжести и вибрацией. Может работать разнорабочей, что подтверждается справкой ВТЭ-237 № 026876

Решением Ардатовского районного суда Республики Мордовия от 7 февраля 2019 г., вступившим в законную силу 12 марта 2019 г., по гражданскому делу № 2-6/2019 отказано в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения квартиры, применении последствий недействительности сделки, совершенной ФИО1 в состоянии не способном понимать значение своих действий.

Из решения суда следует, что в ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО1 в 2006 г. была снята с учета врача - психиатра по улучшению, около 10 лет проживала фактически одна, все время полностью самостоятельно себя обслуживает дома, получает пенсию, из которой оплачивает коммунальные услуги и иные обязательные платежи, покупает продукты питания, в постороннем постоянном уходе не нуждается, занимается общественной деятельностью в обществе инвалидов, при необходимости несколько раз самостоятельно обращалась в суд за защитой своих прав. После совершения дарения квартиры к врачам обратилась в апреле 2016г., а затем в 2017 г. в связи с сосудистыми заболеваниями. Постановка ФИО1 под наблюдение врача - психиатра произведена перед непосредственным обращением в суд ее сына ФИО3 с иском об оспаривании договора дарения, при этом врачом-психиатром отражено, что ее обращение к врачу связано с возникшей проблемой с жильем. Достаточных доказательств того, что в момент заключения договора дарения квартиры 2 марта 2016 г. степень имевшихся у ФИО1 психических изменений была выражена столь значительно, что по своему психическому состоянию она не могла понимать значение своих действий и руководить ими, не могла осознавать юридически значимые особенности сделки и прогнозировать ее последствия суду не представлено. Доказательств совершения сделки под влиянием заблуждения или обмана относительно природы сделки, преднамеренного создания ФИО1 не соответствующего действительности представления о характере сделки, ее условиях, предмете и других обстоятельств, влияющих на ее решение, отсутствуют.

Решением Ардатовского районного суда Республики Мордовия от 12 марта 2019 г., вступившим в законную силу 22 июня 2019 г., по гражданскому делу № 2-209/2019 отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения квартиры недействительным и применении последствий недействительности сделки, в связи с его притворностью.

Из решения суда следует, что в ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО1 подарила квартиру ответчице ФИО2, поскольку у нее одной из родственников жилья не было, сама она жить с ответчицей не собиралась, за квартиру платила сама, в суд обратилась лишь после того, как ответчица предложила продать квартиру и переехать к ней жить, с чем она не была согласна. Договор дарения квартиры от 2 марта 2016 г. соответствует требованиям закона, истица понимала природу заключенной сделки и значение своих действий, какие-либо иные условия и последствия сделки стороны при заключении договора дарения не согласовали, ее воля была направлена на безвозмездную передачу квартиры в собственность ответчика. Истец самостоятельно, добровольно подписала оспариваемый договор, имела возможность его внимательно прочитать и отказаться от подписания. Подписывая договор дарения, ФИО1 подтвердила, что смысл и значение договора и его юридические последствия ей были известны и соответствовали ее намерениям. Характер сложившихся взаимоотношений сторон не свидетельствует о том, что воля истца на совершение сделки дарения сформировалась под влиянием заблуждения и обмана. Доводы истца о договоренности между сторонами по заключению сделки, являются условиями договора пожизненной ренты, являются несостоятельными.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 22 мая 2019 г. и определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 22 января 2020 г. указанное решение оставлено без изменения, жалобы ФИО1 - без удовлетворения.

Решением Ардатовского районного суда Республики Мордовия от 22 июля 2020 г., вступившим в законную силу 14 октября 2020 г., по гражданскому делу № 2-506/2020 отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения квартиры недействительным и применении последствий недействительности сделки, совершенной ею в состоянии, в котором не способном понимать значение своих действий и руководить ими в силу возраста и состояния здоровья.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 16 июня 2021 г. и определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 24 ноября 2021 г. решение оставлено без изменения, жалобы ФИО1 - без удовлетворения.

В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции по ходатайству представителя истца была назначена амбулаторная комплексная судебно-психиатрическая экспертиза с привлечением специалиста по профилю «офтальмология» с целью определения психического состояния ФИО1 в момент совершения сделки.

Согласно заключению комиссии экспертов от 13 марта 2021 г. № 441 ФИО1 обнаруживала на момент подписания договора дарения, заключенного 2 март 2016 г. в отношении квартиры, расположенной по адресу: <адрес><данные изъяты>. Однако, указанные особенности психики подэкспертной не сопровождались грубыми нарушениями мышления, памяти, интеллекта, критических способностей, какой-либо психотической симптоматикой (бред, галлюцинации) и выражены в не столь значительной степени, чтобы лишать ФИО1 возможности понимать значение своих действий руководить ими на момент подписания договора дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

Решением Ардатовского районного суда Республики Мордовия от 14 марта 2023 г., вступившим в законную силу 6 июня 2023 г., по гражданскому делу № 2-27/2023 отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения квартиры от 2 марта 2016 г. недействительным и применении последствий недействительности сделки, в связи с крайне невыгодными условиями заключения и вследствие стечения тяжелых обстоятельств.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 6 июня 2023 г. и определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 1 ноября 2023 г. решение оставлено без изменения, жалобы ФИО1 - без удовлетворения.

Суд первой инстанции, оценил представленные в материалы дела доказательства в совокупности, на основании которых установил, что договор дарения квартиры от 2 марта 2016 г. соответствует требованиям закона и иным правовым актам, а участники сделки в должной мере правосубъектны и их воля была направлена именно на дарение квартиры, с учетом отсутствия доказательств заключения ФИО1 сделки под влиянием заблуждения или обмана относительно природы сделки, преднамеренного создания у ФИО1 со стороны ФИО2 не соответствующего действительности представления о характере сделки, пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, при этом установив истечение срока исковой давности для признания недействительным договора дарения квартиры, не усмотрев уважительных причин его пропуска в виду неоднократных обращений ФИО1 с исковыми заявлениями к ФИО2 о признании договора дарения квартиры недействительной сделкой по различным основаниям. Кроме того, постановлено о взыскании с истца судебных расходов по оплате услуг представителя.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется, поскольку последние основаны на правильном определении обстоятельств, имеющих значение для дела, соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.

В силу положений пункта 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина.

Бремя доказывания наличия такого состояния лежит на истце.

Как усматривается из материалов дела, истцом не представлено относимых и допустимых доказательств, подтверждающих, что в момент подписания договора дарения 2 марта 2016 г. она находилась в состоянии, лишавшем ее способности понимать значение своих действий. Сам по себе преклонный возраст, наличие инвалидности и плохое зрение, при отсутствии иных объективных доказательств, не являются безусловными основаниями для признания гражданина неспособным понимать значение своих действий и основанием для признания оспариваемой сделки недействительной.

Напротив, из материалов дела следует, что истец присутствовала при подписании договора и сдаче документов в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Мордовия. Кроме того, из выводов заключения комиссии экспертов, проводивших амбулаторную комплексную судебно-психиатрическую экспертизу № 441 от 13 марта 2021 г. следует, что особенности психики ФИО1 не сопровождались грубыми нарушениями мышления, памяти, интеллекта, критических способностей, какой-либо психотической симптоматикой (бред, галлюцинации) и выражены в не столь значительной степени, чтобы лишать ее возможности понимать значение своих действий руководить ими на момент подписания договора дарения квартиры.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной, если заблуждение было настолько существенным, что сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При этом заблуждение относительно правовых последствий сделки, наравне с заблуждением относительно ее мотивов, не является основанием для признания сделки недействительной по статье 178 ГК РФ.

В судебном заседании установлено, что истец желала совершить отчуждение квартиры в пользу ответчика. Ухудшение отношений с одаряемым, на что ссылается истец, в силу пункта 3 статьи 178 ГК РФ относится к заблуждению относительно мотивов сделки, что не является основанием для признания ее недействительной. Гражданское законодательство не ставит действительность уже исполненного договора дарения под условие сохранения хороших отношений между сторонами в будущем.

Более того, судом первой инстанции верно со ссылкой на положения статьи 181 ГК РФ применены последствия истечения срока исковой давности, о применении которых заявлено ответчиком, по требованию о признании недействительным договора дарения от 2 марта 2016 г., сделка и регистрация перехода права собственности по которому зарегистрирована 14 марта 2016 г.

Судебная коллегия также находит заслуживающим внимания заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, которое являлось предметом оценки суда первой инстанции и обоснованно признано им самостоятельным основанием для отказа в иске.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статья 181 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, оспариваемый договор дарения был заключен сторонами 2 марта 2016 г., государственная регистрация права собственности произведена 14 марта 2016 г.

Истец, являясь стороной сделки и лично подписывая договор дарения, должна была узнать о содержании подписываемого документа и его правовых последствиях именно в момент совершения сделки – 14 марта 2016 г.

Доводы апелляционной жалобы о том, что истец в силу состояния здоровья не осознавала последствий своих действий, не изменяют момента начала течения срока исковой давности, поскольку, по смыслу статьи 200 ГК РФ, лицо должно узнать о нарушении своего права именно в тот момент, когда оно (нарушение) произошло. Если истец полагает, что в момент подписания договора она находилась в состоянии, не позволявшем ей понимать значение своих действий, то именно с этого момента она должна была узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.

С настоящим иском истец обратилась в суд лишь 4 сентября 2025 г., то есть по истечении установленного пунктом 2 статьи 181 ГК РФ годичного срока исковой давности.

Разрешая данное дело, суд первой инстанции правильно применил нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, приведя в мотивировочной части решения обоснование своим выводам и дав оценку представленным доказательствам.

Доводы апелляционной жалобы повторяют позицию стороны истца в суде первой инстанции, не содержат данных, которые не были бы проверены судом первой инстанции при рассмотрении дела, но имели бы существенное значение для его разрешения, или сведений, опровергающих выводы суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в любом случае основанием к отмене судебного акта в соответствии со статьей 330 ГПК РФ, судебной коллегией не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

определила:

решение Ардатовского районного суда Республики Мордовия от 25 декабря 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО1 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции (г. Саратов) через суд первой инстанции по правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в течение трех месяцев.

Председательствующий А.В. Верюлин

Судьи О.Н. Ионова

М.О. Солдатов

Мотивированное апелляционное определение составлено 20 марта 2026 г.

Судья М.О. Солдатов