Апелляционное определение № 11-4916/2026 от 22 апреля 2026 г.

УИД 74RS0007-01-2025-006745-97

Дело №2-315/2026 первой инстанции

Судья Пылкова Е.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 11-4916/2026

23 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе: председательствующего Белых А.А., судей Приваловой Н.В., Лисицына Д.А., при секретаре Щегольковой Н.В., рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Челябинске гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Курчатовского районного суда г.Челябинска от 13 января 2026 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба.

Заслушав доклад судьи Белых А.А. об обстоятельствах дела, объяснение представителей истца ФИО1 – ФИО3, ФИО4, третьего лица ФИО5, поддержавших доводы апелляционной жалобы, участвующих в судебном заседании посредством видеоконференц-связи при содействии Верхнеуральского районного суда Челябинской области постоянного судебного присутствия в селе Фершампенуаз Нагайбакского района, представителя третьего лица ФИО6 – ФИО7, полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), в размере 357 000 руб., взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, а также возмещении расходов по оценке в размере 15 000 руб., расходов по оплате юридических услуг - 35 000 руб., расходов по уплате государственной пошлины - 11 425 руб., расходов на доверенность - 2 400 руб., почтовых расходов.

В обоснование иска указала, что 20 сентября 2024 года по адресу <...> возле дома 117 произошло ДТП с участием транспортного средства «Лада 212140» под управлением ФИО6, принадлежащего на праве собственности ФИО2, и автомобиля «Опель Вектра» под управлением ФИО5, принадлежащего на праве собственности ФИО1 В результате ДТП автомобилю истца причинены технические повреждения. Виновным в ДТП признан водитель ФИО6, гражданская ответственность которого не была застрахована. Согласно заключению <данные изъяты> от 20 мая 2025 года стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Опель Вектра» составляет 571 026 руб., рыночная стоимость автомобиля - 463 000 руб., стоимость годных остатков - 106 000 руб. Таким образом, учитывая, что произошла конструктивная гибель транспортного средства, размер ущерба составляет 357 000 руб. (463 000 – 106 000).

Суд постановил решение, которым в удовлетворении заявленного иска ФИО1 отказал.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить решение суда первой инстанции и принять новое решение об удовлетворении требований истца, указывая, что в материалах дела отсутствуют доказательства, что с 24 августа 2024 года ФИО6 фактически владел и пользовался автомобилем, нес расходы по его содержанию, страховал гражданскую ответственность. Указывает, что на момент ДТП гражданская ответственность ФИО2 не была застрахована, что прямо указывает на то, что фактическим владельцем и лицом, обязанным нести риск ответственности, оставался ФИО2 Обращает внимание на то, что в административном материале отсутствуют какие-либо отсылки к договору купли-продажи автомобиля, также в имеющейся в материалах дела копии договора отсутствует подпись покупателя ФИО6, а стоимость автомобиля указана 1000 руб., что не соответствует реальной рыночной обстановке. Кроме того, в настоящее время транспортное средство «Лада 212140» зарегистрировано на имя ФИО2

Истец ФИО1, ответчик ФИО2, треть лица АО «АльфаСтрахование», ФИО6 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Судебная коллегия, в соответствии со ст. 167, ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ) считает возможным рассмотреть дело в отсутствие лиц, не явившихся в судебное заседание.

В соответствии с п. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно нее.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, и проверив материалы дела, судебная коллегия находит решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ).

Согласно п.1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежат возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Ответственность за причинение вреда наступает при наличии вины причинителя, если законом не предусмотрено его возмещение при отсутствии таковой.

Как указал Конституционный Суд РФ в Определении № 581-О-О от 28 мая 2009 года, положение п. 2 ст. 1064 ГК РФ, устанавливает в рамках общих оснований ответственности за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагает на последнего бремя доказывания своей невиновности, и направлено на обеспечение возмещения вреда и тем самым - на реализацию интересов потерпевшего.

Вместе с тем, согласно разъяснению в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

При таких обстоятельствах, по общему правилу, установленному п.п. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Однако, потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из материалов дела следует, что 20 сентября 2024 года по адресу <...> возле дома 117 произошло ДТП с участием автомобиля «Лада 212140» государственный регистрационный знак <данные изъяты> под управлением ФИО6, принадлежащего ему на праве собственности по договору купли-продажи, и автомобиля «Опель Вектра» государственный регистрационный знак <данные изъяты> под управлением ФИО5, принадлежащего на праве собственности ФИО1 В результате ДТП автомобилю истца причинены технические повреждения.

Из административного материала следует, что в действиях водителя ФИО6 усматривается нарушение требований п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, в действиях водителя ФИО5 нарушений требований Правил дорожного движения РФ не установлено.

Постановлением о прекращении производства по делу об административном правонарушении от 18 февраля 2025 года производство по делу об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена ст. 12.24 КоАП РФ, в отношении водителя ФИО6, прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения согласно п. 2 ч. 1 ст. 24.4 КоАП РФ.

Для определения причиненного ущерба ФИО1 обратилась к независимому эксперту <данные изъяты> согласно заключению которого <данные изъяты> от 20 мая 2025 года стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Опель Вектра» составляет 571 026 руб., рыночная стоимость автомобиля - 463 000 руб., стоимость годных остатков - 106 000 руб. (л.д. 16-43). Таким образом, произошла конструктивная гибель транспортного средства, размер ущерба составляет 357 000 руб. (463 000 руб. – 106 000 руб.).

Поскольку гражданская ответственность виновника ДТП ФИО6 не была застрахована на момент ДТП, истец обратился в суд с требованиями к ФИО2, ссылаясь на то, что он является собственником автомобиля «Лада 212140».

Вместе с тем, ФИО2 в материалы дела представлен договор купли-продажи транспортного средства «Лада 212140» государственный регистрационный знак <данные изъяты>, заключенный 24 августа 2024 года между ФИО2 (продавец) и ФИО6 (покупатель), согласно которому ФИО6 приобретен вышеуказанный автомобиль (л.д. 76).

Разрешая спор, оценив имеющиеся в деле доказательства, руководствуясь ст.ст.15, 1064,1079 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу, что на момент ДТП собственником автомобиля «Лада 212140» являлся ФИО6, следовательно, в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного в результате ДТП, как к ненадлежащему ответчику, необходимо отказать. Исковых требований о возмещении ущерба к ФИО6 заявлено не было. Учитывая, что иск предъявлен к ненадлежащему ответчику, вопрос о виновности в ДТП в ходе разрешения данного спора судом первой инстанции не разрешался.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований ФИО1

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о том, что собственником автомобиля «Лада 212140» на момент ДТП являлся ФИО2, поскольку в представленном договоре купли-продажи отсутствует подпись покупателя ФИО6, в настоящее время транспортное средство зарегистрировано на имя ФИО2, судебной коллегией подлежат отклонению по следующим основаниям.

В силу п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, при условии, что они не противоречат закону и иным правовым актам и не нарушают права и законные интересы третьих лиц.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

По общему правилу, закрепленному в п. 1 ст. 223 ГК РФ, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В п. 2 ст. 130 ГК РФ установлено, что вещи, не относящиеся к недвижимости, признаются движимым имуществом. Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.

Согласно п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости, в связи с чем относятся к движимому имуществу. Следовательно, при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя - момент передачи транспортного средства.

В соответствии с п. 3 ст. 15 Федерального закона от 10 декабря 1995 №196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» транспортное средство допускается к участию в дорожном движении в случае, если оно состоит на государственном учете, его государственный учет не прекращен, и оно соответствует основным положениям о допуске транспортных средств к участию в дорожном движении, установленным Правительством Российской Федерации.

Таким образом, регистрация транспортных средств обусловливает их допуск к участию в дорожном движении, носит учетный характер и не является обязательным условием для возникновения на них права собственности. Гражданский кодекс Российской Федерации и другие федеральные законы не содержат норм, ограничивающих правомочия собственника по распоряжению транспортным средством в случаях, когда это транспортное средство не снято им с регистрационного учета. Отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если прежний собственник не снял его с регистрационного учета.

Согласно ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством и т.п.).

Как следует из разъяснений, данных в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в ст. 55 ГПК РФ. Таким образом, по смыслу действующего законодательства ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности должна возлагаться на законного владельца источника повышенной опасности.

Поскольку принадлежащий на праве собственности ФИО2 автомобиль попал в ДТП, обязанность доказать обстоятельства нахождения данного автомобиля в законном либо незаконном владении и управлении другим лицом возлагается на собственника автомобиля. В связи с отсутствием доказательств того, что автомобиль выбыл из обладания его собственника в результате противоправных действий других лиц, бремя ответственности за вред, причиненный воздействием такого автомобиля, несет его титульный владелец.

В материалы дела ФИО2 был представлен договор купли-продажи от 24 августа 2024 года, в соответствии с которым ФИО2 продал ФИО6 автомобиль «Лада 212140» государственный регистрационный знак <данные изъяты>. В договоре указано, что ФИО2 передал транспортное средство, получил денежные средства. При этом, подписи покупателя ФИО6 в договоре не имеется (л.д. 76).

Согласно карточке учета транспортного средства «Лада 212140» государственный регистрационный знак <данные изъяты> автомобиль принадлежат ФИО2 24 августа 2024 года внесены регистрационные данные в связи с получением ПТС (л.д. 59-оборот).

Указанные договоры купли-продажи в установленном законом порядке не оспорены и недействительными не признаны.

Допрошенный в судебном заседании суда апелляционной жалобы ответчик ФИО2 пояснил, что 24 августа 2024 года продал автомобиль «Лада 212140» ФИО6 В этот же день передал автомобиль ФИО6, получил денежные средства банковским переводом на карту, кроме того, ФИО6 были переданы документы на автомобиль. После продажи автомобиля его судьбой не интересовался. Где он хранился, и кто им управлял не знает. Автомобиль был продан за 235 000 руб., что подтверждается денежным переводом на карту Сбербанка.

Согласно письменным объяснениям ФИО6 следует, что он действительно заключил с ФИО2 договор купли-продажи транспортного средства 24 августа 2024 года и фактически приобрёл автомобиль «Лада 212140». 19 августа 2024 года он увидел на сайте «Дром» объявление о продаже указанного автомобиля. Цена была указана 250 000 руб. Данное объявление содержало особую метку: «требуется ремонт или не на ходу», а в описании продавец указал: «Нормальное стояние, не гнилая не дырявая. Не могу найти ПТС, я собственник, вписан, в ближайшее время восстановлю или сделаю скидку». Данное объявление объективно подтверждает, что автомобиль на момент выставления на продажу имел технические неисправности, и была необходимость его ремонта. В тот же день, 19 августа 2024 года, он вступил в переписку с продавцом (ФИО2) а сайте «Дром». В ходе переписки он уточнил, какие вложения необходимы в автомобиль. Продавец сообщил, что автомобиль «полностью на ходу», имеются неисправности. В тот же день, он (ФИО6) поехал на осмотр автомобиля, в ходе личного осмотра им были выявлены недостатки, которые объективно препятствовали незамедлительной постановке автомобиля на учет в ГИБДД: отсутствие ПТС (продавец пояснил, что он потерян, и он восстановит его после возвращения из рейса); имелись вопросы по нормальной работе коробки передач (вторая передача работала с перебоями, «вылетала»); нештатные сиденья; отсутствие книги по эксплуатации; только один ключ). Учитывая выявленные технические недостатки, они с продавцом вступили в устный торг. В результате стороны сошлись на цене 235 000 руб., что на 15 000 руб. ниже первоначально заявленной. Данная цена полностью соответствовала рыночной стоимости автомобиля аналогичном технически неисправном состоянии.

24 августа 2024 года продавец сообщил, что ПТС восстановлен, и они в этот же день явились для оформления договора купли-продажи. При подписании договора продавец передал следующие документы и имущество, относящееся к автомобилю: ПТС – восстановленный, СТС, ключи от автомобиля (в единственном экземпляре, что соответствовало комплектации на момент осмотра). После чего, в тот же день, 24 августа 2024 года он произвел безналичный перевод денежных средств в размере 235 000 руб. со своей банковской карты на счет получателя — ФИО2 (по номеру телефона получателя). Данный факт подтверждается официальной справкой ПАО «Сбербанк» от 26 марта 2026 года, приобщенной к материалам дела. Таким образом, фактическая оплата стоимости автомобиля в полном объеме документально подтверждена и не оставляет сомнений в реальности сделки.

При составлении договора ФИО2 попросил указать в договоре 1000 руб., для уменьшения его налоговых обязательств. Расхождение цены в договоре (1000 руб.) с реально уплаченной суммой (235 000 руб.) объясняется исключительно налоговыми соображениями продавца и не свидетельствует о фиктивности сделки. В апелляционной жалобе истца указано, что в копии договора отсутствует его (ФИО6) подпись как покупателя. По невнимательности с его стороны он не поставил подпись в договоре. Однако часть договора, которая касается его как покупателя (ФИО, паспортные данные, адрес, сведения о принятии автомобиля), заполнялась лично им, его рукой. Это подтверждает, что он осознанно вступал в сделку и соглашался с её условиями. Отсутствие подписи является технической ошибкой, не отменяющей факта заключения договора, передачи автомобиля, ключей, документов на автомобиль и его полной оплаты.

После покупки автомобиль нуждался в ремонте: устранения недостатков в работе коробки передачи; нештатные сиденья, не соответствующие заводской комплектации. В соответствии с требованиями законодательства, транспортное средство при постановке на учет в ГИБДД должно проходить осмотр на соответствие техническому состоянию. Автомобиль с такими неисправностями штатными элементами конструкции не мог быть допущен к регистрации, поскольку не соответствовал бы установленным требованиям безопасности. Именно поэтому он не обращался в ГИБДД сразу после покупки, а решал вопрос по ремонту. Постановка на учет планировалась им после устранения всех выявленных недостатков автомобиля. С этого дня он занимался вопросами ремонта, осуществлял хранение автомобиля, то есть осуществлял его полное содержание и обслуживание. Поэтому, именно он являлся законным владельцем транспортного средства «Лада 212140» с 24 августа 2024 года (л.д. 140-150, 171-172).

Оценивая представленный договор купли-продажи транспортного средства, карточку учета транспортного средства, объяснения ФИО2 и ФИО6, судебная коллегия приходит к выводу, что ответственность за причинение ущерба истцу должен нести именно ФИО6, как причинитель вреда, который в момент ДТП управлял автомобилем «Лада 212140» на законных основаниях, являлся собственником данного транспортного средства. Вины ФИО2 в причинении ущерба истцу не имеется, собственником указанного автомобиля он также не являлся. ФИО2 является ненадлежащим ответчиком по делу.

В суде апелляционной инстанции представитель третьего лица ФИО6 – ФИО7 также заявлял о несогласии с установлением вины в произошедшем ДТП водителя ФИО6

Факт наличия или отсутствия вины сторон в указанном ДТП является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела. При этом вина в ДТП обусловлена нарушением его участниками Правил дорожного движения.

Положениями п. 1.3 Правил дорожного движения РФ установлено, что участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В силу п. 8.1 Правил дорожного движения РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно п. 8.4 Правил дорожного движения РФ водитель при перестроении должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения.

В силу п. 1.2 Правил дорожного движения РФ требование «уступить дорогу (не создавать помех)» означает, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

Преимуществом (приоритетом) признается право на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к другим участникам движения (Правила дорожного движения).

Согласно п. 1.5 Правил дорожного движения РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. Опасность для движения - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения ДТП.

В силу п. 10.1. Правил дорожного движения РФ, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно объяснениям, данным ФИО6 сотрудникам ГИБДД непосредственно после ДТП следует, что 20 сентября 2024 он управлял автомобилем «Лада 212140», в салоне находился один пассажир <данные изъяты> Двигался по ул. Героев Танкограда, после пересечения перекрестка ул. Бажова – ул. Героев Танкограда, в левой полосе со скоростью 60км/ч. После проезда указанного перекрестка водитель автомобиля «Опель Вектра» начал резко перестраиваться в его полосу и совершил резкое торможение, что привело к ДТП.

Согласно объяснениям, данным ФИО5 сотрудникам ГИБДД непосредственно после ДТП, следует, что 20 сентября 2024 года он управлял автомобилем «Опель Вектра», в салоне находился один. Двигался по пересечению ул. Героев Танкограда – ул. Бажова в направлении ул. Героев Танкограда в правой полосе со скоростью 60км/ч. При проезде перекрестка проезжал на зеленый сигнал светофора, двигался в правом ряду, включил левый поворотник для перестроения в крайнюю левую полосу. Впереди него в крайней правой полосе двигались два автомобиля, один из них резко начал перестраиваться в крайнюю левую полосу, и он (ФИО5), чтобы избежать столкновение с ним, был вынужден применить экстренное торможение, после чего на его автомобиль (ФИО5) совершил наезд автомобиль «Лада 212140».

Объяснения были дополнены ФИО5: после перестроения им в левую полосу, автомобиль, движущийся в крайней правой полосе, подрезал его резким перестроением из крайней правой полосы в левую полосу, из-за чего ему, чтобы избежать столкновение, пришлось применить экстренное торможение, и в его автомобиль совершил наезд автомобиль «Лада 212140» в заднюю часть.

Согласно объяснениям, данным очевидцем ДТП ФИО10 сотрудникам ГИБДД непосредственно после ДТП, 20 сентября 2024 года она ехала в качестве пассажира в автомобиле «Лада 212140». Проезжая перекресток ул. Героев Танкограда – ул. Бажова, двигались на зеленый сигнал светофора в левой полосе. Водитель автомобиля «Опель Вектра» со средней полосы резко перестроился без поворотников перед их автомобилем и резко нажал на тормоз, после чего произошло столкновение.

Согласно объяснениям, данным другим очевидцем ДТП ФИО11 сотрудникам ГИБДД 07 октября 2024 года, 20 сентября 2024 года она стала свидетелем ДТП по ул. Героев Танкограда. На зеленый сигнал светофора двигались автомобили «Опель», «Нива» и еще две марки автомобилей. После того как указанные автомобили проехали перекресток, автомобиль «Опель» резко ускорился и перестроился в левую полосу движения, где ехал автомобиль «Нива», тем саамам спровоцировал ДТП.

Согласно объяснениям, данным свидетелем ФИО11 сотрудникам ГИБДД 20 января 2025 года, 20 сентября 2024 года она находилась у кафе «Баклажан», смотрела на проезжую часть, увидела, как проезжает буксировочная машина с автомобилем, за ним двигался по средней полосе автомобиль «Опель», а по крайней левой полосе ехал автомобиль «Нива», проезжали перекресток ул. Героев Танкограда – ул. Бажова на зеленый сигнал светофора. Проехав перекресток, водитель автомобиля «Опель» стал обгонять буксирующую машину, перестроившись в крайнюю левую полосу, и резко затормозив, так как в крайней левой полосе находились еще автомобили, которых водитель, возможно, не увидел. В результате резкого торможения автомобиля «Опель» водитель автомобиля «Нива» применил экстренное торможение, но ДТП избежать не удалось.

Допрошенный в судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО5 пояснил, что ехал на разрешающий сигнал светофора, приближался к перекрестку в среднем ряду. Приближаясь к перекрестку посмотрел в левое зеркало заднего вида, там ехали автомобили. Впереди него также ехали автомобили, которые двигались с низкой скоростью. Он двигался со скоростью 50-60км/ч. После пересечения перекрестка, где-то проехав 7-10 метров, он включил левый сигнал поворотника, посмотрел в зеркало и убедился, что не создает никому помехи, перестроился в левую полосу движения. Сзади него видел автомобиль на некотором удалении - примерно 30-50 метров, который не пересек еще перекресток. После перестроения он (ФИО5) продолжил движение в крайней левой полосе, с целью обгона автомобилей, которые двигались в правой полосе движения. Проехал около 30 метров, в правом ряду от него ехало еще три автомобиля, и один из них включил поворотник, не убедившись в безопасности своего маневра, начал перестраиваться со среднего ряда в его (ФИО5) полосу, тем самым подрезал его. Он (ФИО5) применил резкое торможение, чтобы избежать столкновение с впереди идущим автомобилем, автомобиль «Опель» пошел юзом. Примерно через 7 секунд произошел удар в заднюю часть его (ФИО5) автомобиля автомобилем «Нива». Во время удара в заднюю часть автомобиль «Опель» был в процессе торможения.

Согласно схеме места совершения ДТП от 20 сентября 2024 года, подписанной обоими водителями без замечаний, следует, что автомобили «Опель Вектра» и «Лада 212140» находились на полосе движения параллельно друг другу, при этом, автомобиль «Лада 212140» занял крайнее левое положение на проезжей части, а автомобиль «Опель Вектра» находился справа от автомобиля «Лада 212140» в средней полосе движения. Столкновение автомобилей произошло на полосе движения автомобиля «Лада 212140».

Исходя из схемы ДТП и расположения транспортных средств, а также исходя из механизма столкновения и локализации повреждений, принимая во внимание объяснения свидетелей – очевидцев данного ДТП, судебная коллегия приходит к выводу, что причиной ДТП явилось несоблюдение водителем ФИО5 требований п. 8.1 и 8.4 Правил дорожного движения РФ, поскольку он начал выполнять маневр перестроения в левую полосу движения с резким торможением, не убедившись в безопасности выполняемого маневра, чем создал помеху для движения автомобилю «Лада 212140», который, двигаясь по левой полосе движения без изменения направления движения, имел в данной дорожно-транспортной ситуации преимущество в движении.. Таким образом, вина ФИО5 в произошедшем ДТП составляет 100%. В действиях водителя ФИО6 нарушений Правил дорожного движения РФ, повлекших за собой ДТП, судебной коллегией не установлено.

Ссылки истца на то, что причиной ДТП явилось не соблюдение водителем ФИО6 скоростного режима и несоблюдение безопасной дистанции до впереди идущего автомобиля (п. 10.1 Правил дорожного движения РФ) не могут быть признаны состоятельными, поскольку автомобиль «Опель Вектра» непосредственно перед столкновением транспортных средств совершил маневр резкого перестроения из средней полосы в левую и применил экстренное торможение, чем и создал помеху для движения автомобилю «Лада 212140», что подтверждается и объяснениями очевидцев ДТП <данные изъяты>

Доказательств тому, что у водителя ФИО6 в сложившейся дорожно-транспортной ситуации имелась техническая возможность избежать столкновение путем применения экстренного торможения, суду первой инстанции не представлено.

На основании изложенного, исходя из представленных в дело доказательств, судебная коллегия считает, что только действия водителя ФИО5, выразившиеся в нарушении требований, п.п. 8.1, 8.4 Правил дорожного движения РФ, состоят в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДТП, повлекшим причинение вреда повреждением автомобилей, принадлежащих ФИО1 и ФИО6, а вина последнего в данном ДТП отсутствует.

Поскольку судебной коллегией не установлено вины водителя автомобиля «Лада 212140» государственный регистрационный знак <данные изъяты> ФИО6 в совершенном ДТП от 20 сентября 2024 года, единственным виновником которого является водитель автомобиля истца «Опель Вектра» ФИО5, то данное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленного иска. Поэтому оснований для удовлетворения апелляционной жалобы истца ФИО1 не имеется.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Курчатовского районного суда г.Челябинска от 13 января 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 28 апреля 2026 года.